• РЕГИСТРАЦИЯ
Drolma1
24 марта 2017 г. 07:53 4105 22 2.00

В деле музея Николая Рериха есть нью-йоркский след (продолжение)

     В прошлой статье мы только обозначили его. Но ведь следы всегда куда-то ведут. И я решила по ним пойти. Путешествие это оказалось настолько увлекательным, что я не могу не поделиться своими впечатлениями от увиденного.

Началом пути стало более детальное рассмотрение тех лиц, о которых уже шла речь в моей предыдущей публикации. (https://cont.ws/@drolma1/555391)

Несомненно, самой крупной фигурой в американо-российской саге, о которой пойдет речь ниже, является директор Музея Николая Рериха в Нью-Йорке Даниил Энтин. Этот человек ушел из жизни в начале нынешнего года, и по тому, насколько скорбели о нем его друзья в России, можно составить представление о том, как много он для них значил.

Однако наш интерес сейчас - к жизни этого господина. Даниил Энтин рассказал в интервью, данном им в Москве в 2014 году, что он имеет украинские корни – отец из Чернигова, мама из Кременчуга. Когда началась война, их сын учился в университете в Бруклине. «И пошел в морской флот, в это время многие так сделали, чтобы их не взяли в армию». То есть во время войны Энтин удачно от фронта откосил.

Увлечение фотографией связало нашего героя с Музеем Николая Рериха в Нью-Йорке, и после 12-14 лет сотрудничества он возглавил это учреждение культуры. Еще в то, советское время, когда с помощью марксистко-ленинской идеологии подавлялись иные взгляды на мир, Энтин начал работать с Россией. Он поддерживал переписку с последователями Рерихов в СССР, а когда наступила перестройка,  глава нью-йоркского Музея стал уделять России большую часть своего времени. У американского Музея открывались многообещающие перспективы. После выставки картин, которую С.Н.Рерих привез в Москву в 1978 году и которая объездила многие города страны, интерес к творчеству Рерихов был колоссальным. На фоне того, что в СССР не существовало ни одного рериховского музея, негосударственный Музей в Нью-Йорке с его богатой коллекцией картин и архивов, с его наработанным за десятилетия опытом мог претендовать на ведущую роль в собирании нарождающихся в России и восстанавливающихся на постсоветском пространстве рериховских организаций. Даниил Энтин видел себя уже не только в роли директора Музея, а в качестве гораздо более значимом и высоком.

Однако его ждал неприятный сюрприз. Им стало решение Святослава Николаевича Рериха назначить своим доверенным лицом российского индолога Людмилу Васильевну Шапошникову и фактически отдать в ее руки все принадлежавшее ему наследие рериховской семьи. Обладая очень широкими полномочиями, Шапошникова тем не менее ничего не делала без согласования с С.Н.Рерихом. Они в тесном сотрудничестве создавали сначала Советский фонд Рерихов, а потом, после распада СССР, Международный Центр Рерихов(МЦР). По решению еще советского правительства под музей была выделена полуразрушенная усадьба Лопухиных в центре Москвы, для реставрации которой довольно быстро нашелся меценат. Вместе со становлением музея МЦР вокруг него собирались люди, шло активное формирование рериховских организаций и сообществ, чему, конечно, способствовал общественный статус музея, на котором настоял при передаче наследия в Москву сам С.Н.Рерих. Деятельность МЦР за короткое время приобрела такой размах, на фоне которого общественный музей в Нью-Йорке уже не мог претендовать на ту роль, к которой его готовил Даниил Энтин. В связи с этим его постигло настолько глубокое разочарование, что даже в самом конце своей жизни, стоя на краю могилы, Энтин не прекращал слать проклятия в адрес Л.В.Шапошниковой, ставшей главным врагом его жизни.

Нельзя не отметить, что Энтин все же сделал попытку сталь центром притяжения для организаций и отдельных людей, объединяемых Международным Центром Рерихов во время памятной конференции 1996 года, о которой я писала в предыдущей статье, однако, напомню, успеха ему эта попытка не принесла. Собственно, на полный успех директор американского Музея особенно и не рассчитывал. К тому времени у него была выработана другая тактика: Энтин стал собирать вокруг себя противников Международного Центра Рерихов. Будучи человеком терпеливым и настойчивым, он, найдя их, находил с ними и общий язык.

Энтин регулярно наезжал в Россию. Он, по его собственному выражению, «дружил со всеми». Для него не составило никакого труда подружиться с Государственным Музеем Востока, с которым у МЦР сложились конфликтные отношения из-за отказа этого государственного музея отдать созданному МЦР музею общественному картины, привезенные С.Н.Рерихом еще во времена СССР и переданными им госучреждению для организации передвижных выставок без каких-либо имущественных прав на полотна. Музей Востока не отдал эти картины даже их владельцу - С.Н.Рериху, и тому пришлось обращаться  к Ельцину с требованием вернуть собственность. Отказать было невозможно, и тогда в Музее Востока стали тянуть время. Они и дотянули до того, как Святослав Николаевич ушел из жизни, и сразу же поставили украденные, по сути, у него полотна на госучет. Понятное дело, это вызвало возмущение в общественном музее имени Николая Рериха, и он начал требовать вернуть картины, поскольку на этот счет имелись письменные распоряжения С.Н.Рериха. Вдобавок ко всему общественники подняли вопрос о том, что часть коллекции, принадлежавшей С.Н.Рериху, в государственном музее пропала, и требовать сверки списков, на основании которых Музей Востока принимал картины и под которыми стояла подпись их владельца, с наличием живых картин в музее.

Поскольку Государственный Музей Востока делать это категорически отказывался и отказывается сейчас, становится понятно, что, видимо, и в самом деле не все переданное ему С.Н.Рерихом он сумел сохранить. При этом нельзя не заметить, что на фоне расхищения в стране в 90-е годы всего и вся, пропажа художественных ценностей из государственных хранилищ не выглядит чем-то особенным.

Скорее всего, аналогичные утраты были в других государственных учреждениях культуры, однако на беду Музея Востока у него под боком работала «родственная» организация в лице общественного музея, которую было невозможно уговорить замолчать. Руководству Музея Востока Л.В.Шапошникова была столь же ненавистна, как и Энтину. Это их сблизило, и Энтин приобрел в качестве зоны своего влияния весьма крупный актив.

Однако, по свидетельству Шапошниковой, самые болезненные удары по МЦР «были нанесены рериховскими обществами и отдельными членами этих обществ... Примерно с 1995-1996 годов общества, которые плодотворно сотрудничали с МЦР, стали не только отходить от Центра, но и вступать с ним в прямую конфронтацию. Самый яркий пример в этом отношении – Новосибирское рериховское общество, которое было в свое время отделением МЦР. Без всяких на то видимых причин и даже не известив нас, пишет Шапошникова, оно снимает с себя статус отделения МЦР, объединяет вокруг себя ряд рериховских обществ Сибири, присваивает себе название СибРО, начинает строить «первый в России музей Рериха» и, наконец, разрывает с нами отношения». Конфронтация со стороны СибРО обострилась еще больше в связи с теми мерами, которые принял МЦР против издательства «Сфера» по причине незаконной публикации последним дневников Елены Ивановны Рерих».

О том, что Даниил Энтин и выпестованный им нынешний главный хранитель фондов музея Николая Рериха в Нью-Йорке Дмитрий Попов были главными организаторами издания этих дневников, я писала в предыдущей статье. Однако к сказанному нужно добавить, что сейчас, когда Международный Центр Рерихов находится в самой жесткой за все время его существования осаде, становится очевидно, что скандал с незаконной публикацией с подачи Д.Энтина дневников Е.И.Рерих преследовал не только цель устроить для читателя «духовное пиршество», как было заявлено издателями. Л.В.Шапошникова писала: «как ни странно, именно он (Энтин –прим авт. ) оказался причастен к кульминации всех негативных процессов в Рериховском движении в России». Незаконная публикация дневников дала в этом отношении хорошую жатву, влияние «американского друга» в России год от года росло.

Энтин кропотливо и настойчиво обхаживал отдельных людей и руководителей целых организаций, и Сибирское рериховское общество мы упомянули в связи с деятельностью человека, который «дружил со всеми», не случайно. Посмотрите, как менялась позиция этой организации. Поначалу руководство СибРО защищало МЦР и волю Святослава Николаевича Рериха, видевшего в качестве собственника наследия семьи российскую общественность. В 2001 году на круглом столе его руководитель Н.Д Спирина выступила одновременно против МЦР и Музея имени Николая Рериха в Нью-Йорке. А уже в 2008-м СибРО разместил на своем сайте статью о нью-йоркском Музее под рубрикой «Наши друзья». Из этой публикации Ольги Ольховской под заголовком «Будем крепить мост сотрудничества» мы узнаем детали.

«Много лет мы мечтали о поездке в Нью-Йорк, в Музей Николая Рериха, созданный стараниями верных сподвижников Рерихов, в первую очередь — Зинаиды Григорьевны Фосдик., - пишет Ольховская. - Мы представляли, как увидим полотна великого Мастера, ознакомимся с бесценным фондом Музея, поблагодарим лично всех сотрудников, с которыми на протяжении многих лет мы могли общаться только письменно и которые неизменно помогали Сибирскому Рериховскому Обществу; откликаясь на наши просьбы, в самые короткие сроки они высылали нам необходимые материалы — ни одно обращение не оставалось без ответа... В официальном приглашении, присланном директором нью-йоркского Музея Дэниелом Энтином в СибРО, говорилось: «Мы хотели пригласить Вас, чтобы Вы приехали, посмотрели, как мы работаем, изучили материалы в наших архивах и заложили основы будущего сотрудничества в общих проектах. Мы ждём Вашего положительного ответа».

Результатом этой поездки стала очень подробная статья с фотографиями нью-йоркских друзей. К вопросу об «общих проектах» с СибРО мы еще вернемся.

В результате многолетней и кропотливой деятельности человека, который «дружил со всеми», Рериховское движение было расколото. Каждая организация так или иначе выбирала полюс для своего притяжения. На одном полюсе был Музей Николая Рериха в Нью-Йорке, на другом – Международный центр Рерихов в Москве. Рериховское движение оказалось расколото не только в России, похожие процессы проходили и за ее рубежами. Так, в Германии Вилли Огустат расколол общество «Мировая спираль» и стал рассылать по России письма, где Международный Центр Рерихов назывался не иначе как «Ватикан рериховского движения». Под американские знамена встал сайт «Живая Этика в Германии», который сейчас укрупнился и изменил название на «Живая Этика в мире».

Энтин собирал под сень американского влияния всех, кто был чем-то обижен на МЦР, даже если это касалось каких-то межличностных отношений, он обхаживал людей с неудовлетворенными амбициями, сочувствовал российским претендентам на рериховское наследие, которые считали себя обойденными решением Святослава Николаевича Рериха и выплескивали весь свой негатив на его доверенное лицо Л.В.Шапошникову.

Для того, чтобы понять, что в итоге из «дружбы со всеми» произросло, мы будем идти шаг за шагом и обратимся теперь к той части интервью Энтина сотруднику Государственного Музея Востока В.Росову за 2003 год, в которой «американский друг» касается структуры работы рериховских организаций. На вопрос, чем отличаются друг от друга ваш музей в Нью-Йорке и этот музей (МЦР- прим. автора) в Москве, Энтин сказал: «Конечно, есть отличия в самой концепции музея. ...Имеются две совершенно различные структуры – одну можно назвать «пирамидальной» или «вертикальной», другую «горизонтальной». Думаю, что в России считается необходимой пирамидальная структура организации с одной личностью во главе этой пирамиды, которая отвечала бы за все, что происходит на каждом уровне. Все другие организации должны входить в эту пирамиду – подчиняться контролю, руководству того человека, который стоит во главе. Наш музей построен на иных принципах. Я действительно убежден, что любая группа, любая организация, просто отдельный человек, который устремлен работать на идеи Рерихов и может делать это по-своему, должен быть совершенно свободен в своих действиях. И мы обязаны помогать ему и поддерживать его.... Это «горизонтальная» структура свободно и независимо сотрудничающих организаций по всему миру, помогающих друг другу».

То есть, Л.В.Шапошникова выстраивала управление Международным Центром Рериха и примыкающих к нему сообществ по вертикали, а Энтин, наоборот, – по горизонтали.

Насколько важна для успеха всего дела надежная структура, вы видим на примере самого российского государства. Став президентом, В.В.Путин в первую очередь начал отстраивать вертикаль власти, и она стала тем стержнем, которая удержала от распада страну. Вертикальная структура – это структура созидательная. Структура ответственности первого лица за все, что в этой структуре происходит и удерживающая ее от таких действий, которые могут привести к распаду и деградации.

Напротив, горизонтальная структура – это структура сетевая, идеально подходящая для того, чтобы осуществлять разрушение. Как работают сетевые структуры и насколько они могут быть разрушительны для страны, мы тоже воочию увидели на примере российской государственности в последние двадцать лет.

Вертикальная структура МЦР, созданная Л.В.Шапошниковой, очень мешала Энтину в его деструктивной деятельности в России и тех странах, где МЦР создал свои отделения. При существовании крепкого центра он не мог разваливать структуры Международного Центра Рерихов и переориентировать дружественные МЦР рериховские организации на США. Тема «негодной» организации МЦР стала для него притчей во языцех, неслучайно он затрагивает ее и в знаковом интервью в самом конце жизни.

Однако и тем потенциалом, который наработал Энтин со своими теперь уже достаточно многочисленными друзьями, можно было сделать многое. Жизнь тем временем не стояла на месте, она сделала Энтину и выходцам из его гнезда настоящий подарок, когда А.А.Авдеева на посту министра культуры Российской Федерации сменил В.Р.Мединский. При новом главе Минкультуры тут же отказалось от сотрудничества с Международным Центром Рерихов, которое было налажено между общественной организацией и Министерством во времена Авдеева. Над усадьбой Лопухиных начали сгущаться тучи. Ситуацию усугубил отзыв лицензии у «Мастер-банка», длительное время бывшего меценатом общественной организации, это привело к потере средств и главного источника финансирования.

Но самый заветный час для Энтина настал все-таки тогда, когда Л.В.Шапошникова, приближаясь к 90-летнему рубежу своей жизни, физически ослабела. И хотя она продолжала работать, выдерживать колоссальные нагрузки оказывалось все труднее и труднее. В это время за спиной доверенного лица С.Н.Рериха, не имея никаких полномочий и грубо нарушая Устав, президент МЦР А.П.Лосюков начал вести переговоры с Минкультуры об изменении статуса МЦР и огосударствлении созданного С.Н.Рерихом и Л.В.Шапошниковой музея. В результате этих переговоров Международному Центру Рерихов под видом государственно-общественного партнерства был предъявлен ультиматум о сдаче усадьбы Лопухиных и находящегося в ней наследия С.Н.Рериха. Ему намекнули, что в противном случае общественникам придется ощутить на себе всю мощь государственной машины. Этот прессинг согласились выдерживать не все, но костяк из постоянных сотрудников и объединенные вокруг МЦР рериховские организации принимать ультиматум отказались. Общественную организацию начали травить.

В феврале прошлого года коллегия Министерства культуры единогласно приняла решение создать в усадьбе Лопухиным Государственный Музей семьи Рерихов. То, что там уже работал общественный Музей, было оставлено без внимания, никто из сотрудников общественной организацию не был приглашен на совещание, где решалась их судьба. Решение коллегии Минкультуры означало гибель общественного Музея, основанного С.Н.Рерихом и наполненный его дарами.

Понимая, что МЦР будет сопротивляться, на его голову обрушилась череда всевозможных проверок. В МЦР побывали, кажется, все инспектирующие и правоохранительные органы: налоговая инспекция, трудовая инспекция, Пробирная палата, Ростехнадзор, МВД, Следственный комитет, прокуратура... Минкультуры требовало проверить МЦР на статус иностранного агента, на террористическую деятельность и экстремизм, и прочее, и прочее, и прочее. В ход пошли откровенно шизофренические письма несуществующих людей с несуществующими адресами. Их «сигналы» тоже тщательно проверялись. МЦР отбивался, поддерживающие его люди всем миром собирали деньги, чтобы оплатить коммуналку и прочие расходы, связанные с содержанием музея. Одновременно сотнями шли письма в адрес самых разных государственных инстанций, откуда они пересылались в Минкультуры с заранее известным результатом.

Поскольку ситуация, при которой общественность борется с государством за музей, была явно не камильфо, в противовес общественности, объединенной вокруг МЦР, была брошена общественность, с которой Энтин «дружил» и которую замыкал на нью-йоркский Музей все эти годы. Теперь МЦР противостояла не только государственная машина со всеми своими учреждениями, но и рериховские организации и отдельные лица, известные в этих кругах. Их дружно поддерживала та часть зарубежья, которая была заранее подготовлена Энтиным для этой цели.

Поскольку дело с Международным Центром Рерихов после памятной коллегии Минкультуры представлялось им уже окончательно решенным, главные лица этой истории начали действовать открыто. 20 и 21 мая 2016 года они провели конференцию русскоязычных групп Рериховского движения в Америке. Под девизом «Единение и мир всему Миру» форум прошел, как нетрудно догадаться, в Нью-Йорке в Музее Николая Рериха. Россию на конференции представляли заместитель директора по научной работе Музея Востока в Москве Т.Мкртычев, директор Музея-института семьи Рерихов в Санкт-Петербурге А.Бондаренко и вице-президент Международной лиги защиты культуры, представитель Оргкомитета по созданию Национального рериховского комитета РФ М.Чирятьев.

Как отмечено в отчете об этом событии, «выступления участников слились в разнообразный, но исключительно органичный унисон. Собравшиеся единодушно осознавали, что сам дух конференции продиктован временем и событиями, происходящими в мире и в рериховском движении. Общее мнение один из участников выразил так: «Конференция пролетела как свежий весенний ветерок, наполнивший наши души уверенностью, что время единения уже пришло, и мощные силы уже действуют и дают нам новые идеи, силы и направление для созидательного движения».

Мощные силы и впрямь действовали так мощно, что собравшиеся на конференции участники даже не пытались как-то задрапировать главную цель своего форума, стержнем которого, без сомнения., стал круглый стол. Здесь( вновь цитирую) «основным сообщением стал доклад Т.К.Мкртычева «Государственный музей семьи Рерихов, как новый этап в музеефикации и развитии работы с рериховским наследием в России». Собравшиеся были рады редкой возможности узнать суть и подробности происходящего в Москве сложного процесса из первых рук будущего директора вновь создаваемого крупнейшего музея семьи Рерихов. Докладчик подробно рассказал собравшимся о сути сложившегося на сегодняшний день печального положения Международного центра Рерихов и Музея имени Рериха при нём, а также о плане Министерства культуры РФ и уже предпринимаемых им шагах по созданию центрального Государственного музея семьи Рерихов».

Поскольку нью-йоркский Музей Николая Рериха действует, как и МЦР, в статусе общественной организации, не все участники конференции поняли, зачем уничтожается аналогичный музей в Москве. Позицию докладчика стали критиковать. И тогда... «Многое окончательно прояснило выступление М.Н.Чирятьева, который пояснил собравшимся, как складывались события внутри МЦР и к чему всё пришло в настоящее время. Именно его рассказ расставил все точки над i и окончательно прояснил ситуацию». Человек, долгие годы работавший с Л.В.Шапошниковой, сидевший рядом с ней на конференциях в общественном музее в Москве, агитировал собравшихся за его уничтожение и обсуждал, как наиболее эффективно это можно сделать в наикратчайшие сроки.

«В итоге собравшиеся единодушно поддержали представленную Т.К.Мкртычевым инициативу Министерства культуры России по созданию большого Государственного музея семьи Рерихов в качестве филиала Государственного Музея Востока в Москве и размещения его в Усадьбе Лопухиных с объединением фондов Музея имени Н.К.Рериха МЦР и рериховских коллекций ГМВ». Одним словом, решение коллегии Минкультуры России прибрать к рукам находившиеся в общественном музее ценности в США завизировали.

В итогах конференции отмечается важность того, что «именно сейчас устанавливаются живые связи и постепенно складывается подлинное, доброжелательное и заинтересованное единение представителей рериховского движения в Америке, России, странах Латинской Америки, Израиле, и этот процесс имеет устойчивую тенденцию к продолжению и расширению». Т.е. вопросы рериховского движения в России теперь будет решать цивилизованное международное сообщество без участия какого-то там общественного музея в Москве.

А дальше.... Дальше мы видим, как сбывается мечта Даниила Энтина. «На итоговом совещании организаторов конференции с руководством Музея принято решение сделать этот успешно стартовавший форум ежегодным. Местом его проведения по общему мнению должен стать Музей Николая Рериха в Нью-Йорке». Вот он, апофеоз и награда за многолетний труд гражданину США на благо своей Родины!

Но и это еще не все. Конференция приняла план действий. Он настолько впечатляет, что я просто не могу не привести его полностью с сохранением не только лексики, но также синтаксиса и пунктуации. Читаем:

«К совместной разработке приняты следующие проекты:

– Ежегодный форум общественного рериховского движения в Нью-Йорке на базе Музея Николая Рериха;

– Интернет-портал наследия семьи Рерихов, создаваемый по инициативе Министерства культуры РФ;

– Объединённый проект по проблемам реставрации объектов рериховского наследия;

– Выставка «Америка глазами Николая Рериха» с экспонированием в Москве, Санкт-Петербурге и Нью-Йорке, а также изданием двуязычного каталога;

– Информационная разработка обеих художественных поездок Н.К.Рериха в США (на Юго-Запад Америки и на остров Монхиган) с созданием туристических маршрутов по этим местам и изданием путеводителей и фотоальбомов;

– Выставка «Николай Рерих. Единый Миф человечества глазами художника-мыслителя» с экспонированием в Москве и Санкт-Петербурге, а также изданием каталога;

– Выставка «Откровение двадцатого века. Учение живой этики в прошлом и настоящем» с экспонированием в Москве и Санкт-Петербурге, а также изданием каталога».

Что мы видим из этого плана? Нью-Йорк признается столицей рериховского движения в мире, а конференция – высшим органом управления. (То есть намечается вертикальная структура. В Нью-Йорке ведь российское разрушают по горизонтали, а свое выстраивают по вертикали.) Вкладываться в информационное обеспечение (интернет-портал) поручено Минкультуры России за счет госбюджета, разумеется. Под объединенным проектом «по проблемам реставрации объектов рериховского наследия», очевидно, подразумевается нью-йоркский Музей, который хочет расшириться и стать не хуже, чем усадьба Лопухиных в Москве. Поскольку проект «объединенный» и рериховское наследие априори есть для России ценность, этот проект тоже, видимо, предполагается финансировать за счет российского бюджета. Для рериховских организаций американский период жизни Рерихов станет основным, тема Рерихов и России не звучит совсем.

Вопрос: а зачем все это нужно России? На него есть ответ: все вышеперечисленное нужно не России, оно нужно той системе, частью которой волею руководства стало российское Министерства культуры. Его допусти до Нью-Йорка в качестве источника средств, и при этом сразу же поставили в подчиненное положение к своим американским визави.

Вы вообще-то можете представить себе эту наглость, бездну морального падения и степень предательства национальных интересов России? Руководство крупнейшего государственного ведомства разрушает общественный музей в собственной стране и одновременно идет в услужению к музею американскому. То, что сделало руководство Министерства культуры, выходит за рамки только рериховской темы. Тут опять возникает тема Родины – тема, по которой в далеком 1996 году разошлись в разные стороны Шапошникова и Энтин.

Руководству Министерства культуры, до которого еще не дошло, что оно натворило, я хочу сказать: даже не надейтесь на то, что государственный музей семьи Рерихов, который вы намереваетесь создать на месте общественного музея, поставит Россию в равноправное положение по отношению в музею американскому. Причина, по которой Нью-Йорк определен местом, где предполагается осуществлять руководство международным рериховским движением, предельно четко указана в том же отчете с конференции в США: американский музей есть «исторически сложившийся под непосредственным руководством Е.И. и С.Н. Рерихов». Очень примечательно, что рядом с именем Е.И.Рерих стоит имя ее выдающегося сына. С тем,что главное детище Святослава Николаевича Рериха, которого не забыли упомянуть в Нью-Йорке, будет в ближайшее время уничтожено в Москве, «почитатели» Рерихов, как мы уже знаем, согласились.

Но в таком случае возникший на его месте госмузей будет изначально иметь отвратительную репутацию, он будет музеем без истории, местом предательства и невиданной подлости. Такой музей попадет в заведомо подчиненное положение по отношению к Музею Николая Рериха в Нью-Йорке, где так гордятся своей, американской историей, связанной с именами великих русских людей, завещавших, как мы знаем, именно России богатейшее наследие и видевшие Новую страну, как они называли свою Родину, ведущей страной мира.

Собственно, против этой Новой страны, Новой, возрожденной России и была затеяна вся эта история с рериховскими музеями, сообществами, Министерством культуры и всем, всем прочим, что имеет отношение к событиям вокруг МЦР в последние годы.

Имея не менее славную историю и значительно превосходящие объемы художественных ценностей и архивных документов, российский Музей стоял и стоит сейчас, даже после изъятия существенной части его коллекции, на голову выше американского Музея в Нью-Йорке.

Не кажется ли вам после всего этого, что решение уничтожить московский общественный Музей принято за океаном, где не только публично на круглом столе, но в большей степени кулуарно обсуждалось, каким именно образом будет разрушено детище С.Н.Рериха и Л.В.Шапошниковой? Судьба музея официально решалась на коллегии Минкультуры, а неофициально давным-давно в Нью-Йорке, там же вырабатывались и технологии его убийства. За океаном обсуждали не просто выселение музея из усадьбы и лишения его всех ценностей. Все дело движется к уничтожению МЦР как юридического лица. Потому что, сохранив его, изгнанный музей можно будет потом вернуть, воссоздать вновь в соответствии с волей, четко сформулированной С.Н.Рерихом. и подкрепленной подписанными им документами. В случае же полной ликвидации МЦР правопреемство будет непоправимо разрушено. Интерьеры и фонда музея сохранить или воссоздать можно, но разрушенную историю – нельзя. Воля Святослава Николаевича Рериха, которую под любыми предлогами не признают в России – на самом деле есть центральный вопрос. В ней – главная причина нападок на общественный музей со стороны Нью-Йорка, сердцевина проблемы.

Надеюсь, вы уже поняли, что российский общественный музей МЦР разрушают люди, которые видят в Америке своего кумира, которые готовы принести ей любое достояние страны, которую они не ощущают своей Родиной. У них просто нет этого чувства, они не знают, что это такое.

Вот Тигран Мкртычев, без пяти минут директор без пяти минут государственного музея, послушно озвучивает и собирается реализовывать музейную концепцию Энтина. Человек, который «дружил со всеми», удружил и тут. Мкртычев с его слов говорит, что, мол, не надо устраивать из госмузея культ Рерихов. Без пяти минут директор намерен разделить наследие семьи на части - художественную и философскую. По этому поводу Л.В.Шапошникова еще в 2002 году писала: «Энтин утверждает, что Рерихи настаивали на том, чтобы Музей был отдельно, а Живая Этика отдельно. Никто из нас, знакомых с публикациями и архивными документами, не встречал подобных утверждений. Ну а если, как говорил Энтин, нью-йоркский Музей придерживался этого разделения, то непонятно, как именно этот Музей стал «центром изучения Живой Этики».

Теперь, по прошествии времени, ясно, что мы имеем классический двойной стандарт. Как это по-американски! Российский холоп может удовлетвориться картинной галереей, и только хозяин может обладать правом толковать вопросы мировоззрения. - тех вопросов, что стоят даже выше идеологии.

Как толкует Энтин философское наследие Рерихов и его сердцевину – книги Живой Этики, мы уже видим. Он постоянно передергивает, домысливает, подменяет. И это неслучайно У данных через Рерихов из Высокого источника книг есть одна особенность. Для того, чтобы понять их суть, интеллекта недостаточно. Человеку, обладающему высокой степенью образованности, но низким уровнем нравственности, эти книги недоступны для понимания. Порядочный дворник может извлечь из них для себя больше, чем подлый доктор каких-нибудь наук. Судя по тому, какого качества люди собрались под сенью Музея Николая Рериха в Нью-Йорке сегодня, ждать света Истины из этого источника бесполезно.

Сейчас события вокруг МЦР развиваются очень быстро. Буквально на днях суд вынес решение о выселении Международного Центра Рерихов и его общественного музея из усадьбы Лопухиных. То, как это произошло, свидетельствует о мошенничестве, но отнюдь не со стороны общественной организации. Она добросовестно выполняла свои обязательства по договору аренды усадьбы, но Минкультуры «вдруг» обнаружил, что по тому же адресу зарегистрировано 16 коммерческих фирм. МЦР, для которого эта новость стала ушатом холодной воды, потребовал расследования. Надо сказать, что общественники не раз получали заманчивые предложения от бизнесменов, выражавших желание за приличные деньги получить в свое распоряжение кусочек исторической усадьбы в двух шагах от Кремля. Но они всегда отвергались руководством МЦР. Подумайте и догадайтесь сами: кому выгодна такая подставная регистрация, обнаруженная Минкультуры и послужившая поводом для подачи иска о выселении Международного Центра Рерихов из усадьбы Лопухиных?

Ответ на этот вопрос можно найти на официальном сайте Минкультуры, где опубликована статья о том, что происходит вокруг Международного Центра Рерихов. С нескрываемым злорадством там отмечается, что МЦР – это жлобская организация, которая только и делает, что судится со всеми подряд и постоянно эти суды проигрывает.

И совсем не говорится о том, что суды происходят по искам подведомственных Минкультуры учреждений, что само ведомство является главным гонителем общественного Музея.

Вышеупомянутая статья на сайте Минкультуры вообще очень примечательна. Из нее невозможно понять не только, кто инициирует судебные процессы, там попирается принцип презумпции невиновности в отношении фигурантов следствия по делу «Мастер-банка». Но главное, что особенно бросается в глаза, так это полное умолчание о том, что должностные лица Минкультуры принимали участие вместе со следователями и ОМОНом в обыске общественного музея. Еще бы! Если бы Минкультуры сказало о присутствии в МЦР своих представителей Т.Мкртычева и К.Рыбака, то ему надо было бы объяснить, почему в одной компании с ними оказался и главный хранитель Музея Николая Рериха в Нью-Йорке Дмитрий Попов. А объяснять это очень не хочется.

Мне понятно, почему в результате этой акции общественный Музей был фактически разграблен. Еще можно объяснить изъятие 9 картин Святослава Рериха, которые по версии следствия были куплены на невозвращенные банку кредиты. Но изъято-то около 200 произведений искусства! Чтобы возвысить нью-йоркский Музей, московский общественный Музей уничтожается при каждом удобном случае.

И вот уже через неделю после обыска летит в Кремль к президенту России голос общественности из Энтинова гнезда.

«Уважаемый Владимир Владимирович!

Межрегиональная общественная культурно-просветительная организация Сибирское Рериховское Общество (г. Новосибирск) обращается к Вам с просьбой охранить и сберечь картины Н.К. и С.Н. Рерихов, которые были изъяты 7 марта из Музея имени Н.К. Рериха Международного Центра Рерихов.

...Просим Вас лично принять участие в судьбе уникальной коллекции великого русского художника и всеми возможными средствами содействовать тому, чтобы картины не подверглись распродаже и остались в России, будучи взяты на государственное хранение».

Да, да, это то самое СибРО, которому Энтин обещал «сотрудничество в общих проектах». Он сдержал свое слово., они сейчас этот проект и реализуют. И вот СибРО еще до решения суда по делу «Мастер-банка» просит президента, разумеется, в государственных интересах, определить судьбу картин, принадлежащих общественному Музею, и изъять их из этого Музея навсегда. Вот вам степень координации и согласованности действий всей этой группировки! Преступная это группировка или нет, решай сам, читатель.

Одно бесспорно: она торопится.. Осенью в России начнется активная фаза президентской предвыборной кампании. Минкультуры не погладят по головке, если к этому времени не будет погашен конфликт вокруг МЦР. Да и власть в Министерстве может потом смениться, надо успеть довершить начатое дело. Уже известно, что судебное решение о выселении МЦР из усадьбы будет обжаловано, а времени мало.

Но на этот случай у американо-российского сообщества, более похожего на шайку, есть еще одна заготовка. Над Международным Центром Рерихов висит долг по налогам в размере 52 000 000 рублей за якобы коммерческое использование картин в экспозиции. Таковым считается непостановка картин на учет в негосударственную часть Музейного фонда. Общественный Музей несколько раз подавал документы для выполнения этого требования. Но решение по этому вопросу принимает... Министерство культуры! Оно всякий раз отказывает МЦР, ссылаясь на бюрократическую казуистику. Ну это же так предсказуемо! В результате если налоговики не снимут свои требования, МЦР может быть объявлен банкротом. В контексте всего сказанного, понятно, что дело поведут к полной ликвидации общественной организации. Каково?

Расследовать дело против МЦР, замешанном на воровстве, лжи, мошенничестве и непомерной подлости не так и сложно. Разве нельзя потянуть за ниточки и выяснить, кто же зарегистрировал на адрес усадьбы Лопухиных коммерческие организации? Ведь у них, пусть даже они существуют только на бумаге, есть управленцы, кто-то подавал и забирал документы о регистрации, там есть подписи конкретных людей. Но никто не хочет этого делать.

Тем временем выпестованный Энтиным главный хранитель Музея Николая Рериха в Нью-Йорке Дмитрий Попов уже въезжает на вершину своей славы. Примечательно, что на сайте «Живая Этика в мире» он представлен не как участник, а как очевидец спецоперации МВД в МЦР (это в блокированном ОМОНом здании музея, куда никого не впускали. А Попов просто стал очевидцем!).

Этот заокеанский деятель культуры мечет громы и молнии в адрес МЦР и его мецената: "Те, кто действительно болеет душой за судьбу той части рериховского наследи, которая оказалась в МЦР, и следит хотя бы только за публикациями, те уже давно знают положение вещей. Руководство Мастер-Банка поставило на поток незаконные финансовые операции с массовым выводом средств из оборота. На эти средства оно долгие годы и содержало весь МЦР. Для покупки картин на подставных лиц щедро выдавались заведомо невозвратные кредиты, а в итоге эти картины поступали в МЦР. Что же удивляться тому, что гром наконец грянул? Удивительнее то, что он грянул так запоздало и мягко".

Вот как уехавший за океан Дмитрий Попов радеет за российских вкладчиков, за чистоту финансовых операций и честность! Когда он попал под свет софитов, что бывает в минуту славы, стали известны, кроме махинаций в издательстве «Сфера», некоторые другие подробности жизни этого господина. В 90-х годах Д.Н.Попов, будучи председателем Российского теософского общества., вчистую обворовал эту организацию. Пользуясь тем, что теософы – люди спокойные, тихие, озабоченные в первую очередь духовной сферой, Дмитрий Попов очень эффективно обременил себя сферой материальной. Не сомневаюсь, что главный хранитель Музея Николая Рериха этому культурному учреждению еще услужит - также, как он услужил в 90-х годах теософскому обществу, потерявшему с Дмитрием Поповым не только деньги, но и библиотеку, в которой, как говорят, находились редкие книги и фолианты. Примечательно, что под теософской крышей Попов торговал консервами и прочей снедью. Он действовал так нагло, что даже тихие теософы не выдержали и в конце концов от Попова избавились, хотя он до последнего не хотел расставаться со своей любимой организацией.

Теперь суд выселяет МЦР за якобы коммерческую деятельность в усадьбе Лопухиных. Не сыграл ли в данном случае роль личный опыт Попова при обсуждении судьбы российского общественного музея в Нью-Йорке? Может, это ему в голову пришла мысль подставить МЦР, зарегистрировав на адрес общественного Музея всевозможные фирмы? Понятно, что подобные вопросы так и останутся без ответа. Но главному хранителю Музея Николая Рериха в Нью-Йорке в своих обличительных речах надо все-таки быть сдержаннее.

На фоне разрушения МЦР российско-американское культурное сотрудничество набирает обороты. Дмитрий Попов рукопожатен и вхож в самые разные двери. Вот он выступает в Петербурге на XVI Международной научно-практической конференции «Рериховское наследие»:

«В Нью-Йорке состоялась первая конференция-встреча представителей рериховского движения. И она послужила катализатором для того, чтобы перевести личную дружбу, складывавшуюся много лет, в нечто большее, в нечто оформленное и программное, с определенными задачами, которые мы на себя взяли».

Что такое «личная дружба», и чем она оборачивается для МЦР, мы уже знаем. А «нечто большее» рождается на наших глазах. В «нечто» можно войти. Если люди, объединенные вокруг Международного Центра Рерихов, перебегут в другой, такой успешный стан, они сразу же перестанут быть фанатиками-сектантами, как представляют российские государственные (по должности) мужи людей, отказавшихся предательствовать. Зато, предав, они сразу же станут в глазах предателей служителями культуры. Ну что ж, Родина важнее любых ярлыков. Мы остаемся с Родиной.

Те, кто противостоят сегодня МЦР, говорят о драме, связанной с этой общественной организацией, как о череде скандалов. Защитники Международного Центра Рерихов считают, что они приняли битву за Родину, и именно чувство Родины помогает им так отчаянно сопротивляться.

Вы помните, в начале статьи я писала о том, что Энтин уклонился от участия во Второй Мировой войне. Открытому сражению он предпочел сражение скрытое, и за четверть века почти победил. Почти... Противостоять созданной им международной сетевой структуре невероятно сложно, и мы видим, как она все сильнее сдавливает свои тиски. Главный удар во время этого мощнейшего натиска держит человек, уже побывавший под пулями - вице-президент МЦР Александр Витальевич Стеценко. За несколько дней он стал заметной медиаперсоной. Только тогда я узнала, что Александр Витальевич штурмовал аэродром в Афганистане, что он награжден орденом Красной Звезды и медалями, что он окончил военную службу заместителем начальника штаба дивизии. Этот человек – воин. А мы знаем, что в русской воинской традиции принято стоять до конца.

.

Пусть на планете станет светлее!

Ваш комментарий сохранен и будет опубликован сразу после вашей авторизации.

0 новых комментариев

    ДРУГИЕ СТАТЬИ

    Мировая торговая война с США

    Вашингтон с 23 марта установил повышенные тарифы на ввоз металлов для всех стран, кроме Бразилии, Канады, Мексики, Южной Кореи, Австралии и государств ЕС, для которых пошлины начнут действовать 1 мая. В США объяснили эти меры интересами национальной безопасности.«Впервые страна-член ВТО вводит такие пошлины без предварительного расследования, только в интересах национ...
    «Геополитика России» Вчера 21:50 3771 12.79

    «Рекомендуем Лондону не торопиться с уничтожением улик»: Мария Захарова о расследовании дела Скрипалей.

    Официальный представитель Министерства иностранных дел России Мария Захарова провела брифинг, посвящённый вопросам международной политики. В частности, она прокомментировала ведущееся Британией расследование дела Скрипалей. Так, она обратила внимание на то, что в Солсбери, где произошёл инцидент, проводится активная зачистка якобы заражённых объектов, которые могут бы...
    alexman
    Вчера 21:50 6021 25.25

    Новости Большого Пузыря Недвижимости. Он начинает лопаться

    В 2018 году это будет происходить повсеместно. А пионером сдувания Пузыря Недвиги становится Канада.  Гигантский жилищный пузырь в Торонто громко лопается Цены на дома для одной семьи за год упали на C$207,000 (канадских долларов) на волне обвала продаж. После 18-летнего роста с едва заметным спадом во время финансового кризиса жилищный рынок ...
    ПРОМО
    adeptdao 18 апреля 16:37 16557 110.87

    В защиту Дурова. Эпидемия "highly likely" теперь и в России.

    Что общего у Терезы Мэй и Александра Жарова?Кто такой Александр Жаров? Полноте-с, это Глава Роскомнадзора, верный продолжатель дела Мэй. Человек, который использует "highly likely - аргументы" в борьбе с мессенджером Telegram.Тут и наши доморощенные подпевалы подтянулись, вот Илья Новицкий, уважаемый блогер, уподобляется нашим западным "партнёрам", используя столь же ...
    Служба поддержи

    Яндекс.Метрика