Кто стреляет первым — тот и труп.
Как все мы знаем, хорошие парни всегда побеждают злодеев в плохих вестернах. Стоя друг против друга, злодей и рубаха-парень одновременно тянутся к пистолету, для того чтобы покрошить своего оппонента в дуршлаг, но обычно хороший парень успевает сделать это на секунду раньше. Этому есть простое объяснение — инстинктивные реакции «хорошего парня» и в вестерне, и в реальной жизни оказываются чуть-чуть быстрее, нежели сознательное решение злодея вытянуть револьвер из кобуры первым.
В свое время этот парадокс был проверен Нильсом Бором на своих учениках, когда они ради шутки купили в магазине игрушек два детских револьвера, в результате чего Нильс Бор, действуя именно инстинктивно и играя в дуэлях «хорошего увальня», играючи «перестрелял» всех своих более молодых и резвых учеников, которые по очереди играли в «злодеев».
Еще хуже обстоит ситуация в том случае, если число сторон конфликта нервов составляет более двух — и речь идет не о классической дуэли, а о так называемом «мексиканском противостоянии». В случае, если конфликтующих трое или четверо — первый выстрел гарантированно убивает стрелявшего, так как другие участники противостояния не преминут воспользоваться паузой на перезарядку оружия, чтобы тут же укокошить стрелявшего первым. Именно такая ситуация сложилась в украинском противостоянии. Как ни грустно признавать мне, жителю бывшей Украины сей прискорбный факт, но моя страна оказалась лишь полем боя между внешними силами. Сама страна уже окончательно потеряла свою субъектность — причем киевская хунта теряет ее гораздо быстрее, нежели Новороссия ее формирует.
Кто же участники этого «мексиканского противостояния» на просторах Украины?
Формально это война между центральной властью в Киеве и повстанцами на востоке страны. Реально же — это война между США и Россией, однако ведущаяся «иными способами», без тактического ядерного оружия и танковых клиньев, выходящих к Ла-Маншу. В эти «иные способы» входит и постоянное провоцирование оппонента на то, чтобы он начал «движение к пистолету».
Россия молчит? Сожжем «колорадов» в Одессе.
Россия нахмурилась? Расстреляем демонстрантов в Мариуполе!
Россия смотрит на нас? Применим зажигательные бомбы против Славянска!
Россия сохраняет спокойствие? Да нате, вот вам удары РСЗО по Луганску! Вытягивайте пистолет, сволочи, нет уже сил терпеть!
А Россия все равно ничего не делает с точки зрения «привычной войны». И ведет войну иную, ту, против которой у нее никогда не было адекватного ответа. Войну, которую США успешно вели в Афганистане еще против СССР, воюя на чужой территории и чужими руками.
Сейчас Россия ведет именно такую войну на Украине. Грустно, что это приходится делать на территории, населенной русскими людьми — но такова плата за двадцать лет бездействия России в украинском вопросе. И малазийский «Боинг», брат-близнец корейского «Боинга» 1983 года — еще один кирпичик в паззл «мексиканского противостояния» на полях Украины.
В чем был расчет?
В том, что Россия сдаст ополченцев на милость Киеву, опасаясь получить от мирового сообщества ярлык «пособника террористов». Ярлык все равно получен, но ополченцы не сданы. Даже в условиях тотальной информационной блокады, в условиях продолжающихся атак Донецка и Луганска, в условиях препятствования разворачиванию масштабной российской помощи ополченцам — Россия продолжает последовательно идти своим курсом: нет большой войне на Украине, но нет — и сдаче Новороссии. Корабль украинского кризиса по-прежнему идет между Сциллой и Харибдой.
Да, Россию и российское руководство ругают и справа, и слева. Ругают «ястребы», жаждущие войны и утверждающие, что «путинслил», и ругают «голуби», вторящие им, что «путин-ла-ла-ла». Издевается хунта, брызжут желчью американцы, поносят европейцы. А как вы помните, если враги нас сильно ругают, значит мы все делаем правильно.
А что теперь делать? Нервы на пределе, а «хороший парень» все не тянется к револьверу!
В тартарары летит экономика Руины, счет раненым и погибшим уже пошел на тысячи, в тылу зреет народное восстание с социальной повесткой, которую киевской хунте невозможно купировать никакими разумными усилиями, европейская и американская общественность тоже начинает что-то подозревать — а войны все нет!
Что же делать?
Рука тянется к пистолету... Стоп! Мексиканское противостояние. Кто стреляет первым — тот и труп.
Да, русский инстинкт говорит нам: не медли, не теряй время, вытягивай же скорее свой револьвер! Стреляй, Вася, стреляй же!
Нет. Нельзя. Нельзя. Нельзя.
Они должны выстрелить первыми. Тогда, может быть, и спасем Новороссию. Того самого, лежащего на земле парня с двумя автоматами в руках, который отбивается сейчас из последних сил.
Оценили 0 человек
11 кармы