4 года СВО

ДМИТРИЙ  ЕВСТАФЬЕВ

Про четырехлетие СВО писать сложно: тема большая и деликатная. И выводы еще делать и делать, причем пишут об этом те, кому  не положено. А те, кому положено… Надеюсь, тоже выводы делают. Помню, много было рассуждений, какая это будет война.  Они все не оправдались. Все. Война оказалась совершенно иной. И следующая наша война тоже окажется не такой, как  прогнозировали. Потому что войны всегда планируются от «предыдущей».  Очень многое в прогнозах было спланировано, отталкиваясь от, с одной стороны, «войны Байрактаров», второй «Карабахской» (где теперь те «Байрактары», на которые нам предлагалось делать ставку?). А с другой стороны, от коротких силовых операций по принуждению к миру. По образцу этих операций и выстраивалась первая фаза СВО.

Конфликт вокруг Украины изначально не был нами осознан как конфликт региональный, ведущий к коренному изменению политико-географической конфигурации пространства. 

От этого - наше неполное понимание масштабов противостояния, а главное  - «веса» его геополитической составляющей. У нас не было полноценной «картины мира» по результатам этого конфликта. 

Скажу еще две непопулярные, наверное, вещи:

● Теперь все военно-силовые конфликты в Евразии и вокруг нее будут изначально нести в себе элемент перекройки пространства. Да и большинство конфликтов в мире. Силовая операция США в Венесуэле - скорее исключение.

● На данном этапе развития конфликта вокруг Украины как никогда важно «не проиграть мир», осознав, что Запад продолжает сохранять в своем стратегическом планировании самые решительные цели в отношении России.

Мое предположение, которое пока оставлю здесь, а потом, возможно, разовью в более фундированных материалах: мы вообще входим в эпоху «разных войн», локализованных в зависимости от противника и ТВД. Не будет более универсальной модели вооруженного противостояния. А значит - и военная сила государства,  готового участвовать в «силовой большой игре» (а «большая игра» сейчас может быть только силовой)  должна быть максимально гибкой, если хотите, «слоистой». Это огромный вызов для российской военной организации, исторически стремившейся к единообразию. Особенно с учетом все более сложной ситуации, складывающейся по южным рубежам России. Если «балтийский сценарий» еще может быть нейтрализован в рамках того, что именуется «конвенциональными боевыми действиями» (хотя уже с учетом новых средств ведения войны»), то потенциальное военно-силовое обострение по «южному фронтиру» не способно  развиваться конвенционально. И даже в рамках одного «фронта». Это – большой вызов, не купируемый только политико-дипломатическими средствами. Готовиться к нему нужно уже сейчас.

Скажу пару замечаний и про развитие ситуации вокруг британской «сетки».

Сигналом, что британская «сетка» начинает восприниматься в качестве серьезной угрозы, стало заявление директора ФСБ А.В.Бортникова по «британскому следу» в покушении на генерала Алексеева.

В-первых, Бортников «от себя» (а не «от ведомства») в принципе говорит редко, и оттого его заявления весомы и не девальвируются.

Во-вторых, заявление о «британском следе» в террористическом акте указывает на конкретное государство, с которым формально есть дипотношения. И такой шаг не мог не быть согласован на САМОМ высоком уровне.

Наконец, по форме это выглядело как констатация. Все это предполагает не медийную кампанию, а практические действия. Важно и то, в каком «событийном окружении» появилось заявление директора ФСБ. Многое станет понятно.

А теперь - гипотезы и предположения. 

Начну с очевидного предположения: Трамп потерял главный козырь в торговле с Россией: смещение Зеленского. Это, собственно, и есть главный результат «женевского раунда». 

Относительно смены Зеленского сложился совершенный консенсус на всем Западе, а Кремль повел себя (во всяком случае, публично) индифферентно. При всех издержках стратегически комбинация выглядит очень красиво. Но есть нюанс: заменить данную «уступку» Трампу нечем, во всяком случае, пока. Меня смущает, что Трамп становится нам слишком много «должен». В таком положении «кинуть» нас - будет естественным решением.

А вот британцы уже откровенно продвигают у нас террориста Буданова и, похоже, имеют некоторую поддержку в России. Это конечно, вызывает вопросы, насколько стоит делать в Киеве такую похабную ставку, но, вероятно, идея хоть какого-то мира всерьез овладела массами российской меритократии. К тому же ни одного шанса на сегодняшний момент на более приемлемую кандидатуру у Москвы нет. 

А вообще рекомендую заценить «класс игры» британцев: они даже в тяжелейшей для себя ситуации смогли по обоим направлениям, где у них есть влияние (Персидскому заливу и Украине), загнать противников в цугцванг. На Украине поставив Кремль перед выбором между контролируемым Лондоном террористом Будановым и контролируемым Лондоном мясником Залужным. А в Персидском заливе заставив Трампа выбирать между необходимостью самому влезть в большую войну против Ирана и высокой вероятностью, что его туда затолкнет Нетаньяху или вообще некая «третья сила». 

И не стоит сбрасывать со счетов ситуацию в Прикаспии, где британцы способны сыграть вхаотизацию по обоим берегам Каспийского моря.

В то, что ситуация в Мексике окажет серьезное влияние на политические процессы в США, я не верю. И в конспирологию, что обострение в Мексике задумано, чтобы облегчить маневр на выход из конфликта с Ираном, я не верю тоже. 

Конфликт с Ираном уже в фазе практической реализации. «Повесточкой» его не перебить. Согласен с тем, что обезглавливание одного из картелей выглядит как спецоперация против наиболее зарвавшихся наркобаронов, возомнивших себя политическими фигурами. Такое случается не в первый раз. 

Но есть два нюанса. 

Первый и главный: «кадровые перестановки» в Мексике неизбежно выразятся в переделе, (естественно, кровавом) в крупных американских мегаполисах. Причем не только там, где это пойдет на пользу Трампа (на северо-востоке), но и там, где это станет фактором дестабилизации против него. Второй нюанс, чуть менее заметный: это большой тест на дееспособность американских структур внутренней безопасности. А они сейчас в очень сложном состоянии после «Миннеаполиса».

А вот то, что меня удивило по ситуации в США, так это появление комментариев от военных о сложностях ведения длительной войны. Казалось бы, на решающей фазе подготовки удара по Ирану или запугивания Тегерана ударом как раз следовало демонстрировать полную монолитность. Это может быть и флуктуация военных старого разлива, не желающих брать ответственность за положение, где «договорнячок» сомнителен. Напомню, Венесуэла - это все-таки не столько военные, сколько спецслужбы. А тут.... И все-таки очень странный сигнал. Едва ли подобные заявления инициировал сам Трамп, чтобы создать себе предлог «соскочить».

В заключение о «красно-белых войнах» в День Защитника отечества. Опять навлеку на себя гнев определенных кругов, но выскажусь. Дальнейшее поощрение «белых националистов» к радикализации позиций в актуальной ситуации  внутри страны становится очень опасным. Очевидный заступ «за флажки»  в момент государственного праздника со стороны бело-националистических кругов крайне опасен. Тут либо придется констатировать, что проект окончательно вышел из-под контроля, либо предполагать, что дестабилизация общественной ситуации и разрушение «путинского консенсуса» и была его основной целью. Настоятельно бы рекомендовал кураторам националистических проектов угомонить своих молодцов. Деструктивная сущность их поведения становится слишком откровенной и очевидной.