ДМИТРИЙ ЛЕКУХ
Кажется, весна в нашей стране наступает не только календарная и, как клянутся синоптики, климатическая. Есть все признаки «оттепели» и в финансовом секторе. В частности, вчера мегарегулятор провёл весьма представительное (члены совета директоров Банка России, руководители департамента денежно-кредитной политики, департамента исследований и прогнозирования, других департаментов и главных управлений Банка России) и, судя по составу участников, фактически официальное обсуждение едва ли не самого болезненного вопроса нашей финансовой современности — прогнозов по инфляции и учётной ставке ЦБ РФ.
Самая долгожданная новость: участники заявили, что «уверенность в возможности продолжения снижения ставки на ближайших заседаниях серьёзно повысилась».
И хотя, как уточнили в ЦБ, формулировка сигнала, которая указывает на готовность к дальнейшему снижению, не привязана к конкретному заседанию, банковский сектор начал реагировать на сигнал почти немедленно. На этот раз банки объявили не только о сокращении процентов по вкладам (тут-то дело привычное и уже почти житейское), но и (по крайней мере, Сбер, Альфа-банк и Совкомбанк) о снижении ставок в том числе по своим «рыночным» ипотечным программам. В частности, Сбер — и это тоже послужило серьёзным сигналом рынкам — заявил, что снизит ставки по рыночной ипотеке в пределах 0,5—0,7 процентного пункта.
Таким образом, фиксируем: минимальная ставка в одном из онлайн-сервисов составит от 15,7% на покупку жилья в новостройке и от 16,5% на вторичном рынке. Разумеется, этого явно недостаточно, чтобы рынок по-настоящему ожил: Герман Греф уже заявил, что для настоящего перезапуска программ рыночной ипотеки ставка не может быть выше 12%. Причём нам кажется, что тут Герман Оскарович несколько излишне оптимистичен: ипотека станет реально массово востребованной при процентных ставках, отличных от двузначных, да и то только при условии роста реальных доходов населения. Но тем не менее сигнал рынку подаётся правильный — и с чего-то надобно начинать.
Почему это важно для экономики нашей страны, пояснить можно на примере той же ипотеки: в первую очередь оживёт «локомотивная» для любой экономики строительная отрасль, которая потянет за собой и производство материалов, и много чего ещё — от транспорта до логистики. И такое оживление пройдёт фактически по всем «рыночным» отраслям, включая автомобилестроение: как важно для этой отрасли вменяемое автокредитование, не мне нашим читателям объяснять, автомобиль у нас давно не роскошь, а необходимый почти любой здоровой семье инструмент мобильности. А такое оживление не может не повлиять в том числе на рынок труда.
Кроме того, выиграет, причём почти немедленно, и бюджет: просто напомним, что при льготном кредитовании — а таких программ у нас масса, от семейной ипотеки до льгот участникам рынка IT, — разница между льготной и рыночной ставками выплачивается кредитным организациям из бюджета. И эта разница на круг в годовом исчислении составляет даже не десятки, а сотни миллиардов рублей. Словом, «финансовая оттепель», кажется, действительно наступает. И тут только один вопрос: почему для всего этого опять потребовались воля президента РФ и его слова о «рукотворном» (© Путин) охлаждении экономики? И ещё, извините, совершенно наплевать, что скажет по этому поводу МВФ: финансовый суверенитет (а это, вне сомнения, один из его признаков) прежде всего именно выгоден. И уж кто-кто, а банкиры и прочие финансисты этого просто не имеют права не понимать.
Оценили 10 человек
16 кармы