Responsible Statecraft, США. "Новый Перл-Харбор". В Иране Вашингтону придется сыграть в русскую рулетку

Мир на грани хаоса из-за войны на Ближнем Востоке, пишет RS. Сложная сеть альянсов и экономических интересов делает последствия непредсказуемыми. Эксперты предупреждают, что даже небольшой просчет способен спровоцировать глобальный конфликт.

Дэн Грейзиер (Dan Grazier)

Бесчисленные труднопрогнозируемые события с серьезными последствиями могут вызвать крах нашего хрупкого геополитического порядка.

Вскоре после того, как американские и израильские бомбы и ракеты стали градом падать на Теге

ран, иранские ракеты полетели во всех направлениях, нанося удары по американским базам в Кувейте, Омане, Катаре, Саудовской Аравии, Турции и других странах. Живущие там люди по понятным причинам пришли в ужас. Вполне возможно, что в этом и состояла цель иранских руководителей, которые пережили первые атаки. Стратегия Тегерана может заключаться в том, чтобы убедить региональных союзников Америки по-новому взглянуть на свои альянсы в сфере безопасности.

В 2010 году большинство людей недоверчиво покачали головами, когда была обнародована ныне печально известная карта различных общественных, государственных и племенных интересов Афганистана. Диаграмма запутанных связей, подготовленная для борьбы с повстанцами (COIN), была ужасно сложной, фактически непостижимой. Один слайд в PowerPoint показывает, насколько трудно понять, как стимулирующий фактор в одном углу может вызвать реакцию в кажущемся очень далеким от него секторе. И это всего лишь одна страна.

А теперь представьте себе схему, отображающую сегодняшние мировые альянсы, договоры, торговые соглашения, культурные и религиозные связи. Она будет настолько сложной, что никто не сможет в полной мере понять, как всё это согласуется и взаимодействует. Если один игрок решит обострить конфликт, невозможно предсказать, кто ещё может в него втянуться. В эпоху ядерного оружия, которое может быть применено в любой момент, события способны так быстро выйти из-под контроля, что ни один из ключевых игроков не сможет по-настоящему понять, что на самом деле происходит. Наша цивилизация может погибнуть в считанные минуты, и если кто-то выживет, то только благодаря везению. А если кто-то из людей действительно выживет, то скорее всего, он никогда не узнает точно, как начался этот конец света.

Обстановка в мире пугающе напоминает 1913 год. В годы, предшествовавшие Первой мировой войне, европейские лидеры создали сложную систему альянсов. Франция и Россия подписали пакт о взаимной обороне. У Германии и Австро-Венгрии была схожая договоренность. Русские также имели культурно-исторические связи со своими собратьями-славянами в Сербии.

Поэтому, когда в июне 1914 года сербский националист убил Франца Фердинанда и его супругу, возникший в результате этого дипломатический кризис и объявленная Австро-Венгрией война Сербии вынудили Россию вступить в военные действия. Мобилизация в России побудила немцев начать ее и у себя в стране. В быстрой последовательности в Германии объявили войну России, Франции и Бельгии. Когда немецкие войска вошли в Люксембург и Бельгию, Великобритания объявила войну Германии, и Первая мировая война началась по-настоящему. Международная сеть, созданная этими лидерами начала ХХ века, была настолько ненадежной, что достаточно было лишь небольшого толчка в забытом уголке Европы, чтобы вся система рухнула.

Сегодня мир намного сложнее. В 1913 году существовало примерно 61 суверенное государство, но ключевыми игроками были крупные европейские империи, такие как Великобритания, Россия, Франция и Германия. На сегодняшний день существует 195 стран, и каждая из них стремится занять собственное место на мировой арене, отстаивая свои национальные интересы. Невозможно рассчитать потенциальное количество труднопрогнозируемых событий с пагубными последствиями, способных настолько сильно натянуть геостратегическую сеть, что она разорвется от напряжения.

А еще задумайтесь о том, что мы уже сейчас можем находиться на начальной стадии глобальной войны. Виктор Дэвис Хэнсон писал о том, что Вторая мировая война выглядит как Вторая мировая только в ретроспективе, задним числом. Людям, которые ее пережили, особенно самое начало, Вторая мировая война казалась чередой довольно заурядных пограничных конфликтов и территориальных завоеваний. Японцы вторглись в Маньчжурию в 1931 году, а в 1937 году расширили конфликт, ввязавшись в войну с Китаем. В 1935 году Италия напала на Эфиопию. Германия в 1936 году вновь провела милитаризацию Рейнской области, в 1938 году аннексировала Австрию, а шесть месяцев спустя оккупировала Судеты.

Сегодня Россия продолжает военные действия на Украине. Газа остается открытой раной. Соединенные Штаты захватили президента Венесуэлы в ходе дерзкой военной операции. Теперь обезглавлен иранский режим, но оставшиеся в живых руководители, похоже, твердо намерены спровоцировать более масштабную войну, набрасываясь на каждую страну региона, где находятся военные объекты США.

В связи с этим возникает неудобный вопрос: не стоим ли мы сейчас на пороге нового Перл-Харбора?

Захватив президента Венесуэлы Мадуро, Соединенные Штаты сорвали поставки нефти в Китай. Теперь, в случае падения Исламской Республики Иран, Китай, скорее всего, лишится еще одного важного источника нефти. Кто-нибудь помнит, что побудило японцев нанести удар по американскому Тихоокеанскому флоту, а затем объявить войну США? Правильный ответ даст тот, кто укажет на утрату доступа к ключевым сырьевым товарам, особенно к нефти, из-за действий Соединенных Штатов.

Те самые лидеры, которые разработали международную систему, существовавшую до Первой мировой войны, также на протяжении многих лет до событий в Сараево вели гонку вооружений. Большинство из них прочитало работы Альфреда Тайера Мэхэна о важности морской мощи, и поэтому некоторые страны вкладывали огромные средства в строительство дредноутов. Хайрем Максим вдохновил множество оружейников на создание еще более эффективных пулемётов. А авиаторы со всего мира только начинали осознавать боевой потенциал аэроплана.

Никто в 1913 году не понимал, как индустриальная эпоха изменила характер войны. Главы государств все еще играли по старым международным правилам, которых вполне хватало, пока армии сражались в шеренгах и колоннах на относительно небольших и отдаленных полях битвы. Если бы те лидеры начала XX века могли предвидеть окопы и отравляющий газ, они наверняка не радовались бы началу войны. Многим ключевым игрокам также не хватало непосредственного опыта ведения войн, что порождало беспечность. Последней крупной европейской войной была франко-прусская война, которая закончилась в 1871 году. До этого последним по-настоящему значимым европейским сражением была битва при Ватерлоо в 1815 году.

Ни у одного лидера ни в одной стране мира сегодня нет опыта ведения войны в глобальном масштабе. Вторая мировая война закончилась более 80 лет назад. Немногим ныне живущим ветеранам Второй мировой войны сегодня за сто лет, либо они вплотную приблизились к этому возрастному рубежу. Никто не может точно знать, как будет проходить следующая мировая война. Если благодаря какому-то чуду новая война будет вестись без применения ядерного оружия, все равно невозможно узнать наверняка, как будет развиваться неядерная война между сверхдержавами.

Наверное, еще есть время для предотвращения такого сценария. Администрация и военные США заслуживают похвалы за то, что сумели менее чем за две недели подготовить и осуществить две впечатляющие демонстрации военного мастерства и доблести. Но они также должны помнить, что победа далеко не гарантирована. Удача, судьба и противник тоже могут сказать свое слово, которое окажет влияние на исход конфликта. Легко поверить, что современные военные технологии устранили неопределенность войны. Но война всегда будет оставаться человеческим предприятием и служить человеческим целям.

Администрация должна быстро завершить свою операцию в Иране. Она может отпраздновать успех, но ей не следует и дальше испытывать судьбу. Каждая военная операция — это геостратегическая версия русской рулетки.

Об авторе: Дэн Грейзиер — старший научный сотрудник и директор программы Центра Стимсона. Он капитан морской пехоты в отставке, прошедший Ирак и Афганистан. Грейзиер служил во 2-м танковом батальоне в Кэмп-Лежене, Северная Калифорния, а также в 1-м танковом батальоне в Туэнтинайн-Палмс, штат Калифорния.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ