Европа не сошла с ума, она готовится к войне

ДМИТРИЙ  РОДИОНОВ

Европа пока на начальном этапе подготовки к войне. Но она стремительно форсирует события, и все ее действия так или иначе исходят из логики войны. Так что не стоит в стотысячный раз повторять мем* про «Европа стреляет себе в ногу».

Евросоюз в 2026 году ждет экономический коллапс из-за энергетического кризиса и ошибочной политики, предупредил глава РФПИ Кирилл Дмитриев. Апрель, по его словам, станет началом осознания масштабов проблемы. Но «как они могут это понять, если не пытаются смягчить будущие риски или исправить ошибки?», недоумевает г-н Дмитриев. Насколько в реальности страшны прогнозы о «глобальном кризисе» из-за перекрытия Ормузского пролива, который угрожает всей мировой экономике?

Стоит напомнить, что Ормузский пролив, как и Баб-эль-Мандебский, уже перекрывали в прошлом, но к краху мировой экономики это не приводило. Кроме того, нынешний скачок цен на энергоносители не является чем-то беспрецедентным. Максимальным показателем цены на нефть стали 119 долларов за баррель. Для сравнения: летом 2022-го нефть стоила больше 119 долларов. А во время кризиса 2008-го без всякой войны достигала 147,50 доллара.

Что касается газа, то нынешний рекорд – 850 долларов за кубометр – куда меньше, чем пиковая отметка 2861,6 доллара в августе 2022-го на фоне отказа Европы от российского газа. Иными словами, пока нынешний кризис не так уж страшен, хотя, безусловно, он является очередным подтверждением того, что в современном мире в любой момент может произойти что-то, что обрушит всё.

В этих условиях той же Европе было бы логично вернуться к поставкам российского газа – в первую очередь трубопроводного. Технически это возможно, даже несмотря на войну на Украине. К тому же долгосрочные контракты с фиксированной ценой, на основе которых предпочитает работать Газпром, в случае различных форс-мажоров оказываются куда выгоднее и надежнее, чем разовая покупка на бирже. Но у Европы иная логика.

Глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен исключила возможность закупать российский газ даже в том случае, если в Европе будет физическая нехватка энергоресурсов, которая приведет к отключениям энергии. Напомню, осенью прошлого года Совет ЕС принял план по запрету импорта российского газа, согласно которому для ранее заключенных контрактов сохранится переходный период: по краткосрочным – до середины 2026 года, по долгосрочным – до начала 2028-го (с исключением для Венгрии и Словакии).

«У нас есть четкие цели, и мы придерживаемся их», – ответила глава ЕК на вопрос, изменится ли позиция Брюсселя ввиду нынешнего энергетического кризиса.

Странно было бы ожидать, что позиция Европы изменится сейчас, когда газ стоит «каких-то» 800 долларов, если они не изменили ее четыре года назад, когда цена неслась к отметке три тысячи. И в этом вся европейская логика: что бы ни случилось, отказ от российского газа – решение окончательное и бесповоротное. Как и планы по отказу от газа вообще – Европа намерена продолжать трансформацию энергетического сектора, переводя его, по словам той же фон дер Ляйен, на «зеленую и производимую в Европе энергию».

Все мы помним, как всего несколько лет назад в Европе останавливались ветряки и отключались замерзшие солнечные батареи. Недавно канцлер ФРГ Фридрих Мерц заявил, что сожалеет о решении Германии отказаться от атомной энергетики, но назвал решение необратимым. Решение о «зеленом переходе» обжалованию не подлежит. На логика в нем все же есть. И это логика войны.

Во-первых, странно покупать нефть и газ у страны, с которой Европа воюет – пока на Украине, а завтра, возможно, непосредственно. А как покупать ресурсы у врага?

Кроме того, Европе просто не нужно такое количество нефти и газа, как раньше. Евросоюз уже давно в рамках пресловутой «зеленой повестки» последовательно сбрасывает неэкологичные производства в страны Глобального Юга, делая ставку на сферу услуг и продажу технологий. Эксперты называют это эпохой постиндустриализации. В реальности же происходит деиндустриализация. И этот процесс стал очевидным после 2022 года, с начала новой фазы противостояния с Россией, когда Евросоюз решил полностью отказаться от дешевых российских энергоносителей.

Бизнес начал мигрировать в другие страны – туда, где дешевле энергия, меньше налоги, меньше навязанных политических ограничений – в первую очередь в США и Китай. Причем речь не только о мелком и среднем бизнесе, но и о таких гигантах, как Mercedes, BMW, Volkswagen, BASF, на которых держалась европейская экономика, и которые считались символом европейского благополучия. Не одномоментно, но постепенно они выводят из Европы, в частности из Германии, свои производства.

В сентябре 2022 года инфляция в Германии впервые с момента введения евро (с 1999 года) достигла двузначных отметок и составила 10,9%. В январе 2024-го в Германии прошла крупнейшая забастовка фермеров, перекрывших автобаны в знак протеста против отмены субсидий, льгот на топливо, повышения налогов. А годом ранее страну чуть не парализовала крупнейшая за три десятка лет забастовка работников транспортного сектора.

На самом деле европейцам не привыкать к экономии, не привыкать к постоянным повышениям цен. Но при условии пропорционального роста зарплат и компенсации убытков со стороны государства. Чего в нынешних условиях просто не происходит – напротив, власти стран ЕС на фоне отказа США от финансирования Украины вынуждены наращивать ее поддержку за счет собственных граждан.

Почему европейцы это терпят?

Европейцам внушают мысль о неизбежности прямой войны с Россией.

Буквально на днях заместитель начальника Военно-воздушных сил Франции Доминик Тардиф в интервью Politico заявил, что необходимо подготовить ВВС к вероятному конфликту с нашей страной. И это лишь самое свежее, но далеко не первое подобное заявление за последние годы. Они звучат все чаще.

Цель – подготовить общественное сознание к принятию мысли о неизбежности войны. Вторая цель – оправдать растущую милитаризацию (плюс постоянные разговоры о том, что США уже не способны обеспечить безопасность) Евросоюза, которая происходит за счет налогоплательщиков и снижения их уровня жизни.

Логика подготовки к войне, в которой действует Европа, не столь абсурдна, как может показаться на первый взгляд. Ведь страдает далеко не весь бизнес – некоторые, напротив, зарабатывают. В первую очередь те, кто непосредственно участвует в милитаризации.

Еще в начале 2023 года глава Rheinmetall Армин Паппергер заявил, что с войной в Старом Свете для концерна наступила новая эра рекордной прибыли и очень большого объема заказов. С началом СВО акции Rheinmetall выросли более чем в 14 раз, некоторые источники сообщают о росте капитализации компании почти в 18 раз.

Не остались в стороне и те, кто производит гражданскую продукцию. В прошлом году генеральный директор Volkswagen Оливер Блуме заявил, что концерн «открыт» для производства военной техники на своих заводах. Он напомнил, что компания ранее уже производила транспортные средства для армии. Особенного размаха это приобрело во времена Третьего рейха. Не только Volkswagen – BMW, Maibach, Mercedes, Porsche тогда производили военную продукцию для Второй мировой. Опыт богатейший.

Европа пока на начальном этапе подготовки к войне. Но она стремительно форсирует события, и все ее действия так или иначе исходят из логики войны. Так что не стоит в стотысячный раз повторять мем* про «назло бабушке отморожу уши» и «Европа стреляет себе в ногу».

Просто они готовятся к войне.

* СМИ, включенное в реестр иностранных средств массовой информации, выполняющих функции иностранного агента