ДО НИХ НАЧИНАЕТ ДОХОДИТЬ: НЕФТЯНОМУ РЫНКУ ГРОЗИТ КАТАСТРОФА

ДМИТРИЙ  ЛЕКУХ

В нулевые годы в интернете, помнится, торжествовал такой мем: Captain Obvious (по-нашему — Капитан Очевидность), или просто Кэп. В этот раз в данной ошеломительной роли выступил респектабельный британский The Economist, не только с удивительной скоростью сообразивший, что «на мировой рынок нефти надвигается сокрушительный шторм», но и неожиданно догадавшийся, откуда именно может прийти эта сокрушительная волна. Несмотря на то что закрытие Ормузского пролива лишило рынок 2 млрд баррелей (а это примерно 5% мирового предложения) и дефицит растёт на 14 млн баррелей в сутки, рынок нефти пока выглядит относительно спокойным.

Причины, с точки зрения экспертов The Economist, просты. И их всего две (на самом деле три, но главная, а именно скоординированная работа на понижение нефтяных цен финансовых игроков на биржевых рынках, в данном случае действительно не так интересна, потому что речь идёт о реальных, а не биржевых рынках). Это то, что США резко нарастили экспорт нефти и её производных — в первую очередь за счёт беспрецедентных объёмов высвобождения стратегических резервов. При этом, отмечает The Economist, следует иметь в виду, что мир вступил в конфликт на Ближнем Востоке с максимальными за десять лет запасами нефти.

Но самый сокрушительный удар по глобальным — и в первую очередь европейским — рынкам может быть нанесён не из воюющего и во многом враждебного им Персидского залива. А с территории традиционно верных своим союзническим обязательствам США.

Мы об этом, кстати, неоднократно писали: при всей реальной мощи американской добычи энергоносителей США всё равно продолжают оставаться нетто-импортёром, то есть потребляют больше, чем добывают. Разница в нефтянке, к примеру, составляет довольно внушительные 4 млн баррелей в сутки. И если Штатам будет важно (а им это будет важно!) удержать внутренний рынок, они просто неминуемо будут вынуждены как минимум начать ограничивать экспорт.

Это, можно сказать, просто математически неизбежное решение, но особенно выпукло его неизбежность стала выглядеть на фоне визита Трампа в Китай. Здесь всё очевидно: главное, чего Трамп (и, видимо, небезуспешно, судя по реакции стремительно взлетевших американских фондовых рынков) пытался добиться в Пекине, — это (в том либо ином виде) доступ ведущих американских компаний на китайские рынки. А это, если произойдёт, будет означать, помимо всего прочего, рост внутреннего американского производства, а значит, и рост энергопотребления, возможно даже взрывной (всё это связано с ИИ, а этот интеллект не чета обычному, человеческому, жрёт очень много энергии). А значит, если США хотят хоть как-то стабилизировать цены на внутренних рынках, они будут просто обязаны жёстко контролировать и ограничивать экспорт энергетического сырья: простите, но в сложившихся обстоятельствах такая корова будет нужна самому.

И этот удар для глобальных рынков будет, возможно, болезненнее даже ближневосточного кризиса. Просто вспомните, как американцы продавливали свой СПГ и какие рынки им удалось чуть ли не монополизировать. Еврозону, к примеру, в случае ограничений американского экспорта ждёт сначала чудовищный шок, а потом, возможно, и чисто физический крах. И это, понятное дело, весьма беспокоит журналистов респектабельного британского издания, констатирующих: «Мировой рынок нефти движется к эпицентру шторма. Одно опрометчивое решение Америки может легко опрокинуть неустойчивую лодку мировой экономики». 

Ну а нам, опасаюсь, их будет совсем не жаль: Европа от нас загородилась уже и так. Ничего — справились. И будет она жива или нет — нам с точки зрения экономики пополам. Да и остальное можно, в общем-то, потерпеть.