• РЕГИСТРАЦИЯ

АДМИРАЛ ФЛОТА КУЗНЕЦОВ. ЧАСТЬ II. ИДТИ НАПЕРЕКОР

Ходанов
Консервативен, патриотически настроен, работал в оборонке
15 ноября 22:07 154 5404


АДМИРАЛ ФЛОТА КУЗНЕЦОВ. ЧАСТЬ II. ИДТИ НАПЕРЕКОР

 «Талантливый флотоводец, энциклопедически образованный человек, он владел даром предвидения, чувством нового и твердо отстаивал свою позицию, невзирая на авторитеты. Это был русский интеллигент в самом высоком понимании этого слова».                                                    В.Воробьёв                        

"Посты у нас могут быть разные, но все мы – адмиралы, офицеры, матросы – люди советского общества, интересы у нас одни и те же. Этим сознанием должен быть пронизан каждый поступок командира, каждая его мысль. Бывает, что командиру приходится действовать круто, говорить резко, но и тогда в его словах и поступках не должно быть и тени высокомерия, безразличия к людям. Этого никогда никому не прощают."                                                                                                             Н.Г.Кузнецов                                                                                                  

"Каждый Наркомат «замыкался» на кого-то из членов правительства, за исключением НКО, НКИД и НКВД, и вновь созданного Наркомата ВМФ – ими Сталин руководил сам. «Это было и хорошо, и плохо, — вспоминал Кузнецов, — хорошо потому, что многие важнейшие вопросы решались быстро и в самой высокой инстанции, а плохо из-за того, что никто иной, кроме Сталина (даже Молотов), их решать не хотел».                                                                                                        Н.Г.Кузнецов

“Более серьёзно, глубоко, со всей ответственностью должны быть разобраны причины неудач, ошибок в первые дни войны. Эти ошибки лежат отнюдь не на совести людей, переживших войну и сохранивших в душе священную память о тех, кто не вернулся домой. Эти ошибки в значительной степени на нашей совести, на совести руководителей всех степеней. И чтобы они не повторились, их не следует замалчивать, не перекладывать на души умерших, а мужественно, честно признаться в них. Ибо повторение прошлых ошибок – уже преступление… Из-за того, что не было чёткой организации в центре, многие вопросы оставались неразрешёнными и на местах”.                                Н.Г.Кузнецов

“Долго расплачивались мы за организационную неподготовленность в первый год войны. Почему же всё так произошло? Мне думается, потому, что не было чёткой регламентации прав и обязанностей среди высоких военачальников и высших должностных лиц страны. А между тем именно они должны были знать своё место и границы ответственности за судьбы государства. Ведь в ту пору мы были уже уверены, что в предстоящей войне боевые операции начнутся с первых же её часов и даже минут”. Н.Г.Кузнецов

«Мне не пришлось менять профессии в поисках дела, которое оказалось бы больше по душе. Вся моя жизнь связана с советским военно-морским флотом. Я сделал выбор однажды, в совсем юные годы, и никогда не жалел об этом».   Н.Г.Кузнецов


Н.Г.Кузнецов. 1944 год

«В деле «крутых поворотов» моим злым гением, как в первом случае (отдача под суд), так и во втором (уход в отставку), был Н.А. Булганин… Некий В. Алферов, чуя обстановку (конъюнктуру), написал доклад, что вот-де у Кузнецова было преклонение перед иностранцами, и привел случай с парашютной торпедой. Подняли все архивы в поисках еще чего-либо более “криминального”. Я только удивлялся, как за всю бытность мою во главе Наркомата и в течение всей войны при очень больших связях, которые я вынужден был поддерживать с англичанами, американцами и другими союзниками, и всякого рода взаимных передачах во исполнение определенных директив и личных указаний нашлось так мало или почти ничего сколько-нибудь существенного, что нарушало бы самые строгие нормы поведения. Булганин подхватил это и, воодушевившись, сделал все возможное, чтобы «раздуть кадило». В тех условиях это было нетрудно сделать. Действовали и решали дело не логика, факты или правосудие, а личные мнения. Булганин к тому же мало разбирался в военном деле, хотя и хорошо усвоил полезность слушаться. Он и выполнял все указания, не имея своей государственной позиции. Он был плохой политик, но хороший политикан».

С ноября 1944 года заместитель наркома обороны СССР, член Государственного комитета обороны (ГКО) СССР, где сменил К. Е. Ворошилова. В феврале 1945 года введён в состав Ставки Верховного Главнокомандования. С марта 1946 года — первый заместитель министра Вооружённых сил СССР. В марте 1946 года избран кандидатом в члены Политбюро и членом Оргбюро ЦК ВКП(б). С марта 1947 года — заместитель председателя Совета Министров СССР. 3 марта 1947 года Н. А. Булганин назначен министром Вооружённых сил СССР

После окончания Великой Отечественной войны, в 1946 году, Сталин принял решение разделить Балтийский и Тихоокеанский флоты на два флота каждый. Кто его надоумил - не известно, можно только гадать. С точки зрения оперативного искусства подобное деление сил, особенно на Балтике, не выдерживало никакой критики. Адмирал флота Николай Герасимович Кузнецов, тогдашний нарком ВМФ, не стал скрывать своего мнения (он этого никогда не делал) и к неудовольствию Сталина отверг предложенную вождем идею. Как показали дальнейшие события, строптивость дорого обошлась этому талантливому моряку. Не получив одобрения наркома, разгневанный Сталин поручил А.И.Микояну и А.А.Жданову обсудить вопрос с адмиралом И.С.Исаковым - начальником Главного штаба ВМФ. Тот, неожиданно для Кузнецова, поддержал мнение руководства. Не откладывая дела в долгий ящик, Сталин приказал обсудить вопрос на заседании военно-морского совета. К чести участников этого совещания следует сказать, что они поддержали наркома. Начальник Главного штаба ВМФ при голосовании воздержался. 

Адмирал Исаков 1941-1943,1946-1947г.г. начальник Главного Штаба ВМФ.С января 1938 по апрель 1939 года — заместитель Народного комиссара Военно-Морского Флота СССР. В феврале — мае 1939 года во главе специальной группы находился в правительственной командировке в Соединённых Штатах Америки с целью изучения судостроительной промышленности. С апреля 1939 по февраль 1946 года был первым заместителем народного комиссара ВМФ СССР.  С октября 1940 по июнь 1942 года — начальник Главного морского штаба ВМФ. С началом Великой Отечественной войны, будучи первым заместителем наркома ВМФ СССР и начальником Главного морского штаба, отвечал за организацию действия флота. В декабре 1941 года был в командировке на Дальнем Востоке, проверяя готовность флота к отражению возможного нападения Японии. С апреля 1942 года  координировал действия Черноморского флота и сухопутных войск при обороне Севастополя и в битве за Кавказ. 4 октября 1942 года тяжело ранен во время Туапсинской операции . После длительного лечения в 1945 году продолжил службу во флоте. 

На следующий день в Кремль были вызваны Кузнецов и Исаков. В кабинете Сталина уже находились Жданов и Микоян. На вопрос вождя о том, какое решение принял совет, Кузнецов ответил, что руководство ВМФ считает деление Балтийского флота нецелесообразным, на что Микоян заметил: "А адмирал Исаков поддержал мнение товарища Сталина". Начальник Главного штаба опустил голову и промолчал. Позже нелепое решение о разделе флота было отменено, но Сталин ничего не забыл.

 А тогда в самом начале 1947 Сталин, видимо, укрепился в своем намерении убрать неуступчивого Главкома ВМС. В начале января 1947 г. на заседании Главного военного совета ВМФ Сталин неожиданно предложил освободить Н.Г.Кузнецова с должности Главкома ВМС. Возразить вождю никто не решился. Главкома ВМС это решение не застало врасплох, он прекрасно осознавал, что «кухня уже варилась»  Н. А. Булганиным.

Спустя месяц, Адмирал флота Н.Г.Кузнецов отправился служить в Ленинград начальником Управления ВМУЗов, и в ноябре 1947 г. снова был вызван в Москву, где его ожидали “суд чести” и суд Военной коллегии Верховного суда СССР по доносу капитана 1 ранга Алфёрова. 

Сфабрикованное во второй половине 1940-х годов "дело адмиралов" - это горькая память и боль отечественного флота.

Суд офицерской чести  1947 года

Из воспоминаний адмирала Ю.А.Пантелеева: "В 1947 г. по письму Сталину Алфёрова было назначено расследование о случаях якобы передачи Наркоматом ВМФ союзным державам чертежей нашего секретного торпедного оружия и секретных карт, подходов к нашим секретным портам. Я, будучи экспертом, писал акт. Подобная торпеда у союзников уже была, а карты представляли собой перепечатку со старых английских карт, переведенных на русский язык. Сталин приказал судить Кузнецова и трех адмиралов судом чести и Военного трибунала. Трех боевых адмиралов заключили в тюрьму, а Н.Г. снизили в звании до контр-адмирала и послали служить на Дальний Восток заместителем по морской части к Р.Я. Малиновскому. Маршал считал его отличным моряком, очень образованным и прекрасным волевым адмиралом. Высокого мнения о Николае Герасимовиче были и многие генералы."

Нарком ВМФ Н. Г. Кузнецов знал, что англичане имеют специальный трал «ЛАЛ» против электромагнитных мин, и своим решением обменял у англичан торпеду PAT-52 на образец этого трала. Когда на Красногорском рейде у Кронштадта при испытаниях трала был включен ток, сразу взорвалось 17 немецких мин. Таким образом, эта сложнейшая проблема стала решаться. Были созданы и подготовлены отечественные тралы, но произошло это значительно позже.

Что касается торпеды РАТ-52, по свидетельству биографа Н. Г. Кузнецова Н. Л. Михайлова, она была принята на вооружение в 1939 году: «Лицензия на ее производство была приобретена в Италии еще в 1935 году. Оригинальность отечественной разработки заключалась лишь в своеобразной конструкции грузового парашюта с поворотным тросом».

Но торпеда была «секретной», что позволило В. И. Алферову обвинить своего главкома и его заместителей «в антигосударственных и антипатриотических поступках».

 Вице-адмирал Г.А. Степанов. В октябре 1941 года был назначен на должность начальника Беломорской военной флотилии. Под его руководством была организована оборона портов и полярных станций, проливов Югорский Шар и Карские Ворота, осуществлялась защита морских коммуникаций в арктических водах, обеспечивалась проводка конвоев. В марте 1943 года отозван в Москву и назначен временно исполняющим обязанности начальника Главного морского штаба.  С июля 1944 года являлся начальником Управления военно-морских учебных заведений и, одновременно, старшим морским начальником в Ленинграде. 

Вместе с Кузнецовым обвинялись по этому “делу” заместители наркома ВМФ адмиралы Л.М.Галлер, В.А.Алафузов и вице-адмирал Г.А.Степанов. 3 февраля 1948 г. был вынесен приговор - адмиралов посадили в тюрьму, а Н.Г.Кузнецова, признав виновным в уголовном порядке, но учитывая его заслуги в деле строительства ВМФ и особо в годы Великой Отечественной войны, решили в тюрьму не сажать. Его разжаловали до контр-адмирала и лишили работы.

Адмирал В.А. Алафузов. 1959 г. С июня 1942 года исполнял обязанности начальника Главного морского штаба ВМФ СССР, неоднократно выезжал по поручению командования ВМФ на фронт, в том числе в Севастополь и в район действий Волжской военной флотилии под Сталинградом.В феврале 1943 года назначен исполняющим обязанности начальника штаба Тихоокеанского флота. 27 января 1944 года В. А. Алафузову было присвоено воинское звание вице-адмирал, а в июне того же года он был назначен на должность начальника Главного морского штаба ВМФ СССР.  В апреле 1945 года совместно с командующим Днепровской военной флотилией руководил действиями флотилии на реке Одер в Берлинской наступательной операции. С конца апреля 1945 года назначен на должность начальника Военно-Морской академии имени К. Е. Ворошилова. 


Вот как о этом сложном и непростом периоде сам Н.Г.Кузнецов:

 Адмирал Л.М.Галлер 1932-1937г.г. командующий  Балтийским Флотом -зам.Н.Г. Кузнецова. С 1937 года — заместитель Начальника Морских сил РККА. С 1938 года — начальник Главного морского штаба. С 1940 года — заместитель Народного Комиссара ВМФ по кораблестроению и вооружению.Во время Великой Отечественной войны руководил разработкой новых кораблей и строительством новых судов флота. С 1947 года — начальник Военно-морской академии кораблестроения и вооружения имени А. Н. Крылова. 

Про передачу торпеды и карт нашим недавним союзникам Алафузов объяснил: "…образец этой торпеды для англичан не представлял секрета… Что касается передачи карты, то она не секретная, ее можно купить в любом порту". На вопрос члена суда, полковника юстиции Данилова: "Когда торпеда поступила на вооружение?" - адмирал ответил: "Еще до войны, в 1938 году. Сначала она была засекречена, а потом ее рассекретили, минно-торпедное управление ВМФ даже издало книжку с описанием высотной торпеды". В подтверждение слов Алафузова вице-адмирал Степанов свидетельствовал: "Что касается обмена картами, то этот обмен происходил еще до войны и продолжался во время войны. Мы передали иностранцам 1500 карт, а от них было получено 6000 карт. Получали мы больше, чем давали". И далее все в том же духе… Вину друг на друга подсудимые не перекладывали, вели себя честно и достойно. В своем последнем слове адмирал Кузнецов сказал: "Вся моя жизнь связана с флотом, и при любых моих недостатках я старался сделать для флота как можно больше..." В ночь на 3 февраля 1948 года был оглашен приговор. Степанова и Алафузова приговорили к 10 годам лишения свободы каждого, Галлера - к четырем годам. Кузнецова освободили от уголовной ответственности, предложив понизить в воинском звании до контр-адмирала. Посадить в тюрьму по облыжному обвинению наркома, руководившего военно-морским флотом всю войну, даже у служак-чинодралов руки не поднялись, а скорее всего сам вождь так распорядился. 

«Четверть века назад четыре адмирала, отдавшие все свои силы в годы Великой Отечественной войны борьбе с врагом, — Л.М. Галлер, В.А. Алафузов, Г.А. Степанов — и один адмирал флота (бывший нарком ВМФ) Н.Г. Кузнецов были судимы и понесли наказание, хотя обвинение явно не имело под собой оснований. Закон и правда молчали. Этого могло и не быть, если бы люди, которым поручили разобраться, одновременно сделав намек на примерную степень наказания, имели мужество объективно считаться с фактами и «свое суждение иметь». Проходя по этим помещениям, я вспоминал, как ровно в 9 часов утра мы вошли в этот дом еще надеясь, что все обойдется (казалось уж слишком нелепым и нелогичным судить только для того, как я потом узнал, «чтобы другим неповадно было иметь дело с союзниками»). Когда пишутся эти строки (июль 1973 г.), этот суд выглядит еще более странным. Однако тогда мы с каждым часом убеждались, что председательствующий Ульрих мало интересуется сутью вопроса, что он уже получил указание и ему осталось подогнать процедуру под нужные статьи закона или, вернее, беззакония.»

В.Ф Трибуц в 1933-1947 г.г. командующий КБФ. которого неоднократно нарком Кузнецов фактически спасал от сталинского гнева... Возглавлял в августе 1941 года переход сил флота из Таллина в Кронштадт; в результате которого было потоплено большое количество советских транспортных судов, оставленных боевыми кораблями на произвол судьбы, тем самым допустил халатное отношение к судьбе моряков погибших из-за его просчетов. В октябре-декабре 1941 года руководил эвакуацией гарнизона военно-морской базы Ханко. Принимал участие в организации и осуществлении обороны Ленинграда, на всех её этапах (1941—1944). В 1943—1944 годах участвовал в разработке и проведении операций по прорыву блокады и разгрому противника в районе Ленинграда. В дальнейшем руководил силами флота в десантной операции по овладению островами Моонзундского архипелага, по оказанию содействия приморским флангам в наступательных операциях в Прибалтике, Восточной Пруссии и Восточной Померании.

Беда, случившаяся с адмиралом Н. Г. Кузнецовым, обнажила отношение к нему сослуживцев. За него многие переживали. Но были и злорадствовавшие и действовавшие против него. «Особенно странным, — считала жена Кузнецова Вера Николаевна, — казалось поведение адмиралов В. Ф. Трибуца и И. С. Исакова». Они считали себя близкими друзьями, а повели себя недостойно.

с апреля 1939 г. заместитель Н.Г. Кузнецова адмирал Г.И.Левченко.В Великую Отечественную войну 1941—1945 годов как представитель военно-морского командования участвовал в обороне Одессы, Николаева, Севастополя, командовал войсками Крыма (22 октября — начало ноября 1941). В ноябре 1941 года, после сдачи Керчи, арестован, признал себя виновным в пораженчестве и панике, дал показания на Г. И. Кулика. 25 января 1942 года осуждён к 10 годам лишения свободы, но 31 января 1942 года помилован и понижен в звании до капитана 1-го ранга. Руководил десантной операцией по захвату острова Соммерс в Финском заливе 8 июля 1942 года, окончившейся полной гибелью десанта и значительными потерями в кораблях (потоплено 8 катеров). В 1942—1944 годах командовал Ленинградской, а затем Кронштадтской военно-морской базой, участвуя в обороне Ленинграда.  С апреля 1944 года заместитель наркома ВМФ СССР. С мая 1946 года командующий Юго-Балтийским флотом (4-й ВМФ). После окончания войны проявил себя активным противником усиления Советского флота и создания Наркомата ВМФ, будучи адмиралом флота, сыграл свою роль в процессе принятия решения об избрании «сухопутного» вектора развития вооружённых сил Советского Союза. 

Один из близких сослуживцев, которого в годы Великой Отечественной войны нарком ВМФ не раз выручал из беды, заместитель Кузнецова вице-адмирал Г.И.Левченко написал фактически донос в ЦК партии, в котором оболгал своего бывшего руководителя. Суть постыдного письма сводилась к тому, что из домика в Потсдаме, в котором размещался адмирал Н. Г. Кузнецов, им были вывезены фарфоровые сервизы, серебряная посуда, картины и прочие предметы домашнего уюта. Николаю Герасимовичу не составило большого труда оправдаться, так как его адъютант при въезде переписал все, содержащееся в доме, а при отъезде эти предметы обихода были возвращены по акту, и документы, к счастью, сохранились. Тем не менее из-за этой кляузы на даче Н. Г. Кузнецова производили «раскопки» в поисках мнимых предметов роскоши…

Только через полгода по его личной письменной просьбе Сталину, николая Герасимовича Кузнецова отправили служить на Дальний Восток заместителем главнокомандующего войсками Дальнего Востока по ВМС. В феврале 1950 г. Н.Г.Кузнецов вступил в командование 5-м Военно-Морским флотом на Дальнем Востоке. 27 января 1951 г. он по второму разу получил очередное воинское звание “вице-адмирал” и был награжден орденом Ленина.

 Во время первой опалы 1948-1950 г.г. Кузнецов - начальник управления военно-морских  учебных заведений Ленинграда

Летом 1951 года в жизни Н.Г.Кузнецова произошел очередной “крутой поворот”. На заседании Политбюро ЦК ВКП(б) было принято решение “вернуть Кузнецова” на место военно-морского министра. И.В.Сталин, вновь увлеченный идеей создания “большого флота”, осознал, что “современного флота не построили”, и на посту военно-морского министра должен быть человек независимый, действительно государственного масштаба и кругозора, глубоко понимающий значение флота, способный отстаивать его интересы.

Н.Г. Кузнецов на фоне крейсера «Красный Кавказ»

В 1951 г. И. Сталин решил восстановить наркомат (теперь – министерство) ВМФ . Кузнецов стал военно-морским министром, ему повторно было присвоено звание адмирала, а затем и адмирала флота. После возвращения в Москву в сентябре 1951 г. Н.Г. Кузнецов представил Сталину обстоятельный доклад о необходимости начала работ по проектированию подводных лодок с атомными энергетическими установками (в США работы начались еще в 1947 г.), форсированию работ по реактивному (по терминологии того времени) вооружению, реализации других неотложных мер по повышению боеспособности флота. Однако добиться принятия по данным вопросам соответствующих постановлений ему не удалось.

Адмирал И.С.Юмашев с марта 1939 года по январь 1947 года командовал Тихоокеанским флотом.  Внёс большой вклад в развитие и укрепление флота, строительство военно-морских баз, аэродромов и береговой обороны на Дальнем Востоке. В августе—сентябре 1945 года успешно содействовал войскам 1-го и 2-го Дальневосточных фронтов в разгроме Квантунской армии, участвовал в освобождении Южного Сахалина и Курильских островов.  Август 1945 года за умелое руководство флотом присвоено Звание ГСС. После опалы главкома ВМС Н. Г. Кузнецова с января 1947 являлся Главнокомандующим ВМС и заместитель министра Вооружённых сил СССР. После создания Военно-морского министерства Юмашев Иван Степанович 25 февраля 1950-20 июля 1951 военно-морской министр. У Сталина были серьёзные претензии к  компетенции Юмашева и к его  чрезмерному употреблению алкоголя.

Н.Г.Кузнецов: «Капризы судьбы иногда были тождественны капризам Сталина. Он приказал снять меня, когда был недоволен моей настойчивостью, а окружение охотно поддакивало (даже в случае, если бы он решил меня арестовать). Когда я служил на Дальнем Востоке (1948—1949 гг.), то чаша весов могла склониться как в сторону реабилитации, так и в сторону более строгого наказания. Позднее, работая в Москве, я услышал от самого Сталина, что «кое-кто» настаивал на том, чтобы «посадить» меня, обещая «важный материал» (о том, что я английский шпион). Я и сейчас прихожу в ужас, представляя, на каком волоске висела моя судьба. Но ей было угодно подсказать Сталину вернуть меня на работу в Москву, когда появились серьезные претензии к И.С. Юмашеву…»

Судьба Н. Г. Кузнецова с юности складывалась очень благоприятно: командир крейсера, военно-морской атташе, командующий Тихоокеанским флотом и, наконец, народный комиссар Военно-морского флота. Поднявшись на вершину иерархической лестницы ВМФ, первым дослужившись до высшего воинского звания — Адмирал Флота Советского Союза, Н. Г. Кузнецов отчетливо понимал, что это случилось в связи с волной перемещений, вызванных  серьёзным обновлением  командного состава армии и флота. Убежденный сторонник последовательного продвижения по службе, «архангельский» адмирал, в силу объективных и субъективных причин, быстро перескакивал с одной должности на другую, и это, конечно, влекло за собой немало проблем. Ему не пришлось командовать соединениями кораблей, ощутить специфику штабной работы, служить в центральном аппарате ВМФ. Эти упущения Н. Г. Кузнецов компенсировал своей молодостью, неимоверной трудоспособностью, умением подбирать опытных заместителей. Нельзя сбрасывать со счетов и его личные качества: компетентность и глубокие знания морского дела, выдающиеся организаторские способности, государственное мышление, честность, прямоту, порядочность и человечность.

Но мало кому из выдающихся советских военачальников удалось пройти жизненный путь, не споткнувшись на тернистой служебной дороге.

На долю адмирала Н. Г. Кузнецова достались не только лавры, но и тяжелые удары судьбы. Достаточно обратить внимание на то, как часто и непредсказуемо менялись его воинские звания. В письме к другу Николай Герасимович подсчитал, что контр-адмиралом он был два раза, вице-адмиралом — три, адмиралом флота — два. Отметим, что Адмиралом Флота Советского Союза он тоже становился дважды. Последний раз — посмертно. Такую морскую биографию в мировой истории вряд ли сыщешь.

На заседании Политбюро ЦК ВКП(б) летом 1951 года было принято постановление: освободить адмирала И. С. Юмашева «согласно его просьбе» (низкая компетентность в решении важнейших вопросов реформирования и послевоенного строительства ВМФ, усугубляемая склонностью к пьянству) и «вернуть Кузнецова». Говорят, что незаменимых людей нет. Так ли это? Очевидно, Сталин не нашел более подходящей кандидатуры на пост военно-морского министра СССР, чем им же осужденный и разжалованный адмирал флота. Успешно руководить столь сложным организмом, как Военно-морской флот, далеко не каждому по плечу. Второго Кузнецова тогда в стране, видимо, не было. Это решение Верховного главнокомандующего стало и для      Н. Г. Кузнецова, и для всей флотской общественности полной неожиданностью. В то же время последовательная позиция легендарного адмирала привела в конечном итоге к превращению Военно-морского флота СССР в мощный оборонный щит страны.

Вот как оценивает человеческие качества своего начальника В. А. Касатонов, работавший в те годы начальником штаба Тихоокеанского флота: «Николай Герасимович был на редкость порядочный человек. Обладал проницательным умом и большой чуткой душой. Решительный и мужественный, он с готовностью брал на себя ответственность за возможные последствия в сложной и острой обстановке, даже в трагической. Был справедлив и прост. Одинаков со всеми окружающими, внимателен и приветлив, доброжелателен к людям, уважал их мнение, обладал умением вникнуть в нужды подчиненных, заинтересовать их тем, чем жил сам, над чем работал, чему отдавал сердце и душу. На флоте его любили. Он много делал для личного состава флота, смело отстаивал подчиненных в период культа личности, не боясь, что это может обернуться против него».

Сразу же после возвращения в Москву в сентябре 1951 года Н.Г.Кузнецов представил И.В.Сталину обстоятельный доклад об отставании нашего флота от мирового технического уровня, необходимости начала работ по проектированию подводных лодок с атомными энергетическими установками (в США работы начались еще в 1947 году), форсированию работ по реактивному (по терминологии того времени) вооружению, реализации других неотложных мер по повышению боеспособности флота.

Модель крейсера проекта 66

Адмирал Кузнецов предпринял все усилия для скорейшего перехода на новые эсминцы, доказывал необходимость строительства десантных судов и авианосцев. «Флот должен быть сбалансирован, исходя из задач, стоящих перед вооруженными силами страны, — писал флотоводец. — Только это определит соотношение подводного и надводного флотов, классов кораблей, типов самолетов, вооружения. Следует также учитывать, что изменилась обстановка, изменились средства вооруженной борьбы».

Николай Герасимович принял решительные меры по ликвидации отставания в строительстве флота. Было возобновлено проектирование тяжелого крейсера проекта 66, вооруженного 220-миллиметровой артиллерией, в серийное производство были запущены эсминцы проекта 56 и подводные лодки проекта 615.

Подводная лодка 615 пр  , памятник в Одессе

При адмирале Н. Г. Кузнецове четко определилось направление по созданию единого двигателя для подводных лодок и началось массовое строительство новейших послевоенных дизельных подводных лодок. В составе Военно-морского министерства было создано Управление подводного плавания.

Н. Г. Кузнецов очень рано понял и высоко оценил перспективность использования на флоте ядерной энергии для кораблей и особенно для подводных лодок. Ещё 14 октября 1946 года, выступая на совещании конструкторов, он со всей убежденностью говорил: «Я уверен, что, если появилась атомная бомба, стало быть, конструкторская мысль создаст и боевые корабли на ядерной энергии». Умел заглядывать далеко за горизонт прозорливый флотоводец.

Летом 1952 года министр Н. Г. Кузнецов вновь обратился к И. В. Сталину с докладом об основных недостатках вооружения и техники флота с конкретными предложениями по их устранению. Среди недостатков надводных кораблей, переданных флоту промышленностью в послевоенные годы, особо отмечалось отсутствие надежной защиты их от средств воздушного нападения противника. Главком ВМС обращал внимание на слабое зенитное вооружение наших кораблей, не соответствующее возросшим боевым возможностям авиации, низкие темпы разработки новых образцов ракетного оружия, автоматического артиллерийского вооружения и радиолокации. Адмирал Н. Г. Кузнецов снова поставил вопрос о необходимости создания авианосцев. Однако вождь предпочел отложить решение этих проблем до формирования очередной программы военного судостроения. В то же время к началу 50-х годов И. В. Сталин все более отходил от руководства страной, перепоручая дела своим заместителям и приближенным, которые в отличие от него не питали интереса к Военно-морскому флоту.

Таким образом, в начале 1950-х годов наш флот превращался в атомный и ракетный. Все это давало, по мнению адмирала Н. Г. Кузнецова, возможность «сделать рывок и догнать будущих противников».

Адмирал Владимирский Лев Анатольевич. В июне 1939 года был назначен на должность командующего эскадрой кораблей Черноморского флота СССР. В Великую Отечественную войну вступил в той же должности командующего эскадрой. Корабли эскадры наносили удары по портам Румынии, участвовали в проведении боевых действий при обороне Одессы и Севастополя.  24 апреля 1943 года был назначен на должность командующего ЧФ. Во время проведения Новороссийско-Таманской наступательной операции в сентябре—октябре 1943 года боевые соединения под его командованием поддерживали наступающие войска высадкой десантов, огнём корабельной артиллерии и ударами авиации флота, не позволяя противнику закрепиться на промежуточных рубежах. 2 марта 1944 года, за неудачное планирование и проведение набеговой операции кораблей Черноморского флота на побережье Крыма 6 октября 1943 года постановлением ГКО был отстранён от должности командующего флотом, снижен в звании, назначен командующим эскадрой кораблей БФ. С марта 1951 по март 1955 года — начальник Управления боевой подготовки ВМС. С марта по октябрь 1955 года — заместитель Главнокомандующего ВМС по кораблестроению. С февраля 1956 по август 1959 года — председатель Морского научно-технического комитета

Заместителем главнокомандующего ВМС по кораблестроению по рекомендации Н. Г. Кузнецова был назначен адмирал Л. А. Владимирский. Надежный и опытный специалист-кораблестроитель был очень нужен в министерстве в связи с разработкой новой судостроительной программы. Облик нового флота был определен в программе военного кораблестроения на 1955–1964 годы, подготовленной под руководством главкома ВМС к весне 1954 года. Н. Г. Кузнецов хотел создать сбалансированный флот, сочетающий надводные корабли — авианосцы (9 единиц), крейсеры (21 единица) и эсминцы (118 единиц) — и мощную флотилию подводных лодок океанского назначения (324 единицы). Особое место в новой программе отводилось атомным подводным лодкам. В сентябре 1952 года было принято правительственное решение за подписью И. В. Сталина о строительстве первой ядерной энергетической установки для ВМФ. Именно при адмирале Н. Г. Кузнецове окончательно утвердилось мнение, что будущее за атомными подводными лодками.

Летом 1951 года был создан отдел № 6, подчиненный напрямую военно-морскому министру. Новая структура создавалась для обеспечения разработки атомного оружия для флота, способов его применения в боевых действиях на море, а также для защиты объектов флота от атомного оружия противника. Отдел № 6 возглавил капитан 1-го ранга П. Ф. Фомин.Опытная атомная подводная лодка (АПЛ) была спроектирована и построена в сжатые сроки: предэскизный проект разрабатывался с октября 1952 года по март 1953 года, эскизный — с марта по октябрь 1953-го, технический проект — с ноября 1953 года по июнь 1954 года, изготовление рабочих чертежей было начато в марте 1954-го и закончено в июле 1955 года. В сентябре 1955 года на Северном машиностроительном предприятии (город Северодвинск) состоялась закладка первой атомной подводной лодки.

Первая советская подводная лодка была построена за три года

Н.Г.Кузнецов: «Итак, если в бытность Сталина все основные вопросы решались только по его указаниям, то флотские как-то особенно замкнулись на него, и не было ни одного руководителя, который бы взялся за их решение. Даже когда он иногда и поручал кому-либо вести текущие флотские вопросы, они весьма неохотно брались за это дело и, как я уже заметил, ничего самостоятельно не решали, а при первой возможности стремились от них отделаться, столкнуть это «кляузное» дело на кого-нибудь: косо смотрели на меня — дескать, навязался ты со своим флотом. Причины заключались в том, что флот очень дорог и вопросы его очень сложные. Нужно было в них детально разбираться, чтобы сознательно принимать решения, а на это ни желания, ни времени не было. Решения Сталина по флоту никогда нельзя было предугадать, как и трудно угадать правильное решение, и поэтому часто получалась неприятность. А этого в последние годы часто боялись все его соратники. Если мы, моряки, по долгу службы вынуждены были получать упреки, то те, кому это было необязательно, всячески старались избавиться от такой дополнительной нагрузки, которая почти никогда не обещала похвалы, но обещала много неприятностей. Флотские вопросы были для них такими, что ради них они не собирались портить отношение или навлекать на себя неудовольствие вождя.

После войны военными и флотскими вопросами занимался Булганин, как ближайший помощник Сталина по военным делам. Он избрал худший путь — не отказывался от нас, но и ничего не решал. Все осталось в стадии «подработки». Флотские вопросы он не любил, зная, что с моряками нетрудно было нарваться на неприятности. Поэтому все трудное и принципиальное откладывалось «до лучших времен». Даже поставленные мною вопросы о крупных недостатках на флоте (после войны), хотя ради формальности и рассматривались, но потом загонялись в такой угол, откуда решений ждать было нельзя. Такая участь постигла мой доклад от 31 июля 1952 года. В нем я писал, какие крупные недостатки у нас существуют в судостроении, на что расходуются миллиарды. Все это было похоронено в кулуарах Булганина.»

1954 год Владивосток : Булганин и Кузнецов

Когда в 1951 году при загадочных для меня обстоятельствах я снова очутился в должности министра ВМФ, физически слабый Сталин уже совсем не хотел слышать про недостатки. Зная об этом, окружение тешило его докладами розового цвета. «Не следует беспокоить вождя», — сказал мне однажды Маленков, когда мы отправлялись на дачу. Он знал мой строптивый характер. Но и я знал, что предметом разговора будет как раз мой большой доклад Сталину о крупных недостатках в судостроении. Откладывание из года в год всех сложных вопросов по судостроению привело к тому, что выпускались только старые корабли. Вот об этом я и написал. Когда расположились за столом, Сталин поднял мой доклад и, обращаясь ко всем, спросил: «Так ли это?» — «Кузнецов сгущает краски», — бросил кто-то реплику. «Ну, посмотрите», — ответил Сталин и бросил доклад на середину стола.

Перешли к другим вопросам, и я понял, что все это мне даром не пройдет. Вместе со своим докладом я был отдан в руки «тройки»: Булганин, Берия, Маленков. Вот здесь и нужно искать причины моих дальнейших злоключений. Булганин окончательно возненавидел меня. Находясь тогда в тесной дружбе с Хрущевым, он передал ему всю свою ненависть ко мне.»

Главком ВМФ Кузнецов, мин.обороны Булганин и комфлота Чабаненко на крейсере " А.Невский."    

Все попытки военно-морского министра изменить неблагоприятную ситуацию в строительстве флота, систему взаимоотношений с судостроителями фактически оказались к сожалению во многом вновь блокированы. Это объяснялось тем, что Сталин все меньше занимался государственными делами, а у его ближнего окружения Кузнецов оставался как и прежде “как притча во языцах”.

Приведем еше несколько красноречивых фактов, о которых упоминается в книге Н. Г. Кузнецова «Крутые повороты». Когда Кузнецов был главкомом, его первым заместителем долгие годы работал высокообразованный, но излишне честолюбивый адмирал И. С. Исаков. 

Заместитель главкома адмирал И.С. Исаков

Однажды, как вспоминает Николай Герасимович, И. В. Сталин в его присутствии прямо и откровенно сказал заместителю Кузнецова о его излишнем властолюбии и недоброжелательном отношении к своему главкому. «А тот, — пишет Н. Г. Кузнецов, — смутившись, должен был выдержать при мне это замечание». Когда обсуждалась программа развития судостроения, Н. Г. Кузнецов ратовал за строительство авианосцев. И. С. Исаков объявил в печати авианосящие корабли «покойниками» и, не смущаясь, объяснил своему начальнику, что это дело рук редакции. Тем не менее Николай Герасимович до последних дней жизни И. С. Исакова поддерживал с ним ровные товарищеские отношения. Таким великодушием обладают редкие люди.

Став снова министром, Н. Г. Кузнецов принял меры к вызволению своих товарищей, находившихся в тюрьме. Он написал два письма Сталину с просьбой о помиловании. Однако единственным послаблением для В. А. Алафузова и Г. А. Степанова стал их перевод из одиночек в общую камеру. Адмирал Л. М. Галлер умер в тюрьме в 1950 году.

Адмирал флота Н.Г.Кузнецов 1953 г.

В 1953 году, после смерти Сталина, состоялся пересмотр дела, состряпанного по доносу Алферова и формально действующим Ульрихом. Действующим по принципу «чего изволите…». Н. Г. Кузнецов вновь надел погоны адмирала флота. В. А. Алафузов и Г. А. Степанов были освобождены из заключения. Главком ВМФ выделил реабилитированным адмиралам квартиры, оказал материальную помощь, предоставил отпуск и гарантировал работу на флоте.

В своих мемуарах флотоводец так скажет о Сталине: «Отношение к людям у него было как к шахматным фигурам и преимущественно к пешкам. Он мог убрать любую фигуру с шахматной доски и поставить ее вновь, если игра требовала этого. В таких случаях он не был даже злопамятен, и репрессия, пронесшаяся над человеком по его же приказу, не служила препятствием для полного доверия к нему в последующем».

Н.Г.Кузнецов: «На наших глазах происходило снижение активности Сталина, и государственный аппарат работал все менее четко. Существовали только умелые отписки. Отправление бумаг в адрес какого-нибудь министра формально снимало ответственность с одного и не накладывало ее на другого, и все затихало «до лучших времен». Все понимали, что в государстве происходит что-то ненормальное. Образовался какой-то «центростоп», по выражению самого Сталина, но изменить положение никто не брался, да и не мог. Руководители министерств стали приспосабливаться к такой бессистемной системе. Так тянулось до марта 1953 года.

Задумываясь над этим, я не раз вспоминал его (Сталина) рассуждения, высказанные им после Парада Победы в 1945 году и в 1952 году на Пленуме ЦК партии о «вынужденном» уходе от руководства страной. Трудно сказать, было это искренним желанием переложить тяжкий труд на более молодого и здорового человека или стремлением убедиться, что все предпочитают его. Но было бы действительно правильно, если бы он отошел от руководства таким огромным государством. В наш неспокойный век нетерпимо находиться во главе страны в болезненном состоянии. Интересы народа и дела требуют вовремя передавать бразды правления. Это должен понимать сам руководитель, а если он не понимает, нужно каким-нибудь законом помочь ему в этом…»

Март 1953 года. Василевский и Кузнецов в траурном почётном карауле у тела И.В.Сталина

Смерть И.В.Сталина принципиально ничего не изменила в отношении к Кузнецову и к его идеям модернизации и развития военно-морского флота СССР со стороны высшего руководства страны. Вскоре произошла новая реорганизация Вооруженных Сил. Морское министерство было слито с Министерством Обороны без учета точки зрения моряков и в ущерб флоту. С 16 марта 1953 года Н.Г.Кузнецов вступил в должность первого заместителя министра обороны СССР – Главнокомандующего ВМС. 11 мая 1953 г. он был восстановлен в прежнем звании “Адмирал флота”. Приговор Верховной коллегии от 03.02.48 г. был отменен за отсутствием в деле состава преступления. Были реабилитированы и его товарищи.


Кузнецов и Жуков в траурной процессией за гробом Вождя

Первая атомная подводная лодка предстала перед ее создателями во всей красоте своего обтекаемого корпуса с идеальной торпедообразной формой носа и плоскими обводами кормы. Наибольшая длина корабля составляла 107,4 метра, ширина — 7,5 метра, средняя осадка — 5 метров. 14 сентября забилось сердце корабля, а 1 июля 1958 года на АПЛ был поднят военно-морской флаг. 17 декабря 1958 года первая советская атомная подводная лодка, получившая тактический номер К-3, а впоследствии и название — «Ленинский комсомол», была принята в опытную эксплуатацию. Это было громадным достижением отечественного подводного кораблестроения! Мы имеем все основания с законной гордостью говорить о том, что Архангельский Север и Североморск стал колыбелью атомного подводного судостроения.

В 1955 году Н. Г. Кузнецов принимает решение по созданию новой гидрооптической техники для подводных лодок и боевых надводных кораблей. По воспоминаниям академика В. М. Ахутина, такого оборудования в то время не было ни у кого в мире.

В начале 1950-х годов советское ракетостроение под руководством главного конструктора С. П. Королева достигло выдающихся успехов. Была создана баллистическая ракета Р-11 класса «земля — воздух» с мобильным и компактным пусковым комплексом. Установка баллистических ракет на подводных лодках давала возможность приблизить к территории вероятного противника это грозное оружие, значительно повышая его неуязвимость.

Запуск королёвской ракеты р-11фм с подлодки проекта 628

Министр ВМФ Н. Г. Кузнецов умел вовремя замечать и использовать все новые достижения и открытия. Он по натуре был новатором. Главком ВМС добивался принятия решения об установке и испытаниях на флотах первых образцов реактивного оружия. 26 января 1954 года по его предложению было принято постановление Совета министров СССР «О проведении проектно-экспериментальных работ по вооружению подводных лодок баллистическими ракетами…». С. П. Королев доработал ракету Р-11 применительно к флотским условиям, создав первую баллистическую ракету морского базирования Р-11 ФМ. Вот ее-то и предстояло установить и испытать в действии на подводной лодке.

Разработка проекта переоборудования подводной лодки была поручена ЦКБ-16, руководимому Н. Н. Исаниным, будущим академиком и дважды Героем Социалистического Труда. Главком Н. Г. Кузнецов назначил ответственным за проведение этих работ своего заместителя адмирала Л. А. Владимирского.

Николай Никитич Исанин -главный конструктор ЦКБ-16

В конце августа 1955 года все монтажные работы были завершены на заводе «402» (Севмашпредприятие). Еще раньше, в апреле 1955 года, в местечке близ старинного села Ненокса, расположенного неподалеку от Северодвинска, начал создаваться морской ракетный полигон.

Подводная лодка «Б-67» была принята в качестве экспериментальной в состав флота, и на ней подняли военно-морской флаг. 16 сентября 1955 года командир «Б-67» капитан 2-го ранга Ф. И. Козлов повел корабль на первую ракетную стрельбу на вновь созданный морской полигон. В этом походе участвовали Н. Н. Исанин, С. П. Королев, адмирал Л. А. Владимирский. В 17 часов 23 минуты по московскому времени С. П. Королев дал команду «пуск!» и ракета поднялась в воздух. Испытание прошло успешно: пролетев 250 километров, ракета приземлилась в заданном квадрате.

В сентябре 1954 года главком ВМФ утвердил проект оснащения подводной лодки «Б-67» баллистическими ракетами с ядерными боеголовками. 30 декабря 1954 года по представлению Н. Г. Кузнецова было принято постановление правительства «О развертывании работ по созданию ракетных кораблей ВМС».

Забегая вперед, сообщим читателям, что в 1958 году подводную лодку «Б-67» снова переоборудовали, установив только одну шахту с новой пусковой установкой — для отработки запуска баллистических ракет из-под воды. Весь комплекс для подводного старта разрабатывался в специальном КБ под руководством В. П. Макеева, в будущем академика, дважды Героя Социалистического Труда. Ответственным сдатчиком при повторном переоборудовании «Б-67»  был северодвинский инженер И. С. Бахтин, который в 1959 году был удостоен Ленинской премии.

В январе 1954 года адмирал Н. Г. Кузнецов добился правительственного решения о переоборудовании крейсера «Адмирал Нахимов» для проведения экспериментальных пусков противокорабельной ракеты «Стрела».

Разработка корабельного комплекса для доработки крейсера "Адмирал Нахимов" с самолетами-снарядами типа «Стрела» (система «Колчан») была задана одним из нескольких постановлений правительства по ракетному вооружению, принятых 30 декабря 1954 г.

К сожалению, дальнейшие работы по созданию кораблей-ракетоносцев проходили без участия Николая Герасимовича. Его точка зрения на необходимость создания сбалансированного флота не была принята тогдашним политическим руководством СССР.

Главком ВМС адмирал Н. Г. Кузнецов представил новому министру обороны Н. А. Булганину доклад, в котором изложил свои взгляды на задачи флота в случае войны и предложения по строительству новых боевых кораблей. Он, как и прежде, считал первостепенной необходимостью создание авианосцев противовоздушной обороны с истребительной авиацией для их использования на открытых морских театрах в составе Северного и Тихоокеанского флотов.

Конкретного решения министр обороны не принял, но дал указание подготовить предложения по судостроительной программе. К марту 1955 года план новой кораблестроительной программы на 1956–1965 годы был подготовлен. Наряду с созданием подводных лодок и надводных кораблей с ракетным оружием эта программа предусматривала строительство авианосцев, десантных кораблей, а также кораблей традиционных для советского флота классов, в том числе и крейсеров.

В 1955 году Н. Г. Кузнецов представил министру обороны Маршалу Советского Союза Г. К. Жукову и в ЦК КПСС доклад о необходимости скорейшей разработки для подводных лодок дальнобойных ракет, комплекса гидроскопических приборов и вычислительной техники для обеспечения их применения.

Это были последние документы, подписанные главкомом ВМФ адмиралом Н. Г. Кузнецовым, сыгравшие затем важную роль в определении дальнейшего направления развития морских систем вооружений…

В апреле 1955 года главком ВМФ адмирал Н. Г. Кузнецов представил проект доклада о десятилетнем плане судостроения в ЦК КПСС. Он вновь пытался добиться его предметного обсуждения и принятия решений по насущным флотским проблемам на заседании Президиума ЦК КПСС. Однако ему опять было предложено «не торопиться» и отложить этот вопрос на неопределенное время. Такая позиция высшего партийного руководства во многом объяснялась отношением к нуждам ВМФ, к задачам его развития Н. С. Хрущева. В 1950–1960-е годы судьба вознесла Хрущева на вершину пирамиды власти. Никита Сергеевич — фигура неординарная, склонная к принятию решений далеко не всегда с учётом мнения истинных специалистов своего дела.

Адмирал Н. Г. Кузнецов, всегда отличавшийся твердостью, уверенностью в себе, независимостью, способностью отстаивать свою точку зрения, часто вопреки мнению высших должностных лиц уже пострадал за эти качества, но характер его не изменился. Он служил не отдельным личностям, а Отечеству и флоту.

Судостроительная программа, рассчитанная на десятилетие, предполагала строительство кораблей различных классов, в том числе атомных подводных лодок и авианосцев. Напомним читателям, что первый раз правительству она докладывалась еще при жизни И. В. Сталина. Именно тогда и произошел конфликт между наркомом ВМФ Н. Г. Кузнецовым и Н. С. Хрущевым, в то время еще игравшим в руководстве страны второстепенную роль. По свидетельству очевидцев, замечания Никиты Сергеевича были дилетантскими по сути и оскорбительными по форме. Нарком ВМФ не сдержался и при всех посоветовал Хрущеву не соваться в те вопросы, в которых он ничего не смыслит. Н. С. Хрущев запомнил этот инцидент и, придя к власти, в полной мере «отблагодарил» строптивого адмирала.

Согласно проекту авианосец должен был быть оснащен угловой полетной палубой, аэрофинишерами и паровыми катапультами. С лета 1955 года проектирование эскизного проекта поручено ЦКБ-16, главный конструктор К.И.Трошков. Согласно плану судостроения на 1956-1965 годы (представлен Н.Г.Кузнецовым в марте 1954 года) предполагалось строительство 5 кораблей пр.85 для Северного и Тихоокеанского флотов со сдачей головного корабля ВМФ в 1960 году. После изменения концепции развития ВМФ и снятия Н.Г.Кузнецова с поста Главкома ВМФ решением нового главкома ВМФ С.Г. Горшкова работы по пр.85 полностью прекращены в декабре 1955 года.

В мае 1953 года главком ВМС Н. Г. Кузнецов утвердил техническое задание на создание легкого авианосца проекта 85. По его инициативе ЦКБ-16 начало предэскизные проработки авианосца. Эскизный проект выполнили, но он пришелся не ко времени. Н. С. Хрущев считал нецелесообразным строить авианосцы, и, несмотря на настойчивые попытки Н. Г. Кузнецова добиться продолжения работ, проектирование легкого авианосца в декабре 1955 года было прекращено.

В Севастополе в 1955 году прошли первые испытания ракетного противокорабельного снаряда «Комета», которые подтвердили его высокую боевую мощь.

Не устояла от «Кометы» и броня недостроенного тяжелого крейсера «Сталинград». Ракетная стрельба произвела на Н. С. Хрущева большое впечатление. Но на совещании в Севастополе, проходившем тогда же, решался более существенный вопрос — перспективы развития всего Военно-морского флота. Вспоминает адмирал Б. Е. Ямковой, участник севастопольского совещания: «Надо отметить, что десятилетняя программа развития флота, разработанная Н. Г. Кузнецовым, была наиболее совершенной, но популярностью у правительства она не пользовалась… Еще до начала совещания было ясно, что к флоту Никита Сергеевич относится с большим предубеждением. После визита на боевые корабли он громогласно заявил: „Все это годится для парадов“… На совещании выступал один из командиров соединений и настаивал на строительстве десантных кораблей, какими располагали американцы. Хрущев остановил выступающего: „А зачем нам десантные корабли?“ — „Как зачем! Надо и в Америке водрузить советский флаг“. Тогда Хрущев обратился к Жукову: „Георгий Константинович, у тебя в планах значится завоевание Америки?“ Жуков ответил коротко: „Нет“. „Вот видите, — заключил Хрущев, — раз мы не думаем завоевывать Америку, то и десантные корабли нам не нужны“».

 Кузнецов готовится произнести приветственную речь на корабле управления " Жданов",  Нева, Ленинград, 1954г.

Только спустя годы пришло понимание, что не в экспансии или в экспорте революции дело. И флоту, часть сил которого дислоцируется в закрытых морях, десантные корабли и морская пехота все-таки нужны. Тогда в Севастополе вопросы политики, стратегии и личных отношений переплелись в тугой клубок. Возобладали, к сожалению, не разум, а амбиции и точка зрения уже становившегося непогрешимым Н. С. Хрущева.

Именно в эти годы руководство страны во взглядах на будущую войну ориентировалось на скоротечную ядерную войну с самыми решительными целями. Долгосрочные военно-политические задачи были заменены на чисто военные: «…обороны морских границ и содействие сухопутным войскам на побережье». Главными родами сил стали атомные подводные лодки и морская ракетоносная авиация берегового базирования. Крупным надводным кораблям отводилась вспомогательная роль, а авианосцы были объявлены «оружием агрессии».

Начиная с 1946 года Адмирал Флота Советского Союза Н. Г. Кузнецов не только сформировал новую концепцию военного кораблестроения, но и стоял у истоков создания ракетно-ядерного флота, был одним из первых, принявших деятельное участие в конкретной работе в самый трудный период, в самом начале пути.

Именно Н. Г. Кузнецов заложил основы нового ракетно-ядерного океанского флота. Не случайно заокеанские противники СССР называли его отцом советской военно-морской мощи. Но в эти же годы стало сказываться влияние нового политического курса страны, которое шло по пути сокращения Вооруженных сил и военных расходов. При этом сухопутные военачальники рассчитывали сэкономить средства, прежде всего за счет дорогостоящего военно-морского строительства. Адмирал Флота Советского Союза Н. Г. Кузнецов стал вновь неугоден политическому руководству страны. Мавр сделал свое дело, мавр может уходить с политической сцены. Но как? В этом был извечный вопрос…

На фотографии Н.С. Хрущёв,  Булганин и главком Кузнецов во время посещения тихоокеанского флота в 1954 году на крейсере "Калинин"

В верхних эшелонах власти начались новые перестановки. Н. А. Булганин, «злой гений» Н. Г. Кузнецова, становится председателем Совета министров СССР. Подыскивались кандидатуры на должность министра обороны. С этой целью Булганин поочередно вызывал всех маршалов и интересовался их мнением на сей счет. Дошла очередь и до Кузнецова.

«По вашему мнению, кого можно было бы назначить министром обороны?» — спросил Булганин. «Моряки не претендуют на этот пост, — произнес Николай Герасимович, — и я не берусь судить, кого лучше выдвигать из маршалов». — «Думаем вернуть Жукова. Как вы на это смотрите?» — «Когда он станет министром, то прошу вас как-то сказать ему о необходимости более объективного отношения к военно-морскому флоту как виду вооруженных сил», — высказал свое пожелание адмирал Н. Г. Кузнецов. Но Н. А. Булганин, решив свести счеты со строптивым адмиралом, передал Г. К. Жукову, что Кузнецов возражает против его назначения.

Спустя две недели новый министр обороны прямо заявил главкому ВМС: «Так вы, стало быть, выступили против меня? Это вам так не пройдет». Зная крутой нрав Г. К. Жукова и учитывая его полное взаимопонимание с Н. С. Хрущевым, можно оценить последствия интриги Н. А. Булганина.

Работать Н. Г. Кузнецову становилось все труднее и труднее. Хрущев, Булганин и Жуков стояли на пути многих его предложений, в суть проблем Военно-морского флота не вникали. Наступала развязка.

Напряженная работа и постоянное нервное напряжение дали о себе знать: в апреле 1955 года Николай Герасимович перенес тяжелый инфаркт миокарда.

Гибель линкора "Новороссийск" и отставка

После прихода к власти Хрущева с Кузнецова сняли судимость и вновь присвоили ему звание адмирала. Но он упорно не хотел почивать на лаврах, и продолжал настаивать на утверждении новой десятилетней программы кораблестроения. Когда Никита Сергеевич в очередной раз отказался ее утверждать, Кузнецов и бросил ему в лицу фразу «Флот вам этого не простит!». Никита Сергеевич буквально задохнулся от ярости. Его вспышек гнева побаивались практически все, но флотоводца явное закипание лидера партии не произвело никакого впечатления. Новый отказ в утверждении программы строительства кораблей для ВМС он считал ударом по будущему страны.

Большой ссоры не получилось, но Хрущев для себя решил — от этого любимчика Сталина пора избавляться.

Главком флота принимает рапорт командира корабля

Николай Герасимович Кузнецов только усмехался, когда слышал о себе нечто подобное. Гнев Сталина на себе он испытывал куда чаще, чем те, кто потом обвиняли его — просто потому, что мало кто решался спорить с вождем так часто и так упрямо, командующий флотом.

Николай Кузнецов посвятил жизнь флоту, и во имя его интересов он был готов жертвовать личным комфортом и безопасностью.

Никита Сергеевич смелостью и прямотой, подобно адмиралу, не отличался, зато съел не одну собаку на придворных интригах. После очередной реформы в армии Кузнецов занимал пост первого заместителя Министра обороны СССР — Главнокомандующего ВМФ. Министром обороны стал Георгий Жуков, которого Хрущеву удалось стравить с адмиралом.                                                                                               В марте 1955 года флотоводцу присвоили звание Адмирал Флота Советского Союза. Однако через два месяца у Кузнецова случился инфаркт. Он обратился к Министру обороны с просьбой перевести его на более легкую работу. Жуков, расценив обращение как нежелание работать с ним, предложил назвать человека, который мог бы принять должность, и Кузнецов предложил С. Г. Горшкова.

Когда 29 октября 1955 года взорвался и затонул в Севастополе линейный корабль "Новороссийск", главкома обвинили в неудовлетворительном руководстве. Кузнецов в этот момент болел, находился в послеинфарктном состоянии и даже формально не мог нести ответственности за эту историю, в которой до конца не могут разобраться по сей день. Однако его сделали козлом отпущения, отстранили от должности, а затем и отправили в отставку, понизив до вице-адмирала.В начале декабря его сняли с поста. Декабрь 1955 - февраль 1956 года моряк находился в распоряжении Министра обороны СССР. В феврале 1956 года его уволили в отставку в звании вице-адмирала.

Позднее адмиралу Касатонову стало известно от маршала А. М. Василевского, что решение принял по записке Г. К. Жукова сам Н. С. Хрущев. Долгое время обращения моряка в Президиум ЦК КПСС, к Л. И. Брежневу, министрам обороны Г. К. Жукову и А. А. Гречко с просьбой объективно разобраться в его деле не находили ответа.

Бывший до этого несколько месяцев в отпуске по болезни главком ВМФ был снят с должности первого заместителя министра обороны СССР – главнокомандующего ВМС, понижен в звании до контр-адмирала и уволен в отставку. 

Сохранилось немало свидетельств того, насколько наивно и вместе с тем категорично высказывался Хрущев о флоте. Вот один из таких примеров. «По инициативе Н. С. Хрущева были пущены на металлолом крупные военные корабли, — пишет популярная центральная газета „Аргументы и факты“. — Когда во время визита в США ему показали большой авианосец, Хрущев заметил: „Военные корабли хороши лишь для того, чтобы совершать на них поездки с государственными визитами. А с точки зрения военной… теперь они лишь хорошие мишени для ракет! Мы в том году пустили на слом свои почти законченные крейсера…“» Авианосцы были объявлены «оружием агрессии и разбоя». Вскоре Н. С. Хрущев удостоверился в своей полной некомпетентности, когда у него во время Карибского кризиса возникла идея сопровождать транспорты военными кораблями. С. Г. Горшков, с молчаливого согласия которого уничтожался крупный надводный флот, стоивший, между прочим, миллиарды рублей советским налогоплательщикам, не смог найти кораблей с такой автономностью и дальностью плавания. Жизнь — суровая штука, и она полностью подтвердила правоту взглядов адмирала Н. Г. Кузнецова о необходимости иметь сбалансированный флот. Наша страна в срочном порядке стала заниматься строительством крейсеров, авианосцев, противолодочных кораблей и десантных судов.Поздним вечером 29 октября, в Севастополе произошла трагедия. Подорвался и погиб линкор «Новороссийск», унеся с собой сотни человеческих жизней. Узнав об этом, Николай Герасимович прервал лечение и уже следующим утром, 30 октября, прибыл в Севастополь и принял активное участие в работе правительственной комиссии, возглавляемой заместителем председателя Совета министров СССР В. А. Малышевым.

17 октября комиссия завершила свою работу и подписала доклад, который заканчивался такими словами: «Прямыми виновниками гибели значительного количества людей и линкора „Новороссийск“ являются: Командующий Черноморским флотом вице-адмирал Пархоменко, и.о. Командующего эскадрой контр-адмирал Никольский и и.о. командира линкора капитан 2-го ранга Хуршудов.

Прямую ответственность за катастрофу с линкором „Новороссийск“ и особенно за гибель людей несет также и член Военного Совета Черноморского Флота вице-адмирал Кулаков».

 Пробоина в днище линкора  "Новороссийск" после подъёма 1957г.  Линкор "Юлий Цезарь" до 1948 года входил в состав ВМС Италии. Кстати, при  решении вопроса о репарациях, Кузнецов был против включения устаревшего линкора 1910 года постройки в состав ВМФ СССР, предлагал вместо него взять три небольших миноносца.

В декабре 1955 года командующим Черноморским флотом был назначен адмирал В. А. Касатонов. Он внимательно изучил все материалы катастрофы: состояние корабля, подготовку личного состава, место гибели линкора и его состояние после взрыва, а также организацию и ход траления Севастопольской бухты от неконтактных мин за предыдущие десять лет, установку штатных бочек для швартовки кораблей, охрану бухты и разведывательные документы. Адмирал В. А. Касатонов пришел к заключению, что прав Н. Г. Кузнецов, сделавший запись в своей записной книжке за 1955 год: «До сих пор для меня остается загадкой, как могла остаться и отработать старая немецкая мина, взорваться обязательно ночью и взорваться в таком самом уязвимом месте корабля. Уж слишком это невероятно». Командующий Черноморским флотом В. А. Касатонов считал, что вероятной причиной севастопольской трагедии стала диверсия. До сих пор эта загадка остается неразрешенной. Многие современные исследователи склонны считать, что гибель линкора «Новороссийск» произошла благодаря тщательно проведенной диверсии.

«Справка. Постановление Президиума ЦК КПСС от 8 декабря 1955 года (протокол № 172). За неудовлетворительное руководство Военно-Морским Флотом Первый заместитель Министра обороны СССР и Главнокомандующий ВМФ Адмирал Н. Г. Кузнецов снят с занимаемой должности и зачислен в распоряжение Министра обороны СССР»;  «Указ Президиума Верховного Совета СССР „О снижении в воинском звании Адмирала Флота Советского Союза Кузнецова Н. Г.“. За крупные недостатки по руководству флотами и как не соответствующего по своим деловым качествам званию Адмирала Флота Советского Союза Кузнецова Н. Г. снизить в воинском звании до вице-адмирала. Председатель Президиума Верховного Совета СССР К. Ворошилов, секретарь Президиума Верховного Совета СССР Н. Пегов, 7 февраля 1956 года». Более оскорбительных формулировок и чудовищных решений по отношению к легендарному флотоводцу трудно придумать. «Больше всего я удивлен и даже возмущен тем, — писал позднее Н. Г. Кузнецов, — что для своего личного благополучия и карьеры Горшков подписал вместе с Жуковым документ, в котором оклеветаны флот в целом и я. У меня не укладывается в голове тот факт, что С. Г. Горшков не остановился перед тем, чтобы возвести напраслину на флот в целом, лишь бы всплыть на поверхность при Хрущеве…»

Возмущенный, оскорбленный и униженный Николай Герасимович писал в Президиум ЦК КПСС: «Не будучи совершенно осведомленным о причинах своего наказания, я просил ознакомить меня с документами, меня касающимися, но… такой возможности так и не получил».

Более того, на этот раз Н. Г. Кузнецова наказали и по партийной линии, о чем ему стало известно лишь спустя… 12 (!) лет. За что наказали? Ответа никто не знает до сих пор…

Сегодня можно с уверенностью сказать, что в расправе с адмиралом Н. Г. Кузнецовым принимали самое непосредственное участие Н. С. Хрущев, Н. А. Булганин, Г. К. Жуков и С. Г. Горшков.

Решающую роль в судьбе Н. Г. Кузнецова сыграл его непосредственный начальник министр обороны СССР Г. К. Жуков. Мы знаем Георгия Константиновича Жукова как полководца Великой Отечественной войны. Его заслуженно сравнивают с великими полководцами России А. В. Суворовым и М. И. Кутузовым. Он член Ставки Верховного главнокомандования, первый заместитель наркома обороны и заместитель Верховного главнокомандующего, Маршал Советского Союза, четырежды Герой Советского Союза, дважды награжден высшим военным орденом «Победа». Народ и государство в полной мере оценили заслуги маршала Победы и воздали ему честь.

Однако мало кто знает, что Г. К. Жуков был нелегким человеком, отличавшимся чрезмерным властолюбием, мстительностью, завистливостью к чужой славе, самовлюбленностью. Об этих негативных качествах полководца позднее упоминали в своих мемуарах почти все маршалы — участники Великой Отечественной войны.

Биограф Г. К. Жукова, военный историк В. О. Дайнес, точно и справедливо описал взаимоотношения полководца и флотоводца Великой Отечественной войны: «Нескладно выстраивались отношения (правильнее сказать, совсем не выстраивались) Георгия Константиновича с Военно-Морским Флотом, с его всенародно признанным командующим адмиралом Н. Г. Кузнецовым. Наверное, не суждено природному крестьянину понять психологию моряка. Жалко… С именем Кузнецова связаны героическая оборона Одессы, Севастополя, бессмертные подвиги морских десантов, „черных бушлатов“…»

А вот как сам «опальный» адмирал оценивает человеческую драму двух героев — творцов Победы.

«Я не могу не сказать несколько слов о знакомстве и моих отношениях с маршалом Жуковым, — пишет в своих мемуарах Н. Г. Кузнецов. — Это, бесспорно, талантливый полководец. О Жукове я попутно вспоминаю потому, что от него зависело много как в моей личной судьбе, так и в деле развития флота. Он не любил флот. На мое замечание о неудачных взаимоотношениях армии и флота он искренне ответил: „Это не имеет ровным счетом никакого значения“. В этих словах весь Жуков по части его интересов к флоту… Исторически мы знаем ряд примеров, когда талантливые полководцы не годились в начальники штабов или недооценивали флот. Так было с Наполеоном, Гинденбургом и другими».

Именно этой недооценкой роли военного флота во многом объясняется неприязненное отношение Г. К. Жукова к Н. Г. Кузнецову. Кроме того, начальника Генштаба раздражали инициативность и самостоятельность молодого наркома ВМФ, проявившиеся в полной мере еще накануне войны. Сейчас часто говорят и пишут о том, что за все решения, принимавшиеся в начале войны, несет ответственность только И. В. Сталин, а министр обороны С. К. Тимошенко и начальник Генштаба Г. К. Жуков лишь выполняли его волю. Но был и другой пример. Нарком ВМФ Н. Г. Кузнецов выдержал испытание на смелость и государственную мудрость — под свою персональную ответственность ввел готовность № 1 на всех флотах. И как результат — флоты первый день войны встретили во всеоружии. Г. К. Жуков в силу своего характера всю жизнь не мог забыть героическое решение флотоводца.

Февраль 1956 - решение о снятии и дисквалификации  Кузнецова состоялось  в кулуарах XX съезда

Решающую роль в увольнении Н. Г. Кузнецова сыграл Н. С. Хрущев, который постоянно «подогревался» министром обороны. Постановления ЦК КПСС и Совмина об отставке легендарного адмирала были приняты на основании доклада, представленного руководством Министерства обороны 29 ноября 1955 года: «…Адмирал Флота Советского Союза Н. Г. Кузнецов неудовлетворительно руководил флотами, неправильно оценивал роль флота в будущей войне, допустил ошибки во взглядах и в разработке направлений строительства и развития флота и упустил подготовку руководящих кадров…»

«Не отрицаю, — писал в воспоминаниях Николай Герасимович, — недостатки, видимо, были, но законности в снижении меня в звании в 1956 году было еще меньше, чем при Сталине. Просто по указанию Хрущева было вынесено решение без объяснения вины и преступлений. А для того чтобы снизить Адмирала Флота Советского Союза в звании до вице-адмирала, нужно иметь достаточно оснований, если, конечно, придерживаться законов… Я не вижу за собой преступлений, которыми можно было бы объяснить лишение меня высокого воинского звания. Факты, приведенные Жуковым, легко опровержимы, и это я сделал в своем письме в Президиум ЦК КПСС в 1957 году. Решения, как по партийной, так и государственной линиям, нельзя признать законными, если они приняты заочно, без заслушивания моих объяснений и предъявления обвинений».

Н.Г.Кузнецов "От службы во флоте меня отстранили, но отстранить меня от службы флоту невозможно."

Здесь уместно привести строки из книги Б. А. Каржавина. «Как ни горько сознавать, — отмечает исследователь, — но формулировки „неудовлетворительно руководил флотами“, „допустил ошибки во взглядах и в разработке направлений строительства и развития флота“ и другие — родились в канцелярии исполняющего обязанности Главнокомандующего ВМФ, ориентировавшегося на развитие подводных лодок», то есть появились по инициативе адмирала Горшкова. Да, Сергей Георгиевич быстро разобрался в обстановке, поддержал министра обороны и тем самым не только ушел от ответственности за гибель линкора «Новороссийск», но и расчистил себе путь для служебного роста.

 Преемник Н.Г.Кузнецова на посту главкома ВМФ  Сергей Георгиевич Горшков (1910 – 1988)

«Опальный» адмирал с горечью писал о своем преемнике С. Г. Горшкове: «Мне думается, нужно иметь низкие моральные качества, чтобы в погоне за своим благополучием не постесняться оклеветать своего бывшего начальника, который когда-то спас его от суда после гибели эсминца „Решительный“ на Дальнем Востоке».                          Новый главком адмирал С. Г. Горшков отказался от планов создания океанского флота «опального» адмирала. В декабре 1955 года работы по легкому авианосцу проекта 85 были прекращены. Именно тогда была заложена хроническая несбалансированность отечественного Военно-морского флота. Его кораблям приходилось выполнять поставленные задачи все дальше и дальше от своих берегов, а из-за категорического нежелания строить авианосцы флот оказался без прикрытия с воздуха.

Ликвидируется Амурская флотилия, а ее мониторы с современными орудиями также пущены на металл. Подобная участь постигла и другие вполне исправные корабли, необходимые флоту. Морские самолеты Ил-28 были разложены с убранными шасси на взлетных полосах и рулежных дорожках и безжалостно раздавлены гусеничными тракторами. Историки и экономисты еще не подсчитали, во что обошлись эти «новшества» Никиты Сергеевича нашему государству.

Н. С. Хрущев год спустя еще более изощренно расправился со своим «другом» — Г. К. Жуковым. Сразу после окончания октябрьского (1957 г.) Пленума ЦК КПСС, на котором Маршал Советского Союза Г. К. Жуков был смещен с поста министра обороны и выведен из состава Президиума ЦК КПСС, Н. С. Хрущев провел совещание в Министерстве обороны. Г. К. Жукова обвинили в нескромности и «бонапартизме», укорив его книгой о поездке в Индию и несколькими картинами фронтовой тематики, на которых он был изображен. В своем выступлении перед военачальниками Н. С. Хрущев также не упустил случая «лягнуть» бывшего главнокомандующего: «Два года тому назад Кузнецов внес проект строительства флота на 10 лет. Мы его отклонили, а он устроил шум… Крейсера с артиллерией нам не нужны. Авианосцы американцы строят потому, что их дело вершить свои дела через океан. Но Кузнецов дела не знал, а претензии имел очень большие. Мы разобрались и сняли дурака!»

Хрущёв, Микоян и Булганин  на крейсере "Адмирал Нахимов"

Уровень знаний Н. С. Хрущева о Военно-морском флоте был такой, что он не отличал торпедные катера от противолодочных кораблей, требовал создания «надводных ракетных катеров с подводными крыльями». Если Сталин увлекался тяжелыми крейсерами, то Хрущев, наоборот, уверовал в ракеты и подводные лодки и считал, что надводные корабли и крейсеры изжили себя.

Известно также, что, будучи в Ленинграде, Н. С. Хрущев с пренебрежением называл крупные надводные недостроенные корабли «кузнецовскими» и говорил, что и готовые они «нужны только для парадов». Для Военно-морского флота СССР настал очередной «черный период». В это время в стадии строительства находились семь крейсеров типа «Яков Свердлов». Будучи в высокой степени готовности (80–90 %), эти боевые корабли отвечали всем требованиям того времени. Все семь крейсеров были разрезаны на металлолом.

Крейсер 68-бис "Свердлов" 50-е г.г.

В середине 60-х, когда самого Хрущева снимут с должности, и новый глава СССР Леонид Брежнев в выступлении к дню Победы упомянет имя Кузнецова среди выдающихся советских военачальников времен войны, ветераны флота попытаются добиться возвращения Кузнецову звания адмирала. Но новое командование ВМФ СССР будет упрямо от этого отказываться.


"От службы во флоте меня отстранили, но отстранить меня от службы флоту невозможно" -вспоминал об этом  сложном и горьком периоде своей жизни Николай Герасимович.   

Бывшему главкому ВМФ, герою войны "щедро"  положили пенсию в триста рублей. В те годы больше получал водитель столичного трамвая. Страна праздновала юбилеи победы, чествовала героев, а на подмосковной даче Николай Герасимович Кузнецов на старенькой машинке изо дня в день “выстукивал” страницы мемуаров: “Необычайное увольнение меня в отставку создало немало трудностей. Сколько-нибудь значительных накоплений у меня не было.

 Два сына-школьника еще требовали помощи и внимания. Прирабатывать же было невозможно: все с подозрением смотрели на меня – как бы чего не вышло. Вот тогда единственным реальным способом немного заработать к пенсии стало знание иностранных языков. Начал учить английский (до этого знал испанский, французский и немецкий) и через год мог переводить отдельные статьи для журнала “Военный вестник”. При жизни справедливость в отношении опального адмирала так и не восторжествовала.


Оставленный без должности, Николай Герасимович энергично взялся за литературную деятельность. Он редактировал и написал предисловие к книге о судьбе конвоя "РО-17", переводил книгу Д. Калверта "Подо льдом к полюсу", для академического журнала написал  статью "Некоторые вопросы океанско-морских операций английского и американского флотов в годы второй мировой войны".

Три года моряк собирал материалы к своим воспоминаниям. В 1965 году книга "Накануне" была готова. Высокую оценку ей дал К. М. Симонов. Одна за одной выходили книги воспоминаний флотоводца о его деятельности в Испании и участии в управлении флотом в годы Великой Отечественной войны: "Накануне" (1971), "На далеком меридиане" (1971), "На флотах боевая тревога" (1971), "Курсом к победе" (1975) и другие.

Книги давались Кузнецову нелегко, были действительно выстраданы. Часть его работ увидела свет лишь после смерти флотоводца, другие, опубликованные при жизни, вызывали необычайный интерес.

Основной целью автора явились выводы о прошедшем, из которых следовало извлекать уроки для будущего. Он и других флотоводцев побуждал писать о прошедшем, чтобы последующие моряки учились на опыте былом. Одним из немногих мемуаристов флагман затрагивал вопросы стратегии.

Уже находясь в отставке, адмирал Н. Г. Кузнецов с горечью рассуждал в своих мемуарах: «Я не стану повторять, что лишь разумное и научно обоснованное сочетание различных родов морских сил и классов кораблей может обеспечить выполнение задач, стоящих перед флотами… Мне думается, что не стоит делать крена в сторону „основ основ“ — будь это атомные подводные лодки или ракетные корабли, не следует противопоставлять один класс кораблей другому или отдавать особое предпочтение какому-либо из них. Правильное соотношение всех классов кораблей, исходя из задач, стоящих перед тем или иным флотом, является наиболее разумным решением флотской проблемы».

1966 год. после выхода книги " Накануне"

Содержать большую квартиру на улице Грановского было уже не по средствам, поэтому Кузнецовы переехали в меньшую на улице Горького.

Николай Герасимович и Вера Николаевна.  Москва, конец 1960х

Самым близким и любимым человеком всегда была супруга Н. Г. Кузнецова — Вера Николаевна. Природа наделила ее редким даром — умением создать в доме атмосферу добра и радушия. Она ненавязчиво и в то же время последовательно помогла Николаю Герасимовичу взяться за публицистику, создала все условия для его плодотворной работы. Все семейные заботы легли на ее хрупкие женские плечи. Кузнецовы воспитали достойных сыновей. Виктор окончил Нахимовское училище и Высшее военно-морское инженерное училище имени Дзержинского. Как и его отец, он стал морским офицером. Многие годы работал в научно-исследовательских учреждениях ВМФ. В звании капитана 1-го ранга вышел в отставку. Младшие его братья брали с него пример, оба учились в Нахимовском училище. Николай впоследствии стал гражданским специалистом, окончил Московский энергетический институт, многие годы работал ведущим сотрудником Института атомной энергии. Самый младший — Владимир окончил высшее военное училище, служил офицером в различных уголках нашей страны. В настоящее время он работает в Центральном музее Великой Отечественной войны на Поклонной горе, является президентом Общественного фонда содействия и увековечения памяти Адмирала Флота Советского Союза Николая Герасимовича Кузнецова.

1970 год   н.Г.Кузнецов с женой на даче пос.Новь

Продолжим рассказ о  частной жизни «опального» адмирала.

Жили Кузнецовы постоянно на даче. Жили более чем скромно. Николай Герасимович получал «неперсональную» пенсию — 300 рублей. Положенные ему ранее льготы отменили. Однажды военкомат безжалостно и бесстыдно его травмировал письмом, что ветераном Великой Отечественной войны он не является. Вот какие горькие слова написал Николай Герасимович в своей записной книжке за 1966 год: «Сегодня был в Польском посольстве. Вручили медаль за Испанию. За последние годы я получил три медали за Испанию и ни одной за защиту своей Родины. Ну, кто что заслужил, то и получает!..»     Отставка Николая Герасимовича и вся его дальнейшая жизнь были обставлены так, чтобы не только наказать его, но и унизить, уничтожить морально. Жестокое время и жестокие люди, которые вершили эти деяния! Заслужил ли это прославленный советский флотоводец? Об этом судить читателям. 

Будучи наркомом ВМФ, членом Ставки Верховного главнокомандования и главкомом ВМС в годы войны, адмирал Н. Г. Кузнецов был прямым участником управления страной и принятия государственных решений. Он находился рядом со Сталиным, Молотовым, Ждановым, Булганиным, Берией, Шапошниковым, Тимошенко, Жуковым, Василевским и другими высшими руководителями страны. Он оставил потомкам свои объективные воспоминания о их деятельности. «Так или иначе, — писал Н. Г. Кузнецов, — но у меня была возможность с вершины флотской иерархической лестницы иметь дело с высокими политическими и государственными деятелями. Бывая у Сталина, Молотова, Жукова и других, я, естественно, вольно или невольно знакомился с системой работы в верхах. Я не собираюсь давать им оценку как политическим деятелям, потому что не считаю себя достаточно компетентным для такой оценки да и не пытаюсь это делать… Поэтому ограничиваюсь рассмотрением этих людей только под углом зрения отношения их к флоту… Политическую оценку дадут им более сведущие в этом отношении люди…» Скромен был Николай Герасимович, до неприличия скромен…   

 В годы отставки у «безработного военного пенсионера» выработался свой распорядок дня. После завтрака он садился за письменный стол и четыре часа работал над книгами и статьями. После обеда прогуливался, много читал, отвечал на письма читателей и сослуживцев, иногда удавалось вздремнуть полчаса. Вечером смотрел телевизор. Николай Герасимович был в курсе всех общественно-политических и культурных событий в стране. И все же литературный труд в эти сложные для него годы стал основным. Вот как он сам оценивал свою работу: «Пишу и сразу же печатаю на машинке. Спустя какое-то время возвращаюсь к напечатанному, правлю и отдаю машинистке перепечатать набело. Если за день не выдал двух-трех страниц, считаю, что день потерян».

Работать приходилось много, подчас через меру. Нужно было содержать семью, дать образование трем сыновьям. «60 рублей с листа (это 24 машинописные страницы), — писал с горечью легендарный флотоводец, — за трудный перевод требовали от меня большого напряжения, причем именно тогда, когда здоровье требовало „ремонта“ после вторичной „встряски“ в 1956 году».

В 1964 году Н. С. Хрущева отправили на заслуженный отдых. Во главе партии и государства встал Л. И. Брежнев. В год двадцатилетия Победы советского народа над фашистской Германией генеральный секретарь ЦК КПСС в своем докладе на торжественном заседании назвал Николая Герасимовича Кузнецова среди выдающихся военачальников Великой Отечественной войны 1941–1945 годов. Много поздравительных звонков последовало Николаю Герасимовичу от моряков и бывших сослуживцев. Но на этом все и закончилось. Последующих мер по реабилитации «опального» главкома ВМС не последовало. Больше того, упоминание имени Н. Г. Кузнецова раздражало многочисленных недругов и завистников «архангельского» адмирала. А негласное умалчивание заслуг и имени адмирала Н. Г. Кузнецова продолжало действовать.

6 сентября 1967 года вышел указ Президиума Верховного Совета СССР о дополнительных льготах Героям Советского Союза. Кузнецову, имевшему семью из пяти человек и получавшему обычную военную пенсию, это было как нельзя кстати, и он решил собрать нужные документы. Именно тогда, через 12 лет после своей отставки, он узнал, что за ним «числится» строгое партийное взыскание, наложенное Политбюро ЦК КПСС! За что? Как это могло случиться? Без вызова и извещения наложен суровый партийный выговор. «Если у нас так беспардонно могут обращаться с коммунистом ленинского призыва, имеющим более чем сорокалетний партийный стаж, если позволяют так унижать человека, более чем 16 лет являвшегося членом ЦК партии, — писал оскорбленный флотоводец, — то спрашивается, как же нелегко у нас живется рядовому коммунисту, простому советскому труженику. Кажется, мы когда-то сбились с нашей намеченной дороги и, похоже, сегодня еще не собираемся возвращаться на нее…»

После длительной волокиты взыскание с члена КПСС Н. Г. Кузнецова спустя 13 лет было снято. Адмирал Н. Г. Кузнецов получил прибавку к пенсии и новое пенсионное удостоверение. Пенсия была определена в размере 380 рублей. Дополнительные льготы бывший нарком ВМФ получил лишь через год после выхода в свет Указа Президиума Верховного Совета СССР. Комментарии излишни… Во время правления страной Л. И. Брежнева в советском правительстве образовался триумвират единомышленников, проявивших инициативу в формировании предполагавшегося еще адмиралом Н. Г. Кузнецовым сбалансированного по родам и классам кораблей океанского флота. Назовем их имена — министр обороны СССР А. А. Гречко, министр судостроительной промышленности Б. Е. Бутома и, как справедливо написали Д. В. Курочкин и А. Н. Соколов, авторы книги «Авианесущие корабли России», «вдруг прозревший» главком ВМФ С. Г. Горшков. Благо «дорогой Леонид Ильич», не сильно разбиравшийся в вопросах флота, не очень-то вмешивался в его создание. Идея создания сбалансированного флота была положена в основу начатой в 1968 году разработки проекта очередного плана военного кораблестроения на 1971–1980 годы.

1972 г. В раздумьях о пережитом и будущем. Работа над последней книгой "Курсом к победе"

Сбылись мечты «архангельского» флотоводца: только за эти годы было построено пять авианесущих кораблей. За год до своей смерти Николай Герасимович с большим сожалением писал: «Теперь, когда пишутся эти строки, мои взгляды на различные классы кораблей оправдались. Вариант сбалансированного флота с подводными и надводными кораблями признан сейчас самым разумным». Древнегреческий мудрец Софокл однажды изрек: «Время все видит, все слышит и все раскрывает».

Не сложились отношения у Николая Герасимовича и с новым партийным руководителем страны, будущим генсеком КПСС Л. И. Брежневым. На это были свои причины.




Дмитрий Аркадьевич Налбандян."Л. И. Брежнев на Малой земле".1975.

После смерти И. В. Сталина в высшем партийном и государственном эшелоне власти произошли кадровые перестановки. В 1953 году, неизвестно почему и кем, было санкционировано назначение генерал-майора Л. И. Брежнева на должность начальника политуправления Военно-морского флота. Известно другое и об этом вспоминают многие адмиралы: когда в Кремль вызвали военно-морского министра Н. Г. Кузнецова и предложили ему кандидатуру Леонида Ильича, он сухо ответил: «Брежнев? Я такого моряка не знаю!» И все же назначение состоялось. Ошибочность этого кадрового решения была очевидна, и, зная тактичность и порядочность в работе адмирала Н. Г. Кузнецова, генерала Л. И. Брежнева через несколько месяцев перевели в Главное политическое управление Советской армии, а в дальнейшем последовала его блестящая карьера как будущего партработника. Однако, надо полагать, будущий генсек ЦК КПСС не забыл и не простил «архангельскому» флотоводцу этого «моряка». 


Больше того, Брежнев поддерживал главкома ВМФ адмирала С. Г. Горшкова в замалчивании заслуг Николая Герасимовича и намеренно не поддерживал предложений общественности и ветеранов Военно-морского флота о восстановлении в звании Н. Г. Кузнецова. «К сожалению, как стало известно позже, — пишет адмирал флота, Герой Советского Союза В. А. Касатонов, — С. Г. Горшков все делал от имени Военного Совета ВМФ, хотя на Военном Совете этот вопрос не обсуждался. Им даже был подготовлен документ „О нецелесообразности восстановления…“». Воистину, рано или поздно тайное становится явным.

Единственный руководитель того времени — председатель Совета министров СССР Алексей Николаевич Косыгин нашел время для встречи с «опальным» адмиралом. Он лично позвонил Н. Г. Кузнецову и пригласил к себе для беседы. Встреча была доброжелательной и душевной, глава правительства, не мешкая, решил необходимые проблемы в житейских делах заслуженного ветерана Великой Отечественной войны…За 18 лет своей «опальной» жизни адмирал Н. Г. Кузнецов написал пять книг военных мемуаров: «На далеком меридиане (об испанских и советских моряках в национально-революционной войне 1936–1939 гг. в Испании)», «Накануне», «На флотах боевая тревога», «Курсом к победе» — в них обобщен опыт Великой Отечественной войны, «Крутые повороты» — воспоминания, как выразился он, «на сугубо личные мотивы»; около ста статей по военно-морской тематике и мемуарного жанра — о людях флота, вернув истории имена погибших и репрессированных. Труды Н. Г. Кузнецова были переведены на многие языки мира.

Такого обширного историко-литературного наследия не оставил ни один советский военачальник и флотоводец XX века…

Сегодня можно с полным основанием и ответственностью заявить, что Николай Герасимович Кузнецов обладал даром исторического мышления, которое из всех руководителей вооруженных сил было присуще ему в наибольшей степени.                                                                      С 1971 года Н. Г. Кузнецов работал на общественных началах в качестве военного консультанта в Главной редакционной комиссии научного труда "История второй мировой войны 1939-1945 гг.".

С союзниками англичанами 1945г.

И хотя он не называл себя историком флота, его книги и статьи говорят обратное. Он описал многие, внешне незначительные события тех лет, которые сегодня, по прошествии десятилетий, складываются в удивительно целостную историческую картину.

Больше того, его авторитетные свидетельства порой единственное, что мы сегодня имеем на вооружении, пытаясь вникнуть в мотивы тех или иных военно-политических решений, принятых И. В. Сталиным и его военным окружением в годы Великой Отечественной войны. Мемуары «архангельского» флотоводца, столь любимые во флотской среде, не всегда однозначно воспринимаются историками и военачальниками других видов вооруженных сил, поскольку они разрушают многие мифы и стереотипы мышления. Самое замечательное то, что Н. Г. Кузнецов всегда стремился к тому, чтобы критические оценки в адрес исторических лиц, упоминаемых им в его книгах, были уравновешены его объективной самооценкой.

Сейчас вполне очевидно, что книги адмирала Н. Г. Кузнецова стали его духовным завещанием морякам, всем россиянам, призывом российского патриота постоянно крепить оборонное могущество нашего государства. Адмирал Н. Г. Кузнецов одним из первых сказал правду о причинах неготовности страны к войне и трагическом ее ходе в течение первых двух лет, призывая проанализировать ошибки и ее опыт для будущего. «Со всей ответственностью, — пишет Николай Герасимович, — должны быть разобраны причины неудач, ошибок в первые дни войны. Эти ошибки лежат отнюдь не на совести людей, переживших войну и сохранивших в душе священную память о тех, кто не вернулся домой. Эти ошибки в значительной степени на нашей совести, на совести руководителей всех степеней. И чтобы они не повторялись, их следует не замалчивать, не перекладывать на души умерших, а мужественно, честно признаться в них». Маршал Советского Союза С. К. Тимошенко дал высокую оценку книге Н. Г. Кузнецова «Накануне»: «Она написана с принципиальной и мужественной позиции, с большой скромностью автора, без „яканья“, интересно, объективно и самокритично… Эти раздумья побуждают читателя глубже осмыслить события тех лет, они заставляют их вновь пережить и извлечь из них выводы. Делает выводы автор и для себя, признавая и критикуя свои промахи, ошибки и просчеты…» Писатель К. М. Симонов отметил: «Такие книги, как эта, заставляют нас лишний раз подумать о мере общей ответственности каждого за повышение боеспособности нашей страны, за нашу не только материальную, но и моральную готовность с честью и во всеоружии встретить любые испытания». И таких откликов на книги Н. Г. Кузнецова было немало.

Постепенно и уверенно Николай Герасимович стал входить в общественную жизнь. Он выступал на читательских конференциях в Московском доме ученых, в Академии наук СССР, Московском государственном университете имени М. В. Ломоносова, в научно-исследовательских институтах, библиотеках.

Н. Г. Кузнецов до последних дней своей жизни оставался внештатным лектором, пропагандистом, наставником молодых сотрудников института общей и педагогической психологии Академии Педагогических(???) Наук СССР. Об этих встречах вспоминает и жена Кузнецова Вера Николаевна: «У нас появились друзья из Института психологии Академии педагогических наук. <…> Там он вел семинар, слушатели его обожали. Наши новые друзья стали бывать у нас. С ними приходил праздник. Шумные, веселые, довольные прогулкой, раскрасневшиеся от мороза (зимой), они вваливались в дом, и начинались… смех, разговоры, стихи, чай из самовара с горячими булками. Николай Герасимович рассказывал морские истории. И я видела, как доволен он вторжением молодости, как любит он людей, как важно ему общение с ними».

Любили Кузнецовы всей семьей совершать походы на катере в живописные места Подмосковья. Ловили рыбу, разводили костер, с удовольствием готовили уху. Пусть это были небольшие «плавания» с семейной «командой», но они напоминали юность, суровые походы Великой Отечественной, располагали к приятным воспоминаниям…

В последние годы жизни у адмирала Н. Г. Кузнецова сложились товарищеские отношения со своим земляком лечащим врачом полковником медицинской службы Г. А. Кулижниковым.

Григорий Андреевич Кулижников оставил для потомков теплые слова о главкоме: «В речи Николая Герасимовича заметен был наш архангельский говор с легким оканьем, чуть напевным растягиванием и поднятием конца фраз, но диалектные словечки не проскакивали… благодаря своему трудолюбию и упорству, Кузнецов сумел обрести большее — литературное имя. При желании он мог пробиться в члены писательской организации, стать кандидатом или даже доктором военных наук, представив свои труды и книги на соискание ученой степени. Но и к этому у него не было стремления. Он не был тщеславен. Никогда не жаловался на материальные затруднения. По-моему, его больше всего удручала бестактность и несправедливость, которая по отношению к нему, всегда добросовестно и в полную силу тянувшему служебную лямку, была допущена… Это был порядочный, высокой культуры, отзывчивый, простой и доступный, с природной крестьянской мудростью человек, истинный патриот нашей Родины, отдавший всю свою жизнь служению советскому народу, Военно-Морскому Флоту».

Печатная машинка Н.Г.Кузнецова из музея на родине

А главным для него по-прежнему оставался Военно-морской флот. Он завершил книгу о Великой Отечественной войне — «Курсом к победе». Фрагменты из этой исторической работы были опубликованы в первом и втором номерах журнала «Октябрь» под названием «Главным курсом».                                                                                                                     

Н.Г. Кузнецов. Барвиха. 1972 г.

Вот что записал в своем дневнике, работая над книгой «Курсом к победе», флотоводец: «Рука не поднимается писать дальше. Но нужно пересилить себя и довести работу до конца. Книгу я сдал, но путь ее тернист. На пути ко всей моей писанине стоят усиленные караулы, через которые трудно пробраться со второй книгой, и совсем мало надежд в будущем. Уж очень на меня ополчились наши „старшие“ товарищи по оружию…» Эта книга стала подлинной энциклопедией истории Военно-морского флота времен Великой Отечественной войны.

Его книги "Накануне" и "На флотах боевая тревога" вышли еще при жизни автора, имели огромный успех и до сих пор пользуются читательским спросом. Кузнецову предложили стать членом Союза писателей СССР. Он лишь усмехнулся в ответ, ибо писателем себя не считал. Кстати, после смерти флотоводца единственный вечер его памяти был проведен именно Союзом писателей. 

10 ноября 1974 года адмирала Н. Г. Кузнецова положили в больницу. Предстояла сложная операция. 6 декабря 1974 года его не стало. 

Адмирал Н. Н. Амелько позвонил А. Н. Косыгину и, зная его отношение к Николаю Герасимовичу, доложил о кончине выдающегося флотоводца.  Алексей Николаевич ответил, что знает об этом скорбном событии, и тут же дал указание: «…Скажите Промыслову — хоронить на Новодевичьем кладбище, там есть площадка, где похоронены адмиралы!» А в отношении некролога: «Сегодня возвращается из Югославии Брежнев, я ему доложу. Но при любых решениях под некрологом поставить мою подпись». Что тут говорить, гражданская позиция и порядочность советского премьера очевидны.

Через день в газетах появился некролог с портретом прославленного адмирала. Подписали некролог Брежнев, Подгорный, Косыгин, все маршалы Советского Союза, адмиралы, всего 47 человек. Не возникло проблем и с могилой на Новодевичьем кладбище. Мир не без добрых людей. Служитель кладбища, в прошлом моряк Военно-морского флота, быстро определил место для погребения своего наркома рядом с могилой первого начальника морских сил В. М. Альтфатера, недалеко от адмиральской площадки и церкви Николая Морского, под стенами Новодевичьего монастыря. Получилось символично, первый Наморси и первый Адмирал Флота Советского Союза рядом… В надгробии из лабрадорита работы архитектора А. Мымрина условно изображена гряда препятствий в судьбе «архангельского» адмирала.

Могила адмирала Н.Г. Кузнецова на Новодевичьем кладбище.

Откликнулись на смерть советского флотоводца и наши союзники по антигитлеровской коалиции, дав высокую оценку жизни и деятельности адмирала Н. Г. Кузнецова. Приведу выдержку из некролога на смерть Николая Герасимовича, помещенную в газете «Нью-Йорк тайме» от 9 декабря 1974 года: «Как отец отечественного современного Военно-Морского Флота и решительный борец за мощь Военно-Морских Сил, Николай Герасимович Кузнецов вел Морские силы к победе во Второй мировой войне, направляя их на необходимость достижения морской силы далеко за пределами родных берегов… Мало сообщалось о подвигах советского Военно-Морского Флота во Второй мировой войне, так как армия его страны разгромила врага в огромных и дорогостоящих танковых и пехотных сражениях. Но по своей роли советский ВМФ под его руководством на протяжении всей войны уничтожил сотни тысяч общего тоннажа флота держав „оси“, в основном это были немецкие транспортные и военные корабли». Обидно, но наши союзники дали более объективную оценку роли Военно-морского флота и его главнокомандующего в годы кровопролитной войны…

Необходимо сказать и о том, что несправедливая отставка Н. Г. Кузнецова вызвала у многих людей, хорошо знавших его, чувство протеста. В различные инстанции поступало немало писем-ходатайств в защиту легендарного адмирала. Вот что написал в ЦК КПСС маршал А. М. Василевский: «Сознание явной несправедливости, допущенной при жизни Сталина и повторенной в 1956 году по инициативе Н. С. Хрущева и Г. К. Жукова в отношении бывшего Адмирала Флота Советского Союза — ныне вице-адмирала в отставке Н. Г. Кузнецова, вынуждает меня просить Секретариат ЦК КПСС поручить проверить материал, на основании которого допущена эта несправедливость, с тем чтобы затем соответствующим решением устранить ее…»

Маршал А.М.Василевский

«В довоенное время и особенно в период Великой Отечественной войны и в послевоенные годы я, по характеру возложенной на меня работы, имел возможность наблюдать всегда исключительно партийное, высококвалифицированное руководство со стороны Кузнецова Н.Г. всеми теми ответственными участками работы, которые поручались ему партией и правительством.

Более чем уверен, что восстановление т. Кузнецова Н.Г. в звании, которого он необоснованно был лишен, и зачисление его в группу генеральных инспекторов при Министерстве обороны было бы, безусловно, справедливым и было бы с большим удовольствием воспринято всем знающим его личным составом Вооруженных Сил и особенно Военно-Морского Флота, большим и вполне заслуженным авторитетом которого он пользовался и пользуется поныне».

Маршал Советского Союза, член КПСС А. Василевский (Из письма A.M. Василевского в секретариат ЦК КПСС от 9 апреля 1966 г.)

После снятия Н. С. Хрущева и смерти Г. К. Жукова в ЦК КПСС пошел поток коллективных писем и ходатайств от отдельных лиц с предложениями восстановить Н. Г. Кузнецова в звании Адмирала Флота Советского Союза. Никаких ответов и реакции на эти обращения не последовало. По инициативе адмирала И. И. Бойкова на имя Л. И. Брежнева было послано письмо двадцати адмиралов, бывших командующих флотами, занимавших высокие посты в Военно-морском флоте, с просьбой о восстановлении Н. Г. Кузнецова в звании посмертно.

В то же время сегодня известно, что письмо адмиралов даже не обсуждалось на Военном совете флота. А отрицательный ответ ушел за подписью главкома ВМФ С. Г. Горшкова и начальника Политуправления ВМФ члена Военного совета В. М. Гришанова…       Книга «Курсом к победе» вышла в свет в июне 1975 года. Он ее не увидел. Да и к 30-летию Великой Победы книга не была опубликована, издатели и их «наставники» не торопились. Бог им судья… Всего за 18 лет своей «опальной» жизни Н. Г. Кузнецов написал пять книг военных мемуаров, около 100 статей по военно-морской тематике и мемуарного жанра — о людях флота, вернув истории имена погибших и репрессированных. Николай Герасимович одним из первых сказал правду о причинах неготовности страны к войне и трагическом ее ходе в течение двух лет, призывая проанализировать ошибки и неудачи руководства Вооруженными силами для будущего. Одним словом, такого обширного историко-литературного наследия не оставил ни один советский военачальник и флотоводец XX века.

Несмотря ни на что, советские моряки любили и гордились своим главнокомандующим, он был всенародно признанным адмиралом, героем Великой Отечественной войны. В 1977 году Военная секция писателей Центрального дома литераторов устроила памятный вечер в честь 75-летия со дня рождения Николая Герасимовича Кузнецова. Незадолго до назначенного дня Вере Николаевне Кузнецовой позвонил адмирал В. Ф. Трибуц и сказал: «Отмените вечер. Кузнецов достоин большего уровня». Жена Кузнецова ответила, что вечер устраивает не она и отменить его не может, да и не хочет. Было еще несколько подобных звонков от «доброхотов». Однако ни в планах военного, ни морского ведомства вопрос об «уровне» отметить 75-летний юбилей прославленного флотоводца не значился. Не появились на вечере и представители официальных военных и морских организаций. Меня всегда поражал «комплекс Сальери» преемника покойного адмирала Кузнецова, главнокомандующего ВМС С. Г. Горшкова. Писатель В. А. Рудный рассказывал мне, что накануне этого памятного вечера руководство Военно-морского флота отослало из Москвы в «командировки» многих флотских адмиралов и офицеров, которые служили под началом главкома ВМС Н. Г. Кузнецова и которые не скрывали своего отношения к э 28 января 1977 года вечер в честь 75-летия Н. Г. Кузнецова состоялся. Зал был переполнен. С воспоминаниями о первом главкоме ВМС Н. Г. Кузнецове выступили адмиралы Ю. А. Пантелеев, Г. И. Щедрин, А. Н. Петров, Н. И. Шибаев, писатель К. М. Симонов и многие другие. «Молодому Нахимову было указано в аттестации: „Чист душой и море любит“, — сказал на вечере памяти флотоводца адмирал А. Т. Чабаненко. — То же можно сказать и о Николае Герасимовиче Кузнецове, беззаветно любившем море и флот, с завидной настойчивостью, энергией и талантом отдавшемся делу его совершенствования, подъема боевой готовности его сил и выучки моряков».

А вот на какие человеческие качества  адмирала Кузнецова обратил внимание присутствующих известный певец Иван Семенович Козловский: «В грядущем Николай Герасимович останется в облике воина, гражданина, необычайно гармоничного, родного человека. Он был прост, но не простак. Он хорошо понимал своих подчиненных, знал душу моряка». Далее народный артист СССР поведал собравшимся на вечере: «Николай Герасимович был непревзойденным королем танцев. В спутницы жизни он выбрал уважаемую всеми его друзьями Веру Николаевну — красивую, мудрую, скромную. Спасибо вам, Вера Николаевна, за поэтическое начало, за вашу любовь, преданность, мужество, которое проявили вы в трудные и горькие для Николая Герасимовича дни и годы. Спасибо всей вашей семье».тому замечательному человеку.

Биограф и невестка адмирала Раиса Васильевна Кузнецова

В 1988 году в канун Дня Военно-морского флота на страницах газеты «Правда» появилась статья «Крутые повороты», написанная Раисой Васильевной Кузнецовой. Затем последовали неопубликованные материалы «опального» адмирала в журнале «Москва», газетах «Советская Россия» и «Красная звезда». Начиная с 1975 года было опубликовано около 30 работ Николая Герасимовича Кузнецова.

Большим событием для флотской общественности стал выход книги Николая Герасимовича Кузнецова «Крутые повороты» в издательстве «Молодая гвардия». Ее составителем выступила Раиса Васильевна, которая вместе с Верой Николаевной обработала авторский материал, написала комментарии, хронологию и библиографию к изданию. Благодаря трудам членов семьи вышли в свет еще три книги: «Адмирал Кузнецов: Москва в жизни и судьбе флотоводца», «Адмирал Флота. Героические и драматические страницы жизни Н. Г. Кузнецова», «Флотоводец: материалы о жизни и деятельности Адмирала Флота Советского Союза Кузнецова Н. Г.». Неоднократно переиздавались книги Н. Г. Кузнецова «Накануне» и «Курсом к победе».

Что касается жены прославленного флотоводца, то ее перу принадлежит прекрасный очерк «Я готова была для него на все», опубликованный в нескольких изданиях. «Эти правдивые строки, — писала в юбилейном Морском сборнике (№ 4, 2004) Раиса Васильевна, — воспоминания не удрученной горем вдовы, а самого близкого и любимого человека, друга и соратника, отлично осведомленного в делах Кузнецова, умевшего радоваться его успехам и неудачам, вместе с ним' бороться с несправедливостью и наветами».

Одно из последних писем в высокие инстанции было написано 29 января 1988 года и подписано вице-адмиралом в отставке Г. И. Щедриным, контр-адмиралами Б. Н. Бобковым, Д. А. Вершининым и полковником в отставке Н. С. Фрумкиным. Это ходатайство о восстановлении Н. Г. Кузнецова в звании Адмирала Флота Советского Союза было адресовано М. С. Горбачеву, но никакой реакции тогда с его стороны не последовало.

Главнокомандующий ВМФ СССР адмирал флота B. Н. Чернавин начал новый непростой этап борьбы за возвращение Н. Г. Кузнецову звания Адмирала Флота Советского Союза. Вначале этот вопрос вынесли на Военный совет ВМФ. Затем ходатайство, подписанное всеми членами совета, было направлено в Министерство обороны. Активными сторонниками реабилитации опального адмирала выступили министр обороны Д. Т. Язов, начальник Генерального штаба C. Ф. Ахромеев и начальник Главного политического управления Советской армии и Военно-морского флота А. Д. Лизичев. На последнем этапе ходатайство военачальников поддержал секретарь ЦК КПСС А. И. Лукьянов, который внес этот вопрос на заседание Политбюро ЦК КПСС, на котором было получено положительное решение.

Справедливость была восстановлена лишь через 14 лет после смерти флотоводца Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 июля 1988 года. В нем говорится о том, что Н. Г. Кузнецов восстановлен в звании Адмирала Флота Советского Союза. Однако в Указе Президиума Верховного Совета СССР нет записи, что предыдущее постановление и Указ Президиума Верховного Совета СССР от 17 февраля 1956 года следует считать недействительными за отсутствием вины Адмирала Флота Советского Союза Н. Г. Кузнецова. Остается надеяться всем читателям и почитателям таланта архангельского флотского самородка, что рано или поздно справедливость восторжествует окончательно.

По инициативе Общероссийского движения поддержки флота было принято решение об установке в Москве на улице Тверской, 9 мемориальной доски Н. Г. Кузнецову и о сооружении в столице памятника великому адмиралу.

В дни 100-летнего юбилея Н. Г. Кузнецова немало было сделано по увековечиванию памяти легендарного земляка-флотоводца. В городе Котласе открыт бюст Н. Г. Кузнецова, а в Архангельске начались работы по сооружению памятника адмиралу Н. Г. Кузнецову. С большим успехом в столице области прошла выставка «Служу Флоту и Родине», посвященная Герою Советского Союза Н. Г. Кузнецову. Большой интерес вызвал полный библиографический указатель литературы «Адмирал Кузнецов», подготовленный сотрудниками областной научной библиотеки имени Н. А. Добролюбова.

Адмирал Кузнецов — легендарная личность, гордость и слава России. Юбилей Николая Герасимовича Кузнецова стал прекрасным поводом открыть перед молодым поколением страницы жизни нашего земляка. Для среднего поколения — повод осмыслить недавнее прошлое, не предать забвению великий подвиг Доблести и Чести. Для старшего поколения — это возможность снова поверить, что есть у нас силы возродить лучшие традиции Воинской Славы.

Так будем достойны памяти нашего прошлого!

Адмирал Н. Г. Кузнецов продолжил российскую традицию, заложенную еще Петром Первым, — готовить наиболее смелых и талантливых юношей к военно-морской службе. По предложению наркома ВМФ правительство приняло решение об открытии в сентябре 1940 года семи морских спецшкол. В январе 1941 года была создана школа боцманов на острове Валаам в Ладожском озере. Не успев окончить учебу, юные моряки шагнули в огонь войны, участвовали в обороне Ладожских островов, в боях на знаменитом Невском «пятачке».

Всего за годы Великой Отечественной войны в Соловецкой школе юнг было подготовлено «радистов — 496 человек, рулевых — 35, боцманов надводных кораблей — 411, мотористов торпедных катеров — 717, электриков надводных кораблей — 534, артиллерийских электриков — 30, торпедных электриков — 139, боцманов торпедных катеров — 166, мотористов-дизелистов — 124 и штурманских электриков — 50 человек».

Почин адмирала Н. Г. Кузнецова по созданию школ юнг распространился и на другие ведомства. В Архангельске была создана школа юнг Северного государственного морского пароходства, а затем — тралового флота. В морфлотовские и «рыбные» школы принимали мальчишек до 14 лет. Но недоставало и этих учебных заведений. 16 октября 1942 года приказом наркома морского флота П. П. Ширшова на торговых судах был введен институт воспитанников-юнг.

Согласно статуту награды «орденом „Победа“, как высшим военным орденом, награждаются лица высшего командного состава Красной армии за успешное проведение боевых операций в масштабе нескольких или одного фронта, в результате которых в корне меняется обстановка в пользу Красной армии». Таким образом, орденом Победы могли быть награждены Верховный главнокомандующий, начальник Генерального штаба, главнокомандующие стратегическими направлениями, представители Ставки ВГК, командующие войсками фронтов.

Все члены Ставки Верховного главнокомандования были отмечены высшей воинской наградой, а И. В. Сталин, Г. К. Жуков и А. М. Василевский награждены орденом Победы дважды. И только член Ставки ВГК — нарком Военно-морского флота адмирал Н. Г. Кузнецов — не получил заслуженной награды. Справедливо ли это? Судить вам, уважаемые читатели…

Время все расставляет по своим местам. 26 ноября 1988 года архангельская областная газета «Правда Севера» опубликовала открытое письмо главнокомандующему Военно-морским флотом адмиралу флота В. Н. Чернавину от ветеранов Краснознаменного Северного флота, предлагавших увековечить память адмирала-северянина Н. Г. Кузнецова в названии боевого корабля. Вскоре моряки-ветераны получили ответ от адмирала В. Н. Чернавина: «Могу вам сообщить, что в целях увековечения памяти Н. Г. Кузнецова по представлению Военного Совета ВМФ и ходатайству Министра Обороны СССР одному из современных кораблей присвоено наименование „Адмирал Флота Советского Союза Кузнецов“. Командование Военно-морского флота благодарит ветеранов-североморцев за активную деятельность по сохранению славных боевых традиций советских военных моряков и за участие в военно-патриотическом воспитании молодежи…»

25 декабря 1990 года Правительственная комиссия подписала акт о приемке корабля в состав ВМФ СССР. Затем начались испытания самолетов на Черном море до конца 1991 года. Для тяжелого атомного крейсера (ТАКР) «Адмирал Флота Советского Союза Кузнецов» в качестве палубного самолета был определен Су-27К (Су-33).

Можно только сожалеть, что к настоящему времени это единственный авианосец в составе ВМФ России…

Таким образом, флагманский корабль Северного флота, тяжелый авианесущий крейсер, до сих пор носит на своем борту славное имя — «Адмирал Флота Советского Союза Кузнецов» и на сегодня является единственным в мире авианосцем, базирующимся в Заполярье.

Имя прославленного адмирала присвоено Военно-морской академии в Санкт-Петербурге. На здании Главного штаба ВМФ в Москве открыта мемориальная доска, портрет Н. Г. Кузнецова помещен в галерею флотоводцев Российского государственного морского и историко-культурного центра при Правительстве РФ, его именем названы улицы в городах Санкт-Петербурге, Архангельске и Котласе.

Многое в жизни адмирала Н. Г. Кузнецова связано с красавицей Северной Двиной. Отсюда началась его нелегкая дорога к океану, к вершинам искусства флотоводца. Уже многие годы большой белоснежный речной корабль «Адмирал Кузнецов» бороздил речное пространство по линии Архангельск — Котлас, по маршруту юности Николая Герасимовича Кузнецова. Сбылась его последняя так и не осуществлённая мечта – побывать на Родине в Архангельской области… (с августа 2019 теплоход в Ярославле, до этого три года был плавучим отелем на острове Валаам).

3 марта 1955 г. в Указ ПВС СССР от 1940 г. о введении звания “Адмирал флота” была внесена поправка, в связи с чем высшее звание в ВМФ, введенное в 1940 г., стало именоваться “Адмирал Флота Советского Союза”. Н.Г.Кузнецов был удостоен его еще 31 мая 1944 г. 27 апреля 1955 г. Н.Г.Кузнецов получил маршальский знак Бриллиантовая Звезда. Родина наградила флотоводца за заслуги Званием Героя советского Союза, 4 орденами Ленина, 3 орденами Красного Знамени, 2 орденами Ушакова I степени, орденом Красной Звезды.

«Этот человек сразу выделялся среди остальных, - вспоминает Раиса Васильевна – невестка и биограф Николая Герасимовича, - в нем было много притягательного. Высокого роста, гордо посаженная голова с большим лбом и залысинами по бокам, седые волосы, аккуратно зачесанные назад. Мне ни разу не пришлось увидеть Николая Герасимовича небритым, с отросшими волосами, небрежно одетым. Подтянутый, прямой, слегка склонный к полноте, но все равно, как говорится, в спортивной форме. Впрочем, это не удивительно. До конца своих дней он любил кататься на лыжах, летом увлекался игрой в теннис. Его постоянным соперником в этом была Вера Николаевна... «

Кузнецов писал книги о флоте и своей жизни, и замечал: «От службы во флоте я отстранен, но отстранить меня от службы флоту — невозможно».

О сыновьях адмирала Кузнецова (коротко).   

  
С сыновьями Николаем (слева) и Владимиром. Владивосток. 1949 г.
             
С сыном Николаем в день ВМФ, 1947 г
С младшим сыном Владимиром

 Три сына флотоводца (Виктор, Николай, Владимир) учились в Нахимовском и военно-морских училищах. Отец воспитал их в убеждении, что родство не облегчает жизнь, а обязывает.


Николай Герасимович, его сыновья с жёнами

Старший сын Николая Герасимовича Кузнецова, Виктор,1932 г.р. закончил Ленинградское Нахимовское училище в 1950 году. Вот как о нем пишет его однокашник, Виктор Иванов в своих воспоминаниях "Мальчишки в бескозырках": "Для нас адмирал Кузнецов был высший авторитет и начальник. С осторожностью и любопытством мы приглядывались к Виктору: как он себя поведет? Виктор оказался простым, скромным парнем. Высокий, весь в отца, симпатичный и застенчивый, он вскоре завоевал у нас авторитет и отличной учебой, и дисциплиной. 

Николай и Виктор сидят с другом-нахимовцем

В отличие от некоторых «сынков» он никогда но пользовался именем своего отца. При выпуске из училища он вполне заслуженно был награжден серебряной медалью. Мне пришлось все эти годы учиться с Виктором в одном классе и даже какое-то время сидеть с ним на одной парте, и должен сказать, что, хотя я был всегда настроен против сынков высокопоставленных папаш, Виктор вызывал у меня уважение и симпатию. Думаю, что это было взаимно. К сожалению, затем наши дороги разошлись. Я поступил в училище имени Фрунзе, а Виктор посвятил себя инженерной деятельности и окончил другое учебное заведение". Виктор Николаевич Кузнецов закончил службу в звании капитана первого ранга.


Младшие сыновья адмирала с жёнами. Слева направо: Владимир Кузнецов, Раиса Кузнецова, Оксана Кузнецова, Николай Кузнецов.

 Кстати, младшие его братья Николай и Владимир брали с него пример. Они тоже учились в Нахимовском. Николай два года проучился в «Дзержинке», но потом посоветовавшись с отцом, решил стать гражданским специалистом. Поступил в Московский энергетический институт, а после долгие годы был ведущим сотрудником Института атомной энергии. Младший - Владимир - закончил высшее военное училище, стал офицером, служил в разных регионах страны, в звании подполковника уволился в запас. Сегодня он работает заместителем начальника отдела Центрального музея Великой Отечественной войны на Поклонной горе, является президентом Общественного фонда содействия увековечению памяти Адмирала Флота Советского Союза Николая Герасимовича Кузнецова... 

Братья Кузнецовы Виктор, Владимир, Николай. посёлок Новь 1972 лето
С внучкой Оленькой

Родина наградила флотоводца за заслуги высоким Званием Героя Советского союза, 4 орденами Ленина, 3 орденами Красного Знамени, 2 орденами Ушакова I степени, орденом Красной Звезды.


Герой Советского Союза  адмирал флота 1945г.  С картины В.Аккуратова

Звание Адмирала Флота Советского Союза Кузнецову вернули только в 1988 году, через 14 лет после его смерти. До этого 14 лет по воле его родственников на его могиле не значилось никакого воинского звания. Сенатор от Архангельской области Константин Добрынин обратился к Владимиру Путину с письмом, в котором, в частности, говорится: “Восстановите человеческую справедливость в отношении Адмирала флота Советского Союза Николая Герасимовича Кузнецова”. Он рассказал президенту, что на прошедшем в Архангельске и Северодвинске в конце октября этого года межрегиональном форуме “Во славу флота и Отечества!” было выдвинуто предложение увековечить память великого моряка России, адмирала Николая Кузнецова и в связи с приближением празднования в 2015 году 70-летия Победы инициировать учреждение государственной награды – ордена “Адмирал Флота Советского Союза Н.Г. Кузнецов”.                          В завершение письма Добрынин просит президента: “Владимир Владимирович, поддержите просьбу жителей нашей области и восстановите человеческую справедливость в отношении Адмирала флота Советского Союза Николая Герасимовича Кузнецова, который сам для себя никогда ничего не просил”.

В 2010 году в центре Архангельска ему был установлен памятник, в виде стоящей на постаменте бронзовой четырехметровой фигуры адмирала.

На здании Главного штаба ВМФ и доме на Тверской улице в Москве, где он жил, в его память открыты мемориальные доски. В Архангельске, Севастополе, Великом Устюге, Котласе, Москве установлены памятники герою-моряку.

25.07.2016 в Вологде установлен  памятник
Памятник Адмиралу Флота Советского Союза Кузнецову во Владивостоке
Бюст в севастополе
Бюст Н.Г.Кузнецову в Москве на Алее Героев в спортивно-техническом центре Досааф 21 апр 2017

В Котласе, Архангельске и С.-Петербурге его имя носят улицы, а на его родине, в деревне Медведки, создан мемориальный музей адмирала. 

Август 2019. Теплоход " Адмирал Кузнецов" простоявший на Валааме три года в качестве гостиницы для паломников вернулся в Ярославль

По Северной Двине плавал теплоход «Адмирал Н. Г. Кузнецов».              В 1997 г. в Москве учреждён Фонд памяти Адмирала Флота Советского Союза Н.Г. Кузнецова. Именем флотоводца названы: в Тихом океане морской пролив и утёс, звезда в созвездии Льва.                                                                  Летчик Коккинаки называл Кузнецова на редкость порядочным человеком. Маршал Советского Союза А. М. Василевский писал семье покойного, что хранит память "о редкостном человеке, талантливейшем военачальнике и любимом друге Николае Герасимовиче, отдавшем все, что он мог за свою жизнь, делу укрепления, развития и победы наших славных Вооруженных Сил".

Именем Н. Г. Кузнецова названы Военно-морская академия в Санкт-Петербурге . В Котласе есть улица имени Н. Г. Кузнецова. Все это - малая часть памяти человека, который сделал немало для страны и флота.

Невольно вспомнились слова адмирала П.С. Нахимова: «У моряка нет трудного или лёгкого пути. У моряка есть один путь – славный!»


Вступившему в строй тяжелому авианесущему крейсеру присвоено имя – «Адмирал Флота Советского Союза Кузнецов» (1989 г.). Единственный на сегодняшний день отечественный авианесущий крейсер носит имя Николая Кузнецова. Но сам адмирал вряд ли бы этому обрадовался. Он бы спросил: «А почему один? Чем вы все это время занимались, товарищи?».

Сирия
Сегодня...Непростая судьба у авианесущего крейсера как и у адмирала Н.Г.Кузнецова


Начало материала см. АДМИРАЛ КУЗНЕЦОВ. ЧАСТЬ I. НЕСГИБАЕМЫЙ ПОМОРСКИЙ ХАРАКТЕР https://cont.ws/@hodanov/14899...

Уважаемые Читатели! Подписывайтесь на журнал «Созидатели». Журнал посвящён выдающимся людям России - интеллектуальной и нравственной элите https://cont.ws/jr/sozidanije .

СПИСОК ССЫЛОК

1)https://www.korabel.ru/news/comments/biografiya_geroya_sovetskogo_soyuza_admirala_flota_sovetskogo_soyuza_kuznetsova_nikolaya_gerasimovicha.html

2) Книга Кузнецова Н.Г. "Накануне": http://hdd.tomsk.ru/desk/eaphqnfn

3) Книга Кузнецова Н.Г. «Курсом к Победе» http://disk.tom.ru/kmtgh22 или http://disk.tomtel.ru/Packet.aspx?PacketId=b8998819 .

4) http://militera.lib.ru/bio/bulatov_vn01/text.html Булатов ЖЗЛ Адмирал Кузнецов

5)  https://fishki.net/1323894-adm... © Fishki.net

6) Семья адмирала Кузнецова    https://flot.com/blog/historyo...

В столице Поморья прошли мероприятия, приуроченные к 115-летию со дня рождения прославленного советского флотоводца


Севастопольская детская морская флотилия имени Н.Г. Кузнецова на параде 19 мая 2019 года
Посвящение в студенты ГГМУ им. Ушакова выпускников флотилии им. Н.Г. Кузнецова, Севастополь 2019




Консервативен, патриотически настроен, работал в оборонке

Главный итог 2019 года – Россия сломала МВФ

На этой неделе разрешилась, пожалуй, главная интрига 2019 года – Правительство решилось распечатать «кубышку» резервного фонда и направить средства на внутрироссийские ...

Будущий глобальный мир на примере поражения России от WADA

Как уже говорилось ранее, противник нашел у России одно уязвимое место и теперь будет долбить по нему, сколько хватит сил. Причем без ядерных ракет, десантов иностранной морской пехоты ...

С чего начинается предательство Родины

Мы с детства знаем, с чего начинается Родина. О том, с чего начинается предательство этой самой Родины, мы задумываемся гораздо позже. Но, к сожалению, все чаще...События 2014 года на У...

Ваш комментарий сохранен и будет опубликован сразу после вашей авторизации.

0 новых комментариев

    Ходанов 30 ноября 18:25

    КУДЫ КРЕСТЬЯНИНУ ПОДАТЬСЯ?

     КУДЫ КРЕСТЬЯНИНУ ПОДАТЬСЯ? Жаркий летний солнечный день 1966 года… В голубом сибирском небе шныряют стрижи, вычерчивая замысловатые фигуры, воробьи лениво купаются в кучках пыли на грунтовой дороге – центральной улице сибирского села Легостаево. Мы, я - второклассник Коля и моя младшая двоюродная сестрёнка Галя прибежали в центр села с улицы...
    2001
    Ходанов Созидатели
    15 ноября 22:04

    АДМИРАЛ КУЗНЕЦОВ. ЧАСТЬ I. НЕСГИБАЕМЫЙ ПОМОРСКИЙ ХАРАКТЕР

    АДМИРАЛ КУЗНЕЦОВ. ЧАСТЬ I. НЕСГИБАЕМЫЙ ПОМОРСКИЙ ХАРАКТЕР «У моряка нет трудного или лёгкого пути. У моряка есть один путь – славный!»                                                             ...
    7968
    Ходанов Созидатели
    18 октября 18:45

    АКАДЕМИК КРЫЛОВ. ВО СЛАВУ ФЛОТА РОССИЙСКОГО

    «Ковчег строился по непосредственным указаниям промысла Божия, следовательно, в нем было все «добро зело», т. е. переборки были распределены правильно, ни палубы, ни переборки не текли, люки были прорезаны где надо и крепости ковчега не ослабляли. С тех пор прошло по библейскому исчислению 7410 лет, построено бесчисленное множество судов, но уже разумом...
    21364
    Ходанов Созидатели
    4 октября 18:58

    АКАДЕМИК ХАРИТОН. ТЯЖКОЕ БРЕМЯ ОТВЕТСТВЕННОСТИ

    «Испытываешь какое-то необыкновенное возбуждение, подъём всех душевных сил, когда тебе удаётся подметить какое-то явление, описать, выразить в виде формул и, наконец, понять суть. Такое же чувство тебя охватывает, когда делаешь какой-то эксперимент и вдруг начинаешь получать совсем не то, что ожидал. Это неожиданное столкновение с тайной словно электриз...
    23724
    Ходанов 20 сентября 19:14

    ИВАН ИВАНОВИЧ ДИБИЧ - ГЕНЕРАЛ-ФЕЛЬДМАРШАЛ ИМПЕРИИ

    "Балканы, считавшиеся непроходимыми в течение стольких веков, пройдены в три дня, и победоносные знамена Вашего Величества развеваются на стенах Миземврии, Ахиолы и Бургаса, среди населения, которое встречает наших храбрецов как освободителей и братьев!"        Из донесения  императору Николаю I генерала-фельдмаршала Ивана Ивано...
    10078
    Ходанов Созидатели
    20 сентября 19:10

    ВЕЛИКИЙ НЕЗАМЕНИМЫЙ ИЛЬЮШИН

    ВЕЛИКИЙ НЕЗАМЕНИМЫЙ ИЛЬЮШИН «У него была великая присказка. Если хочешь сделать что-то серьёзное, то за восемь рабочих часов ничего не сделаешь. Все сильные люди, все великие. Талантливые люди, конечно работали по четырнадцать-шестнадцать часов. Он искренне, не ради показухи, много читал, цитировал даже Платона. Сидишь и думаешь: а я Пла...
    18181
    Ходанов Созидатели
    23 августа 18:40

    Николай Дмитриевич Кузнецов: "Я просыпаюсь, когда стихает гул двигателя"

    «А я живу в 100 метрах от испытаний и просыпаюсь, когда стихает гул двигателя»Н.Д.Кузнецов «Я ведь тоже человек очень самолюбивый, но чтобы до такой степени…»Н.Д. Кузнецов в адрес Глушко, давшего указание порезать лунные двигатели«Всегда любил в людях жажду знаний, стремление реализовать их в общем деле. Люблю твёрдость убеждений, энергию, настойчив...
    12864
    Ходанов 19 июля 18:35

    КНЯЗЬ ПЁТР БАГРАТИОН - ГОРДОСТЬ РУССКОЙ АРМИИ 1812 ГОДА

    ПЕТР ИВАНОВИЧ БАГРАТИОН - ГОРДОСТЬ РУССКОЙ    АРМИИ 1812 г."Со млеком материнским влил я в себя дух к воинственным подвигам."                                                              &nb...
    14283

    МСТИСЛАВ КЕЛДЫШ - ОТ ФЛАТТЕРА И ШИММИ ДО КОСМОСА, ЯДЕРНОГО И ГИПЕРЗВУКОВОГО ОРУЖИЯ (часть 2)

    КЕЛДЫШ И СОЗДАНИЕ АТОМНОГО ОРУЖИЯВ 1946 г. возникло грозное противостояние между недавними странами-победительницами − ведущими странами Запада во главе с США, с одной стороны, и СССР с другой. В Советском Союзе, только что пережившем четыре тяжелейших года войны, была карточная система и разруха во многих отраслях народного хозяйства. Во многих районах...
    18839

    МСТИСЛАВ КЕЛДЫШ - ОТ ФЛАТТЕРА И ШИММИ ДО КОСМОСА, ЯДЕРНОГО И ГИПЕРЗВУКОВОГО ОРУЖИЯ

    МСТИСЛАВ ВСЕВОЛОДОВИЧ КЕЛДЫШ. ОТ ФЛАТТЕРА И ШИММИ ДО КОСМОСА, ЯДЕРНОГО И ГИПЕРЗВУКОВОГО ОРУЖИЯ «Келдыш родился и вырос в интеллигентной дворянской семье. Нетрудно вычислить, что период его отрочества, юности, образования и формирования личности приходится на первые 15 лет советской власти, и совершенно очевидно, что нет никаких оснований подозревать со...
    20497
    Ходанов 23 июня 19:22

    МИХАИЛ АНДРЕЕВИЧ МИЛОРАДОВИЧ ИСТИННЫЙ РЫЦАРЬ ИМПЕРИИ

    МИХАИЛ АНДРЕЕВИЧ МИЛОРАДОВИЧ «Чтобы быть везде при вашем высокопревосходительстве, надобно иметь запасную жизнь».                                                                   ...
    19618
    Ходанов 2 июня 08:20

    ИВАН ФЕДОРОВИЧ ПАСКЕВИЧ. НЕПОБЕДИМЫЙ ФЕЛЬДМАРШАЛ ИМПЕРИИ

    ИВАН ФЕДОРОВИЧ ПАСКЕВИЧ. НЕПОБЕДИМЫЙ ФЕЛЬДМАРШАЛ ИМПЕРИИ«Везде Россия, где властвует русское оружие» И.Ф. Паскевич«Познакомься с одним из лучших генералов моей армии, которого я еще не успел поблагодарить за его отличную службу» АлександрI при представлении Паскевича брату Николаю Ф. Крюгер.На портрете изображены И...
    23800

    ДЕТИ ГОР. БРАТУШКИ

    ДЕТИ ГОР. БРАТУШКИЖиви, Россия, в славе, в мощи,                                                               трепещет мир, твой слыша глас,               ...
    25448
    Ходанов 29 марта 18:49

    ДЕТИ ГОР. ЛЕНИНГРАДСКИЙ РОК. МИФЫ

     ДЕТИ ГОР. ЛЕНИНГРАДСКИЙ РОК. МИФЫ"Исчезли в облаке тумана все голубые городаИ земляничные поляны остались в детстве навсегда. В конце пути придёт расплата за радость тех далёких днейКогда любой казался братом, когда ты был среди друзей.Сейчас по улицам знакомым тебя ведёт другой маршрутИ горько путнику иному, когда его нигде не ждут.Друзья становятся чужими, себ...
    24654
    Ходанов 15 марта 18:53

    ДЕТИ ГОР. О ДРУЖБЕ

    По жизни встречаем мы много народа,Все мимо шагают и только одинПодходит тебе, как глоток кислорода,С которым не страшно дожить до морщин.Богдан ХудавердМужская дружба… Как юношеская привязанность превращается в настоящую мужскую дружбу на всю жизнь? Этот рассказ – моя робкая, неуверенная попытка докопаться до корней, причин возникновения этого ощущения привязанности,...
    23262
    Ходанов Созидатели
    22 февраля 18:56

    СВЯТИТЕЛЬ ЛУКА ВОЙНО-ЯСЕНЕЦКИЙ. ХИРУРГ, МОНАХ, УЧЁНЫЙ

    СВЯТИТЕЛЬ ЛУКА ВОЙНО-ЯСЕНЕЦКИЙ.ХИРУРГ, МОНАХ, УЧЁНЫЙ"О Мать моя, поруганная, презираемая Мать, Святая Церковь Христова!Ты сияла светом правды и любви, а ныне что с тобой? Тысячи и тысячи храмов твоих по всему лицу земли Русской разрушены и уничтожены, а другие осквернены, а другие обращены в овощные хранилища, заселены неверующими, и только немногие сохранились. На ме...
    23048
    Ходанов Созидатели
    9 февраля 09:05

    ВЛАДИМИР ГРИГОРЬЕВИЧ ШУХОВ. ПЕРВЫЙ ИНЖЕНЕР РОССИИ

    ВЛАДИМИР ГРИГОРЬЕВИЧ ШУХОВ, пожалуй, первый по заслугам и изобретениям архитектор и инженер-изобретатель Российской империи и молодой Советской республики. В мировой истории инженерного дела вряд ли найдется личность более талантливая и многогранная, ученый, внесший неоспоримый вклад в развитие нефтегазовой отрасли, архитектуры и строительства. Владимир...
    29951
    Ходанов 1 февраля 22:14

    ДЕТИ ГОР. ПИТЕРСКОЕ ПИВО

    ДЕТИ ГОР. ПИТЕРСКОЕ ПИВО 18+ «А мы будем пить, пить, пить…Оно будет плыть, плыть, плыть…Туда, туда - где милая живёт,В ту самую сторонушку где милая живёт!»Застольная семейная песня моих дедов-прадедов, отца и его братьев(исполнялась на сватанье. свадьбах и просто под хорошее настроение)   Я не сторонник потребления крепких алкогольных нап...
    29271
    Ходанов Созидатели
    25 января 18:50

    ОДА БОЖЬИМ ОДУВАНЧИКАМ

     ОДА БОЖЬИМ ОДУВАНЧИКАМЖенщинам блокадного Ленинграда посвящается. Женщина — с нами, когда мы рождаемся,Женщина — с нами в последний наш час. Женщина — знамя, когда мы сражаемся, Женщина — радость раскрывшихся глаз. Первая наша влюбленность и счастие, В лучшем стремлении — первый привет. В битве за право — огонь соучастия, Женщина — м...
    27429
    Ходанов Созидатели
    25 декабря 2018 г. 19:31

    ДЕТИ ГОР. ВОЕНКА

    Военная кафедра в любом ВУЗе – тема, требующая отдельного обсуждения. Я не склонен эту тему обсуждать глубоко и обстоятельно, но пару поучительных историй из своего опыта готов донести до сведения уважаемых Читателей.Военка в ЛИТМО была военно-морская. Все Читатели, надеюсь, понимают, какое значение в Петербурге-Петрограде-Ленинграде занимал и занимает на всём протя...
    31656
    Служба поддержи

    Яндекс.Метрика