НЭП рулит?

0 165

Вдогонку к рассуждениям Дугина годный текст от Фирсова.

Мнение дня.

Основатель Центра социального проектирования «Платформа» Алексей Фирсов о стратегии реагирования правительства в нынешних условиях.

Уже первые решения российского правительства в новой ситуации показывают, что власть попытается комбинировать инструменты быстрой мобилизации и контроля с активной поддержкой внутреннего рынка, снятием ряда регуляторных ограничений. Картина получится крайне эклектичной и противоречивой (например, в области валютного контроля). Но у такой стратегии есть и потенциал.

Иными словами, со всеми поправками и условностями воспроизводится модель НЭПа, запущенного советским правительством примерно 100 лет назад, в марте 1921 года. Сигнал, который получает общество: «Власть сохранит и усилит контроль за всеми идеологическими, управленческими и инфраструктурными узлами, но убирает ряд ограничителей в сфере бизнеса и создает дополнительные программы поддержки для критически важных отраслей, например IT. Идите – и адаптируйтесь».

Вначале о том, что будет работать против этой модели. Либерализацию придется комбинировать с ограничениями на валютном рынке. Государство столкнется с беспрецедентным оттоком мозгов, особенно в технологической сфере. Российский рынок гораздо более интернирован в мировые цепочки, чем аграрно-фабричный уклад Советской России, то есть импортозамещение в полном объеме невозможно. Важно зафиксировать и барьеры субъективного уровня. Например, кадровый состав управленческой элиты, значительная часть которой просто не готова к вызовам подобного масштаба. Или высокий уровень атомизации общества, слабая развитость горизонтальных связей, которые снижают транзакционные издержки.

Эти ограничители крайне серьезны, но они не делают положение дел фатальным. Назовем факторы поддержки. Российское общество остается высокоадаптивным к кризисам, коллективная память хранит навыки выживания в 90-ые, разлом которых пока все же выглядит фундаментальней текущего. Рынок действительно будет освобождать ряд возможностей за счет ухода иностранцев, а посткрымский опыт уже научил ряд отраслей работать с новыми нишами. Высокий уровень централизации власти, действительно, не оптимален для периода органического роста (сложные и дифференцированные структуры обладают большим креативным потенциалом). Однако в периоды мобилизации концентрация управленческого ресурса позволяет действовать более быстро (по-большевистски), отказываясь от долгого процесса согласования интересов.

Мы находимся внутри уникально социально-экономического эксперимента, исход которого совершенно непонятен. Очень многое будет зависеть от завершения горячей фазы конфликта, которая не только усиливает неопределенность, но оказывает мощное гуманитарное воздействие на общество. Можно только предположить ряд действий, которые окажут смягчающее действие на российскую экономику. Например, использовать огромный кадровый ресурс, который сейчас создан уходом западного, в том числе консалтингового бизнеса, с российского рынка. Но для этого надо менять систему мотивации и функционирования российской бюрократии. Или разработка специальных программ по быстрому замещению выпадающих сегментов рынка. А самое важное - убирать все барьеры кроме критически важных. Максимальная либерализация. Раздачи земли, снижение ставок аренды - максимум преференций. Дать социальной энергии реализовать себя в рынке. Государство здесь должно играть на опережение всех запросов бизнеса.

Но есть еще одна рамочная задача. Власть должна внятно объяснить и внешней аудитории, и внутренней – что концептуально представляет Россия на текущем этапе, в какую игру и с какой целью ввязалась. Вопрос только в Украине или в глобальной игре? Теоретически российское общество способно к жертве – глубокие паттерны коллективного сознания, которые сформированы культурой и опытом предков, это допускают. Однако в этом случае должна быть ценностная компенсация - вы теряете комфорт (а порою - жизни) не ради ставок в игре элит, а ради глубоких и сущностных вопросов. Даже если речь идет о социальном мифе, то миф должен быть красивым и убедительным.

(ТГ Незыгарь).

Они ТАМ есть: «Солнышко моё…»

Ни Марина, ни муж ее Виталий не поддерживали майдан. Это было бы смешно, живя в русском городе, имея нормальное образование, верить в секту, носящую кругами гробы на майдане. Они, как и...