Листая в 100-летний юбилей Солженицына самого Солженицына, всё более удивляешься несовместимости образа Солженицына-Данко, которым нас пичкают с конца 80-х, с его реальной психологической конституцией.
...Война, люди записываются добровольцами, старшеклассники приписывают себе лишний год-два, чтобы попасть под призывной возраст, – хотят на фронт. Иное дело Александр Солженицын.
«Постоянно в училище мы были голодны, высматривали, где бы тяпнуть
лишний кусок, ревниво друг за другом следили – кто словчил. Больше всего
боялись не дослужиться до кубиков (слали недоучившихся под Сталинград)»
– так он описывает свои искренние переживания (см. в Малом собрании сочинений. Т.5. С. 120.)
Приоткрывается причина, по которой он находил оправдания для власовцев. Становится неоднозначным его попадание под арест за 3 месяца до Победы – не по своей ли воле в надежде на будущую амнистию по случаю Победы он начал изображать антисоветскую деятельность в письмах, – зная, что они просматриваются?
Не понимаю, что в нём нашли, кроме пещерного антисоветизма, – чтобы ставить изваяния, открывать музеи. Целый год посвящать этому человеку, которому наш А. Твардовский в глаза сказал в глаза: «У вас нет ничего святого», о котором Михаил Шолохов отозвался: «Какое-то болезненное бесстыдство».
Эти же слова можно отнести к почитателям Солженицына.
=Arctus=
Оценили 12 человек
19 кармы