Бессмысленность украинской капитуляции

56 8294

Всё больше западных аналитиков и отставных военных торопятся отметиться в качестве авторов негативных прогнозов для Украины. Неизбежность и близость украинской катастрофы настолько очевидна, что грех на этом не отпиариться.

Вот и отставной французский генерал Доминик Делавард (ничем особо не примечательный бывший военный бюрократ, дослужившийся до средних штабных должностей) заявил, что Украину в ближайшее время ждёт катастрофа и в конечном итоге Киев подпишет всё, что потребует Россия.

Он не первый и не последний из западных военных, политиков и экспертов (отставных и действующих), кто видит развитие событий именно таким образом: украинский кризис заканчивается для Киева катастрофой, после чего Россия диктует Украине условия мира.

В принципе, так обычно и завершаются конфликты, поэтому прогнозы западных экспертов относительно мирного договора логичны и понятны. Они базируются на многотысячелетнем опыте международных отношений. Более того, есть значительная вероятность того, что они окажутся правы и, в конечном итоге, Россия подпишет мирный договор с каким-нибудь остатками Украины.

Но это не обязательно. Чем дольше длятся и чем более ожесточённый характер принимают боевые действия, тем меньше вероятность того, что Россия окажется заинтересована в оформлении посткризисных отношений при помощи договора с Украиной. Некий коллективный договор, определяющий весь комплекс новых международных отношений между российско-китайским альянсом и Западом, безусловно, будет необходим. Новая геополитическая реальность должна быть соответствующим образом юридически оформлена.

А вот договор с остатками Украины явно не в российских интересах и может быть подписан только в безвыходной ситуации. Например, если альтернативой такому договору будет бесконечное продолжение войны с коллективным Западом. В случае же сохранения Россией свободы действий, в договоре нет никакой необходимости.

Поясню.

Режим Зеленского не скрывает намерения воевать до последнего украинца. Обсуждается возможность мобилизации женщин и подростков. Запад до конца текущего года (если коллапс украинской государственности не случится раньше) намерен оказывать Киеву военно-техническую и финансовую поддержку. Помощь Запада явно недостаточна для того, чтобы переломить ситуацию на фронте, но способна затянуть украинскую агонию на некоторое, пусть и непродолжительное, время.

Учитывая динамику развития процессов на фронте, особенно рост украинских потерь в геометрической прогрессии, если США удастся выполнить свою программу-минимум и удержать Украину от коллапса до поздней осени (начало-конец ноября) 2024 года, то за это время общие потери ВСУ и других силовых структур, а также сопутствующие потери гражданских лиц, превысят миллион. Учитывая количество оставшегося на Украине населения, это значит, что погибнет примерно каждый пятнадцатый – каждый двадцатый.

Нельзя сказать, что это много. Во время Великой Отечественной войны, по официальным советским данным, в Белоруссии погиб каждый четвёртый довоенный житель, на Украине каждый пятый, в СССР в целом – каждый восьмой-девятый. Некоторые страны в мировой истории несли сравнимые и даже большие потери. Тем не менее для благополучных поколений благополучной страны, это ужасные потери. К тому же к ним надо прибавить примерно такое же количество увечных (не просто инвалидов, а людей, чья инвалидность очевидна и бросается в глаза).

Всё это, вкупе с разорением огромных территорий, уничтожением городов и сёл, потребует ответа на вопрос "кто виноват?" Виновным логично будет украинское руководство, спровоцировавшее войну, умышленно придавшее ей супер ожесточённый характер и своим отказом признать очевидное поражение сделавшее неизбежным поток смертей и разрушений.

Особенно важно это будет для уцелевшего населения бывшей Украины. Осознание виновности киевского режима – единственное, что даёт уцелевшим в нынешней мясорубке гражданам бывшей Украины шанс на выживание. Иначе востребованы будут реваншистские идеи и через некоторое время всё повторится сначала, причём последствия для украинцев будут ещё более плачевны.

Но подписание с киевским режимом любых мирных соглашений означает признание за ним права на определённую территорию (помимо той, что отойдёт по соглашению к России). Следовательно как в глазах населения этой территории, так и в глазах своих союзников, киевский режим останется единственным законным представителем Украины, все сделанные им территориальные и прочие уступки будут трактоваться, как вынужденные силой, а значит за ним будет признано и право на реванш, с целью возвращения утраченного.

Россия же, подписав договор, легитимирует остатки Украины и её преемственность от провозглашённого в 1991 году государства. Помимо возможности в подходящий момент "вспомнить" о территориальных претензиях к России, это даёт украинским властям подтверждение их тезиса о войне, как защите своей территориальной целостности (мол, сколько смогли, столько и защитили). Все жертвы этой войны будут объявлены принесёнными на алтарь независимости.

С этой точки зрения, киевскому режиму даже выгодно максимально увеличить количество погибших, так как это будет свидетельством упорства сопротивления и позволит создать легенду о его всенародном характере, что, в свою очередь, будет способствовать перекладыванию ответственности за случившееся с украинского руководства на Россию (по крайней мере в глазах украинцев, оставшихся на территориях подконтрольных киевскому режиму и закреплённых за ним согласно подписанному с Россией договору).

Даже полная и безоговорочная капитуляция не решает данной проблемы. Капитуляция без предварительных условий лишь фиксирует неспособность проигравшего далее сопротивляться и позволяет победителю переустроить проигравшее государство на новых началах. При этом примеры Германии и Японии свидетельствуют, что никакие капитуляции и подписанные договоры не гарантируют выдвижение капитулировавшими территориальных претензий к победителям впоследствии. Фактически, только военная сила СССР, а впоследствии России, избавили их от территориальных уступок в пользу побеждённых (хоть на определённом этапе, в 90-е годы, Россия была близка к уступкам в пользу Японии по экономическим соображениям).

Есть и ещё один момент. Кто подпишет капитуляцию? Не факт, что Зеленский или кто-то из его министров сделают это – скорее они постараются отправиться работать "правительством в изгнании". Опыт союзников в 1945 году показывает, что можно поймать какого-нибудь генерала, который подпишет соответствующие документы. Если вооружённые силы подчинятся его приказу и прекратят сопротивление, то боевые действия закончатся.

Но, если в 1945 году не было ни немецкой власти, готовой продолжать борьбу в изгнании, ни государства, готового предоставить такой власти убежище, то сейчас в украинском случае найдётся и то, и другое. То есть война, по Клаузевицу, не закончится. Будут выполнены всего лишь два из трёх необходимых условий её окончания: разгромлены вооружённые силы и занята территория, но дух сопротивления ушедших за рубеж политических сил не будет сломлен, а значит политически война продлится.

Итак, как видим, подписывать любые соглашения с киевским режимом России контрпродуктивно. Кстати, несколько подряд заявлений представителей высшего российского руководства о том, что нас это противостояние имеет характер гражданской войны, свидетельствуют о том, что в Кремле и правительстве прекрасно понимают всю трудность и нестандартность ситуации, что делает практически невозможным посткризисное урегулирование стандартными способами.

Между тем, у России уже не просто имеется метод урегулирования этой проблемы, но он неоднократно опробован и доказал свою эффективность. Это референдумы на освобождённых территориях по вопросу о вхождении в состав России. Заметим, что до сих пор российская общественность рассматривала эти референдумы всего лишь как метод легализации присоединения к России соответствующих территорий. Но для простой интеграции Россия могла найти другой, более простой и не допускающий возможности отказа метод. Между тем референдум предполагает, что опрашиваемый народ может ответить "нет".

Заметим, что Россия проводила не один референдум для всех освобождённых территорий, а отдельно в каждой области, что увеличивало опасность, что какой-нибудь регион выскажется против (в сумме всех территорий голоса против в любом случае были бы нивелированы голосованием более многочисленного населения Донбасса).

А что было бы, если бы какая-то область высказалась против вхождения в состав РФ? Ведь очевидно же, что Россия не стала бы выводить из неё войска и возвращать Украине. Очевидно, что единственным выходом было бы создание в таком регионе "независимого" правительства и признание независимости самого региона.

Может быть в отдельно взятом случае какой-нибудь юго-восточной области это и кажется абсурдом, но в масштабах всей Украины это весьма изящное решение проблемы посткризисного урегулирования.

Каждая область отдельно голосует за то войти ли ей в состав России или остаться независимой (подчёркиваю, не остаться в составе независимой Украины, а остаться независимой областью, каким-нибудь "княжеством Волынским" или "республикой Подолия").

По итогу, что вошло в состав России – то Россия. Что не вошло – конгломерат независимых территорий, способных существовать лишь как российские протектораты, имеющие друг с другом бесконечные территориальные и экономические споры и обращающиеся к России по всем спорным вопросам. Здесь в принципе нет места никакой Украине. Сколько бы "правительств" ни уехало в изгнание им просто нечем управлять – вместо одного, пусть и урезанного, государства появилось несколько, и элита каждого из них отрицает своё украинство (они подоляки, волыняне, галичане и т.д.). Ибо это для них, а не для России страшны претензии на возрождение Украины: прежде, чем удастся выдвинуть территориальные претензии России, надо будет их (элиту новых "суверенных" регионов) лишить власти и суверенитета, превратив по статусу из "магараджей" "британской Индии" в обычных холопов украинской власти, каковыми они и были раньше.

Таким образом и договор ни с кем подписывать не надо, и капитуляцию принимать надо только у отдельных воинских частей и соединений, не обращая внимание на центральную киевскую власть. И вопрос, что делать с нелояльными регионами решается сам собой: они сохраняют формальную независимость, но не как Украина, а как отдельные регионы. После этого они очень быстро должны сообразить, что именно Россия является единственным гарантом их независимости от Украины, после чего известная галицийская русофобия вполне может превратиться в украинофобию и евроскептицизм.

Это тот же фокус, который проделали с русским населением Украины, "одарив" его независимостью от России, после чего русские быстро стали перековываться в нерусских, видя в украинстве обоснование своего права на независимость, а в Западе гаранта этой независимости. Теперь наша очередь предоставить украинцам независимость от Украины.

Кто ещё хочет и может – вернётся в русскость, а кто не может – пусть строит "независимую" область. Чем меньше независимое государство и чем больше их (мелких) выделено из бывшего большего, чем легче ими управлять извне. Доказано на примере СССР. Тот же план американцы вынашивают в отношении России. Но поскольку побеждаем мы, то и наработки по посткризисному устройству пограничного пространства реализовывать нам. Почти то же самое, только эксперимент будем ставить мы, а не на нас.

Ростислав Ищенко 

Часть 1. Кириенко, психопат-экстремист Дворкин и "голубое лобби" РПЦ. Что у них общего?

Прошлую публикацию я закончил фразой: “Ну а РАЦИРС, к слову, очень щедро спонсирует Сергей Кириенко, не иначе как из наворованных у граждан России миллиардов.”Что же это за организация,...

Обсудить
  • :thumbsup:
  • я бы всё же проголосовал за последующее устройство на территории Окраины природных заповедников. Предварительно вывезя оттуда последних аборигенов поближе к горам. В резервации. После хохлов нужно дать Природе восстановиться.
  • Вряд ли осуществимо, но остроумно, безусловно.
  • :thumbsup:
  • :thumbsup: отличная идея