Bloomberg: Двадцатилетняя путинская Россия сильнее, чем когда либо

"Двадцатилетняя путинская Россия сильнее, чем когда либо". С таким заголовком вышел материал агентства Bloomberg, в котором оцениваются результаты работы российского лидера за два десятилетия:

Россия восстановила значительную часть влияния, потерянного в результате распада СССР. Она способна наращивать геополитическое влияние при скромном бюджете. Она представляет собой основную силу на Ближнем Востоке и расширяет влияние на Африку.

Помимо этого, как указывает Bloomberg, российский лидер смог укрепить связи с Китаем, вернул Крым в состав России, повлиял на ситуацию в Сирии, договорился о поставке оружия Турции – стране НАТО, задал тон прошедшему в Париже саммиту "нормандской четверки", оздоровил финансовый баланс.

Старший научный сотрудник Центра европейских исследований ИМЭМО РАН им. Е.М. Примакова Владимир Оленченко считает, что на Западе к этой оценке прислушаются: "Я думаю, это естественно, поскольку Путин олицетворяет восстановление авторитета России, восстановление российской экономики, уверенности россиян в будущем, и главное – самоуважения. И то, что Bloomberg обращается к авторитету Путина – это естественно. Это ведущее агентство, помимо информации, дает и оценки, показательные для западного мира".

97 лет назад, 30 декабря 1922 года, Съезд Советов утвердил новую форму национально-территориальной организации российской государственности — Советский Союз. 

Это случилось всего через пять лет после того, как февральская революция обрушила прежнюю форму организации — Российскую империю. Через 23 года та же Россия, только всесторонне модернизированная по красному проекту, стала мировой сверхдержавой. 

Советская форма организации российского исторического пространства тоже потом влетела в кризис и была обрушена в декабре 1991 года. 

Но страна осталась. Она больше не называется СССР — но сущность-то куда денется?

И вот сегодня, спустя 28 лет после последнего обрушения, авторитетный Bloomberg опять примеряет современную Россию к лекалам СССР. И приходит к выводу, что никто никуда не ушёл. 

А мы и не обещали уходить.