Военная операция на Украине. Главное

Святоотеческое учение о здоровье и здоровом образе жизни.

0 1260


СВЯТООТЕЧЕСКОЕ УЧЕНИЕ О ЗДОРОВЬЕ И ЗДОРОВОМ ОБРАЗЕ ЖИЗНИ.

Здоровье рассматривается в святоотеческом учении как величайший дар Божий. Вместе с тем физическое (телесное) благополучие никогда не являлось для подвижников святости основной целью, а служило лишь средством для следования по житейскому морю ко спасению.

Большее внимание всегда уделялось здравию души, а не тела. "Что пользы тело здоровое иметь, но душу расслабленную и немощную", – писал свт. Тихон Задонский.

Если душе предназначена жизнь вечная, а тело бренно и тленно, то вполне понятна причина такого предпочтительного отношения. Однако тело всегда называлось ещё и храмом для души, поэтому и содержание храма должно быть подобающее.

К основополагающим моментам подлинно здоровой жизни святые отцы причисляли меру во всем, душевный мир, умеренное разумное питание с посильным ограничением (постничество), добродетельную жизнь с молитвой, верой и любовью к Богу и ближним, физический труд.

Современная медицина советует ежедневно потреблять столько-то белков, углеводов, жиров, витаминов, и многие люди, чрезмерно озабоченные своим физическим здоровьем, буквально чуть ли не по аптечным весам пытаются контролировать свой пищевой рацион, для точного соблюдения всех научных рекомендаций. А на практике всё равно болезни, непредсказуемые сбои в здоровье, хотя, казалось бы, всё так тщательно исполнялось.

А древние христианские подвижники питались, судя по многочисленным документальным источникам, вовсе не по-научному, ели простую пищу (хлеб с водой, овощи, фрукты), да и то порой не каждый день, а жили, тем не менее, долго, сохраняя крепость тела и ясность ума. Меньше было и всевозможных заболеваний.

К примеру, один из основоположников древнего монашества св. Павел Фивейский – отшельник и пустынножитель – при исключительно скромной трапезе (немного хлеба да финики и ключевая вода) дожил до 113 лет. Другой отец монашества св. Антоний, прозванный ещё при жизни Великим, преставился 105 лет отроду, по свидетельству современников, "сохранив до последних дней острое зрение, не потеряв ни одного зуба, ни в чём не потерпев вреда. Здоров он был руками и ногами. Одним словом, казался бодрее и крепче всякого, пользующегося разнообразными снедями, омовениями и различными одеждами". Когда незадолго до своей кончины подвижник явил себя публично людям, придя в Александрию для обличения ересей, то вид его немало удивил всех: "Тело его сохранило прежний вид, не утучнело от недостатка движения, не иссохло от постов и борьбы с демонами. Антоний был таков же, каким знали его до отшельничества. В душе его та же была опять чистота нрава, ни скорбью не был подавлен, не пришел в восхищение от удовольствия, не предался ни смеху, ни грусти, не смутился, увидев толпу людей, не обрадовался, когда все стали его приветствовать, но пребыл равнодушным, потому что управлял им разум, и ничего не могло вывести его".

Этот и другие многочисленные примеры доказывают, что действительно "не хлебом единым" жив человек и что существуют иные (непищевые) энергетические источники, питающие организм. Особенно ясно это проявляется там, где присутствует духовная жизнь. Здесь торжество духа над плотью бывает очевидно.

Святоотеческое учение очень высоко оценивает в вопросах здорового бытия значение физического труда*, однако подчеркивает, что труд этот должен быть духовным (одухотворенным), соразмерным с возможностями человека, а не страстным, одержимым, эгоистическим, корыстным. "В поте лица твоего будешь есть хлеб" (Быт. 3, 19), – говорится в Священном Писании. То есть мы должны прилагать постоянно большие, но естественно посильные усилия для обеспечения себя всем необходимым. Однако бездуховный труд переключает человека лишь на стезю извлечения выгоды из результата или становится формальным, в случаях подневольности; во всех случаях происходит разрыв духовного единения с Творцом.

Многочисленные модные системы оздоровления периодически из года в год вспыхивают с новой силой, порой приобретая социальный массовый, эпидемический характер и прельщая немалое количество желающих эффективно воздействовать на своё здоровье или исцелиться. Сюда же относятся и всевозможные диеты, методы голодания, употребление яблочного уксуса, сосание подсолнечного масла, нюхание валерианового корня, употребление собственной мочи (уринотерапия), проросших зерен, мумиё и т. д. и т. п.

Некоторые из пропагандируемых систем оздоровления достаточно жестки и носят аскетический характер, иногда имеют квази-духовное, философское, природосообразное направление (система учителя Иванова), однако никогда не поднимаются до уровня подлинного понимания Божественного промысла, ибо ограничены в своем человеческом невежестве вследствие пренебрежения главным, основополагающим принципом целительства – устремления к Творцу и бытия во Христе.

"У тебя есть Врач, Который выше болезни,

У тебя есть Врач, который побеждает силу болезни;

У тебя есть Врач, Который лечит одним мановением;

У тебя есть Врач, Который исцеляет одним хотением,

Который и может и хочет врачевать",

– писал свт. Иоанн Златоуст.

В вопросах целительства святоотеческое учение следует исключительно точно Священному Писанию, где на сей счет имеется немало ценнейших сведений. Обратимся к некоторым из них, выбранным автором для удобства и наглядности изложения в виде заповедей о здоровом образе жизни.


СВЯЩЕННОЕ ПИСАНИЕ О ЗДОРОВОМ ОБРАЗЕ ЖИЗНИ.

Всякое раздражение и ярость, и гнев и крик, и злоречие со всякою злобою да будут удалены от вас (Еф. 4, 31). Солнце да не зайдет во гневе вашем (Еф. 4, 26). Ревность и гнев сокращают дни, а забота – прежде времени приводит старость (Сир. 30, 26).

Наблюдайте за собою (Лк. 17, 3). Никакое гнилое слово да не исходит из уст ваших, а только доброе... (Еф. 4, 29). Устрояйте из себя дом духовный (1 Пет. 2, 5). Итак, умертвите... блуд, нечистоту, страсть, злую похоть и любостяжание, которое есть идолослужение (Кол. 3, 5).

Жизнь человека не зависит от изобилия его имения (Лк. 12,15). Ибо какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит (Мк. 8, 36).

Брак у всех да будет честен и ложе непорочно (Евр. 13, 4). Что Бог сочетал, того человек да не разлучит (Мф. 19, 6).

Против вина не показывай себя храбрым, ибо многих погубило вино (Сир. 31, 29). Горесть для души вино, когда пьют его много (Сир. 31, 34). Ни воры, ни лихоимцы, ни пьяницы, ни злоречивые, ни хищники – Царства Божия не наследуют (1 Кор. 6,10).

Худо человеку, который ест на соблазн (Рим. 14, 20). Ешь как человек, что тебе предложено и не пресыщайся (Сир. 31,18). Здоровый сон бывает при умеренности желудка (Сир. 31, 22).

И всё, что делаете, делайте от души, как для Господа, а не для человеков (Кол. 3, 23). Усердно стараться о том, чтобы жить тихо, делать своё дело и работать своими собственными руками (1 Фес. 4, 11). Если кто не хочет трудиться, тот и не ест (2 Фес. 3, 10). Не отвращайся от трудной работы и от земледелия, которое учреждено от Вышнего (Сир. 7, 15).

Наблюдай время и храни себя от зла (Сир. 4, 23). Дорожа временем, потому что дни лукавы (Еф. 5, 16), Не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний сам будет заботиться о своём: довольно для каждого дня своей заботы (Мф. 6, 34).

Если возможно с вашей стороны, будьте в мире со всеми людьми (Рим. 12, 16). Старайтесь иметь мир со всеми и святость (Евр. 12, 14). Будьте святы, потому что Я свят (Лев. 11, 44).

Чрез меру трудного для себя не ищи, и что свыше сил твоих не испытывай (Сир. 3, 21). При многих занятиях твоих о лишнем не заботься (Сир. 3, 23). Учениями различными и чуждыми не увлекайтесь (Евр. 13, 9).

Всё, что ни приключится тебе, принимай охотно (Сир. 2, 4). За всё благодарите (1 Фес. 5, 18). Не будь побежден злом, но побеждай зло добром (Рим. 12. 21).

Наконец, братия (мои), что только истинно, что честно, что справедливо, что чисто, что любезно, что достославно, что только добродетель и похвала, о том помышляйте (Флп. 4, 8). По вере вашей да будет вам (Мф. 9, 29).


БОЛЕЗНИ В ПОНИМАНИИ СВЯТООТЕЧЕСКОГО УЧЕНИЯ.

Обратимся за изъяснением по этому вопросу к одному из древних учителей Церкви свт. Василию Великому. Вот что он пишет о болезнях: "Болезни бывают от вещественных начал, и здесь полезно врачебное искусство; бывают болезни и как наказание за грех, и здесь нужно терпение и покаяние; бывают болезни для терпения и низложения лукавого, как у Иова, и в пример нетерпеливым, как у Лазаря, и святые терпят болезни, являя всем смирение и предел общего всем человеческого естества. Итак, не уповай на врачебное искусство без благодати и не отвергай по упорству своему, но проси у Бога познания причин наказания, а потом избавления от немощи, терпя сечения, прижигания, горькие лекарства и все врачебные наказания".

Достаточно ясно излагает положение о болезнях в свете святоотеческого учения глубокий русский мыслитель XX века, протоиерей Валентин Свенцицкий (1882-1931), труды которого, к сожалению, ещё малодоступны и не полностью изданы в России:

"Болезни бывают как наказание, как вразумление, как испытание терпения и веры, – но все они имеют в своем основании наши грехи, начиная с греха первородного, и в этом смысле болезнь – начало физической смерти".

В связи с разными духовными причинами болезни могут быть и самые разные обращения к Богу со стороны болящих. Церковь, молясь за богослужением об исцелении в немощах лежащих, полагает, что акт веры и любви, который свидетельствуется Церковью в этой молитве, восполняет то, что хочет Господь от души болящего человека. И Господь дает ему выздоровление.

Но иногда такая молитва отдельных людей и всей Церкви бывает недостаточна. Болезнь продолжается. Господь как бы призывает человека к чему-то большему. Посещает его этой болезнью. Хочет от него или покаяния, или исправления, или веры или терпения.

Человек сознаёт это, но чувствует себя духовно слабым, ему нужна особая благодатная помощь. И тогда он испрашивает у Церкви таинство святого елея. Это таинство в одно и то же время и покаяние, и молитва об исцелении, и обет по выздоровлении посвятить свою жизнь Богу, и испрашивание благодати Божией, которая дала бы силы исполнить все это. Прочти молитвы, которые произносит священник во время совершения этого таинства: "Исцели раба твоего от обдержаща его телесный и духовный немощи и оживотвори его благодатию Христа Твоего..."

Некоторых смущает, что святоотеческое учение якобы слишком увязывает болезни с греховностью. Это непонимание кроется в недостаточно глубоком уяснении сути греховного акта и причинно-следственных закономерностей в явлениях нашей жизни.

Хорошо известно, что каждая болезнь имеет какую-то причину своего возникновения. Например, если у заядлого курильщика развивается хронический бронхит или даже рак легкого, с большей или меньшей вероятностью современная медицина усмотрит причину заболевания в пристрастии к курению. А разве это не грех?

Или неверность в супружеских отношениях может привести к заражению венерическим заболеванием. Грех и наказание здесь налицо. Примеров, подобных приведенным выше, множество: и когда у родителей-алкоголиков рождаются дети с врожденными аномалиями, и когда после первого аборта развивается бесплодие, и когда нарушаются явно или даже скрытно другие законы и причинно-следственные отношения, установленные Творцом. Весьма часто болезни возникают от избыточного неумеренного питания (чревоугодия) и несоблюдения постов, от раздражительности и других причин, являющихся с позиции христианства не чем иным как грехами – против Бога, против ближних или себя самого (см. главу о грехах).

Конечно, существуют болезни от чисто физических, казалось бы, случайных причин (однако и в этом случае полная случайность – это только кажущееся явление). Бывают болезни, когда вообще не удается выяснить каких-то явных причин, вследствие которых могли бы развиться заболевания. Но и в этих случаях, с позиций святоотеческого учения, болезнь возникла не без Высшего промысла.

Большое значение в развитии болезненных состояний святые отцы придавали страстям, как факторам вредноносно воздействующим не только на душу, но и на тело. "Непокой души и страсти портят кровь и вредят здоровью", – писал свт. Феофан Затворник.

Более обстоятельно на сей счёт высказывается св. прав. Иоанн Кронштадтский в приведенном ниже абзаце: "Опыт свидетельствует, что грех и страсти разрушают здравие души и тела, а победа над страстями доставляет небесное спокойствие душе и здравие телу. Победи многоглавую гидру греха и будешь здрав. Храни в себе спокойствие духа и не возмущайся, не раздражайся никакими противностями, обидами, несправедливостями, неправдами, – и вот ты будешь всегда наслаждаться здравием душевным и телесным. Волнения, возмущения, огонь страстей различных пороков дают в нас множество болезней душевных и телесных".

А вот как понимал душевные расстройства и в чем видел причины их возникновения русский философ Владимир Соловьев: "В чисто физические причины душевных болезней я не верю, скоро и никто не будет верить. Психическое расстройство... есть крайний способ самопознания внутреннего существа через жертву его видимого мозгового "Я", оказавшегося несостоятельным в решении нравственной задачи нашего существования".

Очень глубокая мысль, в противовес многим современным патофизиологическим и биохимическим концепциям, не затрагивающим и не вскрывающим сути конфликта между жизнью в её борьбе с препятствиями и трудностями, а лишь констатирующим физические телесные изменения, произошедшие вследствие иных первопричин.

Исключительно заслугой святоотеческого учения является своего рода концепция о полезности болезней.

"Что же можно найти полезного в страданиях?" – недоумевают многие, впервые узнавшие об этой точке зрения. И действительно, пожалуй, больше всего на свете люди боятся смерти и тяжелых болезней.

Христианство же дает человечеству примеры преодоления и достойной подготовки к самому худшему, что может ожидать человека.

В последнее время и официальная медицина в некоторых случаях подтверждает эту концепцию полезности болезни (а практическое использование этого началось достаточно давно; например, вакцинация – это часто не что иное, как искусственно вызванное заболевание в легкой или "стёртой" форме для предотвращения более серьезного опасного недуга). Существует и мнение, что ряд болезней можно рассматривать как своего рода очистительные кризы (например, простудные болезни и грипп). После некоторых заболеваний организм формирует устойчивый или менее устойчивый иммунитет, что можно оценить лишь с положительной стороны.

С позиций святоотеческого учения в болезнях человек меньше грешит, более трезво задумывается о смысле жизни. Как выразился свт. Игнатий Брянчанинов, "одр болезни часто бывает местом Богопознания". Мужественное перенесение болезни формирует в человеке такие качества, как терпение, стойкость, выносливость и некоторые иные добродетели. Есть и другие существенные причины, позволяющие взглянуть на болезни не только через призму страданий и непомерной скорби. Подвижники святости считали, что при правильном понимании и отношении к болезни она может принести большую пользу для души.

Примером, демонстрирующим христианское отношение к постигшей болезни, может служить приведенный ниже отрывок из высказываний свт. Григория Богослова: "Стражду от болезни и изнемогаю телом. Иные высокомерные, может быть, смеются над моими страданиями: расслаблены мои члены, и ноги ходят нетвёрдо. Не знаю, следствие ли это воздержания, или следствие грехов, или какая-нибудь борьба. Впрочем, благодарение моему Правителю! Это может быть для меня же и лучше. Но запрети болезнь, запрети словом Своим, Твое слово для меня спасение! А если не запретишь, дай мне терпение всё переносить".

В другом месте свт. Григорий говорит: "Болезни и для духовной моей части служат некоторым очищением, а в очищении всякий имеет нужду, как бы ни был он крепок". Святоотеческое учение задолго до возникновения психосоматического направления в медицине указывало на взаимосвязь душевного и телесного в развитии заболеваний. "Испорченность души есть причина болезней телесных", – писал свт. Иоанн Златоуст.

Средствами для исцеления от нездоровья святые отцы признавали прежде всего молитву, пост, святые таинства, а также врачевство земное, ибо видели во враче помощника по промыслу Самого Бога для облегчения страданий и лечения болезней. (Ср. "Господь создал из земли врачевства, и благоразумный человек не будет пренебрегать ими" (Сир. 38, 4).

Вместе с тем всякое знахарство, чародейство, волхование не считались делом богоугодным и категорически отрицались ("Лучше нам умереть, чем к врагам Бога идти. Какая польза тело целить, а душу губить..." – писал свт. Иоанн Златоуст).

Тематические высказывания.

Неужели все болезни от грехов? Не все, но большая часть. Некоторые бывают и от беспечности. Чревоугодие, пьянство и бездействие также производят болезни (свт. Иоанн Златоуст).

Случаются болезни и для нашего испытания в добре (свт. Иоанн Златоуст).

Если мы во время телесного недуга не воспользуемся помощью поста, а покажем ещё большую беспечность, то причиним себе величайший вред (свт. Иоанн Златоуст).

В болезнях прежде врачей и лекарств пользуйся молитвою (св. Нил Синайский).

Болезни посылаются для очищения согрешений, а иногда чтобы смирить возношение (преп. Иоанн Лествичник).

Болезнь усиливается от нетерпения (свт. Тихон Задонский).

Причина болезни – грех, своя собственная воля, а не какая-либо необходимость (преп. Ефрем Сирин).

Можно ли лечиться у докторов и принимать лекарства? Греха в этом никакого нет, потому что все от Господа Бога, и лечебные средства и самые лекаря. И не в том состоит грех, что человек прибегает к врачебным пособиям, а в том, если больной всю надежду на выздоровление полагает в одном враче и врачебных средствах, забывая при том, что все зависит от Всеблагого и Всемогущего Бога, который Един, их же хощет, живит или мертвит (преп. Амвросий Оптинский).

Из жизни многих святых известно, что долгие изнуряющие болезни были большим благодеянием для них, ибо смиряли страсти, лишали впечатлений мирской жизни с её шумом и сутолокой, отвлекающей от углубления в тайники духа (архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий).

Так как Бог есть жизнь, а болезни и недуги суть уклонения от жизни, то одно прикосновение к нам неточной, первой Жизни исцеляет их (св. прав. Иоанн Кронштадтский).

Лечиться ли? Отчего же не лечиться? И лекаря и лекарства Бог сотворил. Разве излишне Он их сотворил? Нет; а за тем, чтобы они болезни врачевали; отвращение от лекаря и лекарства – Богу укор (сет. Феофан Затворник).


СВЯТООТЕЧЕСКОЕ УЧЕНИЕ О ЦЕЛИТЕЛЬСТВЕ СЛОВОМ, ПСИХОТЕРАПИИ, ДУХОВНОМ ВРАЧЕВАНИИ.

В Божественности происхождения и целительной силе слова мнения святых отцов совпадают. "Что твёже, неизменнее и могущественнее слова? Словом мир сотворён и стоит, нося всякая глаголам силы Своея; и однако ж мы грешные обходимся с словом так легкомысленно, небрежно. Что у нас пользуется меньшим уважением, как слово? О, окаянные мы человеки! С какою драгоценностию так мы обходимся невнимательно! Не вспоминаем мы, что словом, происходящим от верного и любящего сердца, мы можем творить чудеса жизни для души своей и для душ других" (св. прав. Иоанн Кронштадтский).

"Дар слова несомненно принадлежит к великим дарам. Им человек уподобляется Богу, имеющему Своё Слово" (свт. Игнатий Брянчанинов).

"Не будьте к сему невнимательны или равнодушны, чтущие достоинство слова, ревнуйте о нем, одушевляйте и вооружайте ваше слово истиною и правдою... и, действуя им верно и твердо, не допускайте разлития глаголов потопных" (Пс. 51, 6; митр. Московский Филарет).

Можно привести примеры из многих высказываний касательно слова и других святых отцов и подвижников святости. Все они отличаются не просто бережностью, но проникнуты духом благоговения перед словом. Неосторожное, легкомысленное отношение к слову приводит к разладу в самой жизни, дисгармонии нашего существа. Когда нет соответствия между словами и искренностью говорящего, это быстро улавливается слушателями: "На взаимном чувстве или понимании наших душ друг друга основывается действие или бездействие проповеднических слов: если проповедник говорит не от сердца, лицемерно, слушатели внутренним чутьем понимают несоответствие слов проповедника с его сердцем, с его жизнью, и слово не имеет той силы, которую оно могло бы принести в том случае, когда проповедник произнес бы его сердечно, особенно когда сам исполнял бы слово своё на деле. Между душами человеческими находится слишком тесная внутренняя связь и сообщение" (св. прав. Иоанн Кронштадтский).

Слово неразрывно связано с мыслью. Иногда оно как бы тождественно мысли, иногда же мыслью порождается. Гениальные рассуждения о сущности мыслительного процесса содержатся в духовном дневнике св. Иоанна Кронштадтского. Их глубина поистине запредельна и не имеет характера отвлеченного мудрствования, но действительно есть, как утверждает в предисловии и сам святой, "не что иное, как благодатное озарение души... от всепросвещающего Духа Божия".

"Мы потому и можем мыслить, что есть беспредельная Мысль, как потому дышим, что есть беспредельность воздушного пространства. Вот отчего и называются вдохновением светлые мысли о каком-либо предмете. Мысль наша постоянно течет именно под условием существования беспредельного мыслящего Духа... Вообще везде в мире мы видим царство мысли, как во всем составе видимого мира, так, в частности, – на земле, в обращении и жизни земного шара..."

Далее св. Иоанн перечисляет мудрое и целесообразное устройство во всех стихиях, организмах, животном, растительном мирах, в способностях, нравах, привычках. "Везде видим царство мысли, даже в бездушном камне и песчинке", – завершает он.

В нашей жизни слово является и незаменимым средством общения среди людей: "Слово, чтобы приобрести способность общения, облекается в звуки или буквы. Тогда невещественное слово становится как бы вещественным, пребывая в сущности своей неизменным" (сет. Игнатий Брянчанинов). Святые отцы, безусловно, глубоко осознавали сокрытые для нашего внешнего сознания постоянно происходящие процессы материализации слов в явления, события, вещи, предметы, обычаи и проч. По православному учению, и Слово Божие очеловечилось, то есть облеклось в человеческую плоть (материализовалось), чтобы вступить в общение с людьми.

Как уже указывалось, характерным моментом для всех подвижников святости и благочестия было предельно бережное отношение к каждому слову, каждой мысли и помыслу. "Лучше камень бросить наобум, чем слово", – писал преп. Нил Синайский. "А на язык будь скуп потому, что он весьма способен делать вред, и чем скорее движения, тем меньше приносит пользы", – находим у другого древнего отца Церкви Григория Богослова.

Недаром святые отцы так ценили молчание и предостерегали от многословия. Один из святых даже высказал как-то своему ученику пожелание, чтобы тот говорил лишь тогда, когда сказанное будет лучше, чем промолчать. Вот какая великая ответственность за то, что произносят наши уста... Недаром в Священном Писании сказано: "Ибо от слов своих оправдаешься, и от слов своих осудишься" (Мф 12, 36).

Христиане верят в то, что каждый человек будет держать ответ не только за каждый свой поступок, но и за всякое изреченное слово свое.

Хорошо известно, что слово обладает великой силой. Оно может как пагубно воздействовать на человека, так и благотворно; как убить (в полном смысле, физически!), так и исцелить, причем от казалось бы неизлечимых заболеваний. Примеров тому великое множество. "Общеизвестно могущественное влияние психики больного на течение болезни. Состояние духа больного, его доверие или недоверие к врачу, глубина его веры и надежды на исцеление или, наоборот, психическая депрессия, вызванная неосторожными разговорами врачей в присутствии больного о серьезности его болезни, глубоко определяют исход болезни", – писал врач и священнослужитель архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий). Кстати, какое прекрасное сочетание: врач-священник. По преданию и сам апостол Лука был врачом. Умение целить тело, дерзновение врачевать бессмертную душу, учить, нравственно наставлять, спасать, вдохновлять. Врачи-священники, как мало ещё вас, но какая большая нужда в таком божественном поприще для избранных!

Архиепископу Луке (Войно-Ясенецкому) принадлежат и следующие слова, касающиеся психотерапии: "Психотерапия, состоящая в словесном, вернее духовном воздействии врача на больного, – общепризнанный, часто дающий прекрасные результаты метод лечения многих болезней". Здесь следует выделить очень важный акцент: суть психотерапии заключается, действительно, более не в словесном, а в духовном воздействии. Ибо не одухотворённое живительной силой духа слово есть пустая форма, шелуха. Поэтому лишено всякого смысла говорить о духовном врачевании, если нет любви в сердце врачевателя, цельной веры, божественного горения и праведности не только на устах, но более в делах и реальной жизни. Значение духовного врачевания беспредельно велико и ещё по достоинству не оценено современным человечеством. Древние целители ставили духовное врачевание на самое высокое место, отдавая ему предпочтение всем иным способам и лекарственным средствам. Чудесные исцеления от болезней и воскрешения из мёртвых – не басни или литературные выдумки, а реальные факты, засвидетельствованные множеством свидетельств. Но если бы задаться целью собрать и описать все известные человечеству чудесные исцеления, то не хватило бы никаких книг во всём мире. Конечно, нельзя причислять к чудесным исцелениям псевдо-целительства многих современных "чудотворцев", преследующих прежде всего корыстные цели по части коммерции или желание прославиться. Их целительские эффекты объясняются совсем иными причинами.

Духовное врачевание осуществляется посредством воздействия на духовную структуру страждущего (а через неё на весь организм).

Истинное духовное целительство возможно только посредством благодати Святого Духа, а не через тварные энергии или волевые усилия. Дар целительства есть дар благодати, а не результат специальной учебы, тренировок или использования какой-то системы оздоровления. Получивший внешнее исцеление телесной болезни от лжецелителя (а такое возможно, например, за счёт перераспределения энергии) в действительности не исцеляется полностью от болезни, ибо не уничтожаются причинно-следственные явления, приведшие к заболеванию. Кроме того, лишь благодать творит истинные чудеса. При лжецелительстве, наоборот, греховные страсти даже укореняются (гордыня, ненависть, тщеславие и другие), а также нередко дополняются негативным влиянием извне, ибо в процессе целительства в результате взаимовлияния душ могут восприниматься через ослабленный психологический барьер опасные для духовной структуры энергии, которыми манипулирует лжецелитель.

К духовному виду целительства в наши дни надо относиться предельно осторожно. Судя по пророчествам святых отцов и высказываниям подвижников святости последних времен, истинно целительские подвиги – явление малохарактерное для "последних времен", во дни, когда так оскудели в людях любовь, вера, святость и праведность. Поэтому вызывают серьезные сомнения сообщения о попытках массового целительства и экзор-цизмов даже тех, кто пытается делать это бескорыстно с помощью молитв и веры во Христа. Повторяю, мнение это основано на пророчествах и авторитетных высказываниях, а не выражает лишь личную точку зрения.

Тематические высказывания

Божественная цель слова в писателях, во всех ученых, а "паче в пастырях – наставление и спасение человеков (свт. Игнатий Брянчанинов).

Какое сокровище расточает человек, какой высокий дар повергает и попирает, какую могущественную и благотворную силу делает бездейственною и мертвою или, напротив, злотворною, когда употребляет слово не для истины, правды и благости, но на празднословие, на срамословие, на ложь, на обман, на клевету, на злоупотребление клятвы, на распространение зломудрия (митрополит Московский Филарет).

Врач душ! Вырежь мечом духовным распухшие и воспаленные раны гордости, омой водой учения от нечистоты страстей, исцели раны, нанесенные душам человеческим грехом (свт. Иоанн Златоуст).

Как телам даются неодинаковые лекарства и пища – иное пригодно здоровому, иное – больному, так и души врачуют различным способом. Свидетели такого врачевания – сами больные. Одних назидает словогдругие исправляются примером. Для иных нужен бич, а для других узда; одни ленивы и малоподвижны, и таких нужно возбуждать ударами слова; другие сверх меры горячи духом и неудержимы в стремлениях, подобно молодым, сильным коням, бегущим дальше цели, таких может исправить обуздывающее и сдерживающее слово. Для одних полезна похвала, для других – укоризна, но та и другая вовремя; напротив, без времени и без основания они вредят. Одних исправляет увещевание, других – выговор, причем выговор или публичный, или тайный... Некоторых нужно врачевать кротостью, смирением и соучастием в их лучших надеждах о себе. Одних полезно побеждать, от других часто полезнее быть самому побеждённым. И хвалить и осуждать нужно... Хотя, сколько бы кто ни употреблял тщания и ума, невозможно всего изобразить и обнять мыслью в такой подробности, чтобы вкратце был виден весь ход лечения, однако на самом опыте и на деле это становится известным и врачебной науке, и врачу (свт. Григорий Богослов).


ИСЦЕЛЕНИЕ БОЖИИМ СЛОВОМ.

(Духовные и нравственные рецепты) Из всех недугов, обременяющих человеческую природу, нет ни одной болезни, ни душевной, ни телесной, которая не могла бы получить врачевства из Писания. Свт. Иоанн Златоуст

О великой исцеляющей силе Священного Писания знали христиане ещё с апостольских времен. Прекрасны и убедительны на сей счёт рассуждения епископа Серпуховского Арсения (Жадановского) в его духовном дневнике: "Если Слово Божие проникнуто Благодатию Духа Святого, то как полезно читать его людям больным, страждущим, скорбящим. Слова Божий хорошо сравнить с действием вообще святыни: святой воды, масла, лобызания чудотворных икон, мощей и т. п. Как во всех сих случаях мы освящаемся Благодатию, так и чтением Слова Божия. Благотворное действие оказывает, например, оно на страждущих алкоголизмом. Бывали случаи, что регулярное ежедневное чтение Святого Евангелия исцеляло таких людей от болезни" ("Свете тихий", М., "Паломник", с. 119). В другом месте своего несравненного духовного дневника владыка Арсений еше более обстоятельно останавливается на этой теме, значительно расширяя ее, касаясь полезности употребления Слова Божия при самых различных жизненных ситуациях, и, в частности, указывает на особую благодатную силу подлинных слов Самого Спасителя: "Собственные, подлинные Слова Господа нашего Иисуса Христа во Святом Евангелии творят великие чудеса, когда христианин с верою и благоговением приводит их себе на память в потребных случаях. Так, например, ты имеешь в чем-либо нужду, просишь у Господа себе места, материального достатка, читай: "Просите и дастся вам, ищите и обрящете"...; тебя постигли несчастия, скорби и лишения – повторяй слова нашего Спасителя: "Претерпевый до конца, той спасен будет"... Тебя гонят, притесняют, несправедливо обвиняют – молись: "Блаженни есте, егда поносят вам и изжденут, и рекут всяк зол глагол на вы лжуще. Мене ради". Трудно тебе работать над своим грешным "я", исправлять свои недостатки и пороки, трудно пробивать тебе путь к Царству Небесному – не забывай Слов Божественного Учителя: "Царствие Божие нудится, и только нужницы восхищают е", "...возьмите иго Мое на себе, и научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем и обрящете покой душам вашим". "Тесными враты подобает внити в Царство Небесное". Ах, если бы мы не забывали пользоваться великим, чудодейственным средством, данным нам во Святом Евангелии в Божественных Словах нашего Спасителя, – как бы тогда облегчилась наша жизнь со скорбями, несчастиями, наша работа над внутренним нашим миром" ("Свете тихий", с. 307-308).

Давать врачующие рецепты нуждающимся в виде кратких выдержек из Псалтири. Евангелия или Апостола очень любили и непременно это делали фактически все известнейшие духовные руководители, наставники, святые старцы, начиная с глубокой древности, кончая последними временами. Внимательное и бережное исследование этой святой духовной рецептуры, касающейся врачевания самых разнообразных недугов (душевных и телесных), вне всякого сомнения, должно быть рекомендовано православным врачам, христианским психологам, педагогам, а не только лишь пастырям Христовым...

Благодатной силой наполнены также многие яркие мысли святых отцов и подвижников благочестия. "Эти книги подобны богатому собранию врачебных средств, – писал свт. Игнатий Брянчанинов, – в нем душа может приискать для каждого из своих недугов спасительное врачевство". Предпочтительность (если так можно выразиться) краткой рецептуры над объёмными текстами была замечена ешё давно. Но особая нужда в краткости появилась, как представляется, в наше больное и скоротечное время, когда в силу всеобщей немощи мы уже не способны вместить в себя многое (Сравните евангельское: "Могий вместить да вместит".)

Кратенькие молитвочки очень любил употреблять святой праведный Иоанн Кронштадтский. Так, его удивительный духовный дневник "Моя жизнь во Христе" буквально дышит краткими выдержками из Священного Писания и молитвенными лаконичными текстами. "Старец в миру" Алексей Мечев нередко рекомендовал своим духовным чадам краткие духовные рецепты. Подобное находим и в переписке свт. Феофана Затворника, и в назиданиях оптинских старцев, и у других авторитетных православных наставников...

Бережно собранные, систематизированные (чтобы не было самочиния и не примешивалось наше греховное мудрование) духовные рецепты от недугов, душевных и телесных, могут оказать существенное подспорье православному врачу в его непосредственной работе с больными. Их дозировка, частота употребления, естественно, индивидуальны (как и у обычных земных лекарств). Право на выписку таких духовных рецептов врачу следует также заслужить (получить благословение от духовника, а также самому пройти определенный духовный путь, укрепиться в вере, обогатить свои знания творениями святых отцов, старцев, изучить основы православного врачевания). Слово Божие говорит: "Иже сотворит и научит, сей велий наречётся в Царствии Небесном" (Мф. 5, 19). То есть надо самому сначала сотворить, а потом уже учить других. В заключение следует отметить, что рецепты из Священного Писания бывают особенно эффективны при соответствующей искренней вере у болящего, наличии Страха Божия, благоговения.

Тематические примеры некоторых духовных и нравственных исцеляющих рецептов в болезни:

"Если внешний наш человек и тлеет, то внутренний со дня на день обновляется" (2 Кор. 4, 16).

"Буду хвалиться немощью моею" (2 Кор. 11, 30).

"Имиже кто согрешает, сими и мучится" (Прем. 11, 17).

"Егоже бо любит Господь, наказует: биет же всякого сына, его же приемлет" (Евр. 12,6).

"Когда видите болезненное разрушение тела: Господь даде, Господь отъят... буди имя Господне благословенно" (Иов. 1,21).

"Страдающий плотью перестает грешить" (1 Пет. 4, 1).

"Служите Господу, Богу вашему, и Он благословит хлеб твой и воду твою; отвращу от вас болезни" (Иск. 23, 25).

Против пьянства:

"Ни воры, ни лихоимцы, ни пьяницы... Царства Божия не наследуют" (1 Кор. 6, 10).

"Смотрите же за собою, чтобы сердца ваши не отягчались объедением и пьянством" (Лк. 21, 34).

"Будем вести себя благочинно, не предаваясь ни пированиям и пьянству, ни сладострастью и распутству" (Рим. 13, 13).

"Пьяница и пресыщающийся обеднеют" (Притч. 23, 21).

"Вино и женщины развратят разумных" (Сир. 19, 2).

"Большая досада – жена, преданная пьянству, и она не скроет своего срама" (Сир. 26, 10).

"Против вина не показывайся храбрым, ибо многих погубило вино" (Сир. 31, 29)

"Горе тем, которые храбры пить вино и сильны приготовлять крепкий напиток" (Ис. 5, 22).

"Пробудитесь, пьяницы, и плачьте и рыдайте все пьющие вино" (Иоал. 1,5).

Примечание к главе "Исцеление Божиим Словом"

Благая идея врачевания с помощью святых исцеляющих текстов использована Г. Н. Сытиным в виде так называемых "божественных настроев". Однако предложенный им вид врачевания лежит вне Православия, по сути своей он ложен и не может быть рекомендован православным людям. (Подробнее смотри об этом в моей книге "Чудесные исцеления", НПО "Модэк", Воронеж, 1998 г., с. 202-205.)


НЕВРОЗЫ.

Термин "невроз" ввёл в употребление в 1776 году голландский врач У. Куллен, который полагал, что все подобные заболевания связаны с нервными спазмами или, напротив, слабостью (атонией). Однако это, конечно, не означает, что до Куллена неврозов вообще не существовало. Их появление, как и болезней вообще, произошло вследствие грехопадения человека. Описание неврозов встречается уже в древнейших письменных источниках человечества. Так, в папирусах из Кахун (ок. 1900 г. до Р. X.) и Эберса (ок. 1700 г. до Р. X.) содержатся данные о болезненных состояниях женщин, что очень напоминает клинику истерического невроза.

В наше время под неврозами обычно понимают нервно-психические излечимые расстройства, нарушающие (или существенно затрудняющие) бытие человека. Наиболее частой причиной развития неврозов являются всевозможные эмоциональные конфликты и психотравмы. Польский психиатр Антони Кемпински (1918-1972) даже утверждал, что без наличия конфликта врач не имеет права диагностировать невроз!

Наш знаменитый академик И. П. Павлов причину развития неврозов увязывал со срывом высшей нервной деятельности.

Внешне человек, страдающий неврозом, обычно достаточно легко узнаваем. Типичные невротические проявления – это повышенная нервность, беспокойство, эмоциональная неустойчивость плюс характерные для того или иного невроза симптомы. Вместе с тем существуют и так называемые псевдоневрозы (ложные неврозы), а также неврозоподобные состояния, развитие которых обусловили другие заболевания. Так, в начальных стадиях злокачественных опухолевых процессов, при атеросклерозе сосудов головного мозга или, предположим, беременности могут появиться проявления, очень напоминающие неврозы. Кроме того, часто неврозоподобную клиническую картину могут являть люди просто с дурным характером или существенными недостатками воспитания. В отечественной медицине обычно выделяют три основные классические формы неврозов: неврастению, невроз навязчивых состояний и истерию. В понимании неврозов по сей день в научном мире отмечается большой разброс мнений, много путанного и противоречивого.

Безудержный рост неврозов в XX веке порожден не столько стрессами и научно-техническим прогрессом с его информационными перегрузками (на что неоднократно указывали исследователи), сколько прогрессом общечеловеческого грехопадения. Ведь во все времена истории человечества были войны, различные природные бедствия, наводнения, засухи, смерчи. И трудно сопоставить, скажем, в какой степени нынешнее время тревожнее и беспокойнее, например, эпохи царствования Ивана Грозного. Почему же проблема неврозов стала столь острой лишь в последние времена? Причина, думается, одна – в продолжающемся кризисе безверия, в потере человечеством духовного фундамента, а с ним и истинного смысла жизни.

Теперь обратимся к конкретным формам неврозов, в той последовательности, в какой описываются они обычно в специальной литературе.

Неврастения

Впервые описали этот невроз в 1869 году (считается, что независимо друг от друга) американские врачи Бирд и Ван-Дью-сен. Неврастения (как видно из самого названия) проявляется нервной слабостью, вплоть до глубокого истощения жизненных сил человека.

Портрет неврастеника предстает весьма типичным: это человек вспыльчивый, раздражительный, быстро заводящийся, как говорится "с полуоборота", у которого явно сдают нервы (гиперстеническая форма неврастении), или, напротив, вялый, плаксивый, ощущающий утомление и истощение всех своих жизненных сил (гипостеническая форма).

Но вот что интересно: повышенная раздражительность и вспыльчивость неврастеника направлены не на себя лично, а только на окружающих! Такого человека все и вся раздражает, нередко он становится капризен, легко впадает в гнев и даже ярость, но почти никогда не поднимается до духовной высоты постижения собственных несовершенств и ошибок, своих грехов.

Таким образом, в большей или меньшей степени, ко всему прочему неврастения есть эгоистический невроз, питаемый греховной страстью, именуемой в святоотеческой литературе гордостью (гордыней).

"Раздражительность нрава происходит от непознания себя, от гордости и от того еще, что мы не рассуждаем о сильном повреждении своей природы и мало познали кроткого и смиренного Иисуса", – писал святой праведный Иоанн Кронштадтский. "Никто не должен оправдывать раздражительность какою-нибудь болезнью", – говорил знаменитый оптинский старец Амвросий. И ещё одно важное замечание старца по этому поводу: "Чтобы не предаваться раздражительности и гневу, не должно торопиться".

А вот как писал по поводу неврастении священник Александр Ельчанинов: "...нервность" и т. д., мне кажется, просто виды греха и именно гордости. Самый главный неврастеник – диавол. Можно ли представить себе неврастеником человека смиренного, доброго, терпеливого?" (из записок "Демонская твердыня – тщеславие и гордость").

О причинах раздражительности и потери душевного мира архиепископ Арсений (Чудовский) писал буквально следующее: "Иногда вдруг у тебя появляется какая-то раздражительность, недовольство окружающими тебя людьми, а то и просто дурное, угнетенное состояние духа, тоска, разочарование. Малейший повод – и твое настроение испорчено. Отчего это? Очевидно, ранее душевная твоя почва была подготовлена к такому настроению. Раздражительность, недовольство людьми вызываются завистью, недоброжелательством к ним..."

Святые отцы особенно обращали внимание на сохранение мира в душе при любых жизненных (внешних) обстоятельствах и считали, что без этого не мыслимо ни счастье, ни физическое благополучие. Вот, например, как писал в письме к одному мирянину отец Алексий Зосимовский: "Я вам не желаю ни богатства, ни славы, ни успеха, ни даже здоровья, а лишь мира душевного. Это самое главное. Если у вас будет мир – вы будете счастливы".

Итак, кратко подытожив вышесказанное, можно сделать вывод, что неврастения* суть греховные страсти: в большей или меньшей степени она являет собою, кроме того, бытие вне Христа, а порой и явное антихристианство. Неврастению можно считать своего рода прямой противоположностью кротости, смирения, терпения и мирного устроения духа. Отсюда напрашивается логический вывод: лучшее лекарство от неврастении – сам христианский путь, образ жизни с терпеливым несением своего креста, благодарением Бога за все, смирением.

Все это, конечно, в общих словах. Теперь же постараемся более подробно остановиться на путях оздоровления от нервности и неврастении. Главное, при этом глубоко осознать важность и необходимость изменить себя, возненавидеть сей демонический грех гневливости, с искренним покаянием обратиться к Господу. Кроме того, необходимо придерживаться следующего:

Никогда не повышать (без крайней на то нужды) голоса: "Голос повышает гордец, самохвал, самовлюбленный мертвец и Богом оставленный" (старец Сампсон (Сиверс)). Итак, не кричать, не визжать, не употреблять грубых и матерных слов, никого не обвинять, не злословить и не высмеивать. Святые отцы допускали лишь "праведный гнев", то есть обращенный на свои собственные грехи и несовершенства.

Избавиться от привычки прекословить, многословить, спорить по пустякам, вступать в словопрения. "Входить в спор всегда нежелательно" (митрополит Филарет (Дроздов)).

Во всем, что бы ни случилось, следует обвинять только самого себя, тогда уравновешенность, душевный мир и спокойствие установятся в наших душах: "Если бы все укоряли себя, то водворился бы мир", – писал архиепископ Арсений (Чудов-ский), ибо "самоукорение дает нам спокойно переносить оскорбления, не чувствовать их".

Архиепископ Иоанн (Шаховской) считал, что достижение истинного душевного мира немыслимо без глубокого метафизического недовольства этой (земной) жизнью. Действительно, поиски благ и райской жизни на земле рано или поздно приводят к глубоким разочарованиям и постоянным колебаниям душевного мира.

Велика роль молитвы в обретении и хранении внутреннего покоя. Старец Сампсон (Сивере) утверждал, что мир души у постоянно молящегося даже совершенно не зависит от внешней обстановки.

Следует отучить себя кого-либо осуждать, обсуждать (за исключением полезных в назидательном и педагогическом плане случаев, а также естественно возникающих суждений о чём-либо (ком-либо), что не является осуждением). Если же в твоем присутствии порицают или обсуждают другого, святые отцы советуют признаться, что и сам страдаешь теми же недостатками, и отвести разговор, а при невозможности того – просто удалиться.

Считать себя вполне достойным промахов, критики, ошибок, падений. Более того, святые отцы советуют нам осознавать себя хуже и недостойнее других. В этом случае действительно исчезает всякое желание гневаться на кого-либо из окружающих.

Необходим постоянный самоконтроль, в том числе даже за своими мыслями, ибо всякому дурному делу обычно предшествует дурная мысль. Следует решительно отсекать все отрицательное, греховное, мерзостное. Святые отцы учат нас не вступать ни в какие собеседования с греховными помыслами, а немедленно обращаться с молитвой за помощью к Господу, испрашивая у Него помощи и поддержки.

Надо принимать уже произошедшее, как случившийся факт, а не мучить себя бесполезной борьбой с призраками. "Что случилось, то случилось...", "Да будет воля Твоя".

Следует избегать всевозможных "надумок", фантазий, бесплодного воображения, особенно чувственного характера. Помните евангельское "Но да будет слово ваше: да, да; нет, нет; а что сверх этого, то от лукавого" (Мф 5, 37).

Наконец, необходимо в любом случае по возможности оздоровить свой образ жизни (имеется в виду режим дня, разумное постничество, оставление пристрастия к спиртному и табаку и иных излишеств).

Безусловно, необходимым является посещение богослужений, особенно в воскресные и праздничные дни, чтение Священного Писания и святоотеческой литературы! "Из всех недугов, обременяющих человеческую природу, нет ни одной болезни, ни душевной, ни телесной, которая не могла бы получить врачевства из Писания" (свт. Иоанн Златоуст).

При добросовестном соблюдении святоотеческих рекомендаций вопрос о повышенной нервности и неврастении достаточно скоро отпадет сам по себе.


Невроз навязчивых состояний (обсессивный невроз)

Навязчивыми (то есть помимо воли и желания человека) могут быть как определенные мысли, воспоминания, представления, сомнения, так и действия. Это и неудивительно, ибо всему деятельному предшествует мысль, замысел, задумка. И весь мир наш есть материализованное состояние Высшего Замысла, Идеи, Плана ("В начале было Слово" Ин. 1,1).

К неврозу навязчивых состояний относят обычно и навязчивые страхи. Если человек испытывает безотчетный страх неведомо чего, то говорят о синдроме страха. Если же он боится конкретно темноты, высоты, острых предметов, замкнутых пространств, – тогда определяют подобные навязчивые состояния как фобии, уточняя в названии вид (или направленность) страха. Например, канцерофобия – при боязни заболеть раком, а клаустрофобия – при боязни замкнутых пространств, гипсофобия – при страхе высоты, мизофобия – при страхе загрязнения, пантофобия – при боязни всего окружающего. Фобии, таким образом, это по сути конкретные страхи или болезненные опасения каких-то отдельных предметов, явлений или ситуаций, а не безотчёный страх вообще.

Иногда страхи появляются только при соответствующей ситуации. Например, страх высоты только при подъеме на высоту, страх мышей – при реальной встрече с мышью (Петр I, например, панически боялся тараканов). Но нередко человек уже при одной лишь мысли о чём-либо впадает в страх.

Страх присущ природе падшего человека* и глубоко биологичен, ибо человек несет в себе и животное начало. Так вот, это животное начало в нас и боится инстинктивно угрозы извне: темноты, нападений и всякой иной опасности для собственной жизни. Во многих случаях именно страх выполняет роль своего рода защитного механизма, оберегая нас от всякой опасности, посягающей на наше благополучие. Страшась, человек становится более бдительным, способным предохранить себя от беды, спастись от надвигающейся угрозы. Страх закреплен Творцом в памяти всех предшествующих поколений, как говорят психоаналитики (Карл Юнг), в "коллективном бессознательном".

Итак, страх свойственен каждому человеку в какой-то степени и может исполнять защитную роль, оберегая нашу жизнь от всевозможных опасностей. Однако невротические страхи тем и характерны, что не обусловлены никакой реальной угрозой или угроза эта иллюзорна и маловероятна"*. Например, некий человек страдает кардиофобическим неврозом, он боится, что сердце его в один прекрасный момент может остановиться. С одной стороны, теоретически это возможно, ведь бывает же внезапная смерть и у молодых, до того считавшихся здоровыми людьми, без видимой на то причины. Но объективная вероятность такой внезапной остановки сердца именно у этого человека ничтожно мала, а имеет место надуманная, мнимая, нафантазированная опасность для жизни, обусловленная ложными мыслями и необоснованными опасениями.

А вот другой пример: мать, горячо любящая своего малыша, вдруг ловит себя на мысли, что может его задушить. Мысль эта ужасает её, она не свойственна женщине с позиций её нравственности, не продиктована никакими реальными внешними обстоятельствами, напротив, абсурдна, лишена всякого здравого смысла. Но эта мысль словно заноза, проникнув и цепко укоренившись в сознании, начинает причинять боль своей жертве, которой порой и стыдно признаться кому-то в этом.

Навязчивые мысли возникают часто в ответ на поставленный вопрос: "А вдруг?" Далее они автоматизируются, укореняются в сознании и при неоднократных повторениях создают существенные затруднения в жизни. Чем больше борется человек, желая избавиться от этих навязчивых мыслей, тем более они овладевают им.

Важной причиной развития и самого существования невротического страха является развитое чувственное воображение (мимо чего обычно вскользь проходит специальная, посвященная этой тематике литература). Ведь человек, к примеру, не просто боится упасть с высоты, но и воображает в ужасе, что умрет, всячески "распаляет" вымышленную ситуацию, представляя, скажем, свои похороны, себя лежащим в гробу и пр.

Кроме того, в подобных состояниях имеет место слабость психической защиты (цензуры) из-за природных особенностей или в результате греховного разрушения. Хорошо известен, например, факт повышенной внушаемости у алкоголиков. Сказывается также и отсутствие постоянной внутренней работы по самоконтролю, духовному трезвению и осознанному управлению своими мыслями, детально описанными в аскетической святоотеческой литературе.

Можно также полагать, с большей или меньшей долей очевидности, что некоторые мысли, всегда, кстати, почти ощущаемые как чужеродные и даже принужденные, насильственные, действительно имеют чужеродную для человека природу, являясь демоническими. По святоотеческому учению, человек часто не способен различать подлинный источник своих мыслей, а душа является проницаемой для демонической стихии. Лишь опытные подвижники святости и благочестия, с уже очищенной молитвенным подвигом и постом светлой душой, в состоянии обнаруживать приближение тьмы. Покрытые же греховным мраком души зачастую не ощущают и не видят этого, ибо на темном темное плохо различается. (Святитель Игнатий Брянчанинов говорит о подобных ситуациях следующее: "Духи злобы с такой хитростью ведут брань против человека, что приносимые ими помыслы и мечтания душе представляются как бы рождающимися в ней самой, а не от чуждого ей злого духа, действующего и вместе старающегося укрыться".)

И ещё очень важный момент, касающийся страха, но не вообще, а страха Божия. являющегося величайшей добродетелью и обязанностью человека. Страх Божий имеет разные значения: это и боязнь (страх) наказания от Бога (низшая степень добродетели), и удивление (трепет, ужас) перед величием событий, и благочестивая богоугодная жизнь, и, наконец, как высшая степень страха Божия – совершеннейшая чистота и святость жизни. "Начало мудрости – страх Господень", – говорится в Священном Писании (Пс. 110, 10). "Живя без страха Божьего, нельзя совершать ничего благородного и удивительного", – писал Вселенский учитель Церкви святой Иоанн Златоуст.

Как представляется, именно в страхе Божьем кроется величайшая тайна", а если хотите, и ключ к пониманию истинного целительства многих неврозов: когда человек имеет в душе страх Божий (то есть Высший, Богом данный), этим великим страхом поглощаются все те мелкие, мирские, часто нелепые по своей сути: страх мышей, тараканов, острых предметов и проч. Как большая волна на море поглощает мелкую рябь, так и истинный страх Божий вбирает в себя невротические страхи – фобии. Каждой душе человеческой органически не только присущ, но и необходим страх Божий, но этот великий дар просто извращается и подменяется своего рода животной трусостью.

Аскетическая литература отмечает, что на ранних этапах духовного подвижничества страх Божий (у новоначальных) заключается более в боязни нарушить Божественные заповеди, согрешить, сделать что-либо мерзкое, недостойное, оскорбительное в глазах Бога. Второй этап Божьего страха присущ уже более совершенным подвижникам святости и заключает в себе страх отпасть от Бога, лишиться Его Божественной благодати, святого чистого мира. Ибо это отпадение означает духовную смерть, сообщая душе мрак, тоску, разочарование, чувство бесцельности бытия.

И, наконец, последний аспект, касающийся причин возникновения страха, указание на который находим в самом Священном Писании: "В любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх, потому что в страхе есть мучения..." (1 Ин. 4, 18). Вот и ещё один важный ответ, не рассматриваемый в научной литературе. Оказывается, наличие страха в душе и сердце человека означает отсутствие (или недостаток) любви. Задумайтесь над этим поглубже... Возьмем для примера фактические события недавней войны в Чечне. Матери плененных русских солдат ехали туда, где гремели выстрелы, в разгар боевых действий. Невзирая на угрозу для своей жизни, встречались с чеченскими боевиками, умоляли вернуть им сыновей. Что двигало этими женщинами, благодаря чему преодолевали они страх смерти? Ответ очевиден: материнская любовь к своим чадам. Итак, любовь изгоняет страх, "в любви нет страха"!

Теперь поговорим кратко о навязчивых ("компульсивных") действиях. Начнем с одного случая, происшедшего не столь давно. От одной женщины после многолетней супружеской (точнее совместной, ибо брак был невенчанный) жизни вдруг внезапно ушёл муж, как водится ныне, к более молодой. Этот уход женщина пережила очень тяжело. Смириться с потерей супруга она никак не хотела, очень скорбела, жизнь стала постепенно терять свою привлекательность. Женщина эта была якобы крещена во время войны, но не священником и, вероятно, не по полному чину и без миропомазания. Так вот, на каком-то этапе этой душевной драмы вдруг стали появляться мысли о бессмысленности дальнейшего существования, какой-то чужеродный, по восприятию, голос стал постоянно нашептывать, что лучше уйти из жизни, умереть, чем жить так. После долгой и безуспешной борьбы с теми мыслями и очередной встречи с бывшим мужем, поддавшись влиянию этого чужеродного голоса, женщина закрылась на кухне и открыла газ. Но вот что интересно: её бывший муж, уже зайдя в свою новую квартиру, где он стал жить с новой семьей, вдруг ощутил внезапно какую-то непонятную тревогу в душе, и, как признался потом, словно чья-то рука взяла его за плечо, и он сразу неизъяснимо для себя понял, что надо немедленно вернуться на свою бывшую квартиру. Там он открыл дверь, вынес уже потерявшую сознание несчастную на воздух, вызвал скорую, и вскоре жизнь его бывшей супруги была вне опасности. Так одна сила действует на погибель, вторая во спасение!

Характер навязчивых действий может быть очень разнообразным. Нередко они имеют вид какого-то привычного ритуала и подобным же образом повторяются, вопреки логике и необходимости. Например, навязчивое мытье рук, ритуалы при раздевании и одевании, бессмысленные переставления мебели, пересчитывание денег без нужды, постукивания, покачивания или избегание каких-то определенных предметов, повторение при встрече с кажущимся злом обязательно каких-то определенных слов и действий.

Характерным является появление некоторого облегчения после исполнения навязчивого действия, однако облегчение это временное, и вскоре вновь возникает болезненная потребность повторения, и все начинается сначала.

Очень важным моментом в понимании природы навязчивых действий является упомянутая выше чужеродность, даже принудительность к свершению чего-либо, помимо разума и воли человека. Вот как пишет об этом епископ Варнава (Беляев) в своем труде "Основы искусства святости" (т. 1): "Откуда же насильственность, если человек всеми силами души отгоняет и не хочет, считает элементом чуждым и болезненным? Ясное дело, от другой духовной сущности, злой и нечистой. Понятна эта нелогичность в мыслях, понятна эта тирания, о которых говорят сами же ученые, понятно это облегчение после совершенного (то есть диавол отходит, доводя человека до того, до чего ему было надобно), понятно и мучительное раскаивание, ибо совесть все-таки мучит человека".

В особо тяжелых случаях, именуемых замечательным русским философом Иваном Ильиным "сатанизмом", в отличие от более легкого поврежденного состояния, обозначенного Ильиным как "демонизм", человек становится как бы проводником антибожественной стихии, одержимым не только нравственно, но и физически (кстати, дословный перевод термина навязчивости – обсессии – с латинского языка означает "одержимость"). Тогда человек уже не владеет собой и становится своего рода, как теперь говорят, биороботом (вспомните, к примеру, ритуальное убийство трех монахов Оптиной Пустыни; убийца позже признался, что какая-то чужеродная сила влекла его к этому убийству и он не мог противостоять ей).

О подобной силе, завладевающей волей и сознанием, нередко упоминают и другие преступники. Это, впрочем, обычно не приводит к устранению их от судебной ответственности под предлогом психического нездоровья, как это было в случае с убийцей монахов Оптиной Пустыни. О насильственном "чужеродном" непреодолимом влечении упоминают также больные наркоманией и алкоголизмом. Что за сила стоит за всем этим, думается, понятно...


Какие же рекомендации можно дать по лечению невроза навязчивых состояний на основании святоотеческой литературы?

Они близки к подобным в лечении неврастении. Вместе с тем особенно важными здесь будут:

Обязательно строгое соблюдение постов и молитва. "Сей же род изгоняется только молитвою и постом" (Мф. 17, 21).

Посещение святых мест, православных обителей, славящихся традициями экзорцизма. В Воронежской епархии, например, это Задонский мужской Богородицкий монастырь, где покоятся чудотворные мощи святителя Тихона Задонского. Надо сказать, и в наше время, по словам насельников этой святой обители, немало страждущих получают помощь и исцеление по молитвам Святого Угодника Божия.

Употребление богоявленской воды с просфорами (и вообще окропление богоявленской водой жилища, самого больного, его личных вещей...).

Обязательны Святые Таинства (причащение Святых Тайн, Елеоосвящение) и как можно более частые исповеди у духовника.

Чтение Священного Писания (особенно Евангелия) и святоотеческой литературы, с последующим переосмыслением прочитанного.

Заучивание на память и чтение специальных псалмов и молитв (по благословению духовника).

Сорокоусты, поминания за здравие болящего на Божественных литургиях, заказывание молебнов святым, чье имя носят болящие, а также святому Пантелеймону, святому Николаю Чудотворцу и некоторым другим небесным покровителям.

Необходимо вырабатывать неусыпное внимание по отношению к самому себе. Святой Игнатий Брянчанинов писал: "Душа всех упражнений о Господе – внимание. Без внимания эти упражнения бесплодны, мертвы" (т. 1, с. 296).

Фитотерапия и некоторые иные естественные природные целебные средства (желательно по предписанию православных врачей).

По возможности, активный физический труд.

Самопознание. Духовное совершенствование. Укрепление веры.

Частые сообщения с благочестивыми православными христианами (или идущими в этом направлении).

И конечно же, внимательное пересмотрение нынешнего образа своей жизни с последующим соответствующим исправлением, например отказ от курения, чревоугодия, освобождение от теленаркомании, политических или иных пристрастий и пр.

Истерия

Название этого невроза происходит от греческого слова "матка". В глубокой древности считали, что истерией страдают только женщины. Об истерии писали ещё знаменитые врачи древности Гиппократ (I в. до Р. X.), Ион Сина (Авиценна (Х-Х1 вв.) и др.

В более поздние времена ею занимались такие крупные ученые просвещенного Запада, как Жан Шарко (1825-1893), Пьер Жане (1859-1947) и, наконец, отец "сексуального материализма" Зигмунд Фрейд (1856-1939).

Начиная с конца XIX века атеистически ориентированные ученые пытались доказать, что никакой одержимости и беснования в природе не существует, а все это лишь проявления истерии. Подобного взгляда в России придерживался, к сожалению, В. М. Бехтерев (1857-1927), в одной из своих научных работ даже пытавшийся утверждать, что все евангельские чудеса Спасителя, касающиеся исцелений и воскрешений из мертвых, объясняются истерическими состояниями поверивших во Христа людей. В. М. Бехтерев был крупным русским ученым, занимался психиатрией,неврологией, психологией, однако свои исследования строил, исходя из сугубо материалистических позиций, что не могло не отразиться на его научных изысканиях.

К сожалению, и в наши дни официальная медицина не разделяет душевные недуги от духовных (на радость всему демоническому миру) и многих бесноватых людей пытается лечить, то инсулином, то гипнозом, то химическими препаратами, а в последнее время ещё и оккультными методами (медитация, метод Станислава Грофа и пр.).

Утверждают, что мы живем сейчас в просвещённое время. Однако как можно объяснить одной истерией, что человек и в наши дни не переносит ничего святого (икон, каждения, колокольного звона, церковных песнопений)? Что за странная такая аллергия обуревает этих людей в храмах, когда начинает ломать все тело, помимо воли "крутит какая-то сила", нередко человек неожиданно для себя начинает извергать вопли, ругательства, богохульные слова. Даже дети порой обретают необычайно большую силу, употребляя её против священных предметов, так что иногда пятеро-шестеро взрослых с трудом могут совладать с младенцем или с хрупкой с виду женщиной...

Какая ненависть заставляла в годы Октябрьской революции разрушать великолепные храмы (построенные, кстати, нередко на народные деньги), осквернять их. устраивать невиданный разврат (о котором стыдно говорить даже в общих чертах), отдавать храмы под конюшни? Более того, как объяснить довольно странную реакцию некоторых страждущих после приема внутрь богоявленской воды, не знавших, что они пьют? А о таких случаях приходилось слышать неоднократно.

Об одержимости дьяволом и бесноватости вновь заговорили в последние годы во всем мире. Запад быстро отреагировал на это массовым тиражированием книг, фильмов, спектаклей по демонологической тематике. И вот уже на экранах: "Изгоняющий диавола", "Омен" и другие "киношедевры", где зерна истины утопают в море лжи и безудержной фантазии авторов.

Но вернемся ближе к самой истерии, занимающей совершенно особое место среди неврозов. Какие же основные черты (признаки) этого страдания? Это прежде всего:

Легкая переменчивость настроения.

Желание жить по-особому, не как все.

Чрезвычайно выраженный эгоизм в сочетании с какой-то удивительной детской наивностью (инфантилизмом, как говорят учёные).

Лживость, актерство, плаксивость, стремление быть в центре внимания (эгоцентризм), желание казаться чем-то большим, чем есть в действительности, и другие признаки.

Больные истерией нередко жалуются на ощущение комка в горле, нарушение сна, всевозможные спазмы, самые разнообразные боли, чем нередко вводят в заблуждение даже опытных врачей. Всех проявлений и не перечесть. Они существенно меняются под влиянием моды и духа времени. Например, в старое время барышни очень часто падали в обморок (при малейших волнениях, от избытка чувств и пр.). Сейчас редко увидишь подобное. Исчезли куда-то и классические истерические припадки, сопровождающиеся, как при эпилепсии, судорогами, реже наблюдаются потеря чувствительности, истерические слепота, глухота, параличи...

Французский врач Жан Шарко, прославившийся своими исследовательскими работами в области неврозов, называл истерию "великой симулянткой" из-за исключительной способности к актерскому воспроизведению почти любого заболевания.

Надо отметить, что существует и бытовое (не медицинское) представление об истерии и истериках. В данном случае имеют в виду обычно несдержанных, конфликтных людей, которые закатывают сцены (истерики), плачут, ругаются, кричат.

С медицинских же позиций подобные явления вовсе не обязательно говорят об истерии, но могут быть присущи и всякому человеку, например, при потере самоконтроля или вследствие распущенности.

Что же скрывается за истерическим неврозом в своей основе? Безусловно, серьезное нездоровье души. По словам священника А. Ельчанинова, "истерия есть разложение личности, и оно освобождает огромные, пагубные своей разрушительной силой количества энергии, как в распадающемся атоме". С позиции святоотеческого учения здесь можно усмотреть проявления таких греховных страстей, как гордыня и тщеславие в сочетании с чувственной эмоциональностью и болезненно усиленным воображением. Истерия и беснование не одно и то же, однако, безусловно, при истерии почва для бесов подготовлена как нельзя лучше, ибо диавол – "отец лжи", а все истеричные – лживы; диавол, по словам святых отцов. – "живописец" и "обезьяна", а подражательность, актерство и болезненное художественное воображение характерны при истерии. Падение диавола произошло из-за тщеславия и гордыни, и здесь сходство налицо... При истерии, как уже подчеркивалось выше, происходит болезненное расщепление (диссоциация) душевных сил, при этом теряется не только их гармония, но и начинают страдать мышление, чувства и воля. Мышление уклоняется в сторону мнимого заболевания, чувства либо резко угнетаются (до полной анестезии). либо, напротив, усиливаются (один пациент жаловался, что "кот топает"), воля ослабевает, и человек самостоятельно никак не может "взять себя в руки".

Ввиду большой распространенности истерии в актерской среде нашего времени почти все театральные постановки и кинофильмы буквально нафаршированы истеро-эпилептическими сценами. Вот уж где поистине разгул страстей! В одном из газетных интервью известный русский актер Проховщиков заметил, что все, что создается ныне актерами, больше напоминает жизнь психически больных людей. Очень отрицательно отзываются и о самом искусстве лицедейства актрисы Е. Васильева и Л. Стриженова, считая сцену местом для растления души. Думается, что театр во все времена был тем искусственным миром падшего человеческого разума, где истерия находила своё место и предназначение во всей полноте, ибо могла как нигде лучше реализовать тут греховные страсти аномальной больной души!

Истерические больные обладают часто тончайшей интуицией, чрезвычайно хитры, изворотливы, настойчивы в достижении своих целей. Они же в основном, и являются главным поставщиком всевозможных медиумов, гадалок, предсказателей, а также основателей новых сект и соблазнительных учений. (По крайней мере автобиографический материал из жизни основательницы теософии Елены Блаватской или американки Мэри Бекер Эдди, основавшей христианскую секту сайентистов, явно говорит об этом.)

Огромное количество современных больных, переполняющих наши поликлиники, составляют именно больные истерией. Они же чаще всего проходят у врачей как страждущие дистонией, остеохондрозом, энцефалопатией и иными болезнями и синдромами (согласно моде и духу времени). При этом они нередко получают группы инвалидности, а с ними и желаемые льготы... Издавна замечена взаимосвязь истерии с эротическими чувствами, а с позиции Православного учения здесь можно говорить ещё об одной страсти – блудной. Многие исследователи подчеркивают также, что при истерии происходит "желательное бегство в болезнь", то есть своего рода симулянт-ство (правда, как считают ученые, часто на неосознанном, подсознательном уровне). То есть болезнь здесь является своего рода защитой от тех или иных жизненных трудностей или способом ухода от конфликтной ситуации.

Как же лечить истерию? Единственно правильный путь здесь лежит через истинную веру, покаяние и исправление своей жизни согласно евангельским заповедям, наиболее полно раскрытым в святоотеческом учении. Все иные пути могут быть оправданы лишь как промежуточное звено к вышеуказанному. Больной должен обязательно осознать и сам отказаться от всего лживого, матерного, нарочитого, театрального, от всякого притворства, преувеличения, неискренности (то есть всего греховного, даже в мелочах). Неоценимую услугу здесь оказывает святоотеческая литература, где мир подвижников святости совершенно лишен истерических пороков и служит идеальным образцом для подражания в постижении истинного предназначения человека; где познается величие нравственной красоты, терпение и стойкость при встрече с трудностями.

Иными словами, в первую очередь истерическим больным необходимо приобщиться к духовной жизни со всеми её высокими требованиями к себе и духовной дисциплине. Кроме того, в лечении истерии будут пригодны и некоторые лекарственные средства, полезен физический труд и общение с благочестивыми людьми, а также те рекомендации, которые давались при лечении других неврозов.

Нередко среди неврозов выделяют ещё две формы. Это ипохондрический и депрессивный неврозы. Ипохондрия означает чрезмерный уход в болезнь. Это синдром "мнимого больного" или значительное преувеличение действительно имеющих место расстройств в здоровье. Тут налицо такие проявления, как постоянное копание в своих ощущениях, устремленность мыслей и представлений преимущественно к проблемам своего здоровья, иногда же полная убежденность в наличии у себя какого-либо опасного заболевания, которое не находят врачи. Со временем такие пациенты становятся "притчами во языцех" для медиков, совершенно непереносимыми для своих близких и окружающих. Они постоянно щупают свой пульс, измеряют кровяное давление, бесконечно сдают анализы, делают ЭКГ (электрокардиографию), носятся с лекарствами и медицинскими рекомендациями. Обычно это люди неверующие в Бога (или маловерующие), ибо ипохондрия есть не что иное, как сотворение кумира, которым в данном случае становится собственное здоровье (то есть опять-таки происходит подмена Бога тварным, тем самым нарушается ветхозаветная заповедь, данная человечеству Богом ещё через пророка Моисея). Здесь налицо также извращенная форма любви – в виде любви к себе ("аутоэротизм"). Многие исследователи отмечают, так же как и при истерии, "желательное бегство в болезнь" от житейских трудностей.

Известно, что эгоизм привносит в жизнь человека серьезные проблемы и нередко приводит к болезням, причем не только душевным, но и физическим. Живя собой, человек обрекает себя же на страдания. Отказываясь от себя и живя для других, становится счастливым, ибо истинное счастье – это жить для Бога и ближних наших.

И наконец – депрессивный невроз. Он возникает чаще всего после жизненных сложностей, когда человек впадает в уныние, тоску, печаль. При этом снижается настроение, все предстает в мрачном свете, ничто не радует, иногда при этом все " раздражает. Очень часто подобное возникает, когда жизнь пошла "не по тому сценарию", как хотелось бы, когда не осуществилось желаемое, произошел какой-то конфликт, нанесена была та или иная обида... И вот такой больной идет к врачу, который выписывает ему, к примеру, успокаивающие и улучшающие настроение препараты для искусственного облегчения страдания; уменьшения душевной боли. Но при этом часто совершенно не лечится больная душа и человек лишь уводится в сторону от страданий, имеющих почти всегда врачующий смысл...

Итак, истинная причина депрессивных расстройств, как правило, опять-таки в совершаемых перед тем грехах и беззакониях. Святые отцы считали, что в основе всех душевных страданий лежат гордыня человеческая и другие страсти. Поэтому, чтобы избавиться от невроза, надо всячески смирять себя, считая достойным не только похвалы, но и поругания. Завышенный уровень требований (притязаний), не осуществившихся в реальной жизни, всегда оставляет в душе чувство неудовлетворенности, печали, горечи, порой неосознанной в своей истинной причинности тоски. Имеют значение в развитии депрессивного невроза и предшествующие праздность, бездеятельность, пустое препровождение времени.

Следовательно, согласно святоотеческому учению, в основе этого невроза лежат эгоизм, гордыня, страсть печали. Истинное же христианство проникнуто, напротив, духом светлой радости, надежды, веры и любви. Гонимое – оно не печалится, терзаемое – за все благодарит Творца, уничижаемое – молится за врагов своих, одинаково приемлет успех и поругание, старается служить Богу и искать славу у Бога, а не у человеков.

Великую радость дают добрые дела, забота о ближних, отказ от самого себя. (Живите так, как будто вас нет на белом свете, советовал своим духовным чадам подвижник благочестия последних времен отец Алексей Мечев.) Применительно к вышесказанному вспоминается одна древняя христианская молитва, текст которой приводит в своих сочинениях архиепископ Иоанн (Шаховской):

Господи, Боже мой, удостой меня быть орудием мира Твоего,

чтобы я вносил любовь туда, где ненависть,

чтобы я прощал, где обижают,

чтобы я соединял, где есть ссора,

чтобы я говорил правду, где господствует заблуждение,

чтобы я воздвигал веру, где давит сомнение,

чтобы я возбуждал надежду, где мучает отчаяние,

чтобы я вносил свет во тьму,

чтобы я возбуждал радость, где горе живёт.

Господи, Боже мой, удостой:

не чтобы меня утешали, но чтобы я утешал,

не чтобы меня понимали, но чтобы я других понимал.

не чтобы меня любили, но чтобы я других любил.

Ибо кто даёт – тот получает,

кто забывает себя – тот обретает,

кто прощает – тот простится,

кто умирает – тот просыпается к вечной жизни.

Вот кратко и всё относительно неврозов, их истинной природы и лечения с позиций святого православного учения.


ДУХОВНЫЕ АСПЕКТЫ СТРЕССА

Возлюби ближнего твоего как самого себя.

(Мф. 19, 19)

Заслужи любовь ближнего.

Ганс Селье

Слово "стресс" в последние несколько десятилетий стало чрезвычайно употребимым практически во всем мире. О происхождении самого термина нет единого мнения. Некоторые исследователи считают, что произошел он от латинского "з^ппдеге" (затягивать), другие усматривают преемственность от старофранцузских и английских слов различного значения (от "давления* и "напряжения" до "горя", "истощения", "несчастья", – в переводе на русский язык).

Автором современного учения о стрессе является канадский патофизиолог, лауреат Нобелевской премии Ганс Селье (1907-1982). Он определял стресс как "неспецифический ответ организма на любое предъявленное ему требование".

Существуют и другие, весьма многочисленные и существенно отличные по смыслу определения стресса (что само по себе говорит о некоей туманности нынешнего научного взгляда на проблему). Вот некоторые из них, наиболее простые, как представляется, по восприятию: "Стресс – это реакция организма на значимый раздражитель", "Любое влияние, которое нарушает естественное равновесие организма" (в том числе физические ранения, различные воздействия, лишения, эмоциональные расстройства и пр.). Интересно, что последнее определение, заимствованное из медицинской энциклопедии "Пингвин", Лондон, по сути полностью совпадает с определением, которое дает знаменитый русский терапевт С. П. Боткин (1832-1889) касательно болезни вообще: "Всякое нарушение равновесия, не восстановленное приспособляющейся способностью организма, представляется нам в форме болезни... Реакция организма на вредно действующие на него влияния внешней среды и составляет сущность болезни".

В медицинскую науку термин "стресс" был впервые введен Гансом Селье в 1936 году. В общественное же сознание понятие о стрессе вошло несколькими десятилетиями позднее и стало чрезвычайно употребимым и даже модным словечком.

Если в Англии слово "стресс" было в ходу уже в XIV веке (так, старый английский поэт Роберт Маннинг ок. 1303 года писал: "И эта мука была манной небесной, которую Господь послал людям, пребывавшим в пустыне сорок зим и находившимся в большом стрессе"), то на Руси о нем не ведали и испокон века обходились другими понятиями: "утомление", "страдание", "труждание", "тягота" и пр. Но мода есть мода.

И заразительность ею не уступает величайшим эпидемиям, известным в истории человечества. И вот уже и школьники наши рассуждают о стрессе в период экзаменов, и в транспорте нередко можно услышать о нем, а уж научной литературы по этой теме и не счесть, как говорится "хоть пруд пруди".

Ганс Селье утверждал, что радость, печаль, холод, жара, лекарства, разного рода стихийные бедствия – могут вызывать совершенно одинаковые биохимические сдвиги в организме, особенности которых он тщательно изучал. Он попытался также перенести ряд открытых им закономерностей на общественную жизнь, разработав своего рода целую философскую систему, где, кроме всего прочего, посягнул на евангельские слова Спасителя: "Возлюби ближнего как самого себя" (Мф. 19, 19), сочтя их неприемлемыми в реальной жизни и предложив свой вариант нравственной заповеди: "Заслужи любовь ближнего". Этим, конечно, ученый показал лишь непонимание сути и глубины христианства, полноты и совершенства евангельской любви.

Теперь попытаемся взглянуть на проблему стресса с иной плоскости. Так ли нова суть обсуждаемого вопроса? Конечно же нет. Возвращаясь к учению святых отцов о страстях, в более широком смысле, мы найдем в толковании значения слова страсть – "страдание вообще". Кроме того, святые отцы (например, св. Иоанн Дамаскин) отмечали, что есть и беспорочные страсти ("естественные и беспорочные страсти": голод, жажда, утомление, труд, слезы и т. п.).

Порабощение страстями всегда говорит о болезненном, негармоничном, несвободном состоянии человека. Страсти оказывают влияние на всю (и телесную и душевную) жизнь человека, нередко вызывают разнообразные болезни и даже смерть.

Конечно, святые отцы не занимались биохимическими исследованиями людей в период их страстных переживаний, им (святым подвижникам) неведомо было о повышении уровня адреналина, серотонина, сахара и других специфических компонентов в крови в периоды страданий. Зато они представляли ясно пути выхода из подобных состояний, не смешивали в одну кучу греховные и негреховные страсти, не искали мнимого врага вовне.

В наше же время в понятие "стресс" (с психологической точки зрения) вошли чуть ли не все неприятные и тягостные для человека явления: ссоры, конфликты, обиды, печаль, переутомления, зависть, разочарование и пр. Границы стресса чрезвычайно размыты, не случайно сам Селье утверждал, что пока человек жив – он находится в состоянии стресса. Греховные страсти остаются неведомыми нехристианским ученым. Зато найден некий мистический новый невидимый универсальный враг человечества по имени "стресс", с которым наука пытается бороться. Какими же способами? Самыми разнообразными – от аутотренинга, массажей. бань, транквилизаторов до путешествий, медитаций и специальной "противострессовой диеты". Сами же люди по старинке прибегают нередко к водке, а в последнее время многие пристрастились и к наркотикам.

Кризис безверия неоязыческого мира и продолжающееся нравственное падение создают все более удушливую, непереносимую атмосферу бытия. Жизнь продолжает усложняться, растут информационные, психические перегрузки, создается все больше всевозможных помех для живущих в погоне за чувственными удовольствиями и благами мира сего. Усугубляется всеобщая греховность ("мир сей" буквально погрязает в грехах, имя которым легион). Самими государствами культивируются условия для новых соблазнов, а с ними и умножение греховных страстей.

Слава Богу, что природа ещё каким-то чудом до поры до времени сохраняет хрупкое равновесие, но надолго ли?

"Стресс – это аромат и вкус жизни", – провозглашает Ганс Селье. Скоро от искусственно созданных ароматов и дышать-то уже будет нечем!

Святые отцы учат принимать любые события в жизни стойко, мужественно, благодаря за все Бога и радуясь. Вместо искусственного с размытыми границами и шаткого на поверку понятия "стресс" христианству известны иные, более высокие знания: о покаянии, греховности, страстях, молитве, самопознании и, наконец, о Промысле Божием, без которого не совершается ни одно событие в нашей жизни.

Итак, в философско-психологическом смысле понятие "стресс" не является чем-то принципиально новым для Православия. Более того, через призму святоотеческого учения смысл проблемы видится более ясно и неискаженно, без примешанных мудрствований и отвлекающих от спасения рассуждений, в том числе и касающихся так называемого "стресса".


АУТОТРЕНИНГ. ЗА И ПРОТИВ

Аутогенная тренировка была предложена и создана немецким врачом Иоганном Шульцем на основании некоторых упражнений индийских йогов и личного опыта гипнотерапии в 1932 году. Почти одновременно похожую систему тренировок по саморегуляции разработал и внедрил в лечебную практику американский ученый Джейкобсон. Он назвал свой метод прогрессирующей мышечной релаксацией, которая опять-таки заимствована из йоги и представляет по сути модификацию и интерпретацию "шавасаны" – специальной позы, которую йоги используют для отдыха и восстановления сил.

После некоторого охлаждения к гипнотизму во многих странах мира, начиная примерно с 50-60-х годов XX века началось повальное увлечение аутотренингом в сочетании с релаксацией мышц. Метод оказался эффективным в лечении ряда заболеваний и стал широко применяться в медицине. В психотерапии в какой-то период он занял одно из ведущих мест. В России он в сознании многих людей даже стал ассоциироваться с сущностью самой психотерапии. Пойти лечиться к психотерапевту – это означало посещать сеансы отдыха с мышечным расслаблением и слушать лечебные внушения (или учиться самовнушению).

Однако мода на аутотренинг постепенно стала проходить, и на смену ему появились всевозможные методики, в том числе явно мистического плана. И все же в истории психотерапии аутогенная тренировка оставила свой заметный след, прежде всего благодаря простоте исполнения (не нужно специальных приспособлений, особых условий и длительного времени). Достаточно хорошо воспринимают аутотренинг (АТ) даже дети, причем всего за несколько недель. АТ не дает, как правило, побочных реакций, противопоказания для его применения весьма невелики. Одно время даже складывалось впечатление чуть ли не об абсолютной полезности АТдля большинства населения. Некоторые публикации в прессе рекламировали АТ как метод, с помощью которого можно достичь высоких результатов в спорте, избавиться от стрессов, повысить производительность труда в десятки раз. Однако начиная с средины 80-х годов интерес к АТ пошел резко на спад. Далеко не всем этот вид тренировки помог в жизни; кроме того, он оказался вовсе не столь эффективен в лечении даже тех заболеваний, для которых рекламировался.

Характеризуя суть аутогенных упражнений, следует указать прежде всего на их механический характер, затрагивающий преимущественно телесную сферу. Имеет тренинг, конечно, и отношение к душе, но весьма поверхностное, ибо не включает в себя сокровенную работу по внутреннему очищению, борьбу со страстями, пороками, несовершенствами. Следует откровенно признаться, что даже при достижении полного телесного расслабления и спокойствия душа может оставаться грязной и порочной, а следовательно, и больной. В таком случае какая же это терапия души?

Другой вопрос, стоит ли практиковать АТ в сочетании с духовной жизнью, духовными упражнениями, истинной терапией души. Как представляется, и в данном случае особой нужды в АТ нет. Более важным является достижение внутреннего душевного мира и спокойствия, что происходит прежде всего через смирение. Смирение справедливо называют страсто-убийцей, ибо при достижении этой величайшей добродетели побеждаются все страсти.

В святоотеческом учении под смирением обычно понимается состояние, лишенное всякого гордого превозношения, напротив, с принижением (искренним, а не внешним!) себя до того предела, что "ниже уже и упасть некуда", почитание всех окружающих более достойными себя, принятие скорбей и несчастий стойко, без ропота, сокрушение сердца и некоторые другие характерные моменты. Смирение благотворно действует на душу и весь внутренний мир человека, причем изнутри, глубинно. Происходят изменения и в теле, имеющем непосредственную связь с душой. В частности, исчезает чрезмерное напряжение в мышцах тела (релаксирующий эффект, говоря медицинским языком), изменяется выражение лица, становясь открытее, светлее; восстанавливается нарушенное суетой, многозаботливостью, волнениями кровообращение. Смирение приносит великие дарования приобретшим его. Смиренному покоряются не только собственное тело и душевные силы, но и внешние души (в том числе и животный мир, что известно из житий многих святых). Даже хищные звери укрощают свою свирепость и становятся ручными перед смиренным.

Однако смирение – это очень высокий уровень духовного совершенства и является своего рода благодатным высшим даром, оно не может быть получено одним лишь желанием самого человека. Путь же к смирению лежит через смиренномудрие, которое представляет собой, по свт. Игнатию Брянчанинову, "образ мыслей, заимствованный всецело из Евангелия, от Христа". "По мере упражнения в смиренномудрии, душа приобретает смирение". Смирение включает в себя и состояние некоей гармонии (мира) по отношению к Богу, ближним, к себе самому.

В АТ используются приемы, связанные с искусственным вызыванием каких-то образов или картин, обращаются к чувственному воображению.

Святоотеческая психотерапия не приемлет всего этого, как и различного рода мечтания, фантазирование или навязывание пациентам представления несуществующих в реальности явлений и предметов.

Практические наблюдения показывают, что духовная практика, включающая молитву, участие в богослужениях и святых таинствах обычно устраняют необходимость в специальных психомышечных системах тренировок типа АТ.

Возможно, лишь на начальных этапах духовного совершенствования применимы сочетания направленной избирательной телесной саморегуляции с духовными упражнениями.


ГИПНОТИЗМ, ЙОГА И СВЯТООТЕЧЕСКАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ.

Святоотеческой психотерапии чужды методы, включающие в себя императивное (насильственное) воздействие на личность. Это впрямую относится и к гипнотизму и к другим так называемым психотерапевтическим методикам, использующим так или иначе этот принцип.

Несовместим со святоотеческой психотерапией и всякий вид манерности, лживости, искусственности, представлений себя в качестве чудотворца или кудесника. Чуждо все, что превозносится, бахвальствует, показывает своё мнимое превосходство над другим, что многословно, суесловно, театрализовано – словом, по духу своему не соответствует святоотеческому учению.

Еще митрополит Московский Филарет (Дроздов) писал по отношению к магнетизму (читай гипнотизму): "О магнетизме, когда спрашивали меня, употреблять ли, отвечал я, что христианам даны высшие и вернейшие силы, вера и молитва, а следовательно, пускаться в низший путь, ощупью пролагаемый своемыслием человеческим, есть упадок". Русский врач А. И. Яроцкий (1866-1944) в своей книге "Идеализм, как физиологический фактор" (1908 г.) писал относительно гипнотизера: "Наконец, задача его заключается в том, чтобы сломить сопротивляемость больного приказанием извне, а это соответствует понижению уровня психической личности больного". Гипнотические воздействия ослабляют волю пациента, роботизируют, делают его психологический барьер уязвимым для негативных воздействий извне, насилуют душу человека. Известны и другие побочные действия, в том числе и развитие наркоподобной зависимости пациента от гипнолога.

Гипнотизм подразумевает и несет в себе опасность не только извращенного (неприродосообразного) восприятия действительности, но и усиливает некоторые чувственные переживания, особенно сексуального плана. Так, хорошо известны трансовые гипнотические сексуально окрашенные состояния, которые вызываются почему-то только у лиц истерического типа.

В силу всех перечисленных и некоторых иных причин "гипноз не признает наша Святая Церковь, она знает только благодать Божию" (епископ Арсений (Жадановский).

Даже отец сексуального материализма Зигмунд Фрейд (1856- 1939), создатель антибожественного психоанализа, нашел в себе мужество честно признать непригодность гипнотического метода для серьезной работы с личностью больного человека.

Достаточно осторожно следует подходить и к суггестивным методам (внушению), ибо внушать допустимо лишь правду, а не ложь, выдаваемую за правду. Посмотрите, к примеру, последние книги Георгия Сытина, пытающегося модифицировать и даже окрасить в молитвенно-религиозные тона метод, предложенный ещё в начале этого столетия французским аптекарем Эмилем Куэ. Так называемые сытинские божественные настрои, состоящие из бравурных наборов всевозможных позитивных утверждений, включающих даже омоложение, рост новых зубов, якобы исцеление всех больных органов и пр., по сути своей есть пародия на молитву и содержат в себе кощунственные невежественные моменты по отношению к истинно Божественному и допустимому для православного христианина.

Вместо того, чтобы тратить напрасные силы на внушение того, чего нет в действительности, гораздо важнее подвести страждущего к верному восприятию ситуации, помочь ему восстановить остроту греховного видения, устранить принципиальные препятствия, мешающие реальному восприятию жизни.

Во всех случаях наиболее важную роль играет не то, что говорится, а как говорится, и главное значение, конечно, принадлежит самой личности психотерапевта, его духовному облику, состоянию и степени чистоты души самого целителя.

Если же говорить о недирективных психотерапевтических сеансах отдыха (не путать с гипнозом), где слово психотерапевта ненавязчиво, без нажима и насилия помогает успокоиться, настроиться на мирную волну, то, быть может, такие сеансы и возможны, если проводятся, например, на фоне духовной музыки или музыки классического умиротворяющего звучания. Но и в данном случае психотерапевту следует помнить о возможности спонтанных трансовых состояний, что совершенно недопустимо, а также о нежелательности развития чувственного воображения и фантазий. Следует не наркотизировать пациента душевным дурманом, а пробуждать духовно, лечить словом Истины, а не иллюзиями чуда, взывать к правде Божией, а не к суетным призрачным благам и удовольствиям.

Вся наша жизнь построена на внушениях и самовнушениях, содержит она и житейский гипноз, под влиянием которого все мы в той или иной степени находимся. Ложь проникла в слово, исказив его Божественное предназначение. Святоотеческая психотерапия стремится избежать лжи и пустословия. Стоит ли повторять, какие высокие требования должны быть предъявлены к самому психотерапевту, какой образ жизни он должен вести, как над собой работать, как верить, молиться, любить и пр.?

Ещё преподобный IV века Иоанн Прозорливый, подвизавшийся в Серидовой обители, писал о качествах, необходимых врачу-христианину: "Сострадать же больным и помогать им врачеваниями – доброе дело", и "врач, пекущийся о больном, получает награду" от Бога. "Но для всего этого надобно, чтобы он был благочестив, чтобы как сам питался таинствами Святой Церкви, так и своим пациентам не только не запрещал бы того же, но и первым делом советовал бы. Он должен быть смиренным и думать не о своей славе, а о Божией, помня, что для того Он и дал людям знания, чтобы прославляли в чудных делах Его" (Сир. 38,6; епископ Варнава).

Тематические высказывания

Оптинские старцы о гипнозе

Ужасное дело этот гипноз. Было время, когда люди страшились этого деяния, бегали от него, а теперь им увлекаются... извлекают из него пользу (отец Нектарий).

И ведь вся беда в том, что это знание входит в нашу жизнь под прикрытием как будто могущего дать человечеству огромную пользу (он же).

Гипноз – злая, не христианская сила (отец Варсонофий).

Если же вы, оставив Бога, прибегнете к магнетизму – противоестественному средству,- то я уже ничего не могу вам сказать (отец Макарий).

Йога

Известное изречение "Свет идет с Востока" стало своеобразным компасом нашего времени для многочисленных искателей истины. Не обошло это увлечение и Россию.

Специфической особенностью древневосточных философских концепций является очень глубокий пристальный взгляд на человека, но не как на изолированный объект, а в неразрывном единстве с природой и вселенной. Мыслители Востока исходили из идеи единства сущности внутреннего мира человека (микрокосма) и всего мирового пространства и материи (макрокосма), по аналогии с тем, как капля океана есть частица огромного водного пространства и заключает в себе его основные свойства*. (Сравните евангельское "Царствие Божие внутри вас есть". Л/с. 17,21.)

Древнеиндийской философии присуще стремление к истине в осознании первопричин зарождения жизни, смысла самого существования человека на земле. "Индия – страна, где впервые пробудилось в людях стремление к сознанию абсолютной истины и в которой это сознание остановилось на своем первом моменте, как бы окаменелое дошло оно до нас...", – писал Белинский.

Древнеиндийское учение под названием йога возникло не позднее И-1 вв. до Р. X. Сам термин трактуют (переводят) обычно как "соединение, связь, слияние". По сути дела это философско-религиозная система, требующая от последователей следования аскетическому образу жизни, граничащему подчас с крайностями. Ориентирована йога на внутреннее развитие, совершенствование и самодисциплину для достижения особых "высших" состояний.

Индийские йоги достаточно глубоко изучили психофизические особенности человека, овладели в совершенстве способами саморегуляции (что, впрочем, имеет отношение более к телесной составляющей, менее к душевной и практически не затрагивает в положительном плане духовную сторону, а напротив, обедняет и анестезирует последнюю). Физическая йога, известная под названием "Хатха-йога", поражает своей виртуозной акробатической изощренностью, впрочем, как и изяществом, при мастерском исполнении. Некоторые из морально-этических правил йогов, включающих в себя две ступени: Яма и Нияма,- близки или имеют аналогию с христианскими заповедями. Вместе с тем Индии не дано было знание истинного Бога, каким является Христос, интуитивные устремления древних подвижников истины к высшему завершаются не спасением души, а мистически-трансовым состоянием, известным под названием Самадхи.

"Йога" близка индусам, ибо возникла в этой стране, несет своеобразный колорит, органична с верованиями индийцев, их культурой. В России же она далека от строя русской души, чужда нашему духу, обычаям. Некоторые из упражнений Хатха-йоги, возможно, и могут быть полезны в профилактике и лечении ряда заболеваний, однако не следует забывать, что ряд упражнений несет в себе определенную символику, в том числе языческого культового плана. Так, внешне безобидная разминка йогов, известная под названием "Сурья Намаскар" ("Здравствуй, солнце"), состоящая из двенадцати последовательных упражнений, – является поклонением древнеязыческому культу солнца, почитавшемуся как божество. Такое культовое поклонение, по понятным причинам, неприемлемо для христиан, поклоняющихся только Христу.

При внешней схожести рекомендаций, касающихся питания, имеются существенные различия в христианском и йоговском подходе к диете и набору пищевых продуктов. Христианство традиционно имеет тенденцию к сухоядению и существенно приближается к полному вегетарианству лишь в монастырской кухне и во время предназначенных постов. Йога, например, рекомендует обильное питье (десять-двенадцать стаканов в день) и требует полного отказа от мяса, допуская ежедневно прием иных продуктов животного происхождения (в частности, молочных).

Христианские посты более физиологичны, чем йоговские диетические рекомендации или модные системы голоданий, пропагандируемые в наше время; они лучше подходят к условиям нашей жизни, легче переносятся организмом, вызывают меньше осложнений и возможных негативных отклонений в здоровье даже при чрезмерностях в применении.

Имеются определенные опасения и относительно знаменитых перевернутых йоговских поз (асан). Это далеко не безобидные упражнения, особенно для лиц пожилого возраста. Из-за мощного перераспределения крови и нагрузки на сосуды мозга они требуют предельной осторожности и постепенности в усвоении. Кроме того, символика "наоборот" характерна для демонологии.

Совершенно неприемлемы для христианства случаи добровольного ухода из жизни некоторых йогов, якобы посчитавших свою миссию на земле исполненной и волевым усилием прекративших свою жизнь. Примером может служить случай с Йо-гонандой, ушедшим из жизни в 1958 году в состоянии маха-самадхи. С позиций Православия это не что иное, как самоубийство, а не демонстрация своего могущества над жизнью.

Путь йоги есть пленительное заблуждение, уводящее в мир иллюзий и бесплодных аскетических и акробатических телесных манипуляций, искажающее истинное восприятие мира и уводящее от спасения.


ЭКСТРАСЕНСОРИКА

Мода на экстрасенсорику и биоэнерготерапию пришла в Россию сравнительно недавно – в середине 70-х годов этого века, достигла своего пика к концу 80-х годов и пошла на убыль к середине последнего десятилетия. У истоков новых направлений в целительстве, связанных с непосредственным энергетическим влиянием на больного, стояли разные люди, но наибольшую известность получила, безусловно, Джуна Давиташвили, совершившая стремительную, можно сказать, головокружительную карьеру от массажистки до знаменитой во многих странах мира целительницы. Правда, все новое на поверку оказывается нередко всего лишь искусной интерпретацией хорошо забытого старого, и, если повнимательнее рассмотреть способы лечения праной индийских йогов, магнитизацию австрийского врача Месмера и оккультную терапию немца Рудольфа Штейнера, мы не увидим существенно большого отличия от биоэнергетического метода лечения, предложенного Джуной, за исключением чисто технических моментов и некоторых мануальных (ручных) способов диагностики.

Привнесение биоэнерготерапии в медицину вызвало буквально переворот и даже смятение в научном мире, да и в общественном сознании. Биоэнерготерапер"-ы буквально ворвались в нашу жизнь, к ним потянулись страждущие и утратившие было надежду на выздоровление тысячи и тысячи больных. Консервативная советско-российская наука стала все более и более уступать настойчивому натиску представителей нового вида врачевания. В поликлиниках появились спе-циалисты-биоэнерготерапевты, возникли целые школы, институты и даже академии экстрасенсорного направления. Существенно изменилось в сторону позитивного принятия и общественное мнение. И только Православная Церковь ни под каким предлогом не приняла, не благословила новшество, ни по форме, ни по содержанию. Более того, среди хора хвалебных од чудотворцам-экстрасенсам лишь один голос звучал непоколебимо "строго и непреклонно осуждающе. То был голос Русской Православной Церкви, сумевшей на духовном уровне распознать ложь, обман, прельщение и даже пагубу, касательно как больных, так и самих "целителей". её (Церковь) обвинили и продолжают обвинять в ортодоксальности, консерватизме и даже средневековом мракобесии. Но практически не один из священнослужителей не склонился в иную сторону. Экстрасенсорика и Православие оказались вещами совершенно несовместимыми; и досужие вымыслы о том, что иерархи Православной Церкви тайком пользуются услугами экстрасенсов конечно же не соответствуют истинному положению вещей и пускаются с вполне понятной целью.

Чем же объясняется подобное убеждение Православной Церкви о нежелательности и даже греховности увлечения подобным видом целительства? Ведь официальная наука как будто бы подтверждает во многих случаях эффективность биоэнер-готерапии, о чем имелось уже немало сообщений в прессе. Ответ на этот вопрос не так прост. Тем не менее, не обладая ни специальными лабораториями для исследования, ни клиническими данными, Православная Церковь за почти двухтысячелетний период выкристаллизовала и накопила глубокие духовные познания, позволяющие точно реагировать и различать суть новых явлений общественной жизни, в каких бы масках и костюмах они ни являлись к нам. Кроме того, за много столетий до времени, в котором мы живем, святыми отцами Церкви уже была открыта и описана удивительно стройная теория о природных энергиях, исходя из которой нетрудно оценить характер биоэнергетических манипуляций, столь популярных ныне.

Так, согласно писаниям св. Максима Исповедника, этого удивительно глубокого мыслителя раннего христианства (582- 662 гг.), все природные энергии могут быть гомогенные (однородные) и гетерогенные (неоднородные). Кроме тварной (то есть созданной Богом энергии) существует ещё и нетварная энергия – Благодать (по лат. СгаНа). Благодать, как явствует из самого названия, есть не что иное, как благой дар Самого Бога. Жизнь человека есть тоже Божественный дар (Ога11а уИа). А весь видимый мир суть энергии, ибо тварен, то есть создан Творцом. Все биологические особи (в том числе и человек) заключают в себе энергии.

Живем мы, постоянно соприкасаясь и взаимодействуя своими биоэнергоструктурами. Таким образом, можно сказать, что жизнь есть способ существования энергий, а не белковых тел, как утверждали классики марксизма. Взаимодействия между носителями энергий происходят постоянно, даже неосознанно. Возможно и осознанное энергетическое воздействие одного человека на другого. Однако здесь надо иметь в виду следующие моменты: та энергия, которую человек передает другому, всегда тварна и очень часто существенно загрязнена. Кроме чисто физического компонента, который можно замерить даже соответствующей аппаратурой, имеет место сложная, глубинного плана информация (голограмма), которая затрагивает уже душевно-духовные структуры личности. Так, одно | лицо (донор, целитель, активное начало) может передать другому лицу (реципиенту, пациенту, пассивному началу) информацию своих болезней, порочных влечений и даже часть того незримого недуга, именуемого не иначе как грех. Этот более тонкий вид биоэнергообмена автор именует взаимовлиянием душ. Часто это напоминает процесс, происходящий с двумя сообщающимися сосудами, хорошо известный в физике. При этом происходит взаимообмен, где более очищенный (духовно) загрязняется, а загрязненный как бы очищается. Субъективно это выражается в том, что одному человеку становится после контакта с другим лицом легче, а тому, напротив, тяжелее.

Подвижники святости и благочестия достигали качественной перестройки деятельности всего организма, вклЬчая клеточно-молекулярный уровень. Они приобретали способность воспринимать, "вмещать в себя" нетварную Божественную энергию.

Такие люди действительно могли совершать чудесные исцеления, но уже не своей тварной энергией, а посредством благодати Святого Духа. Этой теме посвящена моя книга "Чудесные исцеления", где собранные и приводимые факты, как говорится, сами говорят за себя.

Другой опасностью биоэнерготерапии, с позиции Православной Церкви, является невольное (или хуже того – сознательное) служение антибожественному демоническому миру с его прельщениями и уловками при действительно реальном мощном энергетическом покровительстве. Вот истинная разгадка той силы, которую вдруг начинает ощущать у себя в руках поддавшийся этому заманчивому направлению человек. Настораживает массовость экстрасенсорных увлечений, ибо впоследствии (а есть тому уже немало примеров) многие люди, не обладая истинным духовным опытом и знаниями, становятся буквально игрушками в руках демонического мира. Кроме того, очень часто биоэнерготерапевты после нескольких лет (а иногда всего лишь месяцев) практической деятельности отмечают выраженное ухудшение своего душевного и физического здоровья, а порой испытывают буквально трагические потрясения. Таким образом, интенсивное внедрение в медицину биоэнер-гоцелительства представляется явлением крайне опасным. Гораздо более важно развивать истинно духовные пути врачевания, ибо терапия души более эффективна, нежели экстрасенсо-рика в лечении как физических, так и душевных недугов; кроме того, она не несет в себе осложнений и опасных заблуждений. Следует, однако, уточнить, что речь идет об истинной терапии души, а не подделках и манипуляциях под видом новых методов лечения, а на самом деле представляющих мистические или насильственные способы воздействия.


СОТНИЦА ЗЛАТОУСТОВА.

Начальники – те, которые управляют самими собою.

Знание о добре и зле положено в совести всех людей.

Нет, подлинно нет ничего сильнее молитвы и даже ничего равного ей.

Туда, где развратные песни, собираются бесы, а где песни духовные, туда нисходит благодать.

Где злоба и гнев, туда не прилетает Дух кротости.

В клятвах нет никакой необходимости.

Ты гневлив? Будь таков по отношению к своим грехам.

Матерь всех благ и совершительница всякой добродетели – любовь.

Подлинно, ничего не приносит нам столько страданий, как усилившиеся в душе страсти.

Псалом – великий собеседник.

Кто преподает неправое учение, того не слушай, хотя бы он был Ангел.

Будем исследовать свои дела и ни о ком не отзываться худо.

Бедность научает нас и мудрости, и терпению, и всякому любомудрию.

Вожделение дано нам для брака и для деторождения, а не для распутства и растления.

Но греха собственного нет ни одного, который бы происходил из необходимости, но все они зависят от злоупотребления воли.

Бедность по обыкновенному порядку должна производить не леность, а трудолюбие.

Воровство происходит от лености.

Добродетель сообразна с природою, а порок противен ей, как болезнь и здоровье.

Если бы полезно было знать будущее, то Бог не скрыл бы того от нас.

Если ты непременно желаешь славы, то ищи лучше славы от Бога.

Кто сам себя возносит, того не возносят другие.

Нечестие с искусством в слове производит гораздо более зла, чем необразованность.

От множества удовольствий у нас бывает много и грехов, в чем может убедиться всякий.

Обыкновенно не столько причиняют вреда умные звери, сколько порочные люди.

Крест – глава нашего спасения; крест – причина бесчисленных благ.

Крест – есть наша похвала, начало всех благ, дерзновений и все наше украшение.

Кто сказал "помилуй", тот сделал исповедь.

Неужели ты думаешь, что мало нужно силы, чтобы получать оскорбления и не возмущаться.

Расточительный не есть человек великодушный.

Кто употребляет деньги на что следует, тот великодушен.

Поистине велика душа та, которая не раболепствует страсти и почитает деньги за ничто.

Всеведущий не имеет нужды в свидетелях и доказательствах.

Воздержание от зрелищ может быть названо началом целомудрия.

Страсть не знает предела, но прекращается только тогда, когда убьёт того, кто одержим ею.

Ничто так не доставляет душе спокойствия и тишины, как кротость и смиренномудрие.

Ненавидеть тяжело и сопряжено с беспокойством, а любить легко и удобно.

Гнев есть зверь, зверь жестокий и лютый.

Гнев есть то же беснование, только временное.

Великой душе свойственно не думать о собственном удовольствии, а заботиться о других.

Страсти суть тираны.

Недостатки ближних должно умалчивать и прикрывать.

Никто тебя не осудит, если ты будешь осуждать себя сам.

Не делать, а терпеть зло – вот истинное преимущество.

Не ищи славы у безумных, но признавай достаточным для тебя иметь славу людей разумных.

Никто так не прекрасен душою, как человек простой.

Это духовная пристань души (о Церкви).

Нет ничего приятнее человека, который не умеет гневаться.

Чем большим кто окружен богатством, тем большего ещё желает.

Начало гордости есть неведение Господа.

Гордость есть крайняя глупость.

Человек нередко бросается в бездну, чтобы только другие удивлялись ему.

Если же кто не в состоянии управлять своею душою, то как он будет править государством?

Гнев не имеет силы, если не получит её от тебя.

Гнев есть не что иное, как безумное раздражение.

Ничто не делает столь бесстыдным, как испорченная совесть.

Молиться о вреде врагам – дело беззаконное.

Нет ничего святее того языка, который в несчастиях благодарит Бога.

Будем оплакивать не умирающих, а тех, которые оканчивают жизнь в пороках.

Целомудрие есть воздержание и препобеждение похотей борьбою (а не бегством).

Удовольствия порока кратковременны, а скорбь постоянна.

Нет ничего ничтожнее славы человеческой.

Мы должны хранить имущество так, как будто оно у нас чужое.

Будем презирать деньги, чтобы не потерять из виду своей души.

Любовь лучше власти и всякого богатства.

Если ты сделал добро, то день для тебя хорош, а если ты согрешил, то он худ и мучителен.

Если у тебя чиста совесть, то ты имеешь настоящий праздник.

Жена есть пристань и важнейшее врачевство от душевного расстройства.

Если должно сносить тяготы друг друга, то тем более сносить недостатки жены.

Женщина имеет великую силу как для добродетели, так и для порока.

Когда не подозреваешь ничего злого, тогда не можешь и замышлять зла.

Бедствия располагают к милосердию и человеколюбию.

Для того крылья у птиц, чтобы избегали сетей; для того и разум у людей, чтобы избегали грехов.

Часто от смеха рождаются скверные слова, от скверных слов – ещё более скверные дела.

Пребывание на зрелищах порождает любодеяние, невоздержание и всякое бесстыдство.

Всякое благое дело есть плод любви.

Лучше замарать себя отвратительною грязью, чем грехами.

Беден тот, кто не может сносить бедность.

Но если уничтожится милосердие, то все погибнет и истребится.

Если он добродетелен и богат, это справедливо.

Болезни телесные исцеляет искусство врачей, а больную душу скоро исцеляют изречения Христовы.

Что телесная пища для поддержания наших сил, то и чтение Писания для души.

Если богатство дается глупому, то оно делает его ещё глупее, если распутному – ещё распутнее.

Пред добродетелию все богатства вселенной хуже грязи, меньше сучка.

Ничто так не делает людей глупыми, как злоба.

Первая добродетель и даже все добродетели состоят в том, чтобы быть странником и пришельцем в этом мире.

У тебя есть язык не для того, чтобы передразнивать другого, а чтобы благодарить Бога.

Любовь есть корень, источник и матерь всего доброго.

Без любви никакие дарования ничто.

Не говори мне о любви низкой, которая скорее болезнь.

Итак, перестанем сначала хищничать, и тогда уже станем подавать милостыню.

Великое благо – сознавать свои грехи, постоянно думать о них.

Седина тогда почтенна, когда украшенный ею поступает так, как прилично седине.

Старец есть царь, если захочет им быть.

Когда я бываю ненавидим, а сам не ненавижу, тогда другой имеет меня врагом, а не я его.

Это таинство и здесь делает для тебя землю небом (о причастии Святых Тайн).


СОТНИЦА СВ. ИСААКА СИРИНА

Когда бываем боримы, то это значит, что мы противоборствуем.

Покаяние есть возобновление крещения.

От ложного умиления рождается возношение, а от истинного – утешение.

Гнев есть желание зла огорчившему.

Раздражительность есть... безобразие души.

Кто приобрел любовь, тот устранился от вражды.

Как огонь противен воде, так и кающемуся несродно судить.

Судить – значит бесстыдно похищать сан Божий.

Ложь есть истребление любви.

Лицемерие есть матерь лжи.

Кто стяжал страх Божий, тот устранился лжи.

Уныние есть расслабление души, изнеможение ума.

Будем укрощать чрево помышлением о будущем огне.

Целомудрие есть чистота души и тела.

Все бесы покушаются помрачить наш ум, а потом уже внушают то, что хотят.

Сребролюбец есть хулитель Евангелия и добровольный отступник.

Сон есть некоторое свойство природы, образ смерти, бездействие чувств.

Как много пить зависит от привычки, так и много спать.

Многий сон есть неправедный сочинитель, пожирающий у ленивых половину жизни или ещё более.

Страх есть лишение твердой надежды.

Гордая душа есть раба страха.

Все боязливые тщеславны.

Кто сделался рабом Господа, тот боится одного своего Владыки.

Тщеславный человек есть идолопоклонник, хотя и называется верующим.

Всякий Человек,жоторый любит себя, выказывает тщеславие.

Ничто не приносит столько пользы ближним, как смиренный и непритворный нрав и слово.

Часто Господь исцеляет тщеславных от тщеславия прижигающим бесчестием.

Гордый подобен яблоку, внутри сгнившему, а снаружи блестящему красотой.

Тьма чужда света, и гордый чужд всякой добродетели.

Кто пленен гордостью, тому нужна помощь Самого Бога; ибо "суетно" для такого спасение человеческое.

От скверной гордости рождается несказанная хула.

Пьянство бывает причиною преткновения, а гордость – причиной непотребных помыслов.

Кротость есть скала, воздвигающаяся над морем раздражительности, о которую разбиваются все волны.

В кротких сердцах почивает Господь, а мятежливая душа – седалище дьявола.

Кроткая душа – престол простоты, а гневливый ум есть делатель лукавства.

Тихая душа вместит слова премудрости.

Незлобие есть тихое устроение души, свободной от всякого ухищрения.

Часто падение исправляло лукавых, невольно даруя им спасение и незлобие.

Смирение есть такое хранилище сокровищ, которое для хищников неприступно.

Избирай лучше оскорбить людей, нежели Бога.

Лукавство происходит от возношения и от гнева.

Болезнь посылается иногда для очищения согрешений, а иногда для того, чтобы смирить возношение.

Кто вначале не жил в повиновении, тому невозможно приобрести смирение.

Посвящай начатки дня твоего Господу; ибо кому прежде отдашь их, того они и будут.

Бог судит о покаянии не по мере трудов, а по мере смирения.

Легкомысленные люди бывают орудиями бесов, и особенно против их врагов (то есть людей Божиих).

Непоколебимая надежда есть дверь беспристрастия.

Воздержание есть матерь здравия.

Прилежная молитва есть погибель унынию.

Желание бесчестий есть исцеление раздражительности.

Видимую гордость исцеляют скорбные обстоятельства, а невидимую – Предвечный и Невидимый.

Из того, что видим в природе, можем брать ясные наставления и для духовной жизни.

Как облака закрывают солнце, так и греховные помыслы помрачают и губят ум.

Как огонь не рождает снега, так и ищущий земной славы не получит небесной.

Как вода смывает буквы, так и слеза может очищать согрешения.

Как умирающему невозможно ходить, так и отчаявшемуся невозможно спастись.

Уединенный имеет нужду в великом трезвении и неразвлекаемом уме.

Небезопасно плавать в одежде, небезопасно и касаться богословия тому, кто имеет какую-нибудь страсть.

Безмолвник есть земной образ Ангела.

Безмолвие есть непрерывная служба Богу и предстояние перед Ним.

Падение послушнику – собственная воля, а безмолвнику – оставление молитвы.

Вера – крыло молитвы.

Терпение есть отсечение оправданий и внимание к себе.

Терпение рождает надежда и плач.

Прежде приятия силы духовной не читай книг, чуждых правоверия.

Вся ткань молитвы твоей да будет немногословна.

Не употребляй в молитве твоей премудрых выражений.

Не старайся многословить, беседуя с Богом.

Вера воскрыляет молитву, и без веры молитва не может взлететь на небо.

Молитва есть зеркало иноков.

Душа тогда молится с чувством, когда она бывает превыше раздражительности.

Во время молитвы не принимай никакого чувственного мечтания, чтобы не впасть в исступление ума.

Будь мужественным во всех случаях, и Сам Бог будет твоим учителем в молитве.

Некоторые говорят, что бесстрастие есть воскрешение души прежде воскрешения тела.

По мере оскудения любви бывает в нас страх.

Сила любви в надежде, ибо в надежде ожидаем.

Надежду разрушает гневливость.

Любви к брату своему не заменяй любовию к какой-либо вещи.

Тому, кто привязан к земному, невозможно домогаться небесного.

Самооправдание – не христианского жития дело, об этом нет и намека в учении Христовом.

Выше всякой добродетели рассудительность.

Никого не обличай, не поноси, даже и крайне худых по жизни своей.

Уклоняйся от дерзости в речах, как от смерти.

Если ты мирянин, то проводи время в занятиях добрыми мирскими делами.

Мир есть блудница, которая взирающих на нее с вожделением красоты её привлекает в любовь к себе.

Молитва в чине своем выше милостыни.

Кто обрел любовь, тот каждый день и час вкушает Христа.

Покаяние есть корабль, а страх – его кормчий, любовь же – Божественная пристань.

Благодати предшествует смирение, а наказанию предшествует самомнение.

Праздность же почитай началом омрачения души.

Как душа по природе лучше тела, так дело душевное лучше телесного.

Кто обрел зависть, тот обрел с нею диавола.

Бойся привычек больше, нежели врагов.

Похвала льстеца – скрытая сеть.

Взыщи разума, а не золота.

Будь дружен со всеми людьми, а мыслию своей пребывай один.


СОТНИЦА СВТ. ФИЛАРЕТА МИТРОПОЛИТА МОСКОВСКОГО (ДРОЗДОВА)

Чем глубже человек в смирении, тем лучше видит небо.

Молитва друг о друге есть лучшее из общений.

Но работать Господу можно и в уединении, и в семье.

Обличать человека по своей воле едва ли нужно, разве сам он подаст случай сказать ему истину.

Не худо поставить щит против нападающего, но не надобно выставлять себя для стрел.

Входить в спор всегда нежелательно...

На порицание лучше отвечать кротостию, нежели порицанием.

Клевет бояться не должно, а брать против них осторожность нужно.

Кто довольно знает и судит себя, тому недосужно судить других.

Легкого ветра легкомысленных слов человеческих не превращайте в бурю...

Духовный закон говорит, что надобно помочь ближнему, и притом не оскорбляя другого.

По рассуждению древнего философа, ударом осла не должно тревожиться.

Будем доверять и молчанию друг друга, как доверяем слову.

Одно смирение может водворить в душе мир.

Люби слушать советы, а не похвалы.

В минуты негодования и гнева не надобно позволять себе говорить и действовать.

Невидимые, но подлинные грехи видеть иногда препятствуют человеку видимые, но мнимые добродетели.

Да взыщем радости, в которой бы не скрывалось жало печали.

Да не страшимся и печали, которая в радость будет.

Небесполезно в болезни испытывать чувство отрешения от мира, чтобы и после болезни придерживаться сего чувства.

Печаль может быть справедлива, но никогда не должна быть чрезмерна.

Печаль никогда не должна быть сильнее веры в Бога и надежды на Него.

Что бы ни произошло, надобно веровать в Его милосердие и надеяться от Него помилования.

Один Бог может утешить истинно, и тогда как дарует, и тогда как отъемлет.

Если терпишь скорби безвинно, благодари Бога.

Душу свою человек не до глубины видит.

От несчастного примера может родиться несчастный обычай.

Надобно, чтобы простота была не без мудрости.

Как не догадался до сих пор, что простота обличает, а изысканность мучит?

Надобно опасаться, чтобы не написать больше того, что говорит истина, или меньше того.

Только на истине и правде основать можно спокойствие себе и другим.

Можно стучать в запертую дверь с молитвою, но с советами можно только войти в отверстую.

Хорошо молчание с кротостию и с смирением.

Каковы бы ни были обстоятельства, унывать не надобно: от уныния делам не лучше, а нам самим хуже.

Не всякий подвиг всякому полезен и удобен.

Опытная мудрость говорит: в радости не забудь готовиться к скорби, в скорби не забудь надеяться лучшего.

В наше время мы много хвалимся и не довольно каемся.

Наши изуродованные суетою обычаи... угрожают более, нежели внешние враги.

Непокойный век умножает дела.

Печально то, что видим: и паки печально то, что видящие не видят.

Как время наше походит на последнее!

Что это за несчастье, что о злоупотреблениях все говорят и никто не может победить их.

Жалуются, что в церкви часты праздники: а в театре праздники ежедневно.

Чужие ошибки не оправдывают наших...

Только спокойные и кроткие обличения вразумляют людей...

Лучше избыток доверия, нежели избыток подозрения.

Чтобы сильно предстательствовать за человека, надобно его верно знать.

Боюсь человека, который замечен не мирным к начальнику.

Надобно беречь каждого, но ещё больше беречь дух всего общества.

Дар прощать выше дара исправлять наказанием.

Начальник должен быть выше оскорбления подчиненных.

Утешительна в скорби человеку мысль, что он не сделал зла другим.

Тишина духа утешает нервы.

А куда ведет Бог – добрый путь!

Кажется нужнее поощрять и наставлять людей, нежели переписывать уставы.

Слова не мелочи, когда дело идет о догматах и о святых...

Что нынешнее воспитание располагает к своеволию, это правда.

Молитву Церковь влагает в уста, чтобы она проникла в сердце.

Слава Богу, что дал Он тоску по церкви.

Очень жаль, что и монахи смотрят вверх, а не в землю, как учили отцы.

Призвание наше, по возможности, исправлять людей, а не раздражать.

И мысль о юбилее для меня не привлекательна.

Должно делать нужное и приличное, а не мечтать о великолепии бесполезном. ,

Читайте святителя Тихона и посмотрите, что такое простота церковная.

Явится хороший пример, найдутся подражатели.

В служении нужна простота, естественность и внятное слово...

Для спасения нужно веровать, исполнять заповеди, очищать сердце, а не любопытствовать.

Надобно стараться и добрые дела вести с осторожностью, чтобы впереди их не шло наше мудрование и наша воля.

Можно гневом только произвести или увеличить раздражение другого.

Привести в лучшее расположение можно только терпением и миром.

Слово человеческое может быть изострено, как меч, и тогда оно будет ранить и убивать...

Истина не перестает, когда перестает слово.

Да не будет ни слово праздно, ни молчание бессловесно.

Одно смирение может водворить в душе мир.

Душа не смиренная, непрестанно порываемая и волнуемая страстями, мрачна и смутна, как хаос...

Радость земная проницается печалью, потому что душа сокровенно чувствует неудовлетворенность земного и потребность лучшего.

Дела, о которых рано провозглашают, часто кончаются звуком слов.

Отцы учат не останавливать мыслей наших на тех людях, которые занимают лучше нас положение...

Не расточайте великих слов для мелочей. Берегите их для того, что истинно велико.

Всем новым творцам акафистов надобно пожелать, чтобы их акафисты были произведением духа, а не литературы.

Немощь брата надобно покрывать и тихо исправлять...

По уважению и любви к высшим не очень удаляйся от них, но и не очень приближайся к ним, чтобы не случилось быть им в тягость.

Провидение Божие не случайно попускает поражающие события, но или в наказание, или в наставление.

Всякому подвизающемуся о своем спасении можно и должно сказать: не ищи сокровенное и будущее.

Бог хочет терпения и надежды, если подвергает душу лишению для её испытания и очищения.

Надобно различать дело молитвы и услаждения в ней.

И в семейной жизни можно находить и отделять время для молитвы и молчания.

Мне кажется, врагов бывает мало; а более недоброжелательствующих по ошибочному пониманию людей и дел их.

Клеветы и учат осторожности; а осторожность делает бессильными клеветы.

В уповании на Бога понесем трудности и сохраним наш мир, хотя бы не встречали его со стороны других.

Итак, любовь не теряет от молчания.

Есть люди, для которых невидимое как будто не существует...

Будьте незлобивы, как дети, будьте добры, как дети, будьте простодушно любящи, как дети.

Одни видят и веруют; другие не видят и веруют: и все блаженны тем, что веруют.

Если терпишь искушение и скорбь от ближних, упражняй себя в терпении и в прощении оскорбляющим.

Машина, если не может делать зла, то не может делать и добра, блаженствовать.

Твердой истине слабые доказательства не только не пользуют, но и вредят, открывая уязвимое место врагам.

Пускаться в низший путь, ощупью пролагаемый своемыслием человеческим, есть упадок (о магнетизме).

Терапия души В.К. Невярович

АМЕРИКАНСКИЙ СПЕЦНАЗ РАЗБИТ НА УКРАИНЕ. БОЙ РАССЕКРЕЧЕН

Наши бойцы разбили американский спецназ на Украине - в том числе ликвидирован Джозеф Уорд Кларк, которого называли сотрудником спецслужб США. Его смерть пытались засекретить в Госдепе США, однако ниче...

Опустошение Украины. Реальные перспективы мобилизации и войны

Судя по последним сообщениям с украинского фронта и из украинского тыла, долгожданный распад украинской армии таки начался. На него неоправданно рассчитывали уже в первой фазе спецопера...

Украинский трафик: России есть чем ответить на газовый шантаж Киева

На днях Киев заявил, что Украина останавливает транзит газа через "оккупированную" газораспределительную станцию "Сохрановка" в Луганской области. Как известно, ЛНР полностью о...