Удары возмездия. США тайно модифицировали РСЗО HIMARS, переданные Украине

Укры в наступлении

8 1576

ATOMIC CHERRY, [14.09.2022 14:31]

По окончании Второй Мировой войны в СССР возник довольно занятный миф, долгое время продвигаемый в качестве базового элемента военной теории. Миф этот основывался на специфическом, сугубо советском опыте, и гласил, что кадровая армия погибает в первые 3 месяца боевых действий – дальше же тяжесть войны ложилась на плечи резервистов.

Примечательно, что эта странная концепция не только не умерла, но и по какой-то трагикомической причине была спроецирована на современность – на украинскую армию. В ряде полуофициальных информационных источников можно было встретить утверждения, что кадровые части ВСУ погибли, а опытных солдат, офицеров и сержантов больше нет.

Это не было правдой с самого начала – значительное количество кадровых бригад ВСУ с начала конфликта практически не принимали участия в боевых действиях, пребывая в стратегическом резерве. Лишь часть подразделений находилась непосредственно на линии фронта, выполняя роль каркаса, вокруг которого обеспечивалась боевая устойчивость бригад, укомплектованных мобилизованными солдатами.

За минувшие полгода части ВС РФ крайне редко сталкивалась с профессиональными подразделениями ВСУ, имеющими боевой опыт. Таковые преимущественно были представлены авиацией, ПВО, ракетно-артиллерийскими бригадами и прочими специалистами, которых нельзя было заменить мобилизованными.

Наступление – крайне сложный процесс с точки зрения участвующих в нем солдат и их командиров. В грамотно выстроенной эшелонированной обороне солдату может быть достаточно некой базовой подготовки. Но при проведении наступательных операций высокий профессионализм и мотивация будут необходимы. Солдаты и офицеры должны обладать высочайшим уровнем понимания военного дела, чтобы хорошо ориентироваться в стремительно меняющейся обстановке, когда линия фронта сдвигается каждый день на десятки километров. Никакое оснащение и техника в таких условиях не могут восполнить отсутствие знаний, опыта, тренировок – качество человеческого материала определяет всё.

Сейчас мы видим, что после 24 февраля украинская армия начала  готовиться к проведению наступательных операций одновременно с реализацией стратегической обороны. Для украинцев это было непростой задачей – они никогда не рассчитывали наступать. К этому не было готово ни высшее командование, ни офицерский корпус, ни солдаты – все доктрины ВСУ строились лишь вокруг оборонительных операций. Лично я не предполагал, что украинская армия сможет освоить науку наступления всего за полгода – осознавая сложность процесса, я считал эту задачу титанической и почти невыполнимой (это равно что автомеханик возьмется за ремонт реактивного самолёта, если говорить языком простых аналогий. Формально и то, и другое – работа с механизмами, но дьявол кроется в деталях).

Кадровые бригады из состава стратегического резерва ВСУ принимали участие в боевых действиях ограниченным составом в виде ротно-тактических групп с целью получения боевого опыта, а также, согласно доступным ныне данным, проходили дополнительную подготовку в Британии (британская легкая пехота по праву считается лучшей в мире, а многие ее наработки создавались именно для борьбы с массовыми армиями «мобилизационного типа» – словом, учиться у них определенно было чему). В совокупности все это позволило не только сберечь ценные кадры, но и довести их подготовку до уровня, позволяющего проводить сложные маневры, из которых и состоят наступательные операции.

Нужно отметить, что ВСУ смогли не просто перейти от обороны к наступлению, но и превзойти свою собственную планку профессионализма. Украинское наступление на Харьков-Изюмском направлении оказалось операцией современного ассиметричного типа: фронт прорывался небольшими мобильными подразделениями, которые опирались на огневую поддержку высокоточного оружия.

Продолжение ниже... (https://t.me/atomiccherry/489)

@atomiccherry 

https://t.me/atomiccherry/488


ATOMIC CHERRY, [14.09.2022 14:31]

Начало выше... (https://t.me/atomiccherry/488)

Как заметил читатель, в тексте выше очень много внимания уделено подготовке личного состава. Это не случайность – Харьковско-Изюмская наступательная операция проводилась ВСУ в условиях крайне ограниченных ресурсов, и ее успех определился не количеством задействованной техники и вооружений, а инициативой и профессионализмом солдат.

Командование ВСУ пошло на большой (хотя и просчитанный) риск, потому что украинские подразделения двигались вперед практически без зенитного прикрытия, не имея паритета в артиллерийских системах и испытывая недостаток бронированного транспорта для личного состава. Резервы такого транспорта у ВСУ сильно истощены по объективным причинам – легкая БТ в силу своих конструктивных особенностей быстрее выходит из строя и редко подлежит восстановлению, в отличие, например, от танков.

Активами ВСУ были мотивированная мобильная пехота, танковые подразделения и системы высокоточных ракетно-артиллерийских вооружений (в ограниченном количестве).

Операция, повторюсь, была именно ассиметричного типа – говоря языком византийской военной мысли, «мудрый стратиг – это тот, кто ещё до начала военных действий тщательно изучит всё, чем располагает противник, и, с одной стороны, защитит себя от его преимуществ, а с другой стороны, обратит в свою пользу его слабости» («Стратегикон Маврикия», книга VII). Планы ВСУ строились с учетом слабых сторон противника, что позволило украинцам компенсировать недостатки своих войск.

Так, отсутствие войсковой ПВО успешно купировалось скрытностью и мобильностью – российская авиация, не имеющая эффективных средств разведки и целеуказания, физически не могла найти и наносить удары по украинским ротно-тактическим группам. Подразделения ВСУ на марше прикрывали высокомобильные зенитные взводы на пикапах, вооруженные ПЗРК, которые организовали зенитные засады на летательные аппараты ВВС РФ (вынужденные действовать на низких высотах из-за отсутствия высокоточного оружия).

Нехватку артсистем ВСУ восполнило за счет, во-первых, поражения российских складов боеприпасов, а во-вторых, за счет мобильности и точности работы собственных артдивизионов, привязанных к сетецентрическим системам повышения ситуационной осведомленности и управления войсками. В ходе операции украинская армия задействовала преимущественно самоходную артиллерию европейского производства – САУ Krab и PzH 2000.

Нехватка легкой бронетехники также была восполнена высокой мобильностью и скрытностью перемещения ротно-тактических групп, перемещавшихся на легких тактических внедорожниках типа HMMWV и коммерческих автомобилях типа «пикап». Именно здесь и сыграла свою важную роль выучка и мотивированность кадровой пехоты – действуя стремительно, агрессивно и инициативно, она смогла проникнуть на оперативную глубину и продвигаться вперед, покрывая до 25 км в сутки (это очень высокие показатели суточного продвижения).

Немалое значение сыграли в данном процессе качественная цифровая связь, насыщенность украинской пехоты средствами огневого поражения разных типов (большое количество гранатометов, ПТРК, безоткатных орудий, пулеметов), отлаженная автомобильная логистика, наличие сетецентрических систем управления войсками (несмотря на то, что передовые подразделения ВСУ представляли собой небольшие, но многочисленные тактические группы, оперативное командование всегда и точно понимало, где находятся подчиненные ему РТгр, что позволяло успешно корректировать их действия). Стоит, конечно, сказать и о высококлассной разведке и аналитике, без которых проведение операций в современных боевых действиях просто невозможно.

Резюмируя, можно сказать, что Харьков-Изюмская наступательная операция была примером реализации доктрины молниеносной войны в ее классическом трактовании – центральной движущей силой процесса стали не железо и объемы огневой мощи, а люди; их инициатива, интеллект, выучка, агрессивность и мотивация – словом, все те добродетели, которые в свое время воспитывали ведущие военные школы.

@atomiccherry 

https://t.me/atomiccherry/489


ATOMIC CHERRY, [15.09.2022 12:08]

Дополняя предыдущие тексты (https://t.me/atomiccherry/488), резонно сказать о и Херсонском направлении. Территория Правобережья, занятая подразделениями ВС РФ, представляет собою местность, максимально неблагоприятную для проведения наступательных операций.

Отсутствие лесных массивов и прочих естественных укрытий практически не позволяет задействовать хоть сколько-нибудь серьезное количество бронетехники. По этой причине ВСУ используют тактику «ползучего наступления» с использованием практически одной лишь пехоты. Выход на оперативный простор де-факто невозможен: регион рассекает множество ирригационных каналов, которые представляют собой хоть и небольшие, но все же существенные водные преграды. Кроме того, немалая часть линии фронта пролегает по реке Ингулец, которую в текущих условиях форсировать нелегко.

Словом, сам тип местности на театре военных действий дает силам ВС РФ широкие возможности для оборонительных операций.

Но патовой ситуацию, тем не менее, назвать нельзя. Сейчас подразделения ВСУ находятся в 20 км от Херсона, тогда как в конце августа они были более чем в 32 км от города. Украинская армия с самого начала имела огневой контроль над переправами через Днепр, и за прошедшие недели сентября лишь увеличила его, вынеся вперед собственные огневые рубежи. Это безусловно, оказывает сильное воздействие на российскую военную логистику, сковывая силы ВС РФ на Правобережье: в сложившихся условиях их невозможно как усилить и насытить боеприпасами, топливом и техникой, так и просто начать их отвод на левый берег Днепра. Любые перемещения крупных масс войск в районе переправ будут с легкостью обнаружены и поражены ракетно-артиллерийскими вооружениями.

Стратегия действий ВСУ на южном направлении разительно отличается от Харьков-Изюмской операции. Как было сказано выше, наступление проводится силами одной лишь пехоты, точнее – пехотных ротно-тактических групп, работающих в стиле тактик Первой Мировой войны: расширяющих сети траншей («ползучее наступление»), либо атакующих российские опорные пункты в качестве штурмовых отрядов.

Подобный подход позволяет нивелировать превосходство сил ВС РФ в штурмовой авиации (в силу сложности атаки малоразмерных и подвижных целей), а также негативные стороны типа местности – пехоте легче оставаться незамеченной даже в условиях степи.

Впрочем, это не отменяет потерь, которые несет украинская пехота – пешим подразделениям сложно маневрировать на местности, отступать в случае преждевременного обнаружения; трудно вводить в бой резервы и нет возможности быстро пополнять боекомплект, а также «иметь под рукой» достаточное количество огневых средств.

Одновременно украинские ракетно-артиллерийские подразделения оказывают всеобъемлющее огневое воздействие на российскую военную инфраструктуру и силы, размещенные в ближнем и дальнем тылу. Это воздействие и является основным элементом пусть медленного, но все же достаточно стабильного продвижения наземных сил.

Атака тыловых объектов в какой-то степени обеспечивает паритет «наползающей» украинской пехоте: у ВС РФ нет возможности на постоянной основе концентрировать артиллерию в местах прорыва, истощаются и резервы, необходимые для укрепления обороны.

Подводя итоги, ситуацию на Херсонском направлении можно обозначить, как «сложную». Оперативная обстановка, тип местности – все это способствует боям на истощение, которые могут длиться долгие недели.

@atomiccherry 

https://t.me/atomiccherry/490


Взрыв на авиабазе Энгельс

Относительно взрыва на авиабазе Энгельс. По неофициальной информации прилетел беспилотник (какого типа не указывают) и повредил два самолета. По сути атакован один из объектов ядерной триады РФ. Если ...

Содержанки

И снова на связи творческая элита. «Нет у россиян большей героини, чем Алла Пугачёва. Кто сейчас? Эти, которые поют какие-то сумасшедшие песни с лицами такими озверелыми? Они вместе не переве...

Войну начали НАТО и Украина, но писать историю будут не они

Японский эксперт Ивао Осаки (Iwao Osaki – доктор политологии, окончил юридический факультет Университета Кейо и докторантуру Высшей школы международных отношений Университета Рицумейкан...

Обсудить
  • под Харьковом у России не было сплошной линии обороны,войска находились на небольших опорных пунктах и в небольших посёлках и городках.Понятно что с учётом лесистой местности сложно оборонятся гарнизонами и опорняками а фактически невозможно.Российское командование посчитало что данная территория не имеет какой-то стратегической ценности и просто оставило её.А вот после этого хвалёные всу упёрлись в созданную сплошную линию обороны у Купянска и...сдохла..всё.Теперь они сидят по тем же опорным пунктам и сёлам под непрерывными арт.обстрелами.Не знаю хорошо это или плохо но российское командование решило что такая ситуация РФ устраивает.По видимому ставка сделана на наступление холодов и неизбежные проблемы у всу и медленное истощение их резервов.Если у Херсона всу не сможет что-то сделать(а думаю так и будет) то при холодах у России откроется масса возможностей, например просто вырубить свет на большей части украины или нанести массовые удары ракетами по открывшимся частям всу.Спешить надо всу и они это понимают.
  • Успели провести наступление до дождей и раскисшего чернозёма. Теперь будет оперативная пауза. Восполнение потерь, пополнение материальных средств, обучение резервов, ожидание пока замёрзнет грязь. Далее можно вновь провести операцию
  • Автор не уточнил лишь одно : Почему "ОН" ещё не работает (по совместительству) в генштабе РФ??? :point_up: :trollface: :thumbsup:
  • :joy: :joy: :joy: :joy: муйня
  • Слишком много букаф