![](http://cont.ws/uploads/pic/2015/9/001%20%D0%9D%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D0%B5%20%D0%BE%20%D1%81%D1%82%D0%B0%D1%80%D1%8B%D1%85%20%D0%B8%D0%BC%D0%BF%D0%B5%D1%80%D0%B8%D1%8F%D1%85.jpg)
Странная история получилась: стоило заикнуться об имперском, как в inosmi.ru появился перевод польской статьи, в которой нам рекомендовано устыдиться — всё советское забыть, считать себя неудачниками и старательно перевоспитываться, пока Запад не решит, что нас уже можно похвалить. Чудо или накликал? Похоже на чудо, если автор не кокетничает, прикидываясь, что не знал о статье «Империя, которая не хочет умирать» («Rzeczpospolita», Польша).
Не прикидываюсь, не знал, случайно набрёл, подбирая материалы по теме для продолжения. Вероятно, что-то витает в воздухе, но ещё вероятнее, противник в информационной войне бьёт по «скрепам». Польская статья была опубликована три дня назад, перевод появился на сайте ИноСМИ сегодня утром.
Анджей Ломановский (автор статьи) всё своё выступление построил на помещении нас в статус «сироток», потерявших «родителя» — СССР. Пожульничал, приводя примеры искреннего заблуждения множества «совков» относительно места России в мире и представлений граждан РФ себя во всеобщей семье народов планеты.
Это маневрирование понять легко — текст откровенный и издёвки не замаскированы. Замаскирована зависть и ощущается обида — Речь Посполита Польска от моря до моря на веки вечные так и не доросла. Побыв империей, распалась, ёжилась под Российской, а после гибели царизма прожила не долго — вертелась, как могла, и заигрывала с сильными мира сего, как девица не шибко строгого нрава. Теперь стала марионеткой США.
Вопрос можно было задать: «Чья бы корова мычала об имперском синдроме и ложных представлениях о величии?» Риторический, конечно, вопрос. Однако мы не злопамятные, Пилсудского припоминать никому не собираемся, но «Варшавянку» ещё не забыли. Ибо память пока хорошая. Не так ли?
Следовало бы, однако, присмотреться к «свидетельствам».
«Меня посадили в тюрьму за то, что во Львове на улице я говорил по-украински», — рассказывал мне в 90-е диссидент и слесарь Иван Гель. «Однажды в Грозном на меня в автобусе накричал один русский, потому что я разговаривал с приятелем по-чеченски. Он требовал, чтобы мы перестали нести тарабарщину», — вспоминал, в свою очередь, один командир чеченских партизанских отрядов времен первой войны (1994-1997). В гражданской жизни он был инженером на нефтеперерабатывающем предприятии в Грозном, а инцидент в автобусе произошел в начале 70-х годов.
Для тех, кто родился после распада СССР, в статье много не то чтобы правдивого, а как бы правдоподобного, но тем, кто не байки с прицелом на перевирайтинг собирал, а прожил десятилетия в Союзе, понятно, что на грамм правды в статье ведро помоев и тонна лжи.
ИноСМИ дали нам почитать, что «наши партнёры» пишут своим о нас прошлых, чтобы оклеветать нас сегодняшних. Понадобится ещё цитата из писаний Ломановского.
Памятники вождю революции стоят по всей бывшей империи — от Бреста до Владивостока. Главный заповедник «совка» — это Белоруссия: большая страна, чьи жители отказались от национальной идентичности. Дальше идут Приднестровье и Донбасс со своим неопределенным «русскоязычным населением», которое стремится к «многонациональному единству» на базе русского языка и в основном не владеет языком своих народов. Там, докуда в Донбассе доходит украинская власть, памятники идолу сносят, хотя одновременно никто не заставляет говорить по-украински. Сам Киев — двуязычный город, а украинские добровольческие батальоны, которые стали для российской пропаганды эталоном национализма, состоят на 80% из русскоязычных.
Если и были сомнения, стоит ли писать об осознании, самоидентификации, имперском духе и прочих важных вещах, то теперь отпали. Как ни странно, польский окрик помог.
И по причине появления следующего умозаключения тоже:
Эмиграция образованных и «несоветских» россиян на Украину превращает Киев в центр живой, пульсирующей русской культуры. Такого диссонанса не выдержит ни один «совок». Ведь «многонациональное единство» органически связано с российской культурой. До сих пор единственным ее источником была Москва, и это совпадало с иерархическим устройством мира типичного поклонника прежней империи. Для него российская столица была венцом всего. Но сейчас появляется вторая столица культуры, вдобавок «мать городов русских» (как называют Киев), которая может оказаться более живой и привлекательной, чем первая — немного закоснелая, ленивая и коррумпированная излишней близостью к власти.
Разговор нужен, продолжение следует. Нам из-за границы с аппетитом объясняют, какие мы никчёмы и головотяпы. И даже уверяют, что «лучшие» из нас уже сбежали и в среде квазиполитиков лёгкого поведения числятся как бы даже авторитетами. Что ж… Продолжаем разбираться. Только учтём, что со шлюхами о нравственности говорить бессмысленно — не поймут. Говорить будем не с автором статьи в польском издании «Rzeczpospolita», а с его адекватными земляками и между собой. Короче, продолжение следует, поскольку «Империя умирать не хочет».
Оценили 29 человек
133 кармы