Где царь - там и Москва ч.122

0 1265

Александр III принял на себя правление в тот отрезок истории Руси-России, когда деятельность мировой сионистской мафии, зародившаяся в начале конца царствования последнего из Рюриковичей Ивана Грозного, стала набирать силу и успех в эпоху проникновения на престол государства, прозападного клана Романовых. 

Сионская вакханалия в России стала выходить на самый пик после того, как народовольцы, являвшимися основным инструментом в руках сионистских сил Британии и других ведущий стран Западной Европы, зверски убили Александра II.

Посмотрим создавшуюся ситуацию, сложившуюся в тот период: отец только что был убит террористами-народниками; между властью и обществом назрело множество противоречий, все со дня на день в страхе ждали революции.

Александру Александровичу пришлось преодолевать этот кризис,  в двадцатилетнем возрасте. Управлять такой огромной империей в окружении расцвета масонского движения, когда на империю давило величайшее зло, как извне, так изнутри, молодому государю приходилось непросто. Ведь его никогда не готовили к этой роли - наследовать престол должен был его старший брат Николай. Однако в 1865 году он внезапно серьезно заболел и вскоре умер, а заполнить пробелы в образовании новоиспеченного наследника так и не удалось.

Единственное, что ему удалось понять – это неумолимо надвигающееся падение империи в результате реформ, явившимся итогом заигрывания высших государственных лиц с масонством.

Он понял, что нужны были контрреформы. Но было уже поздно – сионо-масонский маховик передела мира остановить было уже невозможно. Уж очень сильно и продуктивно поработал на развал империи один из пунктов сионистского плана – крепостное рабство, введенное ЛжеРомановым Петром I...

Будущий российский император рос в семье многочисленной и многодетной. Только законных детей у Александра II было шестеро: Николай, Александр, Владимир и Алексей родились с перерывом в полтора-два года. Затем, уже после значительной паузы, Сергей и Павел.

Кроме того, в морганистическом браке с княгиней Долгорукой были рождены ещё двое мальчиков: Георгий и Борис (последний умер в младенчестве).

Старший из законных братьев, Николай, названный в честь деда, родился в сентябре 1843 года и был вторым ребенком в семье наследника престола (первым была девочка, Александра). Так что в этой семье не было острой проблемы престолонаследия, как у Александра I или Николая II.

Хотя официально великий князь Николай Александрович стал наследником не сразу, а лишь после смерти деда в феврале 1855 года, однако принцип преемственности власти по старшинству сулил царствование ему, и внимание родителей сосредоточилось, прежде всего, на нем.

В раннем детстве воспитание детей было сходным: все они были на попечении нянюшек-англичанок и целой армии кадровых военных, их опекавших. На этом настаивал дед-император, да и отец придерживался такой же точки зрения.

 Двух старших братьев Николая и Александра одновременно начали учить и грамоте, и военному делу. Наставница, В. Н. Скрипицына, давала им первые уроки чтения и письма, арифметики и священной истории, а военные воспитатели, руководимые генерал-майором Н. В. Зиновьевым и полковником Г. Ф. Гогелем обучали их фронту, маршировке, ружейным приемам, смене караула.

Только самое начальное обучение оба старших брата проходили вместе: скоро стала сказываться разница в возрасте, да и задачи перед ними стояли разные. Обучению наследников престола в XIX веке уже придавалось большое значение.

1852 году, наставником августейших детей наследника цесаревича Александра Николаевича был приглашен…Я. К. Грот, который должен был четыре дня в неделю заниматься во дворце с семи часов утра до двух, с небольшими промежутками. Служба эта особенно трудна была от мая до ноября, когда Грот должен был ездить в Царское Село, Петергоф или Гатчину еще накануне, чтобы быть во дворце в семь часов утра.

 "Стоявшие тогда во главе воспитания генералы Н. В. Зиновьев и Г. Ф. Гогель, - пишет Грот, - пользовались им также, чтобы заменять других уезжавших на лето в отпуск преподавателей, и ему приходилось брать на себя их уроки, например, по французскому, английскому языкам и вообще повторять по всем предметам".

Так продолжалось три года, когда в конце 1856 года был призван для заведования учением великих князей посланник в Константинополе В. П. Титов. который был человек эрудированный, любознательный до крайности и всем интересовавшийся. 

Титов сделал Грота своим помощником и вызвал из Дрездена г. Гримма, совсем не знавшего русского языка, который ранее был наставником великого князя Константина Николаевича. Титов пробыл при дворе около двух лет (с осени 1856 года до весны 1858 года), после Гримм занял его место.

В 1859 году, 8 сентября, в день совершеннолетия великого князя Николая Александровича, окончилось участие Грота в воспитании их высочеств. Место воспитателя при великом князе Александре Александровиче занял профессор Константин Петрович Победоносцев - главный идеолог контрреформ Александра III , который, равно как и другие преподаватели, находил у великого князя Александра Александровича тихий нрав, простоту, прямодушие и добросовестность в занятиях.

Русский язык ему преподавал Э. Ф. Эвальд, превосходный оратор и чтец, а старший его брат Ф. Ф. Эвальд – физику. Известный историк С. М. Соловьев читал русскую историю, и у него многому научился царственный ученик, особенно уважавший этого наставника.

Александр Александрович считался в семье человеком, которому государственная деятельность откровенно не по плечу. Тетушка императора великая  княгиня Елена Павловна в то время «громко говорила, что управление государством должно перейти к Владимиру Александровичу». И это при том, что и Владимир не блистал какими-либо талантами.

Великий князь Константин Николаевич признавал полную неподготовленность Александра к престолу (уже после его воцарения), заявляя, что и он, и Владимир «в детстве и юношестве были предоставлены почти исключительно самим себе».

А. И. Чивилев, учитель Александра, «ужаснулся» от перспективы его воцарения", а Б. Н. Чичерин от встреч с ним приходил в «полное отчаяние», не слыша от него «ни одной живой мысли, ни одного дельного вопроса».

Ничто в Александре не давало оснований считать его способным управлять государством. В его официальной биографии, которую принялся было составлять С. С. Татищев по образцу своего сочинения об Александре II, но не завершил, содержится такая, максимально подретушированная, характеристика:

«По свойствам своего ума и нрава Александр Александрович представлял полную противоположность старшему брату. По отзыву Грота, в нем не замечалось внешнего блеска, быстрого понимания и усвоения; зато он обладал светлым и ясным здравым смыслом, составляющим особенность русского человека, и замечательной сообразительностью, которую он сам называл „смекалкою“.

 Учение давалось ему, особенно на первых порах, нелегко и требовало серьезных с его стороны усилий… Александр Александрович отличался в классе внимательностью и сосредоточенностью, прилежанием и усидчивостью. Он любил учиться, на уроках допытывался… до корня, усваивал, хоть и не без труда, но обстоятельно и прочно. Труднее всего давалась ему теория языков; любимым же занятием его было чтение, преимущественно рассказов и путешествий».

Да и сам наследник не очень-то желала становиться императором России. 

Князь В. П. Мещерский в 1865 году вспоминал: «В это лето назначено было торжественное принесение присяги новым наследником престола. Двор накануне дня присяги переехал в Елагин дворец. Впервые после императора Николая двор поселялся в Елагином дворце. Вечером я посетил цесаревича в одном из флигелей возле дворца. Он предложил мне с ним пойти пешком гулять. Во время прогулки великий князь был невесел и неразговорчив. Понимая его душевное состояние, я воздерживался от того, что называется занимать собеседника. На берегу Невы мы присели на скамейку. Цесаревич сел и вздохнул.                                                                                         Я обернулся к нему и спрашиваю:                                                                           - Тяжело вам?                                                                                                              – Ах, Владимир Петрович, – ответил мне цесаревич. – Я одно только знаю, что я ничего не знаю и ничего не понимаю. И тяжело, и жутко, а от судьбы не уйдешь.                                                                                             – А унывать нечего: есть люди хорошие и честные, они вам помогут.                                                                                                                          – Я и не думаю унывать. Это не в моей натуре. Я всегда на все глядел философом. А теперь нельзя быть философом. Прожил я себе до 20-ти лет спокойным и беззаботным, и вдруг сваливается на плечи такая ноша. Вы говорите: люди; да, я знаю, что есть и хорошие и честные люди, но и немало дурных, а как разбираться, а как я с своим временем управлюсь? Строевая служба, придется командовать, учиться надо, читать надо, людей видеть надо, а где же на все это время?..                                                                                                         Действительно, дела предстояло бедному великому князю страшно много. Ему надо было серьезно заниматься военной службою, и ему нельзя было избегнуть официальной стороны своего нового положения, т. е. приемы и обязанность быть везде там, где государь бывает.                                                                                                                     Несмотря на летнее время, съезд был к выходу многочисленный. Цесаревич прочел присягу взволнованным, но громким и ясным голосом. После присяги я зашел к цесаревичу поздравить его и передать ему впечатления торжества».

12 июня 1866 года было официально объявлено о помолвке цесаревича Александра Александровича и принцессы Марии-Софии-Фредерики-Дагмар. 1 сентября 1866 года принцессу Дагмар провожали в далекую Россию.

Великий сказочник Ганс Кристиан Андерсен не сдержал слез, когда принцесса, проходя рядом с ним, протянула для прощания руку «Бедное дитя!», – напишет он позже. – Всевышний, будь милостив и милосерден к ней! Говорят, в Петербурге блестящий двор и прекрасная царская семья, но ведь она едет в чужую страну, где другой народ и религия, и с ней не будет никого, кто окружал ее раньше». Торжественный въезд принцессы в российскую столицу был назначен на 17 сентября.

А в октябре 1866 года Александр женился Дагмаре, принявшей при крещении имя Мария Федоровна. В их семье воцарилась удивительная теплота отношений. Вскоре новый наследник стал не только молодоженом, человеком семейным, но и отцом.

 Александр любил семью и детей. «Рождение детей, – пишет он Победоносцеву в связи с появлением на свет дочери, – есть самая радостная минута жизни и описать ее невозможно, потому что это совершенно особое чувство».

1 марта 1881 г. террорист-смертник И. Гриневицкий смертельно ранил Александра II, а 2 марта 1881 г. Александр III взошел на трон. Торжественная церемония резко контрастировала с горем на лицах собравшихся. Весь молебен присутствующие стояли на коленях, и вместе со всеми стояли на коленях плачущие новые император и императрица.

У всех присутствующих нервы наши были напряжены до предела. Физическая усталость, в соединении с вечной тревогой, довела царедворцев, почти до истерического состояния. У каждого в голове буяла мысль: что же будет дальше?

Образ покойного Государя, склонившегося над телом раненого казака и не думающего о возможности вторичного покушения, не покидал никого из видевших момент покушения на Александра II. Все понимали, что что-то несоизмеримо большее, чем их мужественный монарх ушло вместе с ним невозвратимо в прошлое.

Идиллическая Россия с Царем Батюшкой и его верноподданным народом перестала существовать 1 марта 1881 г. Всем стало ясно, что Русский Царь никогда более не сможет относиться к своим подданным с безграничным доверием. Не сможет, забыв цареубийство, всецело отдаться государственным делам.

 Романтические традиции прошлого и идеалистическое понимание русского самодержавия в духе славянофилов – все это будет погребено, вместе с убитым императором, в склепе Петропавловской крепости.

 Взрывом унесшего жизнь царя, был нанесен смертельный удар прежним принципам, и никто не мог отрицать, что будущее не только Российской Империи, но и всего мира, зависело теперь от исхода неминуемой борьбы между новым русским Царем и внутриимперскими сионо-масонскими стихиями отрицания и разрушения, подзуживаемые из Лондона…

В своём Манифесте о восшествии на престол Алнександ Александрович написал:

«Господу Богу угодно было в неисповедимых путях Своих поразить Россию роковым ударом и внезапно отозвать к Себе ея благодетеля Государя Императора Александра II-го. Он пал от святотатственной руки убийц, неоднократно покушавшихся на Его драгоценную жизнь. Они посягали на столь драгоценную жизнь, потому что в ней видели оплот и залог величия России и благоденствия Русского народа. Смиряясь пред таинственными велениями Божественного Промысла и вознося ко Всевышнему мольбы об упокоении чистой души усопшего Родителя Нашего, Мы вступаем на Прародительский Наш Престол Российской Империи и на нераздельных с нею Царства Польского и Великого Княжества Финляндского.

Подъемлем тяжкое бремя Богом на Нас возлагаемое с твердым упованием на Его всемогущую помощь. Да благословит Он труды Наши ко благу возлюбленного Нашего Отечества и да направит Он силы Наши к устроению счастия всех Наших верноподданных.

Повторяя данный Родителем Нашим Священный пред Господом Вседержителем обет посвятить по заветам Наших предков всю жизнь Нашу попечениям о благоденствии, могуществе и славе России, мы призываем Наших верноподданных соединить их молитвы с Нашими мольбами пред Алтарем Всевышняго и повелеваем им учинить присягу в верности Нам и Наследнику Нашему, Его Императорскому Высочеству, Цесаревичу Великому Князю Николаю Александровичу.

Дан в Санкт-Петербурге в 1 – й день Марта, в лето от Рождества Христова тысяча восемьсот восемьдесят первое, Царствования же Нашего в первое…»

Идеалами нового императора стали неограниченное самодержавие, укрепление общественного контроля и сословных границ, самобытное развитие страны без оглядки на Европу.

Но в первые дни после воцарения Александр Александрович пребывал в растерянности: «Народная воля» предъявила царю ультиматум с требованием о созыве Учредительного собрания, и никто не знал, насколько сильны террористы. Либералы тоже требовали созыва представительства, консерваторы выступали резко против.

Новый император сначала не афишировал свой политический курс. Но когда стало ясно, что горстка террористов ничем не угрожает самодержавию, Александр обозначил свой переход к борьбе с масонами. После эпохи «Великих реформ» наступило время контрреформ.

В начале царствования Александра III внутри правительства разгорелась борьба между либеральными и консервативными министрами. 

8 марта 1881 г. он отверг проект конституции, составленной министром внутренних дел М. Т. Лорис-Меликовым, которой предлагалось ввести общероссийский представительный орган. Выслушав сторонников и противников проекта, император закрыл заседание и более не возвращался к этой теме

Манифест «О незыблемости самодержавия», составленный Победоносцевым и М. Н. Катковым, поставил точку в спорах о дальнейшей политике императора. После этого подали в отставку либеральные деятели прежнего царствования.

Контрреформы, консервативный поворот в политике Александра III не означал полного отказа от преобразований. Продолжалась крестьянская реформа. 28 декабря 1881 г. издан закон об обязательном выкупе крестьянами надельной земли и понижении выкупных платежей. Была отменена подушная подать, т. е. подать с каждой души на крестьянском дворе.

В 1882 г. учрежден Крестьянский банк (начал действовать с 1883 г.). Банк предоставлял крестьянам ссуды для покупки земли в частную собственность. В 1880-х гг. был издан ряд законов, определявших права рабочих и условия их найма. Для контроля за исполнением владельцами-работодателями законодательства учредили фабричную инспекцию.

Министры финансов Н. X. Бунге, И. А. Вышнеградский и С. Ю. Витте начали крупные экономические и финансовые реформы, которые получили одобрение и поддержку императора. С 1891 г. таможни получили возможность оградить отечественную промышленность от притока дешевых иностранных товаров, наводнявших русский рынок.

В условиях бурного экономического подъема курс рубля быстро вырос и окреп. Началось строительство крупнейшей в мире Транссибирской железнодорожной магистрали. Единственным трудным испытанием, пережитым в эти годы Россией, стал массовый голод 1891 г., вызванный неурожаем.

При Александре III за Россией были закреплены земли Средней Азии, а в отношении национальных окраин впервые стала проводится политика сохранения национальных, этнических и культурных обычаев на этих территориях.

В 1881 г. был восстановлен в Европе «Союз трех императоров» – России, Германии и Австро-Венгрии, который, однако, просуществовал недолго. В 1887 г. Александр прервал союзнические отношения с австрийцами и не дал возможность Германии подготовить новое военное вторжение во Францию.

Он вынудил Вильгельма I отвести крупную германскую армию от французской границы. В 1891–1893 гг. Александр III удивил весь мир, оформив военный и политический союз России с республиканской Францией. Русского царя именовали Миротворцем как в России, так и за границей.

Теперь о личности Александра III. Современники этого государя, да и сегодняшние историки упрекали и упрекают его в консерватизме и реакции. Для начала разберемся с понятием консерватизм.

КОНСЕРВАТИЗМ ранц. conservatisme, от лат. conservo – охраняю, сохраняю) – система взглядов, отстаивающая и охраняющая традиционный церковный, государственный и общественный порядок, в противоположность либерализму, требующему прогрессивных реформ.

Как исторический термин «консерватизм» появился после Французской революции 1789 г. Консерваторы призывали к укреплению влияния религии в обществе, к единоличной и централизованной верховной власти, к усилению мощи государства и дееспособности армии, к противодействию чрезмерному расширению самоуправления.

Консерватизм сохраняет традицию, в которой прошлое не исчезает без следа, а хранится, консервируется для настоящего и будущего. Настоящее для консерватора имеет ценность, если оно, внося в жизнь новое творчество, соотносится с традицией, с прошлым. Разве это плохо, что консерватор стремится обеспечить устойчивость общества и государства во время социальных бурь, защитить государственный и общественный организм от разрушительных тенденций?

Русские консерваторы считали традиционными формами жизни России самодержавие, православие, сословный строй. Они резко критиковали либерализм и революционные настроенная, т. к. не без основания предполагали, что и либералы, и революционеры способствуют разрушению Российской государственности.

К счастью для России, Александр III обладал всеми качествами крупного администратора. Убежденный сторонник здоровой национальной политики, поклонник дисциплины, настроенный к тому же весьма скептически, он вступил на престол предков, готовый к борьбе.

Слишком хорошо зная придворную жизнь, он испытывал определённую дозу презрения к бывшим сотрудникам своего отца, а основательное знакомство с правителями современной Европы внушило ему вполне обоснованное недоверие к их намерениям.

 Александр III справедливо считал считал, что большинство русских бедствий происходило от неуместного либерализма нашего чиновничества, от их участия в различных масонских кругах и от исключительного свойства русской дипломатии поддаваться, а иногда и продаваться, всяким иностранным влияниям.

Сразу же, буквально, через сутки после погребения своего отца, Александр III особым манифестом дал перечень намеченных им реформ. Многое подлежало коренному изменению: методы управления, взгляды, сами сановники, дипломаты и пр

«Наступили дни „черной реакции», – плакали либерасты. Но биографии новых министров, казалось бы, опровергали это предвзятое мнение.

 Князь Хилков, назначенный министром путей сообщения, провел свою полную приключений молодость в Соединенных Штатах, работая в качестве простого рабочего на рудниках Пенсильвании.

Профессор Вышнеградский – министр финансов – пользовался широкой известностью за свои оригинальные экономические теории. Ему удалось привести в блестящее состояние финансы Империи и немало содействовать повышению промышленности страны.

Заслуженный герой русско-турецкой войны генерал Ванновский был назначен военным министром. Адмирал Шестаков, высланный Александром II за границу за беспощадную критику нашего военного флота, был вызван в Петербург и назначен морским министром.

Новый министр внутренних дел граф Толстой был первым русским администратором, сознававшим, что забота о благосостоянии сельского населения России должна быть первой задачей государственной власти.

С. Ю. Витте, бывший скромным чиновником управления Юго-Западных железных дорог, обязан был своей головокружительной карьерой дальнозоркости царя, который сразу же признал талант Сергея Юльевича, назначив его товарищем министра.

Николай Карлович Гирс

Назначению Гирса, тонко воспитанного, но лишенного всякой инициативы человека, на пост министра иностранных дел вызвало немалое удивление как в России, так и за границей. 

Но Александр III только усмехался. Охотнее своего он предпочел бы быть самолично русским министром иностранных дел, но так как он нуждался в подставном лице, то выбор его пал на послушного чиновника, который должен был следовать намеченному им, монархом, пути, смягчая резкие выражения русского Царя изысканным стилем дипломатических нот.

Последующие годы доказали и несомненный ум Гирса. Ни один „международный властитель дум и сердец “, ни один „кумир европейских столиц" не мог смутить Гирса в его точном исполнении приказаний Императора. 

И, таким образом, впервые после роковых ошибок, Россия нашла свою ярко выраженную национальную политику по отношению к иностранным державам.

Сформировав совет министров и выработав новую политическую программу, Александр III обратился к важному вопросу обеспечения безопасности Царской семьи. Он разрешил его единственным логическим способом – именно переехав на постоянное жительство в Гатчинский дворец, где еще «витала тень Гамлета» - его предка Павла Первого

Гордость Царя была задета: „Я не боялся турецких пуль, и вот должен прятаться от революционного подполья в своей стране", говорил он с раздражением. Но Император Александр III сознавал, что Российская Империя не должна подвергаться опасности потерять двух Государей в течение одного года.

Что же касается его государственной работы, то она только выиграла от расстояния, отделявшего Гатчину от С.-Петербурга. Это расстояние дало Александру III предлог для того, чтобы сократить  обязанности по представительству, а также уменьшить количество визитов родственников (император томился на семейных собраниях) и Гатчинский дворец стал, наконец, тем, чем он должен был быть, – местом трудов самого занятого человека России…

Продолжение следует…

Коварные хитропланы и суровая реальность

У чужого пасть и то слабее открывается Предупреждение! Нижеследующий текст может вызвать непоправимое изменение картины мира и острую анальную боль у верующих в американское всемогущество и хит...

Началось: в Йеллоустоуне произошел гидротермальный взрыв

В Йеллоустонском национальном парке произошел гидротермальный взрыв. Подобное явление может быть свидетельством начала пробуждения супервулкана, который способен своим извержением переп...

Государственную Думу следует распустить

Виктор Анисимов Тезисно.ИМХО. В связи с тем что Государственная Дума России не отражает волю и надежды нашего народа, отклоняет законопроекты и не принимает законы направленные на ...