Дронов-камикадзе «Герань-2» по объектам ВСУ в городе Белая Церковь. Первые назначения в новых субъектах РФ

Где царь – там и Москва ч. 156

8 739

Как и обещали, расскажем о действиях «вождя Революции» - В.И. Ульянова. По опыту 1905 г. он знал: в революции нельзя опаздывать, иначе к руководству не прорвешься. Только попасть в Россию для него было трудно. Швейцарию окружали воюющие государства.

А контрразведки Франции и Италии хорошо знали, что большевики работают на противника. Ехать же через Германию или Австрию Ленин боялся, чтобы не скомпрометировать себя. Его окружение было нашпиговано германскими агентами: Платтен, Моор, Кескюла, Гримм, Радек.                                                                                                           С Владимиром Ильичом и с германским посланником фон Ромбергом завязались переговоры, вырабатывались варианты, на которые Ленин согласился бы.

Однако карту российской революции разыгрывали не только немцы. Троцкого в Нью-Йорке окружали британские агенты Вайсмана — Рейли, Вайнштейны. 

https://socialego.mediasole.ru...                                                                                                                              Сам Вайсман еще до переворота усиленно начал заниматься российскими делами.                                                                                                  В начале 1917 г. он разработал план «Управление штормом», представив его своему начальству. Суть плана заключалась в том, чтобы завербовать среди политэмигрантов агентов влияния, имеющих вес в революционной среде, посылать их в Россию и через них направлять революционную бурю в нужном для союзников русле.                        Руководство английской разведки одобрило проект, выделило Вайсману 75 тыс. долларов. Еще 75 тыс. он получил в США, от Шиффа.  А самым перспективным агентом, идеально подходившим для подобного плана, был Троцкий.                                                                           Тем более что Рейли неоднократно характеризовал Льва Давидовича как человека, которого «можно купить за деньги» (см. Спенс Ричард Б. "Никому не доверяйте. Секретный мир Сидни Рейли". Лос-Анджелес: изд. Дикий Дом. 2002).

Официально обосновывалась задача «Управления штормом» — не допустить выхода России из войны, удержать ее в лагере Антанты. Но если учитывать близкие отношения Вайсмана с полковником Хаузом, то можно увидеть, что данные проекты имели и глубинную подоплеку.

Как раз в это время, в 1916–1917 г., в правящей верхушке США вызрел еще один план, куда более глобальный. Его можно назвать «планом Хауза». Впрочем, такое обозначение условно. Ведущий специалист по американской истории А. И. Уткин предпочитал выражение «стратегия Хауза».

Конечно, ее разработчиком являлся не один «серый кардинал» Вильсона, и мы не знаем, отрабатывался ли план в виде единого документа. Но сохранились письма, дневники Хауза, из которых можно увидеть: такой план существовал и нацеливался он ни больше ни меньше как на мировое господство США (см.  "Архив полковника Хауза" / Предисл. А. И. Уткина. М.: АСТ, 2004).

Некоторые из пунктов уже были выполнены. Обеспечив себе за период нейтралитета колоссальные экономические и финансовые выгоды, Америка стала «мировым кредитором». После этого вступила в войну, чтобы пожать политические выгоды. Помогла англичанам подставить Россию, организовать Февральскую революцию. Но ограничиваться этим не следовало. Россия должна была пасть окончательно.

Ещё задолго до Збигнева Бжезинского Хауз "пророчествовал": «Остальной мир будет жить более спокойно, если вместо огромной России в мире будут четыре России. Одна — Сибирь, а остальные — поделенная Европейская часть страны» (см. там же).

Правда, в таком случае державы Антанты оставались без самой сильной союзницы. Но без России французам, англичанам, итальянцам пришлось бы возлагать все надежды на Америку — и она получала возможность диктовать собственные условия.                                                  А для победы следовало использовать пропагандистские средства. Объявить, что война ведется не против народов Германии и Австро-Венгрии, а только против агрессивных монархических режимов, наводить мосты с оппозицией в этих странах и вызвать революции. Вильсон назвал эту тактику «сшибанием кайзера с насеста».

Ну а после победы выдвигался проект — «надо построить новую мировую систему», образовать «мировое правительство», где будет лидировать Америка                                                                                               . Сделать это предполагалось пропагандой «демократических ценностей». Провозгласить их приоритетом всей международной политики.                                          

Бедствия мировой войны следовало объяснить недостаточной демократией европейских держав. А утверждение «подлинной демократии» — единственным средством предотвратить подобные катастрофы в будущем.

Таким образом, США становились мировым учителем демократии и мировым контролером, получая право вмешиваться в дела других государств, оценивая их «демократичность». Хауз убеждал Вильсона: «Мы должны употребить все влияние нашей страны для выполнения этого плана» (см.  Уткин А. И. "Первая мировая война". М.: Алгоритм, 2001).

Что же касается Вайсмана, то остается открытым вопрос, на кого он работал? Только ли на Англию? После войны в британской разведке было поднято обвинение, что он действовал в интересах «другой державы».                                                                                                              Началось расследование, и обвинение было настолько весомым, что Вайсман предпочел не возвращаться на родину. Он остался в США и был принят в банковский концерн Шиффа «Кун и Лоеб». Отсюда видно, какая «другая держава» имелась в виду.

Президент Вильсон решил направить в Россию своего личного неофициального представителя. На эту роль был выбран уже известный нам специалист по России (и по революциям) Чарльз Крейн, его сын стал помощником госсекретаря США Лансинга, и Крейн имел доступ к самым тайным замыслам Белого дома. 

Он направлялся в нашу страну под предлогом изучения «религиозных условий». Настоящей его задачей было провести политическую, экономическую разведку и подготовить почву для приезда полномочной президентской миссии. В качестве помощника он взял с собой видного американского социалиста и издателя Линкольна Стеффенса.

Крейн отчалил из Нью-Йорка 27 марта на борту лайнера «Кристианиафиорд». На причале в это время был устроен многолюдный митинг, но не в его честь.                                                          По странному совпадению этим же пароходом отправлялся в Россию Троцкий!                                                                                                          Транзитную визу через британскую зону морского контроля ему обеспечил помощник Вайсмана капитан Твейтис, ведавший в консульстве паспортным столом. Встречался ли Крейн на корабле с Троцким? Если да, то о чем беседовал с ним? Это осталось неизвестным.

Но совместное плавание Крейна и Льва Давидовича продолжалось лишь неделю. 3 апреля в канадском порту Галифакс Троцкого, его семью и пятерых спутников — Мухина, Фишелева, Романченко, Мельничанского и Чудновского — английские власти сняли с парохода как германских агентов и интернировали в лагере Амхерст.

Виза, полученная при содействии британской разведки, не помогла. Мало того, повод для его ареста создал… Вайсман. Доложил в Лондон, что Троцкий везет немецкие деньги для новой революции в России (см.  Шамбаров В. Е., Чавчавадзе Е. Н.  "Лев Троцкий. Тайны мировой революции". изд. М.: Вече, 2016).

 Эта  задумка резидента МИ-6 дала свои результаты. У Троцкого якобы нашли «немецкие деньги» на ведение пацифистской пропаганды в России. Была организована утечка этой информации в мировую печать. Троцкого заклеймили как немецкого шпиона.                                                 Такой ход отлично камуфлировал истинные намерения и дальнейшую работу Льва Давидовича по заданию англичан - не допустить мира России с Германией. Через несколько дней он будет отпущен и благополучно продолжит путешествие в Россию, где наряду с Лениным станет вождем октябрьского переворота.

Арестом группы  англичане демонстрировали всему миру: Троцкий вовсе не их агент, а германский. А кроме того, Ленин в это время еще оставался в Швейцарии, прощупывал, как бы ему попасть на родину.      Мы уже видели, как в 1905 г. придержали Ленина, выдвигая на главную роль Троцкого.                                                                                       Сейчас, наоборот, придержали Троцкого. Лидером следующей революции должен был стать Ленин. Именно проехавший через Германию и тем самым маркировавший себя в качестве германского агента.                                                                                                                           Вину за дальнейшие подрывные операции против России заведомо перекладывали только на немцев.

Список пассажиров опломбированного вагона

А переговоры в Швейцарии завершились сценарием «пломбированного вагона» — как бы экстерриториального, который проследует через Германию без таможенного и паспортного контроля.

9 апреля 30 пассажиров во главе с Лениным покинули Цюрих. Немцы были настолько заинтересованы в заброске в Россию ленинского «десанта», что давали поезду «зеленую улицу», задерживали воинские и санитарные эшелоны.                                       Людендорф писал: «Наше правительство, послав Ленина в Россию, взяло на себя огромную ответственность. Это путешествие оправдывалось с военной точки зрения. Нужно было, чтобы Россия пала».

В Швеции Ленина встретили Ганецкий и шведские социалисты. С Парвусом Владимир Ильич встретиться не пожелал, считал его фигуру слишком скомпрометированной. Но от лица Ленина переговоры с Парвусом провел Радек. Они были жизненно важными, речь шла о деньгах.

В Стокгольме было создано Загранбюро ЦК РСДРП в составе Воровского, Ганецкого, Радека и Семашко. Оно как раз и должно было заниматься финансированием.                                                                     В России полным ходом началась «раскрутка» Ленина. До сих пор даже внутри партии большевиков его не считали однозначным лидером, были и другие руководители, как, например, депутаты большевистской фракции Думы.

Теперь в газетах появились заголовки: едет «вождь революции». Это прибытие в Петроград было великолепно отрежиссировано, приурочив его к 3 (16) апреля, на Пасху, когда улицы были полны людей, возвращавшихся от всенощной.

От Петроградского Совета пришли встречать Чхеидзе и Скобелев. Выстроили почетный караул, оркестр. Устроили шествие от вокзала к особняку балерины Кшесинской, захваченному мятежными солдатами — большевики расположили там свой штаб. Звучали речи с броневика, с балкона…

Невзирая на такую рекламу, большевистская партия еще не воспринимала Ленина «вождем».                                                             Когда он огласил свои «Апрельские тезисы» — программу борьбы с Временным правительством и передачи власти Советам — ЦК их отверг.                                                                                                                    «Правда» напечатала тезисы с пометкой, что это «личное мнение товарища Ульянова», не разделяемое бюро ЦК.

Но рядом с Лениным оказались талантливые помощники, такие как Яков Свердлов. Плели интриги, оставляя за бортом конкурентов и несогласных, а главным козырем стали деньги, хлынувшие от Парвуса - формировалась фактически новая партия.

Это уже не рыхлое сборище эмигрантов-теоретиков, а боевая организация. Деньги позволили закупить типографское оборудование, огромными тиражами выпускать газеты, листовки, заваливая ими и столицу, и другие города, и армию.                                                                       Уже в конце апреля в войсках Петроградского гарнизона и среди рабочих произошли крупные волнения. Но большевики еще не успели сорганизоваться, чтобы воспользоваться ими.

В Россию прибыл и Крейн. Он себя не рекламировал, но работу развернул тоже интенсивную. Встречался со своим протеже, послом Френсисом, с другим своим протеже — Милюковым.

https://ljwanderer.livejournal...                                                  В Петрограде к миссии Крейна присоединился профессор Фрэнк Голдер. Он был направлен Американским географическим обществом якобы для перевода на английский язык путевого журнала экспедиции Беринга.                                                                                                                       Но в правительстве США Голдер считался одним из лучших экспертов по России. Наверное, неслучайно он появился в Петрограде буквально накануне революции, наблюдал все события.                                                   Крейн дал ему задание, вовсе не связанное с журналом Беринга, но послал во Владивосток, куда приехала американская железнодорожная миссия. Голдер повез ее по Транссибирской магистрали, изучая главную транспортную артерию нашей страны.

А в это время контрразведка представила Временному правительству доказательства финансирования большевиков из Германии. Связь их мятежа с событиями на фронте тоже выглядела очевидной. Новому главе государства - масону Керенскому пришлось подтвердить приказ на аресты.

В тюрьму попали Каменев, Иоффе, Антонов-Овсеенко, Коллонтай, Козловский, Луначарский, Троцкий, Раскольников и др.                                                                                                Но Ленина сам Керенский предупредил через общего знакомого, он скрылся. Прятался на частных квартирах, а потом товарищи придумали, как вывезти его из города, минуя наряды и патрули на железнодорожных станциях.                                                                            Впоследствии подробности не разглашались, но в партийном руководстве знали о них.                                                                                     Ленину сбрили бороду и усы, переодели в женское платье, Сталин и Аллилуев вывели его на берег Невы, где ждал катер с матросами. Отвезли его в Кронштадт, а оттуда в Сестрорецк, и он очутился в Разливе (см. 2. Арутюнов А. Ленин. "Досье без ретуши". М.: Вече, 2002).

Но самым болезненным ударом для большевиков стали даже не аресты и не бегство Ленина. Куда хуже для них оказалось вскрытие контрразведкой каналов финансирования. Основной из них, из «Ниа-банка» в «Сибирский банк», оказался парализован.

Обнародование этой информации означало бы «политическую смерть» партии. От нее отвернулись бы все: и рабочие, и солдаты, и крестьяне.

 Министр юстиции Переверзев, ознакомившись с результатами расследования, загорелся нанести такой удар.

Вместе с меньшевиком Г. А. Алексинским он выступил в газете известного журналиста-разоблачителя Бурцева «Общее дело» о германских деньгах большевиков.                                                                     Но раскрутить столь важную тему ему не позволили! Самые влиятельные члены правительства — Керенский, Терещенко, Некрасов — обвинили Переверзева, что он нарушил «тайну следствия», и отправили в отставку. Газету «Общее дело» закрыли.

А проблему с финансированием революционеры сумели решить. Аресты почему-то обошли одного из руководителей восстания — Свердлова. Он был депутатом городской думы, членом Центрального исполнительного комитета (ЦИК) Советов, и его объявили лицом неприкосновенным.

Усилиями Свердлова был созван VI съезд партии большевиков. Принял курс на вооруженное восстание и на объединение с троцкистами. А у них были свои денежные источники, не связанные с Германией. Информация, что съезд принял решение о восстании, попала в прессу, разразился скандал. Но правительство никаких мер не предприняло! Даже разгонять съезд не стало и партию большевиков не запретило. Ну а их закрытые газеты тут же начали выходить под другими названиями.

Чтобы отвлечь внимание от большевиков, началось следствие об «измене» царя и его семьи в пользу Германии.                                                 Было объявлено, что государь и его супруга должны задержаться в России, поскольку их объяснения могут понадобиться следственной комиссии.                                                                                                                       Англичане стали мелочно торговаться, что Временное правительство должно оплатить проживание царской семьи в их стране. Вспомнили вдруг и об опасности на море. Соглашались прислать крейсер, если не будет риска, требовали гарантий противника.                                                Милюков через посредничество Дании запросил немцев, и они повели себя благородно. Заверили: «Ни одна боевая единица германского флота не нападет на какое-либо судно, перевозящее государя и его семью».

Но, когда проблему утрясли и Милюков опять раз обратился к англичанам, через Бьюкенена ему передали странный ответ: «Правительство Его Величества больше не настаивает на переезде царя в Англию» (как будто оно прежде «настаивало»!).                                 А преемнику Милюкова на посту министра иностранных дел, Терещенко, была вручена нота, что государя и его семью не пустят в Англию до конца войны: «Британское правительство не может посоветовать Его Величеству оказать гостеприимство людям, чьи симпатии к Германии более чем хорошо известны».

Николая II, столько сделавшего для союзников, до конца сохранявшего рыцарскую верность им, полили грязью на дипломатическом уровне — огульно и голословно!

Между прочим, после войны англичане напрочь отреклись от всех этих фактов. Просто заявляли, что ничего этого не было.                                   Ллойд Джордж в опровержение эмигрантских обвинений писал: «Романовы погибли из-за слабости Временного правительства, которое не сумело вывезти их за границу».                                                       Вся переписка по поводу выезда царя за рубеж в советских архивах сохранилась. Ее приводит бывший советский посол в Англии В. И. Попов (см. Соболев Г. Л. "Тайный союзник. Русская революция и Германия". СПб.: Изд-во СПбГУ, 2009).

Потуги Чрезвычайной следственной комиссии доказать «измену» Николая II и его супруги рассыпались в прах. Их положение стало совершенно неопределенным. На них не было никакой вины, но они оставались под арестом!

https://zen.yandex.ru/media/id...                            А в это время надежды патриотов связались с Корниловым. Вокруг него смыкались офицерство, казачество, интеллигенция. В его поддержку подали голос те же самые «герои» Февральского переворота, оказавшиеся не у дел — Львов, Гучков, Родзянко.                                      Те же самые организации, стоявшие за ними — партии кадетов и октябристов, ВПК, Земгор, ядро Думы, — подталкивали Корнилова действовать решительно, на Московском Государственном совещании ему устроили триумфальную встречу, несли на руках.

Жесткую линию Верховного Главнокомандующего в полной мере одобряли и державы Антанты.                                                                           Бьюкенен докладывал в Лондон: «Все мои симпатии на стороне Корнилова… Он руководствуется исключительно патриотическими мотивами».                                                                                                            Делать ставку на Корнилова советовали британскому правительству военный представитель при русской Ставке генерал Батлер, заместитель министра иностранных дел Сесиль.

Французский премьер-министр Рибо писал послу в Петрограде Нулансу: «Все союзники чрезвычайно заинтересованы в том, чтобы Керенский и Корнилов сумели организовать энергичное правительство».                                                                                                        Англия и Франция провели совместную конференцию и постановили — поддержать Корнилова.

Его план предусматривал установление диктатуры, но не единоличной, а диктатуры правительства. Намечалось направить в Петроград надежные войска, разогнать большевиков, разоружить и расформировать разложившийся 200-тысячный гарнизон, моряков Кронштадта.                                                                                                                    Если же на их стороне выступят Советы — разогнать и их тоже. После этого предполагалось распространить на тыловые районы законы военного времени, подтянуть армию и твердой рукой довести страну до Учредительного Собрания.                                                                                          С этим планом был согласен и Керенский, отдав приказ 3-му конному корпусу двигаться к Петрограду.

Но ту случилось, то, что позволило историкам считать  «мятеж Корнилова»  мнимым, отвлекающим маневром британских спецслужб по окончательному добиванию Империи.

26 августа Керенский поднял шум, будто он «раскрыл заговор», объявил Корнилова «изменником» и на заседании правительства потребовал себе «диктаторские полномочия» для подавления «мятежа».

Такая перемена вогнала в транс даже министров. Они решительно возражали. Но Керенский совершил еще один сногсшибательный маневр.                                                                                                                              27 августа он распустил правительство и присвоил «диктаторские полномочия» сам себе. От Корнилова он потребовал отменить движение войск к Петрограду, отстранил его от должности, на что не имел никакого права, и назначил Верховным Главнокомандующим… себя.

Корнилов отказался выполнить совершенно противозаконный приказ. Однако за Керенского вдруг вступились… США.                                                Но и Англия, Франция, всего несколько дней назад отстаивавшие правоту Корнилова, по неизвестным причинам изменили позицию. Американский посол Френсис потребовал от Бьюкенена, как дуайена (старейшины) дипломатического корпуса в Петрограде, созвать совещание послов Антанты.

Собрались дипломаты 11 государств и вынесли решение — поддержать Временное правительство против Корнилова! Хотя никакого правительства в это время не было! Керенский распоряжался единолично.                                                                                  Причем мнимый «мятеж» Корнилова дал ему повод освободить из тюрем настоящих мятежников. Мало того, к Троцкому и его товарищам обратились с просьбой организовать рабочих на отпор «контрреволюции».                                                                                            Керенский распахнул перед Советами оружейные склады, развернулось формирование Красной Гвардии. Но она даже не понадобилась. Железнодорожники под руководством своего меньшевистского профсоюза остановили воинские эшелоны.                                                       Казаки и горцы 3-го конного корпуса не могли понять, в чем дело — они ехали защищать правительство, которое вдруг объявило их мятежниками. Корнилов, оставшийся в Ставке, 1 сентября был арестован.

Итак, по сути, «корниловский мятеж» стал жестокой провокацией, подорвавшей в России последнюю инерцию стабильности. Кампания против «корниловцев» вызвала новые чистки в администрации, в военном командовании.                                                                                            В войсках она вылилась в буйные эксцессы с убийствами офицеров. Слабенькие устои дисциплины, которые начали было налаживаться в армии, окончательно рухнули. Армия была деморализована.

Вот этим-то положением решил воспользоваться Ленин. В конце июля он жил с Зиновьевым в шалаше в Разливе, пока проходил VI съезд партии, и Свердлов ездил к нему согласовывать документы. Потом Ленина переправили в Финляндию. Но в данное время здесь было тоже небезопасно.

После мятежа большевиков и катастрофы на фронте финский сейм осмелел, провозгласил независимость. Однако Корнилов пресек попытку отделиться от России. Восстановил военное положение, сейм распустили, его здание заняли войсками. Усилился контроль армейской контрразведки.

В августе след Ленина «теряется» историками. Советские хроники подразумевали, будто он все еще находился в Разливе. В документах иностранных спецслужб мелькают непроверенные донесения агентов, будто его видели в разных странах, вплоть до Швейцарии.

Но с большой степенью вероятности он очутился в Швеции. Как раз в августе швейцарский лидер социалистов Гримм созвал в Стокгольме очередную Интернациональную конференцию — третью, после Циммервальда и Кинталя.                                                                                    Ленин придавал движению «циммервальдистов» важнейшее значение, видел в нем путь к заветной «мировой» революции. Мог ли он миновать такое мероприятие?

Читаем мемуары банкира Олафа Ашберга: «В 1917 г. была сделана попытка, на этот раз в Стокгольме, объединить распавшийся Интернационал. В одну из комиссий запланированной конференции меня пригласили в качестве экономического консультанта… Георг Брантинг и я разработали проект резолюции конференции, обсудили его со многими влиятельными делегатами…»

А вот и выдержки из этого проекта: «…Мы не вернёмся к старому. Должно возникнуть нечто новое, новый мировой порядок. Этот новый порядок должен быть связан с существовавшей до кризиса организацией общества и стать новой исторической ступенью его естественного развития.                                                                                      — В общих интересах следует создать единый орган управления. Нам необходимо единое мировое руководство, но мы потребуем от него отчетности и соблюдения права на самоопределение и свободу, поэтому управление должно быть демократическим.                                   — Нам необходим, следовательно, мировой парламент, который, уважая внутреннее самоуправление каждого народа, возьмет на себя решение вопросов, представляющих наши общие интересы…                — Интернациональная социалистическая конференция обязана объявить себя временным мировым парламентом. На это ее молча уполномочили все народы. Они молча ждут и надеются. Конференция провозглашает свой суверенитет и объявляет основные направления своей политики.                                                                                                            Они таковы:                                                                                                                      1. Самоуправление всех народов во внутренних делах. Под самоуправлением подразумевается, что народ правит сам, а не им управляет незначительное меньшинство. Общим интересом становится полная победа демократии.                                                                   2. Перемирие. Всеобщее и полное разоружение.                                               3. Материальное возрождение: увеличение производства, его регулирование с учетом потребления. Для этих целей необходимо будет создание международного финансового учреждения, подчиненного мировому парламенту.

Золото национальных государственных банков, которое никого не кормит и не одевает, потеряет признание, вступят в силу кредиты и действительные ценности. Это международное финансовое учреждение предоставит необходимые кредиты для восстановления разоренных стран.                                                                                                     В связи с тем, что финансовые средства будут сосредоточены в руках парламента, станут излишними строгие средства принуждения и так называемая международная полиция.                              4. Введение единой международной системы законов, денег, мер и весов. Существующие ныне государства должны подчиниться такому парламенту и признать его суверенитет. Сопротивление окажут только консерваторы, в этой ситуации их следует считать врагами народа и счастья человечества…                                          Правительства, не признавшие суверенитет общенародного представительства, — это анархисты и противники необходимого порядка. Революция сметет их со своего пути»

Вот так. А теперь сравните нынешние действия глобалистов. Одно и тоже. На протяжении столетий – суть не меняется. Трехтысячелетка Соломона набирает обороты уже в современных условиях XXI века. Мы снова видим полный набор установок ордена иллюминатов!                 Всеобщая глобализация, мировое правительство, мировой парламент, мировая финансовая система, отказ от всей исторической системы ценностей, а противники такого порядка — «враги народа и счастья человечества» — подлежат уничтожению.                                                          Американские олигархи внедряли их через ФРС и Вильсона, но и европейские социалисты пытались реализовать их на своем уровне.

Ленин среди делегатов открыто не появлялся. Возможно, скрывался поблизости, ожидая начала конференции. Но в полном масштабе она не состоялась. Правительства стран Антанты отказались выдать загранпаспорта своим делегатам. А те из них, кто приехал в Стокгольм, переругались между собой.

Гримма обвинили в связях с Германией, с политическим департаментом швейцарского правительства, отстранили от руководства Циммервальдским движением, и оно, по сути, распалось. Проект глобалистской резолюции Ашберга и Брантинга остался пока невостребованным.

Тем временем изменилась обстановка в Финляндии. 29 августа, когда Корнилова объявили мятежником, в воинских частях прокатились бунты. Перебили офицеров, которых объявили «корниловцами» — зачастую это были просто требовательные начальники, старавшиеся удержать дисциплину.

Вторая волна расправ прокатилась и на флоте. Другие начальники предпочитали примкнуть к революционерам, командир 106-й дивизии полковник Свечников еще в мае вступил в партию большевиков. Власть Временного правительства в Финляндии вообще рухнула.

Гражданскими делами стал руководить сейм, возобновивший работу. А войсками и красногвардейскими отрядами — Областной комитет армии, флота и рабочих Финляндии во главе с большевиком Иваром Смилгой.

Вот теперь Ленин приехал в Хельсинки и провел там почти весь сентябрь. Он жил тайно, но его опекали и Смилга, и финские националистические власти, ведь Владимир Ильич еще в 1906 г. пообещал им независимость.

Ради пущей безопасности его даже поселили в квартире начальника полиции Хельсинки Густава Ровио. Правда, произошел курьезный случай, именно это место оказалось под угрозой. Полиция избила дубинками рабочих, пытавшихся грабить продовольствие. Перед домом полицмейстера устроили демонстрацию. Возникла опасность, что разъяренные рабочие ворвутся прямо в квартиру, и Ленина эвакуировали через чердак.

Позже ему нашли другое жилье, и он особо не прятался, с приехавшей к нему Крупской навещал знакомых, ходил купаться на Финский залив, сентябрь выдался очень теплым. Встречался и вел переговоры с главой финского парламента Маннером, руководителем финских социал-демократов Куусиненом.

К осени, хаос в России достиг предела. Осенью «бегство капитала» приняло такие размеры, что в России стало не хватать наличных денег. Задерживалась выплата жалованья. Это вызывало возмущение, забастовки и играло на руку большевикам. Мало того, переводя средства за границу, промышленники стали замораживать предприятия.

К октябрю закрылось до тысячи больших заводов и фабрик. Сотни тысяч людей остались без работы. Но их зазывали в Красную гвардию. Там деньги были, и платили больше, чем на предприятиях. Откуда?

О критическом состоянии России и её финансово-хозяйственно и политическом параличе расскажем в следующей публикации…

Продолжение следует…

Идеология и нравственность

  В 20г подымал тему нравственности в культуре общества в гипотетической привязке к возможной новой отечественной войне из-за попыток России вернуть себе утраченный после развала СССР суверенитет...

Окна Овертона

Коллеги, я не совсем понимаю, что сейчас происходит. Да, было абсолютно понятно, что нельзя воевать с подпиндоссными тварями обычным оружием с численностью в 3-5-10 раз меньше, чем у противника.Мы мог...

Обсудить
  • А на выходе-то что? :))) Где удовлетворенные интересы Германии? Нет их. Англии? Нет их. США? Нет их. Попытка оккупации якобы руководителями большевиков территорий России чем закончилась? Пинком под жопу всем руководителям. Видимо, поэтому эти самые руководители и спонсоры большевиков стали готовить Гитлера уже в 20-е, а в 30-е вовсю разрабатывались планы по оккупации тех или иных русских территорий. Охуденные руководители и спонсоры. Значимость фантазий Бжезинского и Хауза сильно преувеличены желтой прессой.
  • Столько накатать и не лень же было. А где выхлоп? Я что-то не увидел в 1922 году ни четырех Россий, ни Германской или Английской России. Может в этом и были цели и смысл всего проделанного Лениным? Интервенты слились, России бойкот объявили. Германию срочно стали готовить к войне с СССР. Так и скажите: планы были наполеоновские, а гениальный Ленин всех нае...л. Тогда понятно всё.
  • на первой фото не ульянов а Николай Ленин матрос ульянов взял его фамилию и выдавал себя за него
  • Можно проще в двух словах сказать-всегда и любые перевороты и революции в России совершали иностранные агенты, управляемые напрямую Британией. Так подробно описываются более чем столетние события, но напрочь отшибает память о дне сегодняшнем-кто совершил переворот в России в 1993 году и кто поставил оккупационную власть.И кто до сих пор рулит и грабит Россию, оптимизируя попутно население? :joy:
    • danila
    • 2 октября 2021 г. 13:20
    Официальная лживая ленинская биография, написанная придворными деятелями ЦК КПСС для народа, содержит ряд мотивов, общих с такой же официальной биографией Маркса. Мотив непреходящей нищеты Ленина звучит хотя и ненавязчиво, но уверенно и постоянно. Он беден, отказывает себе во всех удовольствиях… Ложь. Чтобы не быть голословным, обратимся к исторически достоверным фактам, а факты, как говаривал сам «вождь», — вещь упрямая. Кто-кто, а Ленин знал, с какой силой противятся они любой неправде. Факты таковы: осиротелый барчук разъезжает по всей Европе и лечит свои ранние желудочные недуги у очень дорогого швейцарского врача. Потеряв кормильца, семья Ульяновых «бедствует», живя на одну маменькину пенсию. По советским масштабам, это не жизнь, а тихий путь на кладбище. Но не забывайте об особенности марксистской нищеты. Несчастненькие то и дело навещают заграничные курорты и на свои нищенские нужды тратят в месяц по годовому заработку любезного пролетария.