Мы многое слышали о «холодной войне» и «Карибском кризисе», но не каждый знает, что кроме противостояния на Кубе, мир ещё раз стоял на грани ядерной войны в 1973 году. Открытые сведения до сих пор противоречивые, поэтому имеется несколько версий событий. Но факт остаётся непреложным – именно полёт советского МиГа привёл к затуханию конфликта, который удалось отвести от обмена ядерными ударами.
В начале октября 1973 года между коалицией арабских государство во главе с Сирией и Египтом, и Израилем началось военное столкновение. Войска коалиции успешно форсировали Суэцкий канал и нанесли ощутимое поражение Израилю в районе Голанских высот.
После четырёх дней тяжёлых боёв по одной версии Голда Меир решила ударить ядерным оружием по Дамаску и Каиру в отместку за большие потери израильской армии. По другой – она же была готова принять решение отправить авиацию, чтобы разбомбить высотную Асуанскую плотину в Египте.
В случае её разрушения 160 млрд. куб. м воды водохранилища сметали все города и населённые пункты Египта в Красное и Средиземное моря. И в том, и в другом случае Советский Союз не мог оставить без ответа столь варварское решение и был готов ответить ядерным ударом по Израилю.
В то время СССР не поддерживал дипломатические отношения с еврейским государством, поэтому начал действовать через США. По предложению председателя КГБ Андропова представитель нашего посольства в Вашингтоне вручил госсекретарю США Киссинджеру послание известных во всём мире физиков-ядерщиков американскому президенту.
Было указано, что решение израильского премьера не останется без ответа и Советский Союз, связанный с Египтом и Сирией договорами о военном сотрудничестве, обязательно даст ответ, соответствующий ситуации. Поскольку ответа не было двое суток, не без серьёзного сомнения, но руководство СССР перешло к запасному варианту «плана по принуждению к миру».
Замминистра авиационной промышленности и два академика (один по авиации, второй – по ракетным системам поражения воздушных целей) положительно решили вопрос о том, что должен состояться полёт советского самолёта МиГ-25Р над Тель-Авивом.
По тем временам самолёт не имел аналогов в мире. Беспрецедентный потолок высоты полёта: практический – 22 км, динамический – 37 км. Скорость, в три раза превосходящую скорость звука. Фактически – он был недостижим для израильских средств ПВО и авиации.
Уже несколько месяцев в боевых условиях новый самолёт осваивал лётчик-испытатель Александр Саввич Бежевец, совершая разведывательные вылеты. Утром 13 октября 1973 года он получил совершенно секретное задание. Точно неизвестно, с какого аэродрома он поднялся (варианты: под Каиром, Волгоградская область, Астраханская область), но взял курс в сторону Тель-Авива.
Обнаружив на экране локатора цель, израильтяне сначала пытаются сбить её ракетам, потом высылают на перехват «Миражи», затем «Фантомы». Их количество и действия по-разному описываются в разных источниках, но одно остаётся неизменным – точно известно, что советский лётчик на самолёте МиГ-25Р без малейшего вреда для себя сделал над израильским городом несколько кругов. Затем невредимым вернулся на аэродром.
Во время полёта об инциденте сообщают Голде Меир. По одной версии, ей одновременно принесли письмо советских физиков-ядерщиков и непрозрачное предупреждение о том, что в ответ на ядерный удар Израиля Советский Союз вынужден будет защищать своих союзников. По другой – это был откровенный ультиматум о том, что в случае нападения Израиля самолёты СССР сравняют с землёй все крупные израильские города.
Сопоставив показанные возможности советской авиации и письмо умная женщина делает правильные выводы. Она понимает, что удар по Египту и Сирии может очень дорого обойтись её стране. Угроза ядерной войны отходит на второй план. Обе стороны конфликта «включают» политические рычаги.
В официальной биографии Александра Саввича Бежевца нет прямого указания на участие в этой операции. Но его фамилию прямо называет в своей статье «Полёт над Тель-Авивом» Александр Минаев, младший брат замминистра авиационной промышленности СССР тех времён, непосредственно вовлечённого в события.
Сопоставив время участия Бежевца в арабо-израильской войне, высочайший профессионализм, тип осваиваемого самолёта, уровень сложности задания и скорое награждение высшим государственным званием Героя Советского Союза можно с уверенностью утверждать, что это был именно он.
Оценили 35 человек
44 кармы