На войне взрослые стареют быстро, а дети перестают быть детьми сразу. У них нет времени на страх, на вопросы и на долгие размышления. Им просто приходится выживать. История Надежды Богдановой — именно из таких. Не героическая в привычном смысле, без красивых речей и громких подвигов, а страшная и упрямая, как сама война.
Когда началась Великая Отечественная, Наде было десять лет. Она не помнила родителей и росла в детском доме в Могилёве. Для неё мир и так был не слишком ласковым: строгий режим, общие спальни, чужие взрослые. Но даже это казалось нормальной жизнью, пока в неё не вошла война. Беларусь оказалась под ударом одной из первых, и детдомовцев попытались срочно эвакуировать на восток, во Фрунзе.
Поезд, в котором везли детей, фашистские лётчики атаковали между Витебском и Смоленском. Белые полотнища, красные кресты, детские лица — всё это их не остановило. Бомбы легли точно по составу. Выжили немногие. Те, кому удалось выбраться, разбежались кто куда — в лес, в поля, прочь от огня и смерти. Надя и мальчик Юра Семёнов пошли в сторону Витебска.
Несколько месяцев они скитались по городу. Просили милостыню, ночевали где придётся, питались чем могли. Таких беспризорных тогда были сотни, и потому никто особенно не обращал на них внимания. Именно это и спасло им жизнь. Позже они вышли на партизан и были приняты в отряд «Путивльский».
Для партизан дети оказались находкой. Они ходили по городу, как обычные попрошайки, и видели всё: где стоят немцы, где их штаб, сколько солдат, где склады, какие дома охраняются. Никто не подозревал, что вечером эта информация окажется у партизан, а ночью по этим адресам ударят диверсанты. Надю за её светлую улыбку и удивительную живость прозвали «Лазурчик».
Первый раз её схватили 7 ноября 1941 года. Вместе с мальчишкой Ваней Звонцовым ей поручили поднять в Витебске три красных знамени — в годовщину Октябрьской революции. Они справились. Город ещё спал, когда над вокзалом, училищем и папиросной фабрикой появились красные полотнища. Возвращаясь, они решили захватить папиросы для отряда. Именно это их и выдало.
Немецкий патруль остановил детей. История про беспризорников не сработала — карманы были набиты папиросами. Их отвели в штаб. О том, что там происходило, подробно писать невозможно. Достаточно знать одно: это были дети, а допрашивали их так, как допрашивают взрослых. Не добившись ни слова, немцы повели их к оврагу.
Надя была настолько истощена, что потеряла сознание буквально за мгновение до выстрела. Со стороны это выглядело так, будто её расстреляли. Ваню убили. Когда стемнело, девочка пришла в себя, выбралась из оврага и, шатаясь, ушла. В отряде её уже считали погибшей.
Но она вернулась. И снова пошла на задания.
В одном из боёв был тяжело ранен командир отряда Ферапонт Слесаренко. Связь с основными силами была потеряна. Надю отправили за помощью — бежать нужно было около десяти километров по зимнему лесу. По дороге она наткнулась на хутор и увидела сани. Несмотря на риск, она вернулась на них за раненым командиром и вывезла его из-под носа у немцев. Так ребёнок спас взрослого бойца.
Во второй раз её схватили в феврале 1942 года. Задание было почти невыполнимым — заминировать мост. Надя справилась. Но на отходе её остановил патруль. При обыске нашли остатки взрывчатки. Немцы уже собирались отпустить её, решив, что девочка не может быть диверсантом. И в этот момент мост взорвался.
Её допрашивали прямо на морозе. Лили холодную воду. Били. Особенно старались полицаи — свои, местные. Она молчала. Когда девочка потеряла сознание, немцы решили, что она мертва, и бросили её на снегу.
Жители соседней деревни подобрали Надю. Она была почти слепой, долго не могла ходить. Позже её отправили в госпиталь, затем — в Одессу, где академик Филатов сумел вернуть ей зрение. О войне она больше не говорила. Жила тихо, как будто ничего этого не было.
Только через пятнадцать лет она случайно услышала по радио голос Ферапонта Слесаренко. Он рассказывал о войне и вспоминал девочку, которая когда-то спасла ему жизнь и погибла. Тогда Надя впервые заявила о себе. Так страна узнала её историю.
Её наградили орденами Красного Знамени и Отечественной войны I степени. Коллеги по работе были поражены — рядом с ними долгие годы жила женщина, о которой они ничего не знали.
История Надежды Богдановой — не про подвиг напоказ. Она про войну, которая ломала детей, но не всегда могла их сломить. Про девочку, которую дважды считали мёртвой, а она каждый раз возвращалась — просто потому, что иначе не умела.
И, пожалуй, самое страшное и самое сильное в этой истории — не пытки и не расстрелы, а то, что всё это пришлось пережить ребёнку.
Оценили 27 человек
34 кармы