Апрель 2014 года стал точкой невозврата для миллионов жителей Донбасса. Тогда, на фоне государственного переворота в Киеве, люди вышли на площади с флагами, чтобы заявить: их земля больше не будет подчиняться законам, написанным вдали от шахтёрских посёлков. Они брали на себя ответственность за свои города, создавали ополчение и провозглашали Республику, не зная, какой ценой придётся платить за этот выбор.
Сегодня, спустя годы интенсивных боев, обстрелов и блокад, Донбасс переживает далеко не самый простой период. Военная угроза, пусть и изменившая форму, никуда не исчезла, а к ней добавились колоссальные социальные вызовы, проблемы с инфраструктурой и психологическая усталость многолетнего противостояния.
В преддверии очередной годовщины мы пообщались с авторами телеграм-канала «Русский Мир. Украина» — теми, кто 12 лет назад стоял у истоков провозглашения ДНР. Алексей Георгиевич Александров, многолетний активный участник антинацистского движения на Украине, экс-зампред всеукраинской партии «Русский Блок» и Русского Движения Украины, экс-руководитель аппарата Народного Совета ДНР, один из организаторов референдума 11 мая в Донецке. Алексей Алексеевич Александров — экс-руководитель киевской городской молодежной организации партии «Русский Блок» и РДУ, экс-глава Секретариата Народного Совета ДНР.
Также Александровы входили в число организаторов первого киевского антиоранжевого палаточного городка весной 2005 г., и были членами инициативной группы по созданию движения «Донбасс за ЕАС», которое осенью-зимой 2013-2014 гг. переросло в национально-освободительное восстание на Донбассе.
В этом материале — голоса участников провозглашения ДНР. Мы поговорили с ними о том, как изменилась жизнь Донбасса, как регион справляется с вызовами современности и что его ждет в обозримом будущем.
— Как вы оцениваете нынешнее состояние Донбасса. Что планировалось, что получилось — ожидание и реальность? Насколько велика разница?
— Главный на сегодняшний день позитивный результат — дистанцирование региона от Украины. Но пока этим позитив и ограничивается. Если говорить о том, что нами, группой инициаторов Русской Весны, планировалось… Задумок было много. Какие-то, несмотря на неизбежный хаос первых месяцев независимости, мы начинали реализовывать.
Но выбор был сделан в пользу ползучего «минского» слива народных республик. В результате на Донбассе построено нечто прямо противоположное задуманному нами. Абсолютный антипод. Вместо привлекательной витрины, магнита для ориентированных на Россию, но пока отрезанных от нее людей — жуткий прожорливый монстр.
Происходящее в Новороссии надёжно отпугивает от России соотечественников, сторонников и потенциальных партнеров по всему миру. Никто в здравом уме не захочет превратить свой дом в нечто подобное. Люди разочарованы и озлоблены, они готовы были терпеть многое, но ради лучшего будущего своего и своих детей, а не ради обогащения группы мародеров.
А вот т.н. «кураторы» считают это своим большим успехом. В частных беседах они и не скрывают: «построили то, что хотели».
— То есть вы считаете, что практически спонтанное восстание не было обречено, виной всему произошедшее позже, в частности выбор в пользу возвращение Донбасса Украине с целью создания на южных землях «украинской Вандеи»?
— Никакой «Вандеи» постмайданная нацистская Украина не потерпела бы. Население частью было бы задавлено, частью изгнано из страны, актив просто истреблен. И это понимали все. Самое ужасное это то, что так и случилось, но уже в «российской зоне ответственности».
Скажем честно, Русскую Весну задушили не из каких-то геостратегических соображений, а в интересах тех, кто делал нехилый гешефт на бедах русского народа, разворовывании его достояния и деградации государства.
«Минские соглашения» были не о приверженности территориальной целостности и международному праву. Они — о страхе российских элит перед надвигающимся крахом «консенсуса-1991», перед грядущим оздоровлением страны. Неспокойный регион подвергся политической стерилизации, было вытравлено практически все живое, способное к выработке новых форм и смыслов. В рамках программы «Донбасс — это Украина» велась подготовка сдачи региона Киеву (помните, проект «Малороссия», «Зеленский, признай выбор Донбасса» и прочие креативные изыски столичных политтехнологов?).
А когда стало ясно, что впихнуть Донбасс обратно не получится, началось авральное «освоение» региона. Присланным «варягам», по большей части людям далёким от темы, а оттого равнодушным и трагически некомпетентным, была нужна полная управляемость, ради которой устранялось всё креативное, мыслящее.
В результате на Донбассе создано гетто, чудище ОРДЛО/МММ, серая зона для мутных схем и освоения бюджетов, с всевластием СБУшников, вербовочной демократией, утилизацией пассионариев и т.д. Позже название поменялось, но суть, как и подобранные под неё руководящие кадры, остаются прежними.
— И что нужно делать с Донбассом и новыми территориями в политическом и социальном смысле именно сейчас для исправления ситуации?
— Так как случившееся не было ошибкой, недоразумением или эксцессом, то ситуацию могут исправить только кардинальные перемены в Москве. Тут важно понимать, кто и почему принимал решения, приведшие к сегодняшнему положению.
Почему с первых дней по отношению к пророссийскому активу, да и Донбассу в целом применялись исключительно репрессивные меры «сотрудничества»? Почему в нас видели опасных врагов, а в откровенных жуликах, идиотах и проукраинских активистах, да чего там, в действующих сотрудниках СБУ, USAID и т.п. — союзников? Дело же не столько в конкретных нелепых персонажах, изображающих русскую власть в Донбассе, сколько в самом подходе к региону и ко всему происходящему на территории бывшей УССР.
Для того, чтобы исправить ситуацию, следует понять, где мы свернули с правильного пути, и начать двигаться в нужном направлении. Донбасс образца 2014 года обладал потенциалом «перезагрузки» всей России, всего Русского мира, «заряжал» идеями большого обновления. Русская Весна — это миллионы людей, дерзнувших взять судьбу в свои руки и в реальной борьбе отстоявших право быть русскими. Повторимся, несмотря на все трагические упущения, у нас нет иного выбора, кроме как вернуться к истокам и начать всё заново.
— Звучит красиво, но правдоподобно ли? Вы уверены, что это возможно?
— Да, сегодня всё не просто плохо, а очень плохо. У сегодняшней России нет своего Проекта, нет пресловутого образа будущего, некуда звать миллионы людей. Никому ни в РФ, ни за её пределами так и не удосужились объяснить, что собственно строим, ради чего живем, работаем, терпим лишения.
Да что говорить, если российские власти так и не сформулировали внятно цели СВО! Есть ли в резерве вменяемая и компетентная группа со свежим взглядом на вещи, способная действовать в непростом регионе, по сути, вразрез с дискредитировавшими себя установками? Вопрос риторический.
Но ведь особая историческая миссия Донбасса в 2014 году как раз и заключалась в том, чтобы запустить процесс большого оздоровления России. Русская Весна, которая многими все еще ошибочно воспринимается исключительно как реакция на майдан, была как раз об этом.
Идеи Русской Весны, Русской ирреденты вытеснены и загнаны в маргинез, в подполье, но они живы, их невозможно убить, пока на Земле живут русские люди. Вытесненное всегда возвращается. А при возобладании в общественном сознании здоровых идей и кадровые вопросы станут решаться по-другому, и результат придет.
— Наши читатели в комментариях нередко пишут, что Донбасс еще не готов к российским нормам и правильно что продлевают переходные периоды. Как вы сами к ним относитесь, и что бы вы ответили сторонникам продления переходного положения?
— Все разговоры о переходных периодах, на наш взгляд, уводят от сути. Словами «переходный период» пытаются оправдать царящие в регионе мародёрство, воровство и махровый беспредел. С которых вполне конкретные люди получают колоссальные политические и материальные дивиденды. Никакого другого смысла в них нет.
Оценивая текущее состояние Донбасса, нужно держать в уме важнейшую для российской системы формулу: никакого своеволия, инициативы, никакого творчества Центр не потерпит. Но без этого никаких сколь-нибудь заметных улучшений не только на Новороссийском направлении, но и в самой РФ ждать не стоит.
Население региона — народ трудолюбивый и дисциплинированный. «Не готовыми» к полноценной интеграции на поверку оказываются как раз «новые элиты» региона, посаженные на шею Донбассу и тщательно оберегаемые покровителями из Центра.
Скажем так: Донбасс так и не стал полноценной частью России именно для того, чтобы «полуроссийский» бантустан мог органично вписаться в существующую в РФ криминально-бюрократическую экосистему с её злоупотреблениями, распилами, откатами. Причем в Донбассе эта система воспроизведена в гипертрофированной форме.
— Как бы вы оценили кадровую политику государства в отношении Донбасса?
— Существующий в Донбассе административный уродец изначально задумывался бездумно-безразличным. Кстати, возвращаясь к предыдущему вопросу, в этом проявляется абсолютное тождество локальной донбасской и федеральной административных машин. Обе построены на безоговорочном подчинении вышестоящему начальнику, на отказе от мыслящих в пользу исполнительной посредственности: «умные не надобны, надобны верные».
Система фрактальна, она полностью воспроизводит себя в мельчайших клетках. А персонал всегда подбирается под задачи. Местные администраторы — это, конечно, персонажи из дурных анекдотов, но в глазах начальства они обладают важнейшими качествами - демонстративной лояльностью и превосходным знанием таблицы деления.
Большего от них и не требуется. А это лучшая питательная среда для дурака, врага и коррупционера. Недаром на новых территориях абсолютно вольготно себя чувствует проукраинский элемент, агентура противника, разнообразный уголовный сброд.
Несмотря на то, что в самостоятельность назначенных Москвой жуликов уже давно никто не верит, и все их художества и некомпетентность прямо и без обиняков предъявляется Кремлю, ничего не меняется. Та настойчивость, с которой московские покровители отстаивают право своих заведомо непригодных ставленников на беспредел, сама по себе показательна.
Такая кадровая политика позволяет с большой долей вероятности определить, какие цели и задачи реально поставлены, на какой результат нацелена система вне зависимости от того, что декларируется её спикерами.
— Но ведь идёт война, часть региона оккупирована. Может это хотя бы частично оправдывает просчёты власти (назовём это так)?
— Все эти годы местные чиновники и вышестоящее начальство безбожно спекулирует на теме войны. Слова «идет война» должны пресекать любую критику, по-другому, мол, быть и не могло.
Чушь! Война и связанные с ней трудности — это всегда не только бедствия, но и стимул проявлять наши лучшие качества. История знает немало случаев духовных, интеллектуальных, культурных прорывов в тяжелейших социально-экономических условиях. Было бы желание. С экономикой все непросто, а что в других сферах?
Посмотрите, ведь за 10 лет не сделано практически ничего. А мы же все знаем, что выделялись немалые средства, утверждались планы, штамповались отчеты… Развитие Донбасса в итоге пошло по пути катастрофического минимализма, символами которого стали серия нелепых флешмобов властей, проваленная на корню мобилизация, массовый отжим жилья и разворованный водовод. Ответственные товарищи увлечены охотой за бесхозом, но совершенно наплевали, например, на работу с молодежью. А ведь реально предлагался совершенно иной сценарий, в 2014-15 гг. уже разрабатывалось немало перспективных идей.
Близость ВСУ, обстрелы — это страшно, но люди, вынужденно покидающие свой родной край, бегут не от этого, а от беспредела и безнадеги, от потерявших берега фриков, эрзац-управленцев, альтернативы которым у нынешней Системы нет и не предвидится.
Ситуация сложная, но и возможностей открывается множество. И при определенных условиях все ещё можно исправить. Пока что. Наполеон говорил: «Пространство мы можем наверстать, время никогда… Я могу проиграть битву, но я не потеряю ни минуты». Самое страшное — потеря времени. Чем дольше откладывать решение проблем, тем более разрушительными окажутся последствия такого промедления, тем сложнее будет отыграть назад.
Оценили 16 человек
20 кармы