Пекин может финансировать себя с минимальными затратами и практически бесконечно долго, а значит, сможет переиграть глобальную стратегию США по сдерживанию Китая.
Кажется, что каждый день появляются новые сенсационные заявления о том, что «сделка» между США и Ираном вот-вот будет подписана. Как это часто бывает, посредники (пакистанцы и катарцы) надеются повлиять на обе стороны, убеждая одну из них, что другая вот-вот согласится, хотя это не так, особенно в атмосфере полного недоверия. Таким образом посредники надеются подтолкнуть стороны к окончательному соглашению. Это знакомая тактика, но она довольно часто приводит к замешательству и недоверию, а не к долгожданному урегулированию.
На данном этапе «план» состоит всего из двух основных пунктов: «открытие» Ираном Ормузского пролива (на условиях Ирана) в обмен на снятие американской военно-морской блокады и, позднее, договорённость о том, что проблема с 60-процентным обогащением урана в Иране будет решена в обмен на отмену санкций.
Сказать, что дьявол кроется в деталях — значит не сказать ничего. Иран понимает, что заявления Трампа о «неизбежной сделке» во-первых, направлены на то, чтобы поддержать фондовый рынок США и удержать цены на нефтяные фьючерсы на уровне значительно ниже цены поставки физической нефти. А во-вторых, на то, чтобы скрыть, что Трамп может искать правдоподобный способ положить конец войне, заключив быструю, неполноценную сделку, которая, скорее всего, будет в значительной степени на условиях Ирана.
Все остальные вопросы, включая важнейшую деталь любого ядерного соглашения, будут отложены.
Трамп хочет добиться от Ирана первоначальной уступки, которую он сможет представить как очевидную победу и которая также порадует рынки. Но Иран не станет разменивать свои военные рычаги влияния и уж тем более стратегическое превосходство, которого он добился в ходе войны, а также Ормузский пролив на расплывчатые обещания посредников. Иран ни на йоту не доверяет США.
Али Акбар Велаяти, старший советник Верховного лидера Ирана, отмечает:
«История свидетельствует о том, что все, кто стремился к господству, от Александра Македонского до Чингисхана и Трампа, в конечном итоге растворились в сердце древней иранской цивилизации. На этот раз красная линия Ирана предельно ясна: одних бумаг и подписей недостаточно. Осязаемым гарантом сохранения соглашения является Ормузский пролив».
«Ибо география не лжёт, и она — высший судья над всеми соглашениями, заключенными на бумаге».
Посредники, естественно, отчаянно пытаются избежать нового витка конфликта. Однако Иран требует конкретных деталей. В этом и заключается дилемма Трампа. Он хочет одержать быструю победу, но один лишь намёк на сомнительную, неполноценную сделку, в основном на условиях Ирана, вызвал гнев произраильски настроенных миллиардеров (сопротивление было очень сильным), и Израиль (вероятно, при поддержке тех же миллиардеров) нарушил режим прекращения огня, объявленный Трампом, начав военную операцию «выжженной земли» в Ливане, а также в секторе Газа, тем самым нарушив условие о прекращении огня, необходимое для заключения сделки.
Трамп оказался в цугцванге. (Любой его шаг потенциально только ухудшает его положение как в стратегическом, так и во внутриполитическом плане).
Мы видели, как эта зигзагообразная, спонтанная, нестратегическая линия поведения была прекрасно проиллюстрирована знаменитым снимком во время визита Трампа в Пекин. Трамп действовал экспромтом, без предварительной подготовки, на саммите «по наитию».
Возможно, этот образ станет символом нашей эпохи: сегодня мы стали свидетелями кульминационного момента, когда президент США выглядел побеждённым, в то время как уверенный в себе председатель КНР Си Цзиньпин демонстрировал, кто здесь главный.
Кто-то может спросить, зачем произраильскому классу рисковать тем, что Запад будет уничтожен экономическими последствиями длительного закрытия Ормузского пролива, которое повлечёт за собой их гневное вето на предложенную Трампом «сделку» ? Возможно, потому, что еврейские «большие деньги» — после кризиса 2008 года и последовавшего за ним структурного перераспределения богатства из реального сектора экономики в пользу финансиализированной «торговой элиты» — могут считать себя неуязвимыми для экономического спада. Они могут даже рассматривать это как «возможность» (которая приведёт к удешевлению активов).
«Иранский эффект», пусть и не являющийся прямой причиной, тем не менее знаменует собой значительные изменения в глобальной геополитике. Для Израиля это плохая новость. Согласно нынешнему нарративу в Израиле, лучше не заключать сделку, чем заключить плохую, потому что через год или два Израиль может снова вступить в войну с Ираном.
Разумеется, никто в это не верит. Израиль не может начать войну с Ираном без полной поддержки со стороны США. И завтрашняя Америка, в своих отношениях с Израилем, скорее всего, будет отличаться от сегодняшней.
Наум Барнеа в «Едиот Ахоронот» написал:
«Мы [Израиль] скатываемся к бесконечной войне на трёх, а может, и на четырёх фронтах, удерживая территории, которые нам не принадлежат, с помощью солдат, которых у нас нет, в кровавой войне против врагов, которых мы не знаем, как сдерживать, и всё это без обеспечения реальной безопасности для наших граждан. Израиль должен выбраться из иранской ловушки. [Однако] Нетаньяху — последний человек, который может нас из неё вытащить».
Россия тоже меняется (отчасти под влиянием Ирана). Стратегическое терпение исчерпано, и недавняя смертоносная атака украинских беспилотников на общежитие колледжа в российском городе Старобельске, в результате которой погиб по меньшей мере 21 человек, в основном девочки-подростки, была названа Москвой «последней каплей». Российская общественность справедливо возмущена.
Москва возлагает на европейские столицы и Киев ответственность за недавние массированные удары украинских беспилотников и ракет по территории России, в ходе которых ВСУ использовали воздушное пространство НАТО, пытаясь обойти российскую систему противовоздушной обороны. Кроме того, Россия официально уведомила Вашингтон (посредством телеконференции с Марко Рубио в Индии), что возлагает на европейские столицы и Киев ответственность за провал переговоров в Анкоридже.
Россия заявила, что намерена лишить Украину возможности совершать подобные атаки в будущем и ликвидировать центры принятия решений, которые планируют и координируют нападения на россиян, даже если это будет означать гибель американских и европейских военных. 15 апреля Министерство обороны России опубликовало списки с названиями и адресами более 20 европейских компаний и совместных предприятий, которые предположительно поставляют Украине беспилотники и комплектующие. Высокопоставленные российские чиновники, в том числе заместитель председателя Совета безопасности Дмитрий Медведев, прямо назвали эти международные объекты «потенциальными целями» для российских Вооружённых сил.
Европу предупредили.
Похоже, что саммиты Трампа и Си Цзиньпина, а также Путина и Си Цзиньпина в Пекине знаменуют переход к более жёсткой геополитической эпохе.
Судя по всему, две встречи на высшем уровне, состоявшиеся одна за другой, побудили Китай ослабить свою обычную осторожность, чтобы воспрепятствовать попыткам США расширить использование доллара в ущерб юаню. «Большая стратегия» Министерства финансов США заключается в том, чтобы «сдержать» нынешнее конкурентное преимущество Китая, повысив стоимость его капитала и энергоресурсов. Сначала Министерство финансов США попыталось ввести пошлины в отношении Китая, но, потерпев неудачу, решило лишить Китай конкурентных преимуществ, блокировав импорт нефти в Китай (с помощью морской блокады Ирана и Венесуэлы), чтобы повысить стоимость энергоресурсов для Китая.
Однако, если Трамп хочет тотальной торговой войны, похоже, что для Китая игра началась — больше никакого мистера (Си) «хорошего парня».
Китай отвечает Трампу не санкциями и не ракетами. Он делает кое-что гораздо более точное: он оказывает встречное давление на экономику США, сокращая приток денег в долларовую сферу в ответ на попытки США значительно расширить использование доллара в мире.
И «Гений США», и «Законы о ясности» призваны выманить у розничных держателей местных валют за рубежом их активы, побудив их перейти на криптовалютные токены, номинированные в долларах и обеспеченные казначейскими облигациями США. В случае успеха это не только расширит сферу влияния доллара США, но и создаст новый источник спроса на американские долговые обязательства. Аналогичным образом (в соответствии с Законом о прозрачности) инвесторы, желающие сохранить свои активы, могут обменять обычные американские акции и облигации на цифровые токены с помощью системы распределённого реестра.
Короче говоря, США стремятся заполучить как можно больше иностранной валюты, чтобы вывести её на американские рынки через криптовалюту — (по сути, заменив слабеющий нефтедоллар на гегемонию криптодоллара, которая затем создаст спрос на доллары, необходимый для того, чтобы рынок облигаций США не рухнул).
Таким образом, Китай в ответ наносит удар по более чувствительному вопросу — потоку китайских розничных инвестиций в американские акции и облигации. Китайские власти жёстко ограничили деятельность гонконгских брокерских компаний, которые помогали китайским инвесторам из материкового Китая вкладывать деньги в американские рынки. В настоящее время Уолл-стрит в значительной степени зависит от иностранных покупателей акций, но китайские сбережения превосходят по объёму сбережения всех остальных стран. Теперь они будут недоступны.
Во-вторых, Китай, крупнейший в мире держатель золота, в июле откроет новый центр торговли золотом в Гонконге. Это важный шаг, направленный на то, чтобы ослабить контроль Запада над торговлей драгоценными металлами. Он укрепит позиции юаня и позволит расплачиваться за нефть золотом (Саудовская Аравия, пусть и окольными путями, уже по некоторым данным продает нефть Китаю за золото).
В-третьих, Euroclear, одна из крупнейших в мире финансовых компаний и основа международных расчётов, планирует принимать китайские облигации, торгуемые в Гонконге, в качестве «надёжного залога».
Шон Фу объясняет:
«Когда Euroclear принимает китайские облигации в качестве залога, это означает, что эти облигации приравниваются к ликвидным денежным средствам. Это значит, что они достаточно надёжны для обеспечения всех международных транзакций, а значит, глобальная финансовая система будет включать китайские долговые обязательства в свою базовую инфраструктуру».
«Теперь есть причина, по которой китайские облигации становятся привлекательными для глобальных инвесторов, и дело не только в геополитике или торговых потоках. Всё сводится к одной фундаментальной причине. Банковские депозиты Китая превышают 50 триллионов долларов. Это больше, чем совокупные банковские активы ЕС, США и Японии. И это создаёт то, что необходимо каждому рынку облигаций, в том числе китайскому, для нормального функционирования, — глубокую и надёжную базу внутренних покупателей, то есть местных жителей».
Таким образом, по мере того как всё больше денег вкладывается в китайские облигации и рынок облигаций в юанях становится более развитым, стоимость заимствований для Китая остается низкой. Пекин может финансировать свою экономику по низким ценам практически бесконечно долго и, следовательно, сможет противостоять масштабной стратегии США по сдерживанию Китая, снижая как его капитальные затраты, так и затраты на энергоносители.
Mike1975
Оценили 6 человек
12 кармы