Если Президент не вмешается, сядем все!

58 2492

Очередная законодательная инициатива состоялась. Виктория!

Депутатов можно поздравить с заслуженным отпуском.

Вот та самая инициатива вкратце:

что было внесено изначально:

Регистрация законопроекта и материалов к нему в САДД Государственной Думы

зарегистрирован и направлен Председателю Государственной Думы 14.12.2015 18:18

Текст внесенного законопроекта (Комитет Государственной Думы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству) (щелкнуть по "Текст внесенного...), открываем документ и видим в Статье 116 "Побои":

___________________

3) статью 116 изложить в следующей редакции:

«Статья 116. Побои

Побои или иные насильственные действия, причинившие физическую боль, но не повлекшие последствий, указанных в статье 115 настоящего Кодекса, совершенные из хулиганских побуждений, а равно по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, –

наказываются обязательными работами на срок до трехсот шестидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года, либо ограничением свободы на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет.»;

___________________

Дальше прокручиваем вниз до 2 или 3 чтения (даты справа, смотрим 16.05.016 и более поздние редакции)

Нажимаем на ТЕКСТ

("Текст законопроекта ко второму чтению (Комитет Государственной Думы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству")

открываем документ и видим

____________________

5) статью 116 изложить в следующей редакции:

"Статья 116. Побои

Нанесение побоев или совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в статье 115 настоящего Кодекса, В ОТНОШЕНИИ БЛИЗКИХ ЛИЦ, а равно из хулиганских побуждений, либо по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды, либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, -

наказываются обязательными работами на срок до трехсот шестидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года, либо ограничением свободы на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок до шести месяцев, ЛИБО ЛИШЕНИЕМ СВОБОДЫ НА СРОК ДО ДВУХ ЛЕТ.

П р и м е ч а н и е. Под близкими лицами в настоящей статье понимаются близкие родственники (супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные (удочеренные) дети, родные братья и сестры, дедушки, бабушки, внуки) опекуны, попечители, а также лица, состоящие в свойстве с лицом, совершившим деяние, предусмотренное настоящей статьей, или лица, ведущие с ним общее хозяйство."

Сам то я не шибко образован; не знаю хорошо или плохо сие...

Но думаю так, коли уж родители ну ни коим образом не смогут воздействовать на дитятей своих, ни физическим образом, ни моральным, то коим образом внушать чаду своему неблагоразумному основы жизни нашей постылой, дабы годов он достиг преклонных; и в том же духе донес до чад своих же , чему его предки наставить смогли и успели...

Отвлекся, извините, не это хотел донести...

В законопроекте явный перекос в пользу детей. Каким образом родителю, чей ребенок совершает противоправные действия (означенные в законе), может влиять на ситуацию. Ответ очевиден ни каким, разве что бегом.

Если же родители совершают те же самые действия, у детей появился рычаг - закон, в лице .., ну это технические детали, не буду отвлекаться.

Перекос очевиден.

Дабы его устранить считаю, что следующей законодательной инициативой должен стать законопроект отменяющий ограничение преследования по возрасту. Убьем двух зайцев.

И перекос уберем и дискриминация по возрасту исчезнет. С утробы ли , с момента зачатия ли, опять же это технические детали, на них не отвлекусь.

Вообще, раз пошла такая драка.., интересно почему не было широкого освещения, заведомо громкого законопроекта. Да и протащили по тихому, без шума и пыли, под занавес, перед каникулами, в то время, как "всяческая"аудитория, которая могла бы пошуметь, на дачах, в отпусках, да кто где.


Странно...

Вообще закон похож на "разжигание по признаку...", не находите? В данном случае по признаку семейного положения и возраста. Если перекос не будет устранен в самое ближайшее время, считаю необходимым всяческим ведомств, коих не мало, как то КС РФ, СК РФ, Ген.Прок. и иным, необходимо проверить закон на соответствие основному законодательству, если нет, то устранить несоответствие в самые кратчайшие сроки.

Вообще то инициаторы на мой, сугубо личный, сеют рознь. 

Водораздел отцы и дети.

Кто не понимает косноязычия Малютинного, приведу Вашему вниманию статью, где автор (Александр Коваленин ) более доходчиво в деталях...

Президент РФ в послании Федеральному собранию 2015 года предложил сделать так, чтобы молодые люди не попадали в тюрьму за мелкие преступления, для чего просил Госдуму РФ «перевести преступления, не представляющие большой общественной опасности, в разряд административных правонарушений».

Верховный суд, выполняя поручение, ещё в декабре внёс предложение — декриминализовать побои и ряд других преступлений небольшой тяжести.

«Де-криминал-изировать» — значит нечто «перестать считать преступлением», то есть общественно опасным, уголовно наказуемым деянием.

Обратим внимание: главный признак преступления — общественная опасность. То есть не опасность для потерпевшего, а опасность для принятых отношений в обществе — когда делается то, что выходит вон из ряда нормального, что делаться не должно, что мешает обществу жить. 

Точного определения нет, ибо категория «общественная опасность» — из правовой науки, а не из законодательства, а в науке всегда есть разные школы и мнения. Простой обыватель с той категорией не знаком, но подразумевается, что ему это и не надо, потому что преступления — это именно такие деяния, которые для всех очевидно преступают границы приемлемого для общества. И поэтому в обвинительном акте пишут: «сознавая общественно опасный характер своего деяния, обвиняемый…».

Юрист, если он не студент-двоечник, понимает: формальные признаки преступления, указанные в статье Уголовного кодекса, — ещё не преступление. Нужен ещё умысел и общественная опасность.

 И даже если умысел есть:

УК РФ. Статья 14 ч.2.

Не является преступлением действие (бездействие),хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного настоящим Кодексом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности.

Побои — хрестоматийная иллюстрация разницы между преступлением и рядовым поступком (пусть и некрасивым). Формальные признаки — «насильственные действия, причинившие физическую боль, но не повлекшие ущерба» здоровью. К примеру, даже синяки-царапины не считаются ущербом здоровью: они заживают сами. Но всем очевидно — это не значит, что можно побить соседа, который не так паркуется или играет ночью на саксофоне, или поколотить прохожего, который не уступил дорогу. Всем очевидно, что это недопустимый в обществе способ выяснения отношений между гражданами (субъектами с «автономными волями»). То есть это — общественно опасное деяние. То есть — преступление.

Но эти же формальные признаки имеют и массовые народные воспитательные средства — шлепки-подзатыльники-ремни. Их практикует примерно половина родителей, другая половина их не считает хорошим средством воспитания, но не видит в этом ничего страшного. И только 2% (для ремня — 7%) считает это преступным.

Разумеется, нельзя считать ущербом общественным отношениям то, что входит в фактическую норму общественных отношений. Разумеется, неправда, что шлёпающий «сознаёт общественную опасность своего деяния». И уж само собой, в демократическом обществе нельзя считать преступлением то, что 95% преступлением не считает. Да и мотив шлепка у родителя не только не антиобщественный, но наоборот — родитель чувствует ответственность за воспитание ребёнка (это его обязанность по закону) и стремится выработать рефлекс против антиобщественного поведения, чувство общественной нормы. Ровно такой же мотив, по какому государство наказывает взрослых — хоть уголовно, хоть административно. Только в сфере ответственности родителя.

Таким образом, родительские наказания (в указанных рамках — «без ущерба для здоровья») невозможно считать преступлением. Такой вывод вытекает и из правовой культуры, и из обычая общества (это социологический факт и неважно, кто как к этому обычаю относится),и из опыта правоприменителей, которые предпочитают не лезть в дела семьи не столько из человеческой солидарности (сами имеют семьи),сколько из понимания, что сегодня жена заявление подала — завтра забрала.

Короче, статья «Побои» написана не про родительские наказания, хотя указанные в ней формальные признаки деяния подходят. И вообще, не про семейные отношения. А про выяснение отношений с чужими людьми. Трудно представить, чтобы общество так же снисходительно относилось к битью чужих детей или чужих жён. Подавляющему большинству понятно: закон должен регулировать гражданские отношения (между чужими),а в семейные лезть не должен. В семье люди сами разберутся.

Итак,

Побить чужого человека — преступление. Родительское наказание — не преступление, а способ выполнения родительских обязанностей. 

Насколько удачный — это спор не о праве, а о педагогике.

Общество в целом так и жило, не придираясь к родителям, хотя и не было явной юридической нормы, что родительские наказания не несут состава преступления. В ней не было нужды, потому что среди правоприменителей ещё была правовая культура — понимали разницу между преступлением и формальными признаками преступления. И потому что в обществе не было вожделений, которые заставляют эту культуру отбрасывать, не было интереса взламывать семьи, чтобы добывать из них детей для привилегированных опекунов.

Но в последние годы эта культура отброшена. Мы видим всплеск привлечения родителей за подзатыльники. Тон задаёт прокуратура — словно прокуроры стали вдруг теми студентами-двоечниками и довольствуются формальными признаками. Я не раз наблюдал, как у моих подзащитных дознаватель закрывала дело по незначительности, но надзирающий прокурор заставлял его возобновить. И уже другая дознаватель, застегнувшись на все пуговички, вынуждена была вымучивать те самые лживые слова в обвинительном акте: «сознавая общественно опасный характер [шлепка!], приступила к реализации своего умысла…».

Процедура преследования извращает жизненную суть семейных отношений и на судебной стадии: потерпевший (ребёнок) и обвиняемый (мать) не могут примириться! Хотя в жизни они давно, почти сразу после шлепка, примирились — обнялись и живут себе дальше, в процессе ребёнка представляет («спасает», «защищает») тот самый прокурор, с отнюдь не детским отношением к матери чужого ему ребёнка и с установкой нагнетать показатель осуждаемости по родительским побоям.

То есть ювенальный тренд прокуратуры заставляет её отбрасывать правовую культуру, привлекать родителей за побои (ещё раз напомню — речь не об истязаниях),разрушать семьи.

И вот Верховный суд, идя навстречу Президенту, предложил декриминализировать побои. Не вообще побои, а только «первые побои», и то кроме самых опасных — тех, которые совершаются из хулиганских побуждений или из ненависти к широкой группе людей или убеждений. 

Это было никак не связано с родительскими делами. Речь как раз шла, условно говоря, о драках с соседями. То есть было предложено обходиться административным наказанием, если битьё имело целью чего-то от соседа добиться, и если бивший попался на битье впервые (если один раз, то это теперь нормально, то есть не будет считается общественно опасным!). А для «самых опасных» побоев сроки санкции резко увеличились — с трёх месяцев до двух лет.

Декриминализация — это в первую очередь уменьшение нагрузки на органы расследования. Она означает резкое упрощение разбирательства — потому что процедура уголовного обвинения сложна (и это правильно — обвинить гражданина в преступлении и должно быть непросто). 

Она сложна, но часто ничем не кончается — стороны-соседи успевают примириться и тот самый прокурор не может им в этом помешать. С точки зрения последствий для побившего перевод битья в административный разряд спасает его от возможного ярлыка «судимость», но в других отношениях облегчение участи иллюзорно: разбирательство становится проще, быстрее, наказание неотвратимее и не обязательно менее суровое.

В родительской среде слово «декриминализация» породило надежду на то, что перестанут уголовно преследовать родителей. Хотя, повторюсь, речь в законопроекте сразу шла только о первом шлепке, и за него предлагался неотвратимый штраф «от 5000 рублей» — огромная сумма для одинокой матери в деревне (25 кг круп — это еда на месяц). То есть радоваться было особенно нечему. А принципиально правильный, культурный (в смысле именно правовой культуры) лозунг «прекратите преследовать за родительские наказания» выдвигать не решались, опасаясь быть понятыми так, будто они физические наказания пропагандируют. На самом деле речь идёт не о пропаганде, а о констатации — родители выполняют свои обязанности так, как умеют и как позволяют им условия жизни («педагогическая ситуация»). В соответствии с тем, как это делалось в их традициях. И никому не может быть позволено учить русский народ, как ему воспитывать своих детей.

Однако случилось непредвиденное — подозреваю, не только родителями, но и Президентом, и Верховным судом. 

Уже после первого чтения налетели те, кто давно муссировал тему семейно-бытового насилия. Люди с сознанием, извращённым даже на фоне тех 2−7%, которые считают физические наказания преступлением. Люди, которые считают, что бить чужих — не так страшно, как своих. Что родственные побои ‑ и есть самые опасные.

 Они ненавидят семью в принципе, считая её формой тоталитарной деспотии. Они признают только права отдельных индивидов. На русский язык их выражения даже труднопереводимы: они говорят о «правах человека женщин» (women human rights),«правах человека детей» (children human rights). Но их ум и совесть витают не в традициях народов России, а в международных извращенческих кругах ювенального и ЛГБТ-толка.

И в законопроект Верховного суда внесли поправки, радикально изменяющие смысл и концепцию закона (что, по закону, после первого чтения уже недопустимо).

 По предложению Правительства и депутата Крашенинникова внесено огромное количество поправок, в том числе:

1) вводится новый квалифицирующий признак преступления — «побои в отношении близких лиц». То есть то, что не должно было считаться преступлением, а самое большее — некрасивым поступком, теперь хотят явно считать преступлением. Причём по технике это сделано безобразно — признак, связанный с отношением к потерпевшему («близкие лица») рядоположен с признаками по мотивам преступления.

2) для такого «семейного насилия» отменена возможность примирения сторон. То есть миротворческие способности самого общества насильственно выключаются.

В итоге уголовное преследование за побои не только не уменьшается, а наоборот, распространяется на тех, кого сейчас оно обходило (или должно было обходить) стороной — на половину взрослого населения. Причём, без права на примирение, что трудно объяснить иначе как ненавистью к семье.

Казалось бы, такое могут проводить только люди с психическим комплексами. Может быть, это те, которым не удалось семейное счастье, которые завидуют нормальному трудному счастью нормальных семей и хотят его разрушить? Может быть, те, кого в детстве неправильно шлёпали (без любви),и они затаили обиду на всех родителей страны? Такими вполне могут быть какие-нибудь… представители ЛГБТ-сообщества.

Но это если считать депутатов думающими и самостоятельными. А они могут оказаться безразличными к сути дела людьми, голосующими как им велят кормящие их структуры. Или даже извлекающими выгоду из разрушения семьи в виде добычи детей для рынка привилегированного родительства — в корыстных и более грязных целях.

Так или иначе, вместо декриминализации преступления, намечена криминализация массовой практики, по которой половину народа можно посадить. Это новая ступень эволюции (точнее, инволюции, сворачивания) семейного права: сначала за родительские наказания стали наказывать как за побои, а теперь именно этот вид побоев причислен к самым опасным.

Уже который раз поручения Президента исполняются наоборот.

Так, 9 февраля 2013 года президент обещал не допустить социальный патронат. Его переименовали в «социальное сопровождение» и провели.

Теперь вот — поручение о декриминализации привело к криминализации. Может быть, лучше, если бы Президент не давал никаких поручений, пока не сменится законодательная власть, столь зависимая от западных извращений?

Но сейчас от него требуется одно — быть готовым наложить вето. Потому что антисемейные силы очень торопятся.

Вот один из персонажей "радеющих" за .. :

Предыдущая статья на эту тему -  https://cont.ws/post/304594 

(там ничего нового, занятны комментарии- люди не верят, что такое имеет место быть и всячески обвиняют автора поднятой темы, то бишь меня в полит ангажированности, есть и такой эпитет, как шулер ...)

Прилагаем ссылку на результаты поименного голосования в Государственной Думе по этому закону -  http://vote.duma.gov.ru/vot...

Каждый депутат должен знать, что народ не простит ему ювенальных законов.

Меня вот честно поразили некоторые «товарищи» которые говорят о том, что нету мол в России никакой Ювенальной Юстиции, и пилотных проектов по ЮЮ нету, это мол всё патронат, а патронат мол штука хорошая…

Однако   был такой сайт еще в 2012 году, сайт прекрасный, назывался он — http://juvenilejustice.ru

Который рассказывал нам о том, что Ювенальная Юстиция в России есть и мол это очень даже хорошо… 

Она вот как раз таки и защищает права детей! Прямо на главной странице сайта висела абревиатура - UNDP — Unated Nations Diplomacy Mission.

Короче говоря ООН, то есть пилотные проекты Ювенальной Юстиции уже у нас вводились в стране при помощи ООН, нормально?

Краткая предыстория протаскивания анти семейного закона

  16 июня 2016 -Как не выполнять поручения Президента и его же подставлять? — метод Госдумы

17 июня 2016 - Сотрудники опеки тоже люди. Как минимум некоторые. ВИДЕО

20 июня 2016 - Депутаты Госдумы перед уходом решили подложить бомбу под Россию

20 июня 2016 - Возле Госдумы проходит пикет против криминализации семьи

Удачного рабочего, бодрости духа и присутствия жизни, со всяческим к Вам почтением, Ваш покорный слуга..!



Поляки начали догадываться

Как по-польски предательство? Да почти также, как и по-украински – zdrada. А кто предал Польшу? Да те же, кто предал Украину – все. Огласим этот скромный список. 1. Наибо...

Свобода! Свобода? Свобода…
  • Barrys
  • 3 апреля 18:33
  • Автор рекомендует

Нет рабства безнадёжнее, чем рабство тех рабов, кто мнит себя свободным от оков — Иоганн Вольфганг Гёте. Каждый божий день, да ещё и по нескольку раз в наш информационный век, м...

В одном шаге от войны. Одно из самых загадочных Интервью Владимира Путина…

Два важных события накануне встречи в Женеве между лидерами двух великих держав произошли почти одновременно: Владимир Путин дал интервью телеканалу "Россия 1", а президент США Джо Байден выступил в А...

Обсудить
  • Ты фанат. Даже я так не топчусь по уродам.
  • Нормальный закон. Против делающих помайданить. Так же против избиений на работе, на улице. А чтобы сын или дочь не пожаловались на родителей их надо воспитывать до того момента когда они осознали свои права осуждать родителей. Я не представляю как мои дети могут на меня пожаловаться в полицию, если мы с их рождения каждое воскресенье вместе причащаемся от одной чаши в церкви.
  • В законе нужно убрать одно слово: "БЛИЗКИХ". Потому, что если его не убрать, то получается, что бить можно всех, кроме близких. И потом трактовать этот закон можно по разному. Где тут автор увидел ювенальщину? Явно притянуто за уши.
  • Всё так.., но с поправочкой : "...извините, не это хотел донести..." У нас не доносят, у нас докладывают...!!!
  • Для всех, кто оценивает законы исключительно со своей кочки зрения ("а вот я никогда не бил... а вот меня никогда не били...) - Да отвлекитесь уже наконец от себя, любимых. Вспомните, что есть и НЕПОЛНЫЕ семьи. Мать-одиночка и сын-шалопай. Бабушки, которые растят внуков, пока родители на заработках (или их вообще нет в живых). И поймите, что в перспективе - речь об отмене ЛЮБЫХ наказаний, не только физических. "Психологическое насилие" (отругал), "экономическое насилие" (не дал карманных денег", "нарушение права на информацию" (отключил интернет) "недопустимость контроля личного пространства" (заставил убрать в комнате) - это давно уже в ходу на Западе, и мы идем той же дорогой.