НЕИЗВЕСТНЫЙ ВТОРОЙ ФРОНТ

5 609

Небольшой городок плакал под звуки марша «Прощание славянки». Дети крепко держали за руки отцов и старших братьев, причитали девушки и женщины. Кто-то молился, кто-то просто молча обнимал своего дорогого мужчину.

Пожилая женщина, торопливо перекрестив молоденького лейтенанта с двумя новенькими кубиками на петлицах, вытирая слезы, шептала:

- Сашенька, только смотри там поаккуратнее, первым не иди, ты же у меня горячая голова.

- Мама, не волнуйся, - юноша, смущенно оглянувшись, крепко обнял мать, - все будет хорошо, немца прогоним, и я вернусь.

- Возьми, - она протянула крепко завязанный полотняный мешочек.

- Мама.

- Не спорь, - женщина надела оберег на шею сына, - никогда не снимай, с ним твой отец всю войну прошел. В беде поможет. И вернись, ты у меня единственная радость на этом свете.

- По вагонам!

- Прощай, - лейтенант крепко обнял мать и поцеловал в мокрую щеку, - не волнуйся, все будет хорошо.

Паровоз громко чихнул и заревел, выпуская пар.

- По вагонам!

Крики, плач, звуки марша, отрывистые команды: все смешалось в симфонию горя, любви, предчувствия и надежды.

Со вздохом прокашлявшись, паровоз громыхнул колесами.

- Сашенька, только не снимай, слышишь, - пожилая женщина, сорвав с головы платок, перекрестила сына.

А он махал фуражкой и кричал:

- Я вернусь, мама!

***

- Смирно!

Лейтенант отчеканил несколько шагов и остановился перед комполка:

- Товарищ полковник, взвод…

- Вольно, - перебил тот, - боевой опыт есть?

- Никак нет! Досрочно выпущен из пехотного училища.

Полковник вздохнул и снял фуражку:

- Тяжело вам придется. Распусти бойцов, пойдем.

- Разойдись!

Отойдя к машине, командир кивнул начальнику штаба. Тот достал карту и расстелил на капоте.

- Смотри, лейтенант, - полковник ткнул пальцем, - здесь мост, от тебя десять километров. Слева и справа – лес и болото, не пройти. Немцы хотят прорваться любыми путями, если захватят мост – мы в котле. Твоя задача – держать дорогу, сколько сможешь. Нужен день, чтобы всех вывести, понимаешь. День.

- Умрем, но не отступим, - отчеканил Александр.

- Ты мне тут не умирай, - неожиданно рассвирепел полковник, - а дорогу держи.

И, вздохнув, добавил:

- Умереть просто, выжить тяжело. Теперь слушай. Попрут с утра, бойцов отведи назад, в овраг, в окопах оставь часовых. Немец не дурак, сначала или бомбить станет, или артиллерией накроет. Лишние потери ни к чему. Пушек нет, противотанковых орудий тоже, через час подвезут три пулемета, два ящика гранат и несколько противотанковых мин. Это все, что могу для тебя сделать. Так что думай, лейтенант, как этим богатством распорядиться с умом. Вопросы есть?

- Значит, танки.., - начал было Александр.

- Остановить, - резко оборвал комполка, - пропустить не имеешь права. Повторяю, твоя задача – один день. Хотя бы один. И постарайтесь остаться живыми, лейтенант. Зеленая ракета - сигнал к отступлению. Если увидишь – отходите, значит, весь полк на том берегу. Ждем вас два часа. Желаю удачи.

И, крепко пожав руку взводному, полковник сел в машину.

***

- Удача нам тут не поможет, товарищ лейтенант, - пожилой сержант скрутил цигарку и с наслаждением затянулся, - все поляжем.

- Отставить похоронные разговоры, - оборвал Александр и, достав карту, повернулся к заместителю, - Иваныч, давай лучше покумекаем.

И пока бойцы занимались укреплением окопов, старательно обходя лужи крови и косясь на свежий могильный холм в сотне метров правее, лейтенант и сержант, отойдя к оврагу, стали вполголоса обсуждать подготовку к предстоящему бою.

- Не нравится мне этот лес, командир.

- Комполка говорил, что там не пройти – болото.

- А если он ошибся. Смотрите, из леса выскочат, по оврагу незаметно пройдут и нас всех, как цыплят в спину...

- Проверь бойцов, а я прогуляюсь туда. Осмотрюсь, может, ты и прав.

- Есть.

Александр задумчиво шел по оврагу, не отрывая взгляда от леса. А вдруг сержант прав? Немцы не первый раз будут штурмовать высоту, умирать никому не хочется. Но поставить здесь пулемет, значит, ослабить линию обороны.

Взводный неожиданно остановился, глядя под ноги: ему показалось, что две кочки под тихий свист поменялись местами.

Александр потряс головой, и наваждение исчезло. Аккуратно переступив, лейтенант двинулся дальше, краем уха прислушиваясь к нарастающему свисту.

«Если мины поставить на дороге… Нет, слишком просто, немцы это тоже понимают».

«Да что такое?».

Лейтенант, чертыхнувшись, с удивлением посмотрел на две кочки, о которые чуть не споткнулся секунду назад.

«Они же позади остались, кажется. Чертовщина какая-то, да еще и свист этот...»

- Ложись! – это кричал сержант.

Лейтенант оглянулся: его заместитель отчаянно махал руками:

- Ложись!

Горячая волна больно ударила в грудь, в ушах зазвенели тысячи колокольчиков, из носа хлынула кровь.

«Как глупо», - подумал Александр и потерял сознание.

***

«…никогда не снимай, с ним твой отец всю войну прошел. В беде поможет. И вернись, ты у меня единственная радость на этом свете».

«…задача – держать дорогу, сколько сможешь. Нужен день, чтобы всех вывести, понимаешь. Только день, лейтенант, ты меня слышишь? Лейтенант…»

***

… лейтенант! – по лицу текла холодная вода, кто-то бесцеремонно шлепал по щекам крохотной ладошкой.

Александр с трудом открыл глаза.

- Оклемался, - улыбнулся седой, как лунь, старик, - что ж ты, мил человек, гуляешь под обстрелом, как влюбленные под дождем. Ничего не видишь, ничего не слышишь.

- И не говори, дедушка, - обидно пискнули два голоска, - два раза под ноги бросались, не замечал. Спрашивается, ради кого мы старались.

- Ну будет, будет, - хмыкнул старик и протянул руку офицеру, - вставай, сынок.

Поднявшись, Александр огляделся: вокруг не было ни души:

- А мои бойцы?

- Не волнуйся, они делом заняты, - снова пискнуло из-под ног.

Наклонившись, лейтенант увидел те же самые две кочки, только теперь они выглядели как крохотные человечки. Один в черной рубахе и штанах, второй – в зеленой.

- Межевик, по-простому Межич, - церемонно поклонился «черный».

- Луговик или Лугич, - протянул ручонку «зеленый».

- Я умер? – шепнул Александр.

- Живой ты, лейтенант, - улыбнулся старик, - рано умирать, еще повоюешь. И не обижайся на внуков, они хорошие, только похулиганить любят.

- Вы кто?

- Дед, может, Кикимору позвать, видно, контузило его сильно, совсем голова не варит, - хмыкнул Межич.

- Я сбегаю? – с готовностью добавил Лугич.

Лейтенант в изнеможении опустился на землю:

- Ничего не понимаю, скоро бой, взвода нет, сколько я был без сознания? И кто вы?

Старик знаком остановил готовых съязвить внуков:

- Я - Полевик, Полевой дух, внуков моих ты уже знаешь. Межевик смотрит за границами полей, а Луговик – за ростом травы. Пришли вот помочь супротив ворога лютого выстоять.

- Э…, - Александр с удивлением посмотрел на новых знакомых, закрыл глаза и открыл вновь: ничего не изменилось.

- Я за Кикиморой, - вздохнул Межич.

- Мы подкрепление, понял? - встрял Лугич.

- Пойдем, - улыбнулся Полевик, - все на месте увидишь.

Поднявшись, Александр двинулся за странным дедом, изо всех сил стараясь не наступить на мельтешивших под ногами Межевика и Луговика:

- Деда, что разведка?

- Еще не возвращалась, Леший пришлет Хухликов, если что-то заметят.

- Кого? – удивился лейтенант.

- Чертиков водяных, - спокойно пояснил старик, - вся земля на войну поднялась, не только люди. Теперь каджый кустик, каждый камешек с нечистью будет сражаться. Вас одних ни за что не оставим. Вот и пришли.

Спрыгнув в окоп, Александр с удивлением заметил, что места его бойцов занимала перешептывающаяся странная братия. Увидев Полевика, все замолчали, выжидательно глядя на молодого взводного.

- Здравия желаю, - неуверенно отдал честь лейтенант.

- И ты здрав буди, - добродушно просипел одутловатый мужчина, покрытый водорослями, - Водяной.

- Он отвечает за связь с болотами, плюс драться любит, опыт имеется, - Полевой дед в сопровождении неугомонных внуков неторопливо повел Александра по окопу, - Кикимора – санитарка, Анцыбалы – черти болотные, наша тяжелая пехота. Аккуратнее, этого не трогай.

Александр осторожно прошел мимо странного мужичка (или женщины?) с непрерывно извивающимися, словно змеи, руками и ногами.

Полевик, неодобрительно хмыкнув, добавил:

- Оплетай, силен в рукопашной, как захватит, не вырвешься.

Дух самодовольно клацнул зубами:

- И всю кровушку повыпью, ни капельки, не оставлю, будешь...

- А ну хватит, - рявкнуло снизу, - разошелся! Ты что обещал? Своих не трогать!

Межич с Лугичем показали крохотные кулачки.

- Я пошутил, - смущенно буркнул Оплетай.

- В блиндаже Злыдни хоронятся, - продолжал экскурсию Полевик, - лучше не заглядывай, не любят они. Как бой начнется, вот уж отведут душеньку, запрыгнут на спину и будут верещать в самое ухо.

- А.., - лейтенант протянул руку в сторону весело полыхающего костра.

- Огневушки, подбрось им поленца, не бойся, не обидят. Дальше опять чертики: Коловертыши и Кулешата.

- Здорова, мужики, - свистнул Лугич.

В ответ донеслись нестройные приветствия, обильно перемешанные забористым матом.

- Волнуются перед боем, - смутившись, пояснил Полевик, - в сотне метров перед окопом Ендари затаились. Эти мастера хорониться, никто их толком и не видел.

- Ничего, сегодня увидят, - хмыкнул Межич, - дед, ты забыл про…

- В лесу Берендей, то ли человек заколдованный, то ли дух, мы не знаем. Он в резерве…

- На случай прорыва, - пояснил Лугич, - эй, тебе плохо?

Но лейтенант не слышал. Он, как зачарованный, смотрел на дорогу, по которой ровным строем шли три десятка бойцов во главе с командиром – таким же молоденьким, как и Александр. Поскрипывали новые сапоги, ярко сияли начищенные бляхи. Новые гимнастерки и белоснежные подворотнички говорили о том, что взвод …

- Нет, - почему-то грустно сказал Полевик, - это не подкрепление. Посмотри вокруг.

Из окопа вылезли все: Коловертыши, скорбно сложив заячьи уши, тихо всхлипывали, разноцветные Кулешата, замерев, отдавали честь, вытянувшись как на параде. И даже Оплетай застыл, что-то бормоча себе под нос.

- Прощайте, мужики, - шепнул Межич.

Лейтенант, словно почувствовав на себе взгляд, обернулся и помахал Александру рукой:

- Удачи, братишка!

Деревья, как по мановению волшебной палочки расступились, образовав дорогу, на которую свернул взвод. Через минуту никого не было. Только в ста метрах правее окопа, на свежем могильном холме ярко вспыхивали крохотные Огневушки, отдавая последний салют павшим воинам.

- Они здесь три дня держались, - шепотом сказал Межич, - хорошо дрались, до последнего. Жаль, что мы не успели.

- Ничего, - скрипнул зубами Полевик, - сегодня за всех рассчитаемся.

- Идут!

- В окоп, живо!

Схватив бинокль, Александр поднес его к глазам:

- Что за…

- А ты думал, мы с людьми воевать собрались, - улыбнулся Полевик, - нечистая сила не одна идет, она и своих духов тащит. Много собрали в этот раз.

Старик внимательно глянул вперед и повторил:

- Очень много, ну что, будем знакомиться, сволочи.

С пригорка неторопливо спускалось самое невероятное воинство. Иногда лейтенанту казалось, что все это сон, он просто контужен и мечется в забытье, достаточно просто себя ущипнуть, чтобы…

- Ай!

- Помогло? – на него спокойно смотрел Межич, - ты не спишь. Лучше смотри и запоминай.

- Все запоминай, - поддержал друга Лугич, - пригодится.

Александр согласно кивнул головой и прильнул к биноклю.

Впереди неторопливо переступал лапами огромный четырехглазый пес, изредка выпускавший изо рта огненные языки.

- Гарм, - пояснил Полевик, - охраняет мир усопших, здесь у них за главного.

По обе стороны от Гарма, тяжело сопя, шагали косматые великаны.

- Фенке, - пискнул Межич, - здоровые, но придурки.

- А это что за погань? – неожиданно взвизгнула Кикимора и дернула за руку Водяного, - полюбуйся.

Вторая цепь атакующих состояла целиком из женщин. Они были полностью голыми, выставив на всеобщее обозрение отвисшие черные груди. Даже издалека можно было рассмотреть перекошенные злобой грязные лица.

- Роггенмеме, - прокомментировал Лугич, - те еще су…

Но его перебил истеричный виз Кикиморы:

- Не вороти морду, кобелина.

Лейтенант с удивлением повернулся: Водяной, смущенно отмахивался от подруги, что-то невнятно бормоча.

- Что? Не нравятся? – санитарка, казалось, от злости забыла о предстоящем бое, - давай проверим наши чувства. А в Европе девки краше, вот ежели лучше тебя не найду… Ну что, нашел? Которую в жены берешь?

- Милая, не ругайся, - Водяной выпустил изо рта струйку воды, - ну погорячился, с кем не бывает, ты у меня самая раскрасавица.

- Водоросль ты бесчувственная, - расплакалась Кикимора, - я ему и песочек под голову речной приношу, и пиявок взбиваю, чтобы спалось помягче, а что взамен? Только завтраки, проверяльщиик чувств хренов. Я, знаешь ли, себя не на помойке нашла, ухажеров пруд пруди. А ты… Все вы, мужики, одинаковые.

- Ракушка моя перламутровая, - забормотал Водяной, - да я за ради тебя вот что хошь.

- Не поверю, пока не женишься.

- Так, бой скоро, куда…

- Опять за старое, европейских девок насмотрелся, чего тебе еще надо, хмырь болотный! До боя, как до Днепра на твоей коряге. Или женись, или за другого замуж пойду. Болотник давеча зазывал, дескать, у него для меня и наряды новые есть, и…

- Да я согласный, только как?

- Лейтенант, - Кикимора дернула за рукав Александра, - ты воин в чинах, властью облеченный, так?

- Допустим, - под ехидное хихиканье Межича с Лугичем ответил взводный.

- Действуй, - категорично хлопнула по плечу санитарка.

- Так бой же, - но возражение было сметено хлестким ударом пучка веток по лицу.

- Еще одно слово, командир, и я за себя не ручаюсь.

- Давай, Сашок, быстрее, Гарм скоро до Ендарей дойдет, - шепнул подошедший Полевик.

- Гражданин Водяной, согласны ли вы взять в жены гражданку Кикимору? – начал лейтенант.

- Согласен, и я согласна, - перебила невеста, - не тяни.

- Объявляю вас мужем и женой, - выдохнул Александр, - совет да любовь.

- Горько! – крикнул Межич.

И, на секунду позабыв о наступающих, вся сказочная братия громко завопила:

- Горько, горько!

От криков недоуменно замерли даже Фенке и Роггенмеме. И только Гарм, неодобрительно фыркнув, продолжал путь.

А в окопе уже кто-то из Кулешат притащил венок из полевых цветов и водрузил его на голову новобрачной. Кикимора смущенно улыбалась и принимала поздравления, а Водяной тихо жаловался Злыдням, которые сочувственно кивая, воровато оглянулись и сунули молодому фляжку с чем-то пахучим.

- А теперь – к бою, - громко скомандовал Полевик, - Огневушки, на позиции!

Лейтенант во все глаза смотрел, как два крохотных огонька пронеслись по полю и замерли на пути вышагивавших Фенке.

- Все понял? – хлопнул Александра старик, - там и поставишь.

- Что поставлю?

Но ответ Полевика заглушили громкие хлопки и страшный вой: великаны, скуля, пытались сбить пламя с ног. Гарм озадаченно посмотрел вперед, выпустив струю дыма, не замечая несущиеся к нему огоньки. От проклятий на немецком зашатались деревья, а запах паленой шерсти чувствовался даже в окопе.

- Отступают! – радостно завопил Межич.

- Погоди, внучок, что-то здесь не так, - задумчиво протянул Полевик, - как думаешь, лейтенант?

- Вы правы, - Александр посмотрел в бинокль, - Фенке воют, но сидят, Роггенмеме не уходят. Значит, чего-то ждут. Да и Гарм, хоть и осмоленный здорово, никуда не делся.

- Значит, нас ждет сюрприз, - сообразил Лугич.

- Мужикииии!

- А вот и он, - мрачно хмыкнул Межич.

Все как по команде оглянулись. По оврагу несся крохотный человечек. Седые волосы были мокрыми от пота, а небольшие рожки обессилено покачивались. Прыгнув в окоп, чертик, задыхаясь, отрапортовал:

- Я от Лешего. Хухлик. Измена. Местный показал дорогу через болото.

- Кто идет, - скрипнул зубами Водяной.

- Бильвизы, - хрипнул посыльный

- Как наши Лешие, только вместо ногтей серпы и злобны до безумия, - объяснил лейтенанту Полевик.

- Роггенмеме – их жены, сам теперь понимаешь, что это за твари, - добавил Лугич.

- Мы с предателем потом разберемся, - сжал кулачки Межич.

- Поздно, - улыбнулся Хухлик, - его сейчас Домовые всей деревней пиз…

- Кхм, здесь вообще-то женщина присутствует, - напомнила о себе Кикимора.

- Двинулись! – истошно закричали Коловертыши.

- По местам! – скомандовал Полевик и повернулся к лейтенанту, - бери внуков и бегом к лесу, хватайте Берендея. Ваша задача – разобраться с Бильвизами, если они прорвутся, всем хана. Ясно?

- Так точно, - хором ответили Межич, Лугич и Александр .

- Вперед.

- Есть.

- Бойцы, в атаку, за мной! – старик выскочил из окопа и бросился вперед.

То, что увидел, оглянувшись, Александр, было похоже на живую картинку из древних сказаний и легенд: выскочившие из с засады Ендари, завывая, сбивали с ног ошарашенных Реггенмеме, Полевик самозабвенно лупил дубиной первого подвернувшегося Фенке, Гарм, завывая, отмахивался от настырных Огневушек, а Анцыбалы неторопливо брали за шкирки атакующих и, стукнув лбами, швыряли на землю, где мелкие чертики, радостно матерясь, развлекались от души.

Кикимора все в том же венке из полевых цветов самозабвенно мутузила самую злобную бабу, от души хлеща её по злобной роже, а Водяной, задумчиво посвистывая, раздавал тяжелые пинки всем желающим и не очень.

- Ну что стал, - дернули за рука лейтенанта, - бегом.

Усадив компанию на плечи, Александр бросился к лесу. После шума боя тот встретил прохладой, тишиной и настороженным рыком.

- Свои, - пискнул кому-то Лугич, - лейтенант из наших.

Александр с удивлением смотрел на поднявшегося огромного человеко-медведя с дубиной в мохнатых руках, который бормотнул что-то вроде приветсвия.

- Он добрый, а придется разозлить, - шепнул Межич, - ладно, вперед!

Пробежав не более сотни метров, бойцы замерли: впереди, аккуратно шагая по кладке, через болото шли Бильвизы, в темно-коричневых треуголках, в простой полотняной одежде и… с лютой ненавистью в глазах. Аура злости, исходившая от противника, была настолько сильной, что с близлежащих елок, желтея, осыпалась хвоя.

Став рядом, друзья спокойно смотрели на приближавшихся чудовищ.

- Хальт, - крикнул Лугич.

Бильвизы посмотрели на компанию храбрецов и расхохотались:

- Вас ист дас фюр айнэ шайсэ? – повернувшись к остальным, хрипнул самый здоровый.

- Вы чего приперлись, сидели бы дома со своими бабами черногрудыми, - не выдержал Межич, - ходят тут, головастиков пугают. Что надо.

Бильвизы переглянулись и хором ответили:

- Lebensraum.

- Жизненное пространство, - шепотом перевел Александр, - земли им своей мало.

- Да знаю я, - отмахнулся Лугич и смело подошел к противнику, - могу подсказать, где его много.

- О, я, я, - довольно оскалились Бильвизы.

- У нас в любом дворе есть дощатый лебен, там и делайте свой сраум, понятно? Чертежи дадим, производство дома наладите, а здесь вам делать нечего.

- Ду хаст айн гроссэс мауль, армлейхтер, - хмыкнул самый здоровый, - ду гейст мир ауф дэн зак! Хенде хох!

- Что он говорит, - тихо рыкнул Александру Берендей.

И прежде, чем лейтенант ответил, на плече великана уже сидел Межич:

- Немчура тебя козлом назвала.

- Что! – от громкого рыка задрожала земля.

* *

Где-то за холмом обиженно хлюпали разбитыми носами Реггенмеме, жалобно стонали Фенке, заматывая покусанные и обожженные ноги. А Гарм, воя от боли, прикладывал шерсть к ране на голове: четырехглазое чудовище стало двуглазым. Остальные два гордо сжимал Оплетай:

- На дерево повешу, лазутчиков отпугивать.

Полевик кивнул и выдохнул:

- Победа!

Услышав жуткие визги, старик оглянулся: над лесом, вереща, взлетали Бильвизы.

- Полная победа, - одобрительно кивнув, добавили Водяной с Кикиморой.

- Ура, товарищи! – крикнул Оплетай.

- Ура, ура, ура, - рявкнуло сказочное воинство.

* *

- Слышишь, - Межич легонько толкнул Александра, - кричат. Значит, победа.

Лугич, топая рядом, только похихикивал, а А Берендей, озадаченно потирая огромные кулаки, вопросительно рыкнул:

- И все-таки, как по-немецки будет «козел»?

Лейтенант хотел ответить, но вдруг споткнулся о две кочки, больно ударившись головой о землю.

- Что ж ты неаккуратно так, - человеко-медведь остановился, - под ноги смотреть надо, я уж подумал…

* *

… - что мы без взводного остались, - бормотал сержант, поливая водой лицо Александра, - кричал же вам, ложись. Слава Богу, только контузило. Как вы?

Лейтенант открыл глаза: на него озабоченно смотрел заместитель, рядом стояли несколько бойцов.

- А где Межич с Лугичем? Где Полевик, Берендей, а Кулешата и Водяной?

- Не волнуйтесь, - сержант повернулся к остальным и подмигнул, те кивнули, - они делом заняты, вставайте, товарищ командир.

* *

Глядя на будущее поле боя, лейтенант странным образом узнавал все, что видел в том удивительном забытьи. Выемка, в которой затаились Ендари, три пятнышка пожухлой травы, где бесстрашные Огневушки здорово помучили Фенке и Гарма.

« Все понял»? – в голове скрипнул голос Полевика, - «там и поставишь».

Значит, справа, в лесу, через овраг…

«… бери внуков и бегом к лесу, хватайте Берендея. Ваша задача – разобраться с Бильвизами, если они прорвутся, всем хана. Ясно»?

- Сержант!

- Слушаю, командир, - подбежал заместитель.

- Смотри, мины поставим здесь, здесь и здесь, трех автоматчиков отправь к выемке, видишь её? Без команды себя не обнаруживать.

Иваныч утвердительно кивнул.

- А к оврагу, - продолжил Александр, - оправь пулеметный расчёт, пусть замаскируются и ждут немцев. Они пойдут через болото, в обход . Подпустить по возможности близко и расстрелять в упор. Если прорвутся в овраг, нам хана.

- Будет сделано, товарищ лейтенант, - сержант собрался было уходить, но остановился, - разрешите вопрос.

- Разрешаю.

- Кто вам информацию подкинул? Бойцы никого рядом не видели.

- Разведка второго фронта, - ответил Александр и, глядя на озадаченное лицо заместителя, рассмеялся, - я в своем уме, Иваныч, поверь. Они где-то здесь, рядом. Бойцы нашего родного фронта. Так что мы еще повоюем, мужики.

Автор: Андрей Авдей

Источник: https://vk.com/four_ls

Предсказания свидомых и реальность

Самая мерзкая черта «ватников» (ну хорошо, вторая после логического мышления) – это хорошая память Поэтому мы периодически достаём писанину апологетов евромайдана с их рассказ...

Манипуляции в опросе о памятнике Дзержинскому

Признаюсь, обожаю «майевтику». Это метод полемики, придуманный Сократом – через последовательное задавание правильных вопросов. Вот и по инициированному Венедиктовым (а он ини...

Обсудить