Академический директор Аспирантской школы по международным отношениям и зарубежным региональным исследованиям НИУ ВШЭ Сергей Шеин — о том, что на пути в Евросоюз у Киева не все так гладко, как пытаются представить
Путь Украины к членству в Европейском союзе (ЕС) может показаться стремительным. Подав заявку в феврале 2022 года, уже в июне Киев стал кандидатом в члены ЕС. В 2023 году руководство Евросоюза согласовало старт переговоров с Украиной. В конце прошлого года Европейская комиссия (ЕК) опубликовала отчет о результатах скрининга украинского законодательства, содержащий оценку, что Киеву нужно исправить, чтобы стать полноценным членом Евросоюза. Появление в СМИ в одном из "набросков" плана мирного урегулирования конфликта на Украине членства Киева в ЕС с 2027 года добавило энтузиазма украинским властям.
Процедура членства в отношении Украины действительно выглядит максимально ускоренной. Особенно в сравнении с Западными Балканами, давно ожидающими своего часа в предбаннике европейской интеграции. Но чем дальше продолжается диалог Брюсселя и Киева, тем отчетливее понимание, что место Украины в составе ЕС отнюдь не забронировано.
Геополитика расширения
Да, существует мнение, что ЕС, перейдя на геополитические рельсы, рассматривает Политику расширения как возможность обеспечения собственной безопасности, а не как вопрос внутренней стабильности или вопрос экономического процветания стран, которые хотят стать частью европейского интеграционного проекта. Хотя Брюссель испытывал "усталость" от расширения на Восток в 2004–2007 годы, которое сделало его более неоднородным и уязвимым к кризисам, с февраля 2022 гога "усталость" сменилась "приливом сил". Это вдохнуло новую жизнь в идею расширения, обеспечив восприятие членства как вопроса геополитики и безопасности ЕС в новые турбулентные и опасные для союза времена. Однако указанный тезис требует уточнения.
В русле геополитической логики Украина нужна Брюсселю именно как внешний источник внутренней консолидации вокруг противостояния с Россией. С точки зрения внутреннего развития Евросоюза, Украина как партнер за пределами объединения, с которым страны-члены солидарны и которому оказывают поддержку, несет в себе более позитивный эффект, чем в случае членства в ЕС, когда она превратится в источник противоречий и конфликтов, получив непропорционально большое влияние в институтах союза и одновременно переориентировав на себя значительную часть фондов в рамках Общей аграрной политики.
"Проблемное", еще и воюющее государство Евросоюз не "переварит". Более того, в области внешней политики Брюссель станет "заложником" Киева из-за возможностей последнего ветировать все решения европейцев не только на российском направлении, но и по широкому кругу международных вопросов.
Европейский союз скорее заинтересован, чтобы Украина осталась буферным государством с боеспособной армией (пока не появится своя), но при этом не принимала участие и никаким образом не влияла на принятие решений в рамках европейских институтов, что стало бы убийственно для европейского интеграционного проекта.
Невозможность членства Украины в ЕС понимают в Брюсселе и некоторых европейских столицах. Поэтому вопросы политико-институционального характера, которые лежат в основе переговоров Брюсселя и Киева, призваны стимулировать движение последнего к европейским идеалам, но не больше. Всем понятно, что Украине, чтобы гармонизировать свое законодательство с европейским и решить внутренние проблемы, нужны десятки лет.
Переговоры по шести тематическим кластерам, охватывающих внутренние реформы, бюджетные вопросы и систему правосудия — это серьезный вызов для Киева. Ну а блок, касающийся состояния демократии и верховенства права в стране, не может быть выполнен без проведения выборов президента. Сами выборы — это производное от украинского урегулирования, что еще больше запутывает клубок, который Украине нужно распутать, чтобы стать членом ЕС.
Интеграция Украины в контексте отношений РФ и ЕС
Наконец, логика украинского конфликта демонстрирует, что на перспективы интеграции будет влиять, как сложатся отношения между Москвой и Брюсселем после окончания специальнойтвоенной операции. Понятно, что сотрудничества и тем более "медового месяца" между ЕС и РФ не предвидится. Но возможен сценарий, что в условиях, когда гарантии безопасности США в рамках НАТО становятся все более призрачными для европейцев вместе с продолжением работы администрации американского лидера Дональда Трампа, в столицах стран ЕС возобладает мнение, что лишние поводы для эскалации с Россией из-за Украины не нужны. Это обеспечит дистанцирование от Украины в плане политических отношений, но не коснется оказания экономической помощи.
И напротив, выбор более эскалационного сценария в виде милитаризации сознания ЕС и продолжения восприятия РФ как угрозы позволит найти в Украине недостающий фрагмент пазла — человеческий ресурс для противостояния Москве. Тогда, по сути, будет оформлен военный союз Украины и ЕС, даже без его институционализации. Можно догадаться, что подобный сценарий приведет к новому витку эскалации и конфликтности.
Важно отметить, что сценарии предполагают разную плотность отношений Киева и Брюсселя, но ни один не предполагает интеграцию Украины в состав ЕС. Это не нужно Евросоюзу, исходя из баланса между геополитической логикой и внутренней стабильностью.
Мнение редакции может не совпадать с мнением автора. Использование материала допускается при условии соблюдения правил цитирования сайта tass.ru
Оценили 6 человек
6 кармы