Цикл зарисовок "Мансарда под проливным дождём".
- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -
Немножко о детях.
- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -
Маленькая хозяйка большого дома¹
Кажется, такое название уже было, у Джека Лондона. Но он писал для скучных взрослых. Тети и дяди всегда заняты своими делами. Они считают, что нет ничего важнее их взрослых дел. Они забыли, когда были детьми...
Мы остались вдвоем. В нашем огромном доме. Нет, для меня он очень даже маленький, но я играю, как будто он большой. Потому что всё в мире относительно. И для моей младшей дочери, которой месяц назад исполнился год, он вполне себе великанский.
Мы играем. У нас очень интересная игра. Сперва мы разбросали по всему дому игрушки, потом покачались на качельке, а теперь мы скачем верхом на мне. Скоро нам это надоест - я искренне на это надеюсь - и мы попробуем разорвать книжку-раскраску или схватить кошку за хвост. Честно говоря, меня такой выбор приводит в затруднение. Но маленькую хозяйку большого дома это не смущает. У нас две руки, в конце концов! Почему бы и не попробовать сразу два дела. Правда, кошка уже набралась небольшого опыта. И умело обороняется когтями.
Мы начинаем плакать. Не от боли, скорее от обиды. Мы же просто хотели поиграть. Кошку трогают наши слезы и она подходит ближе. Роковая ошибка! Она крепко схвачена поперек живота. Тут я выхожу из игры и отнимаю киску, пока та не пустила в ход зубы. Дочь терпеливо ждет, с интересом наблюдая за моими попытками извлечь из ее захвата пострадавшую от собственной доверчивости кошку. Наконец мне удается их разделить, без особых потерь для обоих сторон. Кошка свободна, а меня немедленно возвращают в игру.
Сейчас мне приходится играть в подъемный кран. А может, в дерево в лесу. А может, в шведскую стенку. Мы пока общаемся на языке, который я стал уже забывать, за давностью лет. Но мои отговорки не принимаются. Дочь удивленно вздергивает брови в ответ на мои неуверенные попытки научить ее нескольким словам . Нет, она прекрасно понимает мою речь. Ее удивляет, почему я не понимаю ее. Мне нечего ответить и я вздыхаю. Мне и самому жаль, что я забыл этот чудесный язык детства, на котором разговаривают счастливые и беззаботные люди...
(1 - написан несколько лет назад)
- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -
Фиолетовый цветок
До рождения младшей дочери я даже не представлял, сколько в нашем доме острых углов и твердых предметов. Почему-то мне кажется, что старшая дочь подобный возраст пережила менее болезненно. А младшая такая хрупкая, да еще и пошла очень рано. Только устойчивости не приобрела. Вот и сейчас на ее щеке огромный фиолетовый синяк от старого, твердого комода. Я грустно вздыхаю, размышляя, почему мой ребенок такой неловкий. Потираю лоб и натыкаюсь на шрам. И воспоминания сразу всплывают из глубины лет...
Папа принес домой зажигалку в виде фотоаппарата. Я в восторге, я хочу сфотографировать родителей. Мне три с половиной года, но папа объясняет мне, как равному, что фотографировать нужно от окна, чтобы свет падал на лица фотографируемых. Я киваю и со всех ног бегу к окну. Слышу испуганный крик мамы и страшный удар головой о край чугунного ребра батареи. Море крови. Хорошо, что больница во дворе. Папа хватает меня на руки и бежит туда, рукой зажимая рану на голове. Там мне оказывают первую помощь и перевязывают. Я похож на Щорса и очень этим горжусь. Но только одно мне не дает покоя - я так и не успел сфотографировать родителей. По возвращении домой я делаю вторую попытку. Мама предупреждает меня, чтобы я больше не бегал. Чтобы доказать ей, что с тормозами у меня все в порядке и первый раз всего лишь нелепая случайность, я набираю еще бОльшую скорость. Второй удар в тоже самое место, потеря сознания. Теперь рану пришлось зашивать. Самое обидное, что больше мне не давали фотографировать...
Я смотрю на фиолетовый цветок на щеке дочери и улыбаюсь. Я знаю, в кого она такая...
- - - - - - -- - - - - -- - - - - - - -- - - - - - -- - - -- - - - - - - - -
Оценили 0 человек
0 кармы