Одной из величайших неразгаданных тайн науки остаётся природа сознания. Современные исследования мозга подробно описывают нейронные корреляты мыслительных процессов, но принципиальный вопрос о том, как физическая материя порождает субъективный внутренний опыт, до сих пор не имеет ответа. В свете этой проблемы группа учёных предлагает рассмотреть радикально иной подход: что если сознание не возникает из материи, а является фундаментальным свойством самой реальности?
Эта идея, далёкая от общепринятых научных парадигм, получает неожиданное развитие в новой теоретической работе, предлагающей модель, в которой сознание выступает первичным полем Вселенной. Модель строится на трёх базовых принципах, которые, по замыслу авторов, могут служить мостом между квантовой физикой и не множественными (не двойственными) философскими традициями.
Первый принцип — Универсальный Разум. Речь идёт не о личностном интеллекте, а о бесформенном творческом начале, источнике всех возможных форм, которые может принимать реальность. В философском контексте этому понятию соответствуют такие категории, как Брахман в адвайта-веданте (единая и неизменная реальность, тождественная внутреннему "Я"), Логос в христианской традиции (смысловая основа мира) или Дао в даосизме (невыразимый естественный порядок и источник всего сущего).
Второй принцип — Универсальное Сознание. Это сама способность к осознанию, к наличию опыта. Без неё не существовало бы ни мыслей, ни ощущений, ни наблюдаемой вселенной. В рамках модели сознание рассматривается не как продукт сложной организации материи (мозга), а как фундаментальное поле, лежащее в основе всего.
Третий принцип — Универсальная Мысль. Здесь важно разделить понятие: это не поток личных размышлений человека, а механизм дифференциации, процесс, благодаря которому неразделённый потенциал реальности воплощается в конкретный опыт. В предложенной системе мысль выполняет функцию, схожую с редукцией волновой функции или "коллапсом" в квантовой теории, когда из множества вероятностей возникает одно конкретное состояние.
Как же из взаимодействия этих трёх начал мог возникнуть привычный нам физический мир и мы сами? Модель предполагает, что изначально сознание пребывает в недифференцированном состоянии, содержащем все возможные формы реальности. Через процесс дифференциации возникают фундаментальные структуры: пространство, время, физическая материя, а затем и сложные системы. Некоторые из этих систем, например, человеческий мозг, обретают способность к чувственному восприятию — становятся очагами локализованного сознания.
Таким образом, индивидуальное человеческое сознание в этой модели — не отдельная сущность, а локализованное проявление единого поля сознания Вселенной. Можно провести аналогию с океаном и волной: волна обладает своей индивидуальной формой, но её субстанция — это сама вода океана. Подобные представления встречаются в разных традициях: от утверждения адвайты о нераздельности индивидуального "Я" и абсолютной реальности до буддийских учений о не-самости и суфийской поэзии, описывающей личность как временное выражение единства.
Возникает закономерный вопрос: если всё едино, почему наше ощущение отдельности от мира столь убедительно и непреодолимо? Согласно модели, ключевую роль здесь играет личная мысль — тот самый поток индивидуального мышления. Он формирует восприятие, создаёт и поддерживает идентичность, интерпретирует опыт, постоянно подкрепляя иллюзию обособленного "я", противостоящего внешнему миру. Разделение, таким образом, рассматривается не как изначальное свойство реальности, а как устойчивый эффект восприятия, порождаемый мыслительной деятельностью.
Важно подчеркнуть, что авторы работы не утверждают, будто предлагаемая модель экспериментально доказана. Это теоретический каркас, призванный стимулировать новые исследовательские вопросы и поиски. Однако даже как гипотеза она имеет глубокое значение. То, как мы понимаем сознание, напрямую влияет на этику и сострадание, на подходы к психическому здоровью и формированию идентичности, на разработку технологий искусственного интеллекта и на диалог между научным и духовным мировоззрением. Если сознание фундаментально, то взаимосвязь всего сущего перестаёт быть лишь поэтической метафорой, а становится структурным принципом мироздания.
Эта работа напоминает, что прогресс науки часто связан не только с накоплением данных в рамках принятой парадигмы, но и со смелостью подвергнуть сомнению самые глубокие, почти незаметные допущения, на которых эта парадигма покоится. Вопрос "что такое сознание?" возвращает нас к древнему призыву "познай самого себя", приглашая к исследованию не только содержания мыслей, но и самой природы того, кто осознаёт.
По материалам: https://earth-chronicles.ru/ne...
В.К. Если всё верно изложено, то авторы, на мой взгляд, смешали в кучу объективное и субъективное. Но не будем по этому поду особо распространяться тем более, что я писал об этом уже не раз. Лучше ознакомимся с ещё одним материалом.
Гибкое использование многоцелевого инструмента коровой.
Представьте себе инструменты, которые сделала бы корова. Эта идея, с юмором проиллюстрированная в мультфильме Гэри Ларсона "Дальняя сторона", отражает широко распространённое предположение: коровы не являются ни решателями проблем, ни пользователями инструментов. В науке, как и в культуре, виды домашнего скота часто когнитивно недооцениваются, что подкрепляется их утилитарной ролью и постоянными предубеждениями, отрицающими разум, связанными с потреблением мяса. Несмотря на более чем 10 000 лет одомашнивания, исследования познания крупного рогатого скота остаются скудными и ограничиваются прикладными контекстами, такими как производительность и благосостояние. Использование инструментов, хотя и редко наблюдается, предлагает строгую проверку когнитивной гибкости. Определяется как манипулирование внешним объектом для достижения цели через механический интерфейс- инструменты варьируются от типичных для вида процедур до инновационных, специфичных для конкретных проблем действий. Мы сообщаем здесь о нашей экспериментальной демонстрации гибких эгоцентрических инструментов у домашней коровы (Бос тельца), Вероника, которая использует палубную щётку для чесания. В рандомизированных исследованиях она предпочитала щетинистый конец, но переключалась на конец палки, когда нацеливалась на более мягкие участки нижней части тела. Такое адаптивное развёртывание функций инструмента выявляет использование многоцелевых инструментов, о котором ранее не сообщалось у млекопитающих, не являющихся приматами. Наши результаты расширяют таксономическую сферу гибкого использования инструментов и требуют переоценки когнитивных функций домашнего скота.
Чтобы проверить его гибкость, мы поместили перед Вероникой асимметричный инструмент: палубную скраб-метлу, ориентация которой была полурандомизирована в ходе испытаний (см. Дополнительную информацию). Мы предположили, что она будет нацеливаться на труднодоступные области тела и использовать более эффективный матовый конец над концом палочки. Мы зафиксировали 76 случаев самостоятельного использования инструментов за семь сеансов из 10 испытаний. Вероника манипулировала инструментом ртом, используя язык, чтобы поднять и расположить его, прежде чем закрепить его латерально в диастеме между резцами и коренными зубами, создавая стабильный захват, который позволял точно контролировать дистальный конец (Рисунок 1 и Видео S1). Как и было предсказано, она наносила инструмент исключительно на участки задней половины тела (кострец, поясницу, терл, вымя и лоскут пупка), участки, до которых иначе трудно добраться. Более того, она использовала конец щётки, чтобы чесать своё тело больше, чем конец палки, демонстрируя целеустремлённую, контекстно-зависимую оснастку (χ2 = 5,13, df = 1, p = 0,023). Продолжительность события не различалась между концами инструмента (t = 0,097, df = 67,1, p = 0,92).
Поведение Вероники вышло за рамки этих прогнозов, однако, проявив универсальность, предвкушение, мелкомоторный таргетинг. Неожиданно и показательно использование Вероникой конца инструмента сильно зависело от области тела: она преимущественно использовала конец щётки для чесания верхней части тела и конец палки для нижних областей, таких как вымя и лоскуты кожи живота (χ)2 = 12,7, df = 1, p < 0,001; Рисунки 1 и С1). Линейная модель выявила значительное взаимодействие между площадью тела и типом инструмента (β = −2.11, SE = 0.74, t (55) = −2.87, p = 0.006), подтвердив, что влияние типа конца инструмента на продолжительность события варьировалось в зависимости от площади тела. Концы инструментов также соответствовали различным техникам: она использовала конец метлы на верхней части тела в чистящих движениях, тянув вперед, поднимая и перемещая между движениями. Нацеливаясь на деликатные области, такие как вымя или анальная область, она использовала конец палки для плавных толчков вперед, нацеливаясь точно на цель (Видео S2). На протяжении всего времени она сохраняла постоянный и эффективный захват, время от времени корректируя его перед использованием, ненадолго освобождая и повторно захватывая для достижения правильной ориентации конца щётки.
Постоянное нацеливание Вероники на недостижимые в противном случае области указывает на целенаправленный процесс чесания, вероятно, вызванное раздражением насекомых. Ее поведение было систематическим: конец щётки служил верхним, толстокожим участкам, а конец палки - более мягким, демонстрируя чувствительность к механическим возможностям каждой задачи. Жёсткие щетинки, вероятно, обеспечивали трение, а гладкий конец стержня избегал истирания. Эта закономерность в сочетании с упреждающими регулировками сцепления и разнообразием техники отражает гибкие, контекстно-зависимые инструменты.
Подбор инструмента-конца у Вероники нельзя объяснить формой щётки или распределением веса, она динамично адаптировала свою технику к каждому целевому участку своего тела. Наблюдаемые переключения захвата рукоятки предполагают ожидание действий; особенности, связанные с инновационным использованием инструментов у приматов и врановых. Важно отметить, что различное использование обоих концов щётки представляет собой использование многоцелевого инструмента, использующего различные свойства одного объекта для различных функций6. Сопоставимое поведение постоянно документируется только у шимпанзе.
Эгоцентрическое использование инструментов часто считается пространственно более простым чем использование аллоцентрических инструментов и может не требовать предрасположенности к объединению объектов. Тем не менее, поведение Вероники включало точное нацеливание, координацию и динамическое управление интерфейсом инструмента –body, что указывает на более сложное физическое познание, чем раньше приписывалось крупному рогатому скоту.
Хотя сообщалось об использовании гибких инструментов у наземных копытных (включая недавний, хорошо задокументированный случай у азиатских слонов) до нашего исследования он не был экспериментально подтверждён на крупном рогатом скоте. Анекдотические наблюдения в социальных сетях за использованием инструментов при чесании связаны с научными, но все еще анекдотическими сообщениями об использовании инструментов у лошадей, предполагают, что такое поведение может проявляться у домашних копытных, когда экологические и мотивационные условия благоприятны. Крупный рогатый скот составляет одну из крупнейших в мире популяций домашних животных, однако возможности для выражения поведения, ориентированного на инструменты, вероятно, ограничены бедной средой, типичной для многих систем животноводства, которые редко предоставляют объекты, обеспечивающие такие действия. Случай Вероники, хотя и возникает в необычайно богатых для коровы условиях, говорит о том, что при наличии таких возможностей крупный рогатый скот может выражать глубинные способности, которые иначе вряд ли проявятся. Учитывая, что одомашненные и дикие их предки разошлись более 500 000 лет назад, способность использовать инструменты у крупного рогатого скота вряд ли будет побочным продуктом одомашнивания, но вместо этого может отражать более глубокую, скрытую склонность к решению физических проблем внутри линии крупного рогатого скота.
Несмотря на тысячелетия одомашнивания ради продуктивности, домашний скот почти полностью исключён из дискуссий об интеллекте животных. Случай Вероники оспаривает это пренебрежение, показывая, что техническое решение проблем не ограничивается видами с крупным мозгом с манипулятивными руками или клювами. Таких инструментов, как корова, в мультфильме Гэри Ларсона она не вылепила, подстроила, использовала с заметной ловкостью и гибкостью. Возможно, настоящий абсурд заключается не в том, чтобы представить себе корову, использующую инструменты, а в том, чтобы предположить, что такая вещь никогда не сможет существовать.
Полностью и с видео на: https://www.cell.com/current-b...
В.К. Вот в чём главная проблема современного людского общества - в пренебрежении окружением, в использовании его как некого ресурса для удовлетворения не только своих физиологических потребностей, но и развлечения. А ведь именно общение с окружением и создаёт прецедент либо эволюции, либо деволюции как антипода эволюционного процесса.
Оценили 3 человека
4 кармы