Ещё одна тяжелая утрата, которая болью отзовётся в сердцах тех, кому дороги интересы родного искусства! Не стало Милия Алексеевича Балакирева...
Ещё в январе, работая над своим фортепианным концертом, мысль о котором его давно уже занимала, он проявлял изумительную для своих лет энергию и живость, интересовался музыкальными новостями, принимал в обычные дни своих друзей и т. п.
Недуг (воспаление лёгких) захватил его на страстной неделе, а уже на пасхальной он слёг, чтобы больше не встать. 16-го мая в 71/2 час. утра, с предсмертной молитвой на устах скончался этот замечательный человек и музыкант; «могучий орёл», – как его называл В. В. Стасов, на веки сложил свои крылья...
Музыкально-общественная деятельность почившего художника давно уже стала достоянием истории. Как создатель нового направления в русской музыке и руководитель знаменитой «могучей кучки», как основатель «бесплатной музыкальной школы» и директор придворной капеллы, Балакирев ещё до смерти нашёл должное признание.
Современник Глинки и ближайший его последователь, Балакирев дожил до такого блестящего развития родного музыкального искусства, о котором в дни своей молодости он, конечно, и не мечтал.
Но именно этим своим блестящим настоящим музыкальная Россия обязана в значительной степени Балакиреву.
М. А. Балакирев родился 21-го декабря 1836 года в Нижнем Новгороде. Первые уроки музыки он получил от матери, затем учился некоторое время в Москве у А. И. Дюбюка, но только этими двумя именами и ограничивается список его учителей. В дальнейшем своём развитии и совершенствовании он обязан всецело самому ceбе.
В 1855 году мы застаем его в С.-Петербурге, куда он прибыл из Казани, где слушал лекции в университете (на математическом факультете). С этого времени начинается та оживленная, кипучая деятельность Милия Алексеевича, которая оказалась впоследствии столь благотворной для судеб нашей музыки.
Познакомившись с Глинкой и Даргомыжским, Балакирева сразу же встретил с их стороны признание своего совершенно исключительного музыкального дарования и самое сочувственное отношение. Уже в это время он выступал на концертных эстрадах, как пианист, а его прекрасные композиции своей неожиданной зрелостью и законченностью возбудили общие ожидания. Вскоре после того Балакирев сгруппировал вокруг себя кружок молодых многообещающих талантов – Кюи, Мусоргского, Римского-Корсакова и Бородина (на фото ниже), из которых каждому суждено было впоследствии занять одно из почётнейших мест в истории нашего искусства.
Руководимые своим молодым, но бесконечно превосходившим их в то время своим опытом, мастерством и критическим чутьём, главою, члены кружка быстро усвоили технику композиции и скоро заставили говорить о себе не только в России, но и за границей.
В 1862 году Балакирев, вместе с Г. А. Ломакиным, основал в С.-Петербурге «бес платную музыкальную школу», в концертах которой исполнял произведения своих друзей и пропагандировал сочинения Берлиоза и Листа.
В 1866 году Балакирев был приглашён в Прагу заведовать постановкой опер Глинки – «Жизнь за Царя» и «Руслан и Людмила» и, со свойственной ему энергией и настойчивостью, достиг огромного успеха и создал себе европейское имя.
В 1867-1869 г. г. он дирижировал симфоническими концертами Русского Музыкального Общества, в которых старался, как и всегда, пропагандировать произведения новой русской школы...
Наконец, в период времени 1883-1895 г.г. Балакирев состоял управляющим придворной капеллой, что составило целую эпоху в жизни этого учреждения, обязанного Балакиреву своей коренной реформой, солидной постановкой предметов, преподавания и организацией оркестрового класса.
Выйдя в 1895 году в отставку, Балакирев жил с того времени в С.-Петербурге (летом в Гатчине), посвятив остаток дней своих творчеству.
Несмотря на свое огромное и разностороннее композиторское дарование, Балакирев написал сравнительно не много. Причиной этому были отчасти неблагоприятные условия жизни, так как Балакиреву пришлось вынести очень тяжёлую борьбу за существование, а отчасти – его строгая самокритика: он никогда не позволял себе выпустить в свет произведение, которое в каком-нибудь отношении могло бы оказаться неудовлетворительным, тщательно отделывал свои вещи и выдерживал их подолгу. В этом последнем отношении с ним можно сравнить из русских композиторов разве только Бородина, так как ни Чайковский, ни Римский-Корсаков, не говоря уже о Рубинштейне, этой самокритикой в должной мере не обладали и оставили в массе написанного ими наряду с прекрасными созданиями своего таланта вещи мало продуманные и даже заведомо слабые.
Сочинения Балакирева распадаются на оркестровые, фортепианные и вокальные. Из них наиболее замечательны: музыка к «Королю Лиру» (соч. в 1861 г, изд. в 1904г (!)), симфоническая поэма «Тамара» (одно из гениальных созданий новой русской школы), симфонии C-dur и D-moll, увертюры: русская, чешская, испанская и «1000 лет»; фортепианная фантазия – «Исламей» (одна из труднейших для исполнения и блестящих фортепианных пьес; Лист по ней экзаменовал своих учеников), скерцо, ноктюрны, вальсы, мазурки и др. пьесы для фортепиано, более 40 романсов, из которых многие обладают первоклассными достоинствами, два сборника русских народных песен, гармонизация которых давно уже признана классической, кантата на открытие памятника Глинке, несколько духовных пьес и проч.
Во всех этих произведениях Балакирев проявил безукоризненную композиторскую технику, удивительное чувство формы, необыкновенное чутье оркестрового колорита, дал ряд богатых, всегда изящных и благородных мелодий, а в общем – оставил потомству редкий по художественной цельности и красоте родник музыкальных восприятий.
Будучи наделён от природы совершенно исключительной музыкальной памятью (он знал наизусть почти всё, что когда-нибудь играл или слышал), Балакирев был для своих друзей своего рода музыкальным микрокосмом. Вечера, когда он за роялем цитировал на память для своих слушателей то Бетховена, то Шумана, то Листа и сопровождал свою игру объяснениями, останутся навсегда в памяти слышавших. Особенно любил он Шопена и исполнял его всего чаще на своих музыкальных вечерах...
Приветливый и радушный со всеми, одинаково доступный и важному сановнику и простому крестьянину, Балакирев был истинным христианином. Редко у кого можно было встретить такую отзывчивость к чужому горю, такую искреннюю готовность помочь словом и делом нуждающимся. Сколько его учеников (по капелле) было пристроено им по разным местам, сколько он оказывал посильную для него материальную поддержку, сколько людей ушло от него с обновленной верой в жизнь!..
Нам известны факты, когда Балакирев оказывал помощь совершенно неведомым ему лицам, только потому, что слышал об их бедственном положении. Неудивительно, что умер он совсем бедняком, не оставив никаких средств.
Глубоко правдивый по натуре, он терпеть не мог в людях двуличия и лжи и иногда, со свойственной ему прямотою, говорил людям в глаз горькую истину, не считаясь с невыгодными для себя последствиями. Бескорыстный в служении искусству, он выше всего ставил только его интересы, был предан только ему всеми силами своей богато одарённой натуры, и менее всего заботился о славе своего имени.
Да будет же оно славно в потомстве!
Материал к публикации подготовил Алексей Ратников
Другие статьи:
История нотного письма. Подробности здесь: https://cont.ws/@as39sa179/315...
Фундамент веры – воскрешение Христа из мёртвых. В статье – анализ самого сакрального события в истории человечества. Подробности здесь: https://cont.ws/@as39sa179/279...
Про уникального звонаря К. К. Сараджева. Подробности здесь: https://cont.ws/@as39sa179/288...
Без Православия нет России. Подробности здесь: https://cont.ws/@as39sa179/311...
Заговор против человечества. Подробности здесь: https://cont.ws/@as39sa179/284...
Оценили 6 человек
9 кармы