Во времена холодной войны существовало два подхода к ядерной стратегии. Сначала был принцип «массированного возмездия» — любое нападение отвечалось таким разрушительным ударом, что противник получал колоссальный ущерб. Потом пришла эра MAD (Mutual Assured Destruction) — взаимно гарантированного уничтожения , когда любая ядерная атака приводила к полному уничтожению обеих сторон.
Оба подхода исходили из ошибочного убеждения: для надёжного сдерживания нужно иметь возможность полностью уничтожить страну-агрессора. Но на самом деле достаточно нанести такой удар, который сделает любую агрессию непомерно дорогой. А такой уровень разрушений можно достичь гораздо меньшими силами.
Учёный Стив Феттер из Университета Мэриленда подсчитал: чтобы повторить общее число погибших во Второй мировой за считанные минуты, хватит всего 20 современных ядерных боеголовок — 15 по российским городам и 5 — по самым населённым китайским.
Даже если бы США решили не бить по городам, а вместо этого атаковать инфраструктуру — электростанции, НПЗ, порты — то 100 боеголовок было бы более чем достаточно, чтобы развалить экономику любой страны. При этом последствия всё равно были бы катастрофическими для населения.
Такой уровень разрушений — вне зависимости от целей — делает любую попытку первого удара практически самоубийственным шагом. Это работает даже если лидер страны совершенно не ценит жизни своих граждан. Дело не в морали, а в личном интересе: после ядерного удара по своей стране никто не останется у власти.
Поэтому сравнение размеров ядерных арсеналов между странами — бессмысленно. Если ни одна сторона не может быть уверена, что первым ударом лишит другую возможности ответить, то говорить о преимуществе численности уже глупо. Всё, что сверх необходимого для второго удара — избыточно, опасно и дорого.
Раздуванию арсеналов способствует так называемый контрафорс — стратегия, при которой целями объявляются не города, а военные объекты: шахты с ракетами, базы подводных лодок, командные пункты. Именно эта концепция заставила США и Россию накапливать во много раз больше боеголовок, чем остальные ядерные державы.
Проблема в том, что такая стратегия повышает риски первого удара в условиях кризиса — каждая сторона боится, что её оружие уничтожат до того, как они успеют им воспользоваться. А ещё — увеличивает вероятность аварий, ошибок и просто технических сбоев.
Но главная угроза от ядерного арсенала — не в самих взрывах, а в финансовой нагрузке на бюджет. По словам бывшего председателя Объединённого комитета начальников штабов Майка Маллена ещё в 2010 году, самая большая угроза национальной безопасности — это государственный долг. Он говорил тогда, когда он был «всего» $12 триллионов. Сейчас он перевалил за $36,8.
Из этих триллионов $460 миллиардов уйдут на модернизацию ядерного щита — новые боеголовки, подлодки, ракеты.
Особенно спорно выглядят межконтинентальные баллистические ракеты на суше. Они стоят в фиксированных шахтах, которые видны со спутника. То есть их легко уничтожить первыми ударами. Они не усиливают уверенность в ответном ударе, зато притягивают на себя сотни вражеских боеголовок. Одно исследование показало, что ядерный удар по американским ракетным базам может унести жизни 300 миллионов человек в Северной Америке.
Больше всего шансов на точный и неожидаемый второй удар дают подводные лодки. Они скрытны, их сложно обнаружить и уничтожить. Именно они обеспечивают реальное сдерживание.
Но любые попытки сократить арсенал встретят сопротивление. Потому что сегодня система выгодна определённым группам: оборонным компаниям, бюрократам. Им выгодно, чтобы деньги лились рекой. А налогоплательщики платят, но не чувствуют всей тяжести — расходы распределены на всех, а прибыли сосредоточены у немногих.
Это классический случай «сосредоточения выгод и рассеяния издержек». Благодаря этому $1 триллион на ядерное оружие остаётся почти невидимым для большинства людей. А ведь это часть $90 триллионов, которые США собираются потратить за следующие 10 лет.
Лоббисты, политики, финансирование аналитических центров — всё это работает на сохранение текущего положения. Им проще защищать статус-кво, чем признавать, что огромный арсенал — это не защита, а риск.
А между тем, ядерный переизбыток — это не только угроза мировой безопасности, но и финансовая яма. Люди самых разных политических взглядов должны объединиться, чтобы остановить этот абсурд. Пока нас не накрыло и не стало слишком поздно.
Перевод Евгений Гордеев
Оценили 10 человек
14 кармы