Военная операция США и Израиля против Ирана бросила серьезный вызов внешней политике Евросоюза. В отличие от многих других операций на Ближнем Востоке, где США всегда старались собрать большую коалицию, в данном случае Вашингтон не только не счел нужным заручиться поддержкой стран НАТО, но и, видимо, не удосужился проконсультироваться с ними на предмет целесообразности силового решения проблемы вокруг иранской ядерной программы.
Об отсутствии координации с Европой говорит медлительность реакций лидеров ЕС и некая хаотичность и непоследовательность их позиций. Главе евродипломатии Кае Каллас понадобилось 48 часов, чтобы провести заседание глав МИД. Главы государств и правительств лишь 1 марта 2026 г. начали обозначать свою позицию.
Критика режима и атаки Ирана на страны Персидского залива
В первые дни войны большинство руководителей стран — членов Евросоюза решили не идти против союзника и вместо критики Дональда Трампа и Израиля за бомбардировку школы в Минабе и убийство аятоллы Али Хаменеи сосредоточились на «неизбирательных» ударах Ирана по базам США в странах Персидского залива, аэропортам и нефтяным объектам. Все 27 стран-членов, даже раскритиковавшая «односторонние военные акции США и Израиля» Испания, осудили атаки Ирана по соседним странам.
Памятуя о масштабных январских протестах в Иране, во многих европейских столицах появилась надежда на то, что эскалация может вызвать скорый крах режима в Тегеране. Показательно, что убийство Хаменеи приветствовал даже лидер нейтральной Австрии, а, по словам главы МИД республики Беате Майнль-Райзингер, смерть аятоллы «открывает окно» для новой эры в Иране. Демонстративнее прочих поддержку убийства Хаменеи выразили страны Прибалтики. «Мир не будет проливать слез по поводу гибели кровожадного аятоллы Али Хаменеи», — отметила глава МИД Латвии Байба Браже. Ее эстонский коллега Маргус Цахкна, помимо открытия перспектив для демократии в Иране, в ликвидации лидера ИРИ усмотрел также удар для союзника Ирана России, что крайне важно в условиях растущей напряженности между ЕС и Москвой.
В целом, можно сказать, что на первом этапе войны Европа пытается найти разумные аргументы, чтобы оправдать антииранские действия США и Израиля. Помимо повышения шансов на крах недемократичного режима и ослабления влияния России, некоторые европейские лидеры, такие как премьер Чехии Андрей Бабиш, обратили внимание на «неконтролируемую ядерную программу» Ирана и его «поддержку терроризма в Европе».
Крупнейшие игроки Европейского союза — Германия и Франция — не стали нарушать антирежимный консенсус, но и не пытались демонстрировать какое-то лидерство ни в антииранских операциях, ни в деэскалации. Президент Франции Эмманюэль Макрон и канцлер ФРГ Фридрих Мерц в рамках совместного заявления с премьером Британии Киром Стармером сконцентрировались на «неизбирательном» ответе Ирана по региону и отметили право иранцев «свободно строить свое будущее». Кроме того «евротройка» выразила готовность принять «необходимые и соразмерные меры обороны для уничтожения способности Ирана запускать ракеты и беспилотники по источнику поражения», но так и не решилась наносить прямые удары по пусковым установкам, с которых Иран бил по Катару, Саудовской Аравии, ОАЭ и другим странам. Стармер при этом обозначил готовность помогать США и Израилю, но лишь в рамках оборонительных действий.
Сложившиеся в первые дни войны настроения в европейских столицах, считавших операцию США шансом на смену власти в Иране, довольно точно передал главный редактор брюссельского издания Euractiv Мэтью Карнитшниг. Он считает, что смена режима в Иране на демократический выгодна Евросоюзу, так как сократит ракетные угрозы от Ирана, сделает прозрачной ядерную программу, ослабит поддержку Тегераном своих прокси на Ближнем Востоке и разорвет альянс России и Ирана.
Риск энергокризиса
С разрастанием масштабов конфликта и пониманием того, что блицкриг Трампа проваливается, настроения в Европе начали меняться. Когда Иран начал переходить к прицельным ударам по нефтехранилищам и НПЗ в Саудовской Аравии, Кувейте, Катаре и ОАЭ, перекрывать Ормузский пролив и целиться в проходящие через него танкеры, в Европе замаячила перспектива энергокризиса. За две недели марта цены на нефть марки Brent выросли на 26% и превысили 100 долл. за баррель, а апрельские фьючерсы на газ на хабе TTF взлетели почти на 30% до уровня рекордного января 2023 г. Хотя Германия и другие страны раскупоривают свои энергохранилища, и запасов топлива хватит еще на как минимум на два месяца, Еврокомиссар по экономике Валдис Домбровскис предупреждает о риске стагфляции в Европе. Наряду с энергетическим фактором, ЕС начал беспокоиться из-за перспективы дальнейшей дестабилизации 90-миллионного Ирана и превращения его в «несостоявшееся государство» (failed state). Существуют также риски возмездия Ирана против стран, поддерживающих США и Израиль, в виде террористических атак. Налеты на европейские базы, в частности французские в ОАЭ, уже осуществляются.
Если не брать в расчет испанского премьера Педро Санчеса, который с первых дней критиковал США и Израиль, первым в целесообразности их действий начал сомневаться Макрон. Он сразу после начала войны дал понять, что Париж «не был ни предупрежден, ни вовлечен» в операции Пентагона и ЦАХАЛ, и проблему иранской ядерной программы нужно решать мирными путями. Чтобы не показаться защитником иранского режима, французский лидер напомнил о «законных правах иранского народа». И для демонстрации решимости защищать союзников он отдал приказ об отправке авианосца «Шарль де Голль» из Балтийского в Средиземное море, однако 3 марта расставил все точки над и, назвав интервенцию США и Израиля «нарушением международного права».
Германия обозначила принципиальную позицию по втягиванию в войну. Глава МИД Йоханн Вадефуль заявил, что ФРГ «ни в каком виде» не будет участвовать в войне с Ираном. Однако публично осуждать действия Трампа канцлер Германии не решался, и 2 марта он стал первым европейским лидером, прибывшим в США после начала войны в Иране. На встрече с американским президентом Фридрих Мерц заявил, что сейчас не время читать нотации партнерам, и Германия находится на одной стороне с США. Берлин де-факто поддержал смену режима в Иране, однако, вернувшись из США, Мерц начал сомневаться в успехе союзников. 6 марта канцлер ФРГ заявил о нежелании допустить «сирийского сценария» в Иране с неконтролируемой миграцией в Европу. Более того, Мерц настоял на том, чтобы «иранское государство должно остаться функциональным».
Отказ в разблокировке Ормуза
Следующим водоразделом для Европы в иранской кампании стал призыв Трампа от 14 марта к разблокировке Ормузского пролива силами европейских ВМС и ВВС. Великобритания и лидеры ЕС ответили отказом. Мерц и министр обороны ФРГ Борис Писторус дали понять, что это «не наша война». Макрон заявил, что «Франция ни при каких обстоятельствах не будет участвовать в операциях по открытию или разблокированию Ормузского пролива в сегодняшних условиях». Глава МИД Италии Антонио Таяни и премьер Британии Стармер призвали искать дипломатические пути открытия пролива. Ястреб европейской политики Кая Каллас была вынуждена признать, что предложение изменить оборонительный статус европейской операции Aspides, встретило «мало энтузиазма».
Европа обеспокоена не только тем, что застрявшие в Персидском заливе танкеры и газовозы не могут достичь Старого света, но и обострением ударов по местам добычи топлива. 18 марта 2026 г. Израиль нанес удар по крупнейшему в мире газовому месторождению Южный Парс, а ИРИ поразила крупнейший в мире завод по производству СПГ в Катаре. Цены на газ выросли на 35%. Эскалация войны и наступающий энергетический кризис в Европе повышают стимулы для поиска путей прекращения войны. Накануне саммита ЕС Макрон назвал удары по Ирану и Катару «безрассудной эскалацией» и призвал объявить мораторий на удары по гражданской инфраструктуры и начать прямые переговоры между Вашингтоном и Тегераном.
22 марта 2026 г. формально Британия, Франция, Германия и Италия наряду с другими странами согласились обеспечить безопасность прохода через Ормузский пролив. «Мы выражаем готовность внести свой вклад в соответствующие меры по обеспечению безопасного прохода через пролив», — говорится в документе. Однако речь о применении силы не идет. Франция, Италия и Германия, как и Великобритания, давали понять ранее, что они готовы на миротворческую операцию, но строго по мандату ООН и после прекращения боев между США/Израилем и Ираном. Так что на момент написания материала, нельзя сказать, что Трамп смог склонить европейцев на вступление в войну с Ираном. Иначе президент США не продолжал бы жаловаться на то, что страны ЕС ничего не делают, чтобы помочь Пентагону.
Главные факторы политики ЕС в Иране
На момент написания материала конфликт продолжается, однако мотивы европейских стран в войне остаются неизменной константой.
- ЕС не испытывает симпатию к режиму аятолл в Иране и поэтому даже в разгаре агрессии против Тегерана вводит санкции против иранских чиновников, а также не выражает публичного осуждения убийства Хаменеи, главы Высшего совета национальной безопасности Ирана Али Лариджани и министра разведки ИРИ Эсмаила Хатиба. Но при всей неприязни к действующему режиму в Иране ЕС в случае отсутствия быстрой его смены будет нести экономические издержки и рисковать получить миллионы беженцев, как в случае с Сирией.
- Катар обеспечивает около 14% импорта СПГ в ЕС. Нефтяные поставки более диверсифицированы за счет США и Норвегии, и на КСА приходится 6,5% совокупного импорта ЕС. Однако из-за ударов по объектам монархий Залива цены на нефть растут и в ЕС. Закрытие Ормузского пролива и эскалация в регионе бьют по рынку удобрений, угрожают европейскому сельскому хозяйству и мешают реализации европейских гуманитарных миссий.
- Конфликтовать с Трампом ЕС не выгодно, так как американский президент продолжает угрожать Европе новыми тарифами, не снял с повестки проблему Гренландии, ставит под вопрос европейскую безопасность и поддерживает там немейнстримные правые партии. Однако втягиваться в войну с Ираном с неизвестными перспективами и целями Европа не готова, даже опасаясь мести со стороны США. В конце концов, нет никакой гарантии, что Трамп «отблагодарит» Европу за солидарность по Ирану. Вовлечение США в затяжную войну с Ираном истощает вооружение и боеприпасы, которые Европа по достигнутой в августе 2025 г. схеме должна закупать у Америки для Украины, и ослабляет фронт противостояния с Россией, которая, согласно немецким экспертам, остается главной проблемой Европы.
- Наконец, дальнейшая эскалация ситуации вокруг Ирана расширяет географию конфликтов в мире. Израиль уже начал сухопутную операцию против Ливана — в зоне исторических интересов Франции. Иранские ракеты прилетают по Турции, стране — участнице НАТО, которую ЕС пытается интегрировать в свою систему безопасности. Франция пытается предложить план остановки войн с участием Израиля, Германия защищает Израиль, а Испания жестко его критикует. Разрастание конфликтов на Ближнем Востоке отвлекает ресурсы ЕС от восточноевропейского фронта, угрожает безопасности ЕС на юго-восточном фланге и способно вызвать раскол внутри объединения. А это, в свою очередь, бросает вызов способности Евросоюза играть глобальную роль и актуализирует тезис о том, что Европа — это «экономический гигант», но «политический карлик».
Оценили 8 человек
13 кармы