Каждый месяц, 20 числа, независимо от погоды и времени года, офицеры российской императорской армии времен конца XIX века получали конверты. Они открывали их, смотрели, что находится внутри, внимательно читали бумаги. А потом многие начинали ругаться… на буфетчика офицерского полкового собрания, говоря, что он разоритель и искуситель. Впрочем, уже на следующий день ругаться прекращали и снова, зайдя в офицерское собрание говорили:
- Иван, запиши на мой счет перепелов, икорку и графин водки.
Почему это происходило именно 20 числа каждого месяца и почему ругались на буфетчика?
Все очень просто. В этот день в российской армии офицеры получали жалование. В XIX и в начале XX века с этим установился полный порядок, поэтому можно было ждать и верить, что карман пополнится деньгами. Правда, у молодых офицеров он регулярно не пополнялся. Потому что для молодого офицера по воспоминаниям генерала Геруа это был день, в который подпоручики и поручики НЕ получали жалование. Почти всё вычиталось, так как было потрачено в полковом собрании.
Дело в том, что полковые собрания, особенно в Петербурге, особенно в гвардейских полках, устраивались так, что господа офицеры могли там поесть и выпить в кредит почти что в любое время. Еда и выпивка вроде стоили недорого. Но когда ты зашел раз, потом другой, потом третий, то в результате получалось, что:
«…из копеек, тщательно заносившихся буфетчиком в личную графу офицера, быстро складывались рубли, а из рублей - десятки… бесстрастно каждый съеденный кусочек селедки, пирожок, выпитая рюмка водки…»
Потом буфетчик передавал записи съеденного и выпитого в кредит господами офицерами полковому казначею, а тот удерживал из жалования долг за употребленное. В результате, когда приходило время получать жалование, то есть наступало заветное 20-е число, то офицер получал свой конверт, в котором лежал счет. А в нем аккуратным почерком было написано:
«причитается столько-то, вычтено за то, другое, третье столько-то, подлежит выдаче – 0 рублей»
Геруа подсчитывал, что в не самом дорогом гвардейском полку - Лейб-Егерском, в конце XIX века вполне можно было уложиться в траты около 50 рублей в месяц. Это при жаловании младшего офицера – 70 рублей.
Но служба-то проходила в столице, со всеми её соблазнами. Да ещё и доступное офицерское собрание. Вот и причиталось из жалования ноль рублей, ноль копеек.
Постепенно, конечно, офицер рос в чинах, становился рассудительнее, да и оклад поднимался. Поэтому в конверте с годами появлялся не только счет за потраченное, но и деньги. И тогда обид на буфетчика становилось меньше, а настроение лучше!
Оценили 56 человек
109 кармы