Почему Египет не принимает ни сторону Израиля, ни Ирана

В настоящее время Египет рискует оттолкнуть от себя своих традиционных союзников, не оправдав их военных и стратегических ожиданий в ходе нынешнего противостояния, - сообщает Saif Alislam Eid.

Однако выступая в роли посредника, Каир может показать себя искренним союзником стран Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива, не вступая при этом напрямую в конфликт, который ему не по карману.

В первый день войны МИД Египта осудило иранские атаки на страны Персидского залива и Иорданию, продемонстрировав официальную солидарность с Советом сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ). Впоследствии оно совершило дипломатический разворот в сторону нейтралитета, поддержав Турцию и Пакистан.

В то время как одни аналитики сочли это прогрессивным шагом во внешней политике Египта, другие назвали его радикальным и рискованным.

Каир понимает, что если региональный конфликт разрастется или затянется, то в Египте усугубится системный экономический кризисе, что приведёт страну к потрясениям.

Таким образом, стремление Египта играть посредническую роль является стратегическим направлением, поскольку страна стремится не допустить втягивания в конфликт, который потребует от нее таких логистических и финансовых ресурсов, которые она не сможет обеспечить.

Трехстороннее сотрудничество между Египтом, Пакистаном и Турцией основано на общей приверженности западной архитектуре безопасности, поскольку все три страны остаются ключевыми союзниками США, особенно в военной сфере.

Турция сохраняет свою стратегическую роль в качестве члена НАТО. Военное руководство Пакистана продолжает пользоваться высоким уровнем поддержки в Белом доме а оборонная политика Египта по-прежнему тесно связана с Вашингтоном благодаря ежегодной военной помощи в размере $ 1,3 млрд.

Эта зарождающаяся ось также поддерживает функциональные, прагматичные отношения с Тегераном. Пакистан и Турция имеют общие границы с Ираном и давние дипломатические отношения с ним. Египет вынужден проявлять наибольшую осторожность, поскольку в 1979г разорвал дипломатические связи с Тегераном, а позже подписал мирный договор с Израилем.

Однако в последние дни Каир дал понять, что готов к потеплению отношений, в частности, пытаясь преодолеть разногласия между Ираном и Международным агентством по атомной энергии с помощью недолго просуществовавшего Каирского соглашения после 12-дневной войны в июне прошлого года.

Кроме того, и Египет, и Турция обладают уникальным рычагом воздействия в виде нормализованных - пусть и напряженных - отношений с Израилем.

В сочетании с прочными экономическими связями и партнерскими отношениями в сфере безопасности между тремя странами и государствами Персидского залива, а также относительной защищенностью от прямых иранских ударов во время нынешней войны, эти страны обладают необходимым дипломатическим потенциалом, чтобы выступать в качестве эффективного посреднического блока.

Для Египта конфликт разразился в то время, когда страна и без того находилась в шатком финансовом положении.

Её внешний долг достиг ошеломляющих $ 169 млрд, что составляет около 40 %ВВП, а в 2026г Египту предстоит выплатить $ 27 млрд в качестве процентов по долгу. Процентные выплаты составляют более 50 % от всех государственных расходов.

Прямое влияние регионального конфликта на внутренние рынки Египта наглядно демонстрирует ошеломляющий спад объемов экспорта на 77 %. Этот торговый паралич усугубляется оттоком капитала на сумму до $ 8 млрд из-за неопределенности в регионе.

Бюджетное равновесие Каира по-прежнему сильно зависит от трех основных факторов: цен на нефть, доходов от туризма и денежных переводов трудовых мигрантов. На долю последних в 2025 году пришлось $ 41,5 млрд.

К этой нестабильности добавляется ожидаемое сокращение финансовой помощи и прямых инвестиций со стороны Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива. Особенно от ОАЭ и Саудовской Аравией, так как Каир не оказал существенной военной поддержки в борьбе с иранскими атаками.

Каир стремился дипломатическими мерами смягчить последствия кризиса, организовав серию государственных визитов под руководством самого президента в различные страны Персидского залива.

Стратегический выбор

Острая экономическая уязвимость Египта, проявившаяся в резком росте цен на топливо и систематических отключениях электроэнергии из-за временной приостановки поставок израильского природного газа, подчеркивает стратегическую целесообразность активного участия Каира в посреднических усилиях наряду с Пакистаном и Турцией.

После военного переворота 2013г влияние Египта в регионе ослабло, поскольку внутренняя структурная нестабильность и финансовые потрясения уступили геополитическую инициативу набирающим силу державам, таким как Саудовская Аравия.

Этот период стратегического отступления характеризовался ослаблением традиционных рычагов влияния Каира на важнейших направлениях.

В этом контексте дипломатическое посредничество стало стратегическим выбором, призванным компенсировать отсутствие более решительных форм воздействия.

Каир сыграл важную роль в обеспечении перемирия в октябре 2025г вместе с Катаром и Турцией.

Таким образом, Египет может позиционировать себя как искренний союзник, одновременно избегая участия в вооруженных конфликтах, непосильные финансовые и политические издержки которых он больше не может себе позволить.

Египет также осознает, что крах Ирана как региональной державы приведет к неоспоримому доминированию Израиля на всем Ближнем Востоке. Но он также рискует оттолкнуть от себя своих традиционных союзников из-за того, что не оправдает их военных и стратегических ожиданий в нынешнем противостоянии.

Источник

Интересный канал "Вместо блумберга"

Забавный канал "Смешные картинки"

Ещё интересное - Покупательная способность доллара упала, а населения не верит в американскую мечту