Из письма жене, 3.04.1942
Дорогая Вера, солнце, голубка моя!
Сердце мое замирает от радости при одной той мысли, что ты, может быть, получишь это письмо мое, что ты и сын и доченька увидите мой почерк, узнаете, что я жив, здоров.
Мы не виделись и ничего не слыхали друг о друге больше 9 месяцев. Теперь, когда есть возможность послать письмо, хочется рассказать много, много...
Что, что сказать тебе?! Я помню, всю жизнь буду помнить Кулагине, где я видел тебя (15 июля) больную, с только что явившейся на свет дочерью, где мы расстались так внезапно, совсем не попрощавшись. Но я знал, что ты не могла на меня обидеться и как жена и как подруга, так как долг мой обязывал меня остаться в районе во что бы то ни стало. Я хорошо представлял весь ужас того положения, в котором ты осталась. Но я, ты знаешь, тогда ничем не мог помочь тебе. Я утешал себя одной мыслью, что твои страдания — страдания всего нашего народа, что таких мучениц, как ты, тысячи, что война есть война.
Но вот что замечательно, голубка моя. Ни на одну минуту меня не покидала мысль, уверенность, что ты жива, что ты помнишь обо мне, что ты любишь меня, как десять лет назад, как всегда любила. Ни на минуту меня не покидала уверенность, что мы еще увидимся, что мы снова будем вместе. Этому я верю и сейчас, так же как верю в нашу победу над гитлеровскими бандитами.
Солнце мое, голубка моя, мы увидимся! Жди этот час. Верь этому! Как крепко обниму, как расцелую всех вас!!! Я жду этот светлый час так, как жду полного освобождения моей Родины от фашистской нечисти. Этот час близок, в это верим все мы, большевики, все партизаны, все население нашего района.
9 месяцев в фашистском тылу — как я жил, где я жил это время? Как мы вели борьбу против немецких захватчиков? Разве можно описать в одном письме!
Сколько бы я ни написал тебе об этом, тебе все равно казалось бы мало и бледно.
Первые недели и месяцы подпольной работы были очень тяжелы. Отрядов у нас в районе около десятка. Не знаю точно, по скольку бойцов в каждом отряде, в моем отряде больше 100 бойцов. Все замечательный, отборный народ.
Жил я в Федорове, Понизовье, Гришкове, Петрищеве, Босине. Ночевать приходилось в поле, в лесу. Осень всю провели с группой товарищей в лесу. Февраль жили в землянке. Здоровье не подводило. Я, наверно, здоров сейчас больше обычного. Язва желудка, как мне кажется, прошла, зарубцевалась. Как я ни скрывался, духовщинские заправилы — фашистские холуи — скоро проведали о моем пребывании в районе. За мной охотились, как за медведем, но тщетно. Только один...(*) да несколько раз мы им изрядно чесали бока. Судьба немцев в Демидове, в Пречистом, Духовщине решается этими днями. Однако сейчас мы еще пока в тылу у немцев, в окружении врагов, но они бессильны что-либо предпринять против нас. Партизаны неуловимы. Жизнь наша с самого начала замечательна, прекрасна. Замечательно то, что все население горячо поддерживает нас, помогает нам и ненавидит фашистов.
Что еще тебе рассказать? Оставшись в районе, я исходил и исползал его вдоль и поперек. Пообходил почти всех коммунистов. Организовал их в подпольные партийно-партизанские группы. Теперь они выросли в партизанские отряды. В одном из таких отрядов я являюсь комиссаром...
Несколько хороших товарищей наших не убереглись, попали в руки врагов и погибли. Я, как видишь, а со мной человек 50 коммунистов района уцелели. Кто с осени, кто с зимы партизанят.
Сейчас Духовщина окружена партизанскими отрядами. Всех фашистских холуев разгромили. Ни одна волуправа фашистская не работает. Немцы пока, как волки, сидят в Духовщине и немногих деревнях. В ряде сельсоветов у нас уже восстановлена Советская власть. В остальных сельсоветах района власть [тоже] принадлежит партизанам. Ох, как фашисты боятся партизан....(*) и я легко вывернулся из их лап. Ну, а теперь, думаю, им слабо.
Голубушка моя, тороплюсь. Я не написал тебе и десятой доли того, что хотел. Прощай.
Береги, расти сына, дочурку. Пусть они будут умными, хорошими, пусть они растут большевиками. Пусть они, и ты вместе с ними, любят Родину... Верьте в час нашего избавления от врагов.
Целую всех вас крепко, крепко.
Что бы ни было со мной, я верю, что ты мужественно вынесешь все невзгоды и, по крайней мере, вырастишь мне сына Володю и дочь Нелю. Эх, как я хочу их видеть. Вот они у меня перед глазами. Помнишь: это «В хороводе были мы», как с дочерью на досуге занимались. Весь лист. Прощай... Целую...
Твой и только твой Петр.
(Подлинник публикуемого письма хранился в партийном архиве Смоленского обкома КПСС (ф. 142, оп. 2, д. 484, л. 83—84).)
(*) Пропуск текста, стерто на сгибе листа.
Справка. Петр Феоктистович Цуранов, секретарь духовщинского* подпольного райкома партии Смоленской области, партизан. Один из инициаторов партизанской операции «Дети», благодаря которой более трех тысяч смоленских ребят были выведены с оккупированной территории и спасены от смерти и фашистского рабства.
Начало войны застало 34-летнего второго секретаря Духовщинского райкома партии Петра Цуранова на на воскресной рыбалке — он любил с удочкой посидеть на реке..
Эвакуировав жену с сыном и недавно родившейся дочкой, Петр с головой ушел в работу. Под его руководством было сформировано несколько групп подпольщиков. Партизаны участвовали в боях с регулярными частями немецкой армии, оказывали активную помощь частям Западного фронта.
В начале 1942 года отряд обосновался в Гришкове, а через два месяца — в Городне.
25 марта группа партизан во главе с боевым комиссаром отряда Петром Цурановым устроила засаду у деревни Закуп, куда двигалась колонна из 300 гитлеровцев. Партизаны в упор расстреляли карателей, и те, потеряв более 100 человек убитыми, в панике бежали.
В апреле — мае 1942 года в ряде районов Смоленщины, освобожденных партизанами, стала восстанавливаться Советская власть. 1 мая состоялось заседание бюро Духовщинского подпольного райкома партии, на котором были рассмотрены вопросы о восстановлении власти Советов.
Секретарь райкома П. Ф. Цуранов возглавил эту работу в районе. Бюро райкома партии совместно с исполкомом райсовета и райкомом комсомола обратилось с воззванием к трудящимся: «На освобожденной территории нашего района от фашистских бандитов, т.е. в 10 сельсоветах, восстановлена Советская власть и повсеместно восстанавливается советский порядок. Но борьба с врагом, конечно, этим не заканчивается. Наши победы еще надо закрепить и развить дальше. Мы должны всячески помогать Красной Армии и красным партизанам добить врага и изгнать гитлеровскую орду за пределы Советского Союза. Мы победим!...»
22 июня 1942 года состоялся митинг трудящихся района. «Да здравствует наша Советская Родина! Долой фашистских злодеев!» — такими лозунгами заканчивалась резолюция, которую по поручению 500 участников подписал Цуранов.
Через два месяца секретарь райкома партии докладывал Смоленскому обкому ВКП(б) о помощи населения партизанскому движению: «Собрано и сдано партизанам: хлеба — 2985 центнеров, мяса — 2660 центнеров, масла — 314 килограммов, белья — 500 пар, обуви — 100 пар, винтовок — 1000 штук». В этих цифрах была и его, Петра Цуранова, частица забот о боевых товарищах.
Летом 1942 года после ожесточенных боев пришла вторая оккупация района. Петр возглавил партизанский отряд «Буревестник» и снова без устали, без страха громил фашистские отряды, организовывал подпольную работу, диверсии и крушения.
В феврале 1943 года легендарный Петр Цуранов геройски погиб в бою с гитлеровцами.
...Сторона моя милая,
Земляки и родня,
Бей же силу постылую
Всей несчетною силою
Ножа и огня.
Бей! Вовек не утратится
Имя, дело твое,
Не уйдет в забытье,
Высшей славой оплатится.
Эй, родная, Смоленская,
Сторона деревенская,
Эй, веселый народ,
Бей!
Наша берет!
1942
А.Твардовский. Партизанам Смоленщины (отрывок)
*На месте современной Духовщины в XIII—XIV вв. существовал женский Духовской монастырь (его церковь была освящена во имя Святого Духа). В XV или XVI веке вокруг монастыря возникла Духовская слобода. Со второй половины XVII века Духовщина была центром стана, затем волости. 1 октября 1929 года была сформирована Западная область, в составе которой был образован Духовщинский район, с центром в городе Духовщина. 15 июля 1941 года город был оккупирован немецко-фашистскими войсками. 19 сентября 1943 года войсками Калининского Фронта в ходе Духовщинско-Демидовской операции город освобождён — силами 39-й армии и Авиации дальнего действия. В честь освобождения города в Москве был дан салют 12 артиллерийскими залпами из 124 орудий.
Спасибо за просмотр!
Источники:
ГОВОРЯТ ПОГИБШИЕ ГЕРОИ М., Издательство политической литературы, 1986.
Новиков, Л.К.; Дроздова, Н.М. Операция "Дети". Горький: Волго-Вятское книжное издательство; Издание 2-е, испр. и доп. 1990 г.
сайт "Молодая Гвардия" ( Партизанам Смоленщины)
Оценили 46 человек
71 кармы