Россия становится "мировым участковым", чтобы не быть мировым потерпевшим

Когда говорят о причинах и целях российской военной операции в Сирии, обычно выделяют ряд версий:

1. Возвращение России на Ближний Восток в качестве ключевого геополитического игрока.

2. Рекламная кампания российского вооружения.

3. Обкатка новых образцов оружия в боевых условиях и т.д. и т.п.

Однако есть и еще одна версия, которую упоминают куда реже. Сирия – это первая и прямо-таки образцово-показательная «полицейская» операция России в качестве мирового жандарма.

Безусловно, можно подобрать и другие термины (мировой полицейский, участковый, посредник-миротворец), но это не меняет сути.

Россия столбит себе место нового главного силового игрока в мире, в чьи функции входит следить за соблюдением правил игры на международной арене и в случае необходимости приводить нарушителей к порядку.

Старая мировая конфигурация разваливается. США, бывшие мировым жандармом в предыдущий период, полностью дискредитированы на данном поприще и просто не справляются с задачей. А вернее, занимаются прямо обратным – разрушают правила и рамки, порождают бессистемное насилие и хаос.

А значит пришло время нового мирового полицейского.

Встает вопрос: почему Россия?

Ответ прост: других вариантов просто нет.

Тройка самых сильных армий мира (а мировой жандарм должен быть из ее числа, иначе эту «работу» просто не потянуть) известна: США, Россия, Китай.

США свою смену отработали.

Китай на эту роль не подходит, причем по многим причинам. Во-первых, активно прокачивая последние годы свои вооруженные силы, он слишком давно (несколько десятилетий) не проверял их в деле, так что пока боеспособность китайской армии и ее способность решать подобные задачи просто неизвестна. Во-вторых, специфика китайской цивилизации такова, что она вызывает недоверие у слишком многих стран и культур на планете, а в Юго-Восточной Азии особенно. Ну, и плюс Китай осуществляет столь агрессивную экономическую экспансию в самых разных уголках мира, что значение второго пункта можно смело умножать на три.

Так что именно на России сошлись все карты:

1. сильная армия, неоднократно за последние двадцать лет доказавшая свою боеспособность и в данный момент проходящая модернизацию. Причем модернизация заточена под решение военных задач, требующих именно оперативности, мобильности и современных технологий.

2. взвешенное военно-политическое руководство, способное принимать неординарные и даже рискованные решения, но не склонное к авантюрам. При этом силовые решения, хотя к ним готовы, являются самой крайней мерой, к которой Кремль прибегает, когда переговорные возможности исчерпаны полностью.

3. достаточно слабая экономика, что снимает опасения многих стран из серии «дашь палец, откусит руку». Россия не вызывает опасений как потенциальный агрессивный мировой гегемон, который сможет подмять под себя весь мир, как это сделали Штаты.

4. национальная культура, которая позволяет легко находить общий язык с самыми разными народами. Плюс твердое следование традиционным ценностям, что совпадает с установками большинства стран, где может потребоваться вмешательство.

Остаются вопросы: а зачем России это надо? В чем смысл посылать наших солдат гибнуть в разные точки планеты, потому что даже при самых современных методах ведения войны боевые потери неизбежны, и Сирия стала тому примером? В чем смысл тратить наши военные бюджеты на решение проблем чужих, отдаленных от нас стран?

Ответ стоит начать с масштабного геополитического аспекта.

Мир находится в состоянии глобального кризиса и перестройки всей мировой системы. Традиционно подобные периоды человечество сопровождают войны. В прошлом веке это вылилось в две мировые войны с общим количеством жертв под сотню миллионов человеческих жизней.

Этого достаточно, чтобы представить себе перспективы Третьей мировой, если она таки начнется. К тому же ситуация такова, что «пороховые бочки» этой войны уже готовы, а к некоторым даже фитили подожжены.

В этой ситуации у России есть два прямых интереса. Программа максимум – чтобы война вовсе не случилась, потому что практика показывает, что выигрывают от таковой только наши заокеанские партнеры. Программа минимум – если война все-таки неизбежна, минимизировать ущерб от нее и вовлечение в нее России.

Соответственно, российская стратегия очевидна: «тушить» уже зажженные «фитили» и не допускать возгорания новых, особенно вблизи собственных границ (с тимуровским приветом Армении и Азербайджану). Однако в некоторых случаях проблему невозможно решить политическими и дипломатическими методами, и тогда прилетают вежливые стратегические бомбардировщики и позволяют вернуть ситуацию на рельсы политического диалога.

Важнейшее значение военной операции в Сирии именно в том, что Россия продемонстрировала всему миру, что она может это делать. Она может очень ограниченным силовым вмешательством останавливать расползание хаоса в, казалось бы, безнадежной ситуации.

Однако помимо высоких геополитических материй у России есть очень простой материальный интерес занять место мирового жандарма, простите – участкового.

Тысяча лет отечественной истории сформировала замечательный феномен, которым страна по праву гордится – русская армия. Россия умеет воевать. Некоторые даже утверждают, что Россия любит воевать, но оставим эту тему для другого раза. Однако насчет умения сомнений нет – воевать мы умеем.

А еще у нас к войне и собственной армии очень романтическое отношение, в которое за последние пару десятилетий добавилась горькая оскомина – не очень-то мир ценит подвиги и жертвы России, даже самые безусловные и бескорыстные. Вот уже и братушки не такие уж братушки, и главный вклад в спасение мира от чумы нацизма, по версии Запада, внесли американцы.

Так не пора ли России добавить щепотку прагматизма? Тем более, что с моральной стороной дела в работе мирового полицейского полный порядок – он останавливает войны (пусть даже силой) в залитых кровью странах, он возвращает правила и порядок туда, откуда они, казалось, навсегда ушли.

Кремль неоднократно прямо говорил, что результатом урегулирования сирийского кризиса станут контракты и концессии там для российских компаний. А это денежный поток в российскую казну, это пенсии и зарплаты бюджетникам, это дороги, детские сады и атомные ледоколы в России.

Остается только один самый последний вопрос: но как же наши мальчики? неужели они должны умирать за финансово-геополитические интересы государства?

Главное, что надо понимать, что никаких «мальчиков» там нет. И не будет. Наши мальчики-призывники служат на Родине, тренируясь на учениях. А для «полицейской» работы у России есть мужчины. Мужчины-профессионалы, офицеры и контрактники, которые сознательно выбрали себе дело жизни.

И это дело жизни - российская армия - возникло именно потому, что все попытки России в истории "никуда не лезть" и отказаться от геополитических амбиций приводили к тому, что беда приходила к нам в дом, и платить за это приходилось страшную цену. Достаточно сравнить 15 тысяч наших военных, погибших за десять лет афганской войны, с миллионами жизней, которые потеряла страна в результате национальной катастрофы 1990-х. Так что, самое время вернуться к недавнему напоминанию одного знатока нравов питерских улиц: «Если драка неизбежна, бей первым».

Иными словами, роль мирового участкового для России - это естественная и, возможно, единственная альтернатива роли постоянного мирового потерпевшего.

Источник