Пресс-секретарь МИД Ирана Исмаил Багаи в интервью India Today заявил, что дипломатии США уже никто не верит. Потому что за последние 9 месяцев переговоров Иран атаковали дважды. Соответственно, он опроверг любые заявления насчет ведущихся переговоров между США и Израилем. Вместо 15 пунктов американского плана, Иран выдвинул 5 своих:
— полное прекращение агрессии в любом виде со стороны США и Израиля;
— договор о ненападении и конкретные гарантии того, что война не будет вновь навязана Ирану;
— гарантированные и конкретные военные репарации и компенсация ущерба;
— остановка нападений Израиля и прекращение войны на всех фронтах, в том числе, для всех групп сопротивления в регионе;
— международное признание и гарантии суверенной власти Ирана над Ормузским проливом.
Если посмотреть на эти простые и четкие требования без дипломатических формулировок, ситуация выглядит следующим образом. США попытались продавить Иран через военное давление и одновременно предложили сделку на своих условиях. Иран отказался, потому что предложенные условия означают фактическую капитуляцию без гарантии, что давление потом не вернётся. Сейчас обе стороны делают то, что обычно делают в таких конфликтах: повышают ставки и ждут, кто первый моргнёт.
Американский план — это не мирный план, а список требований победителя, который пока ещё не победил. В нём от Ирана хотят отказаться от ядерной программы, ограничить дальность ракет, прекратить поддержку союзников, открыть Ормуз и согласиться на международный контроль (т.е. стать подмандатной территорией и отказаться от суверенитета). То есть убрать всё то, на чём держится его безопасность.
Взамен обещают снятие санкций и помощь в мирной атомной энергетике, т.е. вещи, которые можно дать и потом забрать. Да и вообще, обещания США — это еще та обманка. Для лохов. Для Тегерана это выглядит как предложение сначала разоружиться, а потом надеяться на честность противника. Что, в случае США, даже не смешно.
Ответ Ирана — тоже не компромисс, а зеркальный ультиматум. Перемирие, гарантии ненападения, компенсации, прекращение действий Израиля, признание контроля над Ормузом. Это не условия для переговоров, а демонстрация того, что Тегеран не считает себя проигравшей стороной. Пока страна сохраняет возможность бить по региону, перекрывать пролив и держать союзников в игре, она будет торговаться как равный, а не как побеждённый. Пункт о выплате Вашингтоном репараций – и вовсе красивый.
История с еврейским лобби в США в лице Уиткоффа и Кушнера, с которыми персы отказались вести переговоры, и теперь Вэнсом показывает, что Вашингтон пытается решить вопрос не через обычную дипломатию, а через политическую сделку в стиле Трампа — быстро, жёстко и пакетом. Такая схема работает, когда у США есть явное преимущество. Но она плохо работает против противника, который считает, что может выдержать давление.
Реальные переговоры начнутся только тогда, когда изменится баланс сил. Если США смогут серьёзно ударить по инфраструктуре и военным возможностям Ирана, требования смягчатся и разговор станет предметным. Если Иран покажет, что может долго держать удар и создавать проблемы Коалиции Эпштейна, а также странам региона, то смягчать условия «сделки» придётся уже Вашингтону.
Одно непонятно: мы-то зачем кормим последние полгода Уиткоффа чебуреками, хотя наше положение в отношениях с США гораздо круче иранского — у нас-то ядерное оружие есть?
Оценили 94 человека
127 кармы