Балтийский завод в Санкт-Петербурге показал рекордный минус в 19 миллиардов рублей, несмотря на присутствие в группе ОСК и солидные госконтракты от Росатома на строительство атомных ледоколов. Как так получилось? А виноватых вроде бы и нет. Сплошные объективные обстоятельства.
![](https://cont.ws/uploads/pic/2024/7/26%D0%B0%20%28199%29.jpg)
АО «Балтийский завод» в 2023 году показало рекордные убытки в 19 миллиардов рублей, что стало отраслевой сенсацией. Выручка предприятия выросла на 7%, до 21,1 млрд. «Наша версия» в прошлом году писала, что Объединенная судостроительная корпорация (ОСК) и Росатом собирают в Санкт-Петербурге мощный судостроительный кулак. Сейчас в северной столице работает пять крупных верфей, входящих в состав ОСК («Адмиралтейские верфи», «Северная верфь», «Балтийский завод», «Средне-Невский судостроительный завод» и «Кронштадтский морской завод»). Впрочем, сам Балтийский завод входит в ОСК еще с 2011 года.
Проект 22220
В отчетности по итогам 2023 года само АО «Балтийский завод» приоткрывает тайну огромной суммы понесенного ущерба: «Основной убыток сложился в связи со сдачей планово-убыточных заказов: первого и второго серийных универсальных атомных ледоколов (УАЛ) проекта 22220 ("Сибирь", "Урал"). Убыток предприятия за 2023 год составил 18,98 млрд рублей».
Данные ледоколы строились как раз по заказу «Росатома». Проект 22220 олицетворяет собой самые крупные и мощные ледоколы в мире, которые могут пробивать трехметровый слой льда, проводя за собой караваны торговых судов через Северный морской путь. Балтийский завод ввел атомные ледоколы «Арктику», «Сибирь» и «Урал». И их приняли все госкомиссии и заказчик.
Так в чем дело, откуда убытки при успешной работе и дорогих заказах? Ответ и простой и сложный.
Рост цен, ослабление рубля
Пресс-службы Балтийского завода и ОСК от комментариев отказываются, ссылаясь на секретность. Понятно, что не получить даже анонимный комментарий от действующих сотрудников завода. Кое-что понятным становится из той же открытой отчетности, например, по ледоколу «Сибирь», который был передан заказчику не в 2019 году, а в 2021-м. В докладе Балтийского завода указываются логичные вещи. «Деловой Петербург» обобщает не казенным языком: «Первоначальной калькуляции заложили низкую плановую рентабельность, которую в дальнейшем свели на нет несколько причин. В их числе многочисленные корректировки техпроекта, проектной и конструкторской документации, рост цен, ослабление рубля (а следом материалов и оборудования) в период строительства ледокола, себестоимость собственных и контрагентских работ. Проблемы с рентабельностью проекта 22220 обозначились еще при строительстве головной «Арктики». Обоснование ее цены посчитали в 2008 году, а контракт на строительство с верфью заключили в 2012-м. «За время строительства экономических "подпрыгиваний" было довольно много, а около 75% цены атомохода - это поставки оборудования и материалов», - говорил весной 2023 года генеральный директор Балтийского завода (на тот момент) Алексей Кадилов».
В принципе, обычная картина для любых масштабных проектов в России, тем более, таких сложных как морские. Вовремя почти ничего не сдается, строящийся объект обязательно дорожает. Порой в разы.
«Деньги есть, а людей нет»
Но есть и более сложная причина убытков и просрочки. Которую решить куда сложнее. Удалось разговорить бывшего инженера «Адмиралтейских верфей». Он занимался строительством подводных лодок, но говорит, что проблемы предприятий одни и те же: «Озвученные причины – удорожание всего и вся в связи с санкциями, а Балтийский завод под санкциями, понятны. Но есть более важная причина, даже страшнее для нашего судостроения – отсутствия профессиональных кадров.
Парадоксальная ситуация сложилась в 1990-х – тогда на судостроительных заводах платили мало и с большими задержками, но специалисты не разбегались – идти-то все равно было особо некуда. И советская профессиональная база была заложена. Поэтому те же подводные лодки строились, несмотря на безденежье, и в срок. А сейчас другая парадоксальная ситуация – деньги есть, зарплаты на заводах солидные, но людей нет. С инженерами более менее в порядке, пришли молодые, нормально обученные старой гвардией. А вот «синих воротничков», квалифицированный рабочих, огромный дефицит. Огромный! В 90-е позакрывались профильные ПТУ. А такой рабочий на вес золота, он сам себе инженер, знает каждый винтик, понимает, как работает вся система, не только свой участок. Важна и ответственность – любая ошибка в производстве впоследствии может стоить жизни сотням людей. И быстро таких специалистов не воспитаешь, это не гастарбайтеров на стройку завести. Требуется много лет, а заказы поступают, и немало. Даже не знаю, как тут исправлять ситуацию. Профильные ПТУ опять работают, но говорю, на подготовку, стажировку, требуется много лет».
Оценили 7 человек
15 кармы