Глава 34. Как общество было предано

0 358

Продолжение повести, начатой тут

Однажды Умеющая Считать до Бесконечности встала раньше всех и увидела, как какая-то обезьяна бегает по территории общества Справедливости и Равенства, и разбрасывает листовки. Это была вражеская диверсантка из общества Активности и Порядочности. Подняв одну из них, Умеющая Считать прочитала «Верховная общества Активности и Порядочности вам не враг. Ваш истинный враг – Верховная общества Справедливости и Равенства. Она украла у простых барамук стотыщпятьсот апельсинов!».

– Ну зачем же что-то придумывать, когда есть реальные цифры, которых вполне достаточно, чтобы всё доказать? – спросила она.

– Ты за всё время не смогла ни одного единомышленника привлечь на свою сторону, а ещё будешь нас учить, как вести пропаганду! – бросила через плечо диверсантка и убежала за линию границы.

С этого момента у общества Справедливости и Равенства настало трудное время проверки на верность своей Родине.

Когда оппозиционеры стали уставать от воинской повинности, они снова стали вспоминать, что они оппозиционеры. Патриоты же в это время изо всех сил демонстрировали вражеским барамукам, как хорошо живётся в обществе Справедливости и Равенства. Изображая сытость и довольность, они набирали в грудь побольше воздуха, и, слегка оттопырив щёки, с важным видом прохаживались вдоль границы, показывая, какие они сытые и откормленные. Всех остальных же они всячески убеждали следовать своему примеру, ибо вражеские барамуки должны знать, как плохо живётся в обществе Активности и Порядочности, и как хорошо живётся в обществе Справедливости и Равенства. Поэтому, когда в обществе стали возникать пацифистское настроения, они восприняли это, как предательство.

– Ну как же можно не понимать, – говорили патриоты, – Что враг только того и ждёт, чтобы мы сократили финансирование обороны? Ну неужели вам непонятно, что это всё специально им раздувается?

Коварный враг же в это время не спал, и всё время норовил выведать, где в обществе Справедливости и Равенства спрятаны апельсины, чтобы во время рейда туда наведаться. Основным же источником информации для него были несознательные продажные барамуки, которые бессовестно сливали врагу ценную информацию за вознаграждение в виде долек. И, сколько ревностные патриоты не ругали их деятельность, ничего не действовало, и ненадёжные элементы Общества продолжали продавать по кусочкам свою Родину за жалкие кусочки апельсина. Не действовало же потому, что обычно поймать никого не удавалось, а голословные призывы ни к чему не приводили. Самым же удручающим был тот факт, что если кого-то и ловили, то среди них обнаруживались не только оппозиционеры, но и некоторые патриоты, которые ещё давеча столько активно кричали о недопустимости предательства, что дискредитировало всю патриотическую мораль. Сами же пойманные, вместо того, чтобы признать всю глубину своей вины, начинали оправдываться, и объяснять, почему в других случаях продавать Родину было нельзя, а в их случае можно.

– А с чего мы должны хранить вам верность? – рассуждали недовольные, – Вы нас не уважаете, вы нас обираете налогами, вы избрали Верховную, которая не умеет считать! Если вы не хотите нас слушать, то вы этим самым нас первые же предаёте, а потому мы считаем своим правом ответить вам тем же! И мы не знаем, как так получается, что ваша власть обжирается апельсинами, в то время, как мы последнюю корку догрызаем, но знаем, что это неправильно, и ничего слушать не хотим, пока вы это не исправите! Так что, пока вы нам не даёте то, что мы заслуживаем, мы будем добывать себе это теми методами, к которым вы нас сами и вынуждаете!

Верные патриоты настойчиво объясняли всем, что все проблемы только из-за врага, который портит жизнь его обществу Справедливости и Равенства, и что если его победить, то все давно бы уже имели по пять апельсинов при каждой делёжке. И что, кто не хочет этому помогать, тот является безмозглым предателем, потому, что, подрывая авторитет общества Справедливости и Равенства, он препятствует борьбе за процветание Родины и Победы Демократии.

– Ну как же можно недопонимать, что враг только спит и видит, чтобы украсть наши апельсины – грозно заявляла одна патриотка оппозиционерке, – как можно быть такими идиотами, чтобы верить в какие-то его благие намерения!? Как можно помогать такому врагу!? Как можно не понимать, что как только враг доберётся до наших апельсинов, он всё присвоит себе! Всё-ё-ё! Ни дольки не оставит, понимаешь, ни-доль-ки!

– Да ты посмотри, сколького мы недополучаем в нашем Обществе! – отвечала оппозиционерка, – Посмотри, как нас обманывают! Мы по пять апельсинов должны иметь, а вместо этого одну дольку на десяток делим! Посчитай, во сколько раз нас обокрала твоя «Родина». И за такую «Родину» мы должны ещё воевать, чтобы она и дальше нас обворовывала? Как можно быть такими слепыми, чтобы не видеть, как тебя обманывают?! А те, кого вы называете врагами, как раз разоблачают эту ложь, между прочим!

С этими словами оппозиционно настроенная обезьяна держала в руке листовку с изображением приветливо улыбающейся Верховной Общества Активности и Порядочности, внизу которой было написано «Я наведу у вас порядок!». И когда оппозиционеры говорили о нехватке апельсинов, патриоты понуро молчали, но, когда речь дальше заходила о враге, они снова накидывались на оппонентов. Но, чем упорнее стороны обходили молчанием вопросы друг друга, тем принципиальнее каждая затыкала уши и отворачивалась, не желая выслушивать другую.

– Наша Верховная украла стотыщпятьсот апельсинов! – верещала оппозиционерка, возвращаясь к теме о воровстве Родины (сколько нулей в этом числе, она точно не знала, но точно знала, что это очень-очень много, и потому это как раз была цифра, по её мнению, наиболее точно подходящей для выражения того, что она хотела сказать).

– Да она ни дольки себе не присвоила! – гремела басом патриотка, – Ни одной корочки лишней себе ни взяла! А все операции с апельсинами были сделаны исключительно по Закону, и все документальные подтверждения этому в архивах имеются, и выдержки из них приведены для ознакомления всем желающим. А все эти твои бредни про стотыщпятьсот апельсинов – это происки вражьей пропаганды!

Однако никуда идти и ничего сверять оппозиционеры не собирались, ибо им и так было ясно, что Верховная вместе со всей компанией незаконно присвоила себе если не ровно стотыщпятьсот апельсинов, то что-то около того, плюс-минус пару нулей. А не понимать этого могут только такие безмозглые патриоты, которые хотят, чтобы все всегда были такими нищебродами, как и они.

За предательство было установлено наказание в виде мордобоя, штрафа, и даже срока, на который осуждённый лишался права участвовать в делении апельсинов (что было в демократическом обществе самым страшным наказанием), но даже это не образумливало предателей, не хотящих останавливаться перед жаждой наживы. И перед страхом наказания информаторы даже испрашивали у врага политическое убежище, и перебегали в другое общество, передавая ему военную тайну, и скрываясь там от преследования. И единственное, что не давало обществу Справедливости и Равенства сокращаться в численности, это перебежчики с другой стороны, которым надоело терпеть ложь и унижения со стороны их Верховной, и которые искали справедливости в обществе Справедливости и Равенства.

На вопрос Умеющей Считать до Бесконечности, чем деятельность последних отличалась от деятельности первых, патриоты отвечали «Не надо путать предателей с героями!». Потому, что разницу между ними надо было понимать, а понимать это дано это было только тем, кто хорошо учил пониматику. Так Общество раскололось на верных патриотов, которым нечего было скрывать в своей деятельности, и подлых предателей, делающих своё дело исподтишка.

Деятельность патриотов всячески премировалась, но чем больше на это выделялось средств, тем меньше оставалось всем остальным, и тем злостнее они готовы были на предательство. Так постепенно понятие пацифизма стало синонимом слова предательство. Самый же страшный ущерб от предательства происходил не от простых барамук, а от высокопоставленных разделюк, которые тоже сливали врагу ценную информацию. При этом именно они ведали тайнами о самых крупных тайниках, и поскольку такую информацию можно было получить только от них, враг оплачивал каждый раскрытый секрет с такой щедростью, что простым барамукам оставалось только пускать слюнки по таким долям. Одно предательство такого высокопоставленного лица порой приносило Обществу ущерб больший, чем предательства целой кучи простых барамук.

Предательство высокопоставленных лиц простым барамукам было непонятно – зачем им ещё апельсины, если их у них и так завались? Однако, несмотря на это, именно высокопоставленные должности делали своё дело наиболее принципиально. И с чем это было связано, неизвестно, однако, все они почему-то всегда заявляли, что умеют считать не меньше, чем Верховная, и потому апельсинов заслуживают тоже не меньше.

Однажды одна очень амбициозная разделюка заявила Верховной:

– Все проблемы нашего Общества оттуда, что наша Верховная не умеет считать. Не справляясь со своими обязанностями, она компрометирует Закон и мораль нашего Общества, провоцируя в отношении него неприязнь и отторжение. А потому она является ответственной за все предательства, которые в силу этого случаются. Нам не нужна такая Верховная. Нам нужна такая, как я. Я тоже умею считать до ста, и я смогу положить этому конец!

Верховная ответила:

– Проблема нехватки апельсинов в нашем Обществе не из-за того, что апельсины неправильно делятся, а из-за того, что предатели отдают врагам наши доли. И более всего вреда приносят именно высокопоставленные лица, которые пытаются отвести от себя подозрения, переложив все свои грехи на Верховную. А если они не предатели, то зачем тогда они в столь трудное время вносят смуту и пытаются расколоть общество?

– У нас Общество равенства. – отвечала разделюка, – Если проблема не в Верховной, то как же получается, что у неё апельсинов больше, чем у нас? Я умею считать до ста, так же, как и она – я соблюдаю принцип равенства, она же в отношении меня не соблюдает! И вот когда она ответит на этот вопрос, какое право она имеет так себя вести, я отвечу на её!

На это Верховная так ничего и не ответила, но и амбициозная разделюка Верховной так и не стала. А совсем вскоре после этого кто-то в очередной раз рассекретил врагам сведения о скрытой базе с апельсинами, и после налёта на неё Общество Справедливости и Равенства понесло такие убытки, каких ещё не было. Кто мог на такое пойти, было абсолютно непонятно, а спорящая с Верховной разделюка оказалась в обществе Активности и Порядочности. А последствия этого события оказались для всех столь ощутимы, что даже оппозиционно настроенные барамуки оказались им возмущены. Забыв про оправдания, мелкие предатели вспомнили, что у них есть Великая многострадальная Родина, и в один голос вместе с патриотами стали кричать, что предателя надо найти во что бы то ни стало. И найти такового у них всё же получилось. А дело было так.

Однажды хитрый враг забросил листовки, в которых было написано, что в обществе Справедливости и равенства нет свободы, потому, что там бьют всех и каждого, кто пытается критиковать тиранию Верховной. И в качестве примера приводилось описание избиения Умеющей Считать до Бесконечности Службой Демократической Безопасности.

– Этого всё враньё, и такого просто не могло быть! – отреагировали верные обществу патриоты.

– Да неужели? – спросила Умеющая Считать до Бесконечности, – А на чём основана такая уверенность?

– Да мы всю жизнь жили в трудностях и лишениях, всю жизнь изо всех сил боролись за процветание своей Родины, и единственное, что они при всём при этом имели – это патриотическая честь и гордость за свою историю. А ты хочешь это всё отнять??? Да если есть на этом свете справедливость, то такого быть просто не должно! Этого не могло быть, и мы точно знаем! Так что нечего порочить наше Общество! – ответили патриоты.

Однако Умеющая Считать до Бесконечности таким объяснением почему-то не удовлетворилась и потребовала доказательств того, что этого не могло быть. И тогда самая патриотичная барамука сказала:

– В этот трудный для нашего общества момент, когда пропаганда патриотизма столь сильно нуждается в поддержке, не оставляет сомнения, что всё это проделано специально, чтобы подрывать нашу силу и любовь к Родине! И не оставляет сомнения, что хитрый враг эту операцию хорошо проплатил! Сколько апельсинов тебе обещали? Стотыщпятьсот – я точно знаю!

Барамуки подняли галдёж, и было не слышно, что отвечает Умеющая Считать до Бесконечности, и с криком «Бей предателя!» накинулись на неё, и стали карать за все беды, которые ей инкриминировали. А заодно и выместить все обиды, которые из-за других предателей у них накопились. И не надо было ничего доказывать, ибо, по барамучьей логике все их утверждения всегда доказаны. Так общество Справедливости и Равенства научилось бороться с предательством.

Продолжение тут

Коллеги привет. Не хотел, но напрягли.

В общем "круть" завернулась вокруг одного фильма. Он толи 1984 толи 1986 года. Что собственно получилось, подросли юноши и девушки нового поколения, я их "ткнул мордой в ЭТО":https://ww...