На фоне блокады Донбасса выпало из центра общественного внимания не менее преступное деяние нынешнего режима. На Украине разворачивается очередная т.н. реформа в сфере медицины, грозящая уничтожить сложившуюся систему здравоохранения. А по американскому лекалу новой системы может и не получиться.
Результаты эксперимента в ближайшее время ощутит на себе абсолютное большинство народа. Курирует это направление назначенная и. о. министра здравоохранения гражданка США Ульяна Супрун.
Она, взявшись за дело с американской хладнокровностью, сразу же решила разобраться с таким «рудиментом» советской системы здравоохранения как специализированные медицинские институты. В январе с. г. они оказались на грани закрытия из-за прекращения бюджетного финансирования.
Для начала приведем немного общих сведений. На Украине действует 36 специализированных медицинских институтов, подчиненных Национальной академии медицинских наук. В них работают и одновременно занимаются научными исследованиями 17 тысяч медицинских работников. В год проводится до ста тысяч сложнейших операций и 2,5 миллиона пациентов принимаются в поликлиниках.
Практика создания таких учреждений была больше свойственна именно советской системе здравоохранения. В условиях независимого безвременья, когда медицина стала финансироваться по остаточному принципу, именно такие структуры способны были хоть как-то удержать лучших специалистов и использовать у себя передовые технологии. А спонсорская помощь какого-нибудь политика или бизнесмена для такого учреждения всегда дешевле и престижнее, чем решение всех проблем системы здравоохранения в целом.
Однако у заезжей медреформаторши У. Супрун, ненавидящей всем своим нутром «проклятое тоталитарное прошлое» и всё, что с ним связано, была сразу поставлена цель: «оптимизировать» украинское здравоохранение до уровня самых бедных стран третьего мира, к уровню которых неумолимо скатывается страна под пристальным контролем иностранных кураторов. Первыми на ликвидацию попали «узкопрофильные» институты. Колонизаторская логика здесь прослеживается чётко – уничтожив научные медицинские центры, Украина уже никогда не обойдется без иностранной опеки в этой сфере.
Первыми забили тревогу в киевском институте сердца. Его директор Б. Тодуров открыто обвинил У. Супрун в халатности, которая «забрала больше жизней украинцев, чем война за последние годы». «Ваш зам Линчевский заблокировал работу Института сердца. Не подписал ни одного официального документа за последние четыре месяца. Уже четвертый месяц он отказывает нам в открытии филиалов в Донецкой и Луганской областях, где население и военные вообще остались без кардиохирургической помощи», - рассказал он общественности.
В это же время парламентской группой «Депутатский контроль» была распространена информация о возможном закрытии Национального института сердечно-сосудистой хирургии им. Н. М. Амосова. Учреждение профинансировали всего на 8% от необходимого, выделив вместо обещанных 80 млн. 6 млн. грн. Институт, делающий до пяти тысяч сложнейших операций в год, в январе вынужден был приостановить госпитализацию пациентов, а часть медперсонала отправить в отпуск за свой счет. Дошло до того, что пациентам стали предлагать ложиться на операцию не только со своими лекарствами, но и со своей едой. И это при том, что большая часть пациентов института Амосова не местные.
Василий Лазоришинец
По словам директора медучреждения профессора В. Лазоришинца, проблемы начались из-за того, что в этом году бюджетные расходы на зарплату для всех 36 подобных заведений снизили на 160 млн. грн. «Поскольку сейчас, согласно постановлению правительства, минимальная заработная плата увеличивается до 3 200 гривен, когда мы увидели свою смету, оказалось, что на январь этого года имеем 27% необходимого», - говорит он.
Об уровне профессионализма нынешних реформаторов украинской медицины можно судить по таким его словам: раньше «в Минздраве были квалифицированные специалисты, которые прошли путь от рядового врача до министра… Теперь нередко назначаются люди, которые даже не имеют медицинского образования».
С недофинансированием области сердечно-сосудистых заболеваний, поясняет он, медики постоянно сталкивались начиная с 2010 года. Именно тогда закончилась очередная госпрограмма, после которой аналогичной так и не было принято. Однако в этом году предыдущие проблемы оказались просто цветочками. И это при том, что на Украине 68% смертей (404 тыс. человек только за прошлый год) от сердечно-сосудистых заболеваний. «Кардиохирургическими операциями мы обеспечиваем население Украины «на целых» 13,1%», - констатирует Лазоришинец.
Теперь, понятное дело, и этого мизерного показателя операций не будет. Насколько же реально введение платной медицины в данной области, о которой постоянно пекутся различного рода евроинтеграторы, можно судить по таким цифрам: при ишемической болезни сердца хирургическое вмешательство стоит сейчас 80 тысяч гривен, замена клапана – 100-120 тысяч.
В аналогичной ситуации оказался Национальный институт хирургии и трансплантологии им. А. А. Шалимова. Как сообщил первый заместитель директора по научной и организационной работе, заслуженный врач Украины М. Костылев, «в этом году выделенных средств (на зарплату) хватит лишь на 60% потребности».
Михаил Костылев
Этой зимой персоналу также пришлось пойти в отпуск за свой счет. И здесь в бюджете не предусмотрели для пациентов деньги на лекарства и питание. «Коммунальные услуги мы сможем оплатить примерно на 25 процентов от потребности. И если раньше представители Киевэнерго грозились отключить наш институт от питания два раза в месяц просто из-за задержки платежки, то теперь, видимо, все же будут отключать», - говорит М. Костылев.
Институт ежегодно проводил около семи с половиной тысяч операций, консультировал примерно 60 тысяч амбулаторных пациентов. «Причем к нам направляют самых сложных пациентов со всей страны. Только у нас делают пересадку почки детям, родственную трансплантацию печени, микрохирурги ювелирно пришивают оторванные ноги и руки», - указывает М. Костылев.
Все эти достижения теперь под большим вопросом. Характерно, что хроническое недофинансирование института происходило все три года с момента госпереворота. Учреждение стабильно получало от государства 80-85 млн. грн. в год. Однако покупательная способность этих миллионов, по словам Костылева, за три года уменьшилась в три раза: в ценах 2016 года бюджетное финансирование реально составляло всего 12 процентов от потребности. В связи с этим он констатирует: «Мы уже давно перешли на режим жесткой экономии и самые дешевые препараты».
Еще хуже обстоят дела в Национальном институте фтизиатрии и пульмонологии им. Яновского, специализирующемся на лечении больных туберкулезом. Государство напрочь отказалось от финансирования лечения больных.
Юрий Фещенко
По данным директора института академика Ю. Фещенко, задолженность по заработной плате персоналу на конец января с.г. составила около 80% (2 млн. грн.). «Персонал уходит, а собрать желающих работать в таких условиях очень трудно», - говорит он.
При этом Украина имеет одни из худших показателей успешности лечения туберкулеза в Европе. По оценкам того же Фещенко, ежегодно в стране туберкулез диагностируется у 30 тысяч человек: ежедневно заболевают около 90 человек, 30 из которых впоследствии умирают. В результате отсутствия должной вакцинации за последний год начался небывалый до этого скачок роста заболеваемости туберкулезом среди детей и подростков. Показатель заболеваемости детей вырос с 4,2 до 5,8 на 100 тыс. населения.
Объективности ради стоит отметить, что в феврале Академия медицинских наук распространила информацию, из которой следует, что после «проведения большой работы» с Минфином с февраля с. г. оплата труда работников клинических подразделений 36 институтов АМН Украины была увеличена до 41,5 млн. грн. Что соответствует фонду заработной платы на декабрь 2016 года. Преподносится это как большой успех. Правда, забывают при этом напомнить, что о финансировании статей на лечение больных и речи не ведется. Мол, радуйтесь хотя бы прежней зарплате… А ведь в этом году обещали её существенно повысить!
* * *
В целом же тенденция обозначена четко – институты отправляют в свободное плавание, делая недоступным дорогостоящее лечение для большинства населения. По одним уже этим фактам видно, что реформаторская деятельность У. Супрун дает простор для скачка самых острых заболеваний, которые и так в последние годы просто косят народ Украины.
Не раз в украинских СМИ появлялась версия, что медреформы гражданки США У. Супрун – специально разработанный за океаном эксперимент «над аборигенами», результаты которого могут быть использованы американцами у себя дома. К слову, бывший вице-президент США Джо Байден давал высокую оценку украинским реформам именно в сферах здравоохранения и образования. Здесь же следует отметить, что одними из первых шагов У. Супрун в должности и. о. министра здравоохранения была выдача ряду западных фармацевтических компаний разрешений проводить клинические испытания своих новых препаратов в украинских клиниках. Она является и ярым лоббистом принятия закона «О трансплантологии», существенно облегчающего процедуру изъятия донорских органов и продажи их за рубеж.
* * *
Но вся беда в медицинской отрасли состоит не только в том, что медреформа далеко не ограничивается одними опытами над украинцами и поэтапной ликвидацией лучших медицинских институтов. Она идет вширь, ликвидируя целые районные и городские больницы под видом создания пресловутых госпитальных округов.
Еще осенью 2016 г. Кабмином было принято решение о разделении каждой области на эти округа. Недавно на сайте Минздрава опубликовано примерное положение о госпитальных округах. Если отобрать зерна от плевел, то суть его заключается в том, что теперь одна районная больница будет обслуживать пациентов сразу из нескольких близлежащих районов. Только здесь теперь будут проводить операции, оказывать помощь в экстренных случаях и т. д.
Конкретных сумм в бюджете под округа не заложено. Но процесс ликвидации «лишних» больниц уже пошел, что наводит на мысль о банальном сбросе на одно медучреждение огромного количества дополнительного населения при существующих скудных финансовых, материально-технических и кадровых возможностях. При этом в результате «оптимизации» райбольниц сотни медработников остаются просто на улице.
Олег Мусий
По словам замглавы комитета Верховной рады по вопросам здравоохранения Олега Мусия, создание госпитальных округов приведет к тому, что украинцев в большинстве случаев не будут даже успевать довозить до больниц.
Данная инициатива Минздрава вызвала массу возмущений в регионах, местами доходящих до настоящих бунтов. В январе в Винницкой области сразу в трех городах (Казатине, Шаргороде и Крыжополе) начались массовые акции протеста, которые не прекращаются до сих пор. Людям есть из-за чего выражать недовольство. К примеру, из Крыжополя в больницу придется добираться 120 км – аж в Могилев-Подольский. Примерно такое же расстояние придется потратить из Шаргорода. При этом нормального транспортного сообщения нет.
«В Шаргороде… всем миром, при участии колхозов, совхозов и промышленных предприятий района сооружали новую районную больницу... Справились с этим заданием окончательно только недавно, введя в действие шикарное помещение современной четырехэтажной поликлиники. Оснастили все корпуса необходимым оборудованием. Теперь «план реформ» предполагает все, что есть, что создано людьми, забросить, закрыть, уничтожить... просто разорить», - пишут местные СМИ.
Не добившись от властей вразумительного ответа, 7 марта люди решились перекрыть движение на одной из районных дорог, пообещав заблокировать и железнодорожное сообщение.
В конце февраля жители села Шабо (под Одессой), в котором размещено районное травматологическое отделение, перекрыли дорогу между курортным селом Затока и Белгородом-Днестровским из-за попыток чиновников закрыть медучреждение.
В Сокирянах Черновицкой области в начале марта почти 500 человек вышли на вече в защиту своей районной больницы.
Умеющий держать нос по ветру одиозный губернатор Закарпатья Г. Москаль, учуяв возможные масштабы недовольства такой медреформой, открыто выступил против создания госпитальных округов. К слову, наиболее неподходящей эта реформа может оказаться именно в горных районах Закарпатья и Ивано-Франковщины, где в снегопад и во время наводнений горные села зачастую бывают отрезаны от «цивилизации».
Протестуют и на Харьковщине. Жители города Люботин второй месяц воюют с чиновниками за свою горбольницу. Ведь если последним удастся реализовать задуманное, здесь не будет ни реанимации, ни хирургии. За экстренной помощью придется ездить за 37 км в Валки.
Денис Арман
Врач-педиатр Люботинской горбольницы Д. Арман поясняет: «Ни в Харьков, ни в Валки, как это планирует областная власть, тяжелобольных довезти не реально».
На акции, дошедших до перекрытия дорог, регулярно выходит 400-500 люботинцев.
Параллельно с «госпитализацией» начался процесс т. н. автономизации местных медучреждений. К примеру, 9 марта с. г. Чугуевский райсовет Харьковской области проголосовал за превращение местной больницы в коммунальное предприятие. До этого аналогичные решения были приняты в Купянске, Золочеве, Близнецах и в Харькове (онкоцентр). Вполне возможно, данные решения местные органы власти стали принимать, дабы сохранить медучреждения от грозящей ликвидации. Однако содержать их теперь придется за счет местных бюджетов.
* * *
Но самые «революционные» реформы надвигаются на нижнее звено медицинской помощи – в область семейной медицины. С 1 июля семейный врач будет работать как частный предприниматель, нанятый государством. Звучит вроде по-европейски, но за этими словами кроется печальная украинская реальность.
Как пилотный проект систему семейной медицины впервые начали внедрять ещё до госпереворота. В Донецкой, Днепропетровской и Винницкой областях, а также в Киеве. По многочисленным свидетельствам участников этого эксперимента, терапевтов, педиатров и других специалистов поликлиник тогда в приказном порядке отправили на курсы для быстрой переквалификации в семейных врачей. Делалось это для очередной показухи перед европейскими «партнерами». Однако конкретных итогов этого эксперимента так никто и не подвел. Сейчас подобную схему, но уже с американской решительностью У. Супрун собирается распространить на всю Украину.
Семейный врач должен будет теперь сам найти пациентов и составлять с ними договор. За каждого пациента он будет получать от государства около 200 грн. в месяц. Но из этих денег врачу в виде заработной платы достанется окодо 30%. Всё остальное идет на содержание кабинета, медперсонала, возмещение стоимости некоторых лекарств (т. н. реимбурсация) и т.д.
Мало того что в украинских реалиях это будет создавать большой стимул для коррупционных схем – распределять деньги будет сам врач. Так еще их поставят в заведомо неравные условия: в сёлах оказывать медицинскую помощь намного дороже по издержкам. Да и попробуй еще собрать нужное количество договоров с пациентами, чтобы система заработала. «Все, что нам говорят о реформе, – нужно открыть ФЛП, подписать договора с пациентами – и деньги придут следом за ними. Но никто не хочет слушать, почему это невозможно сделать», – говорит в связи с этим заведующий амбулаторией семейной медицины Старобешевской райбольницы Ю. Зинчук.
По его подсчетам, чтобы получить возможность работать как ФЛП, необходимо потратить примерно полтора года и 15–20 тыс. грн. на оформление всяких справок и разрешений. «У меня требуют лицензию. Чтобы ее получить, нужно предоставить договор аренды соответствующего помещения. Но аренду не оформишь, пока нет лицензии. И что ни пункт – то все по кругу…. Для частной практики нужно приобрести инструментарий, расходные материалы, дезсредства, подключить интернет, принести свой компьютер и сделать еще миллион разных дел. А деньги переведут на счет, когда будут подписаны договора с пациентами… Но никто не знает когда и сколько», - возмущается он.
Также остро стоит проблема с налогами и различного рода отчислениями в «общий больничный котел». Теперь семейный врач [как ФЛП] обязан будет платить 2100 грн. налогов раз в квартал, независимо от того, есть у него пациенты или нет. Кстати, именно из-за этой налоговой чехарды около 200 тыс. предпринимателей закрылись под конец 2016 года. Но подобные «ухабы на дорогах» особо не волнуют У. Супрун. Реформе дали старт – и её она обязательно внедрит. Только вот проблема в том, что на этом она не остановится.
* * *
Не раз в Минздраве высказывались, что из семейных врачей хотят сделать неких универсальных лекарей, способных излечить от всяких болезней, а главное – их предотвратить.
Идея, безусловно, хорошая. На деле только выходит всё иначе. К примеру, Минздрав в этом году с подачи У. Супрун отказался принимать программу госпомощи «Онкология». Комментарий американского и. о. министра просто поражает своим цинизмом: её ведомство намерено концентрироваться на профилактике болезней, а не на их лечении. А как же быть с теми, кто уже болеет тяжелыми заболеваниями? По логике и.то. министра – им дорога только на кладбище.
Причем здесь семейный врач? Именно он, по мнению Супрун, и должен заняться предотвращением таких заболеваний либо выявлением их на ранних стадиях. Но какой прок ему от этого, не говоря уже о том, что тот же рак выявить на ранних стадиях могут только специалисты с использованием современного оборудования. Об этом чиновники не задумываются. Главное, чтобы прошла очередная «оптимизация». Кстати, в России врач первичного звена, выявивший онкологию, получает премию в 1000 рублей. На Украине о таких стимулах даже не задумываются.
* * *
Последнее, что хочет добить американская реформаторша, – скорая медпомощь. Супрун - сторонник введения парамедиков взамен врачей в скорых, с последующим сокращением самих бригад и изменением функций. Главная задача скорой будет не оказание первой медпомощи, а доставка больного в медучреждение. Это жалкая американская копия оказания экстренной помощи, ничего хорошего не сулящая больному.
Чтобы не быть голословным, приведем мнение врача скорой из Запорожья А. Сидоренко: «Есть состояния (например, отек легких), при которых больного вообще нельзя транспортировать, пока состояние не стабилизируешь… Один человек оказать сердечную реанимацию практически не может, нужно три-четыре человека, чтобы помощь была эффективна. Нас убеждают: хорошо, чтобы были парамедики, – погрузили, отвезли в стационар. Но если мы будем быстро грузить и ехать, мы будем привозить в стационары мертвых».
Этого, по всей видимости, и добивается американская реформаторша медицины Украины Ульяна Супрун.
Оценил 21 человек
23 кармы