Почему киевские футболисты отказались играть в приазовском городе
Киевский футбольный клуб «Динамо» сенсационно отказался играть выездной матч чемпионата Украины в Мариуполе — несмотря на то, что ему присудили за это техническое поражение. Динамовский президент Игорь Суркис мотивировал такое решение угрозой для безопасности футболистов, которым якобы небезопасно проводить матч на стадионе прифронтового города. А украинские футбольные фанаты взорвались бурей негодования, развернув в интернете «антидинамовскую» кампанию под общим лозунгом «трус не играет в футбол», перефразируя слова широко известной в прошлом советской песни.
Не скрывали своей реакции и футбольные функционеры. Вице-президент футбольного клуба «Мариуполь» Андрей Санин заявил, что эта история показала реальную цену показному патриотизму киевских игроков, которые выходят на поле в стилизованной под вышиванку форме. «Меня в этой ситуации интересует позиция самих футболистов «Динамо». Там играет очень много сборников, которые на камеру показывают патриотическую позицию. Интересно услышать их мнение, понять. Ребята, если вы выходите в вышиванках, то какое отношение у вас к этой ситуации, когда клуб отказывается ехать в украинский город Мариуполь на матч УПЛ?», — ехидно сыронизировал по этому поводу Санин.
Позиция динамовского руководства действительно вызывает некоторое недоумение — ведь все остальные украинские футбольные клубы, включая звездный «Шахтер» не видят проблем в выездных матчах на территории Мариуполя. «Как я оцениваю действия «Динамо»? Думаю, это вопрос не ко мне. Почему они так поступают, будет правильно спросить менеджмент «Динамо» или президента клуба. Я это не комментирую, но хочу заверить наших болельщиков: «Шахтер» очень ждет этого матча и обязательно приедет в Мариуполь, чтобы подарить нашим землякам большой футбольный праздник. Если вы спросите, опасно ли для футболистов играть в Мариуполе, я спрошу вас в ответ: а для полумиллионного населения города не опасно там жить?» - заявил об этом Ринат Ахметов. Впрочем, президент «Шахтера» в принципе не может позволить себе отказаться от Мариуполя, где находятся подконтрольные ему предприятия — а значит, и потенциальные избиратели его политических проектов.
Ситуация с «Динамо» другая — братьев Суркисов ровным счетом ничего не связывает с жителями Приазовья. Однако, в киевском клубе все равно не могут не понимать, что отказ от поездки в Мариуполь серьезно ударит по репутации «Динамо» и его собственников. Тем более, что многие хотели бы возложить на них ответственность на кризисную ситуацию в украинском футболе, который лишился в последнее время сразу двух топовых клубов — «Металлиста» и «Днепра». Однако, все это не заставило братьев отказаться от скандального бойкота мариупольского стадиона.
Почему? Вполне возможно, потому, что киевские футбольные функционеры действительно боятся играть на территории Мариуполя. В первую очередь, из опасения неприятных ситуаций с участием местных жителей. Не секрет, что правые ультрас «Динамо» активным образом поддерживали добробат, а, впоследствии, созданный на его основе полк «Азов», который длительное время дислоцировался в этом городе, и заработал там сверходиозную репутацию. Ее главной причиной были многочисленные криминальные инциденты — грабежи частных офисов, аресты заподозренных в сепаратизме граждан, которых держали в прославившейся благодаря отчету ООН «секретной тюрьме», уничтожение памятников, жесткие избиения людей, по факту которых не раз открывали уголовные производства. Националисты даже захватили один из местных санаториев, где прежде проживали беженцы — запретив местным жителям гулять на ее территории и проходить через нее на пляж.
Все это настроило жителей Мариуполя таким образом, что киевским властям пришлось перенести дату проведения местных выборов, которые проходили в Украине 15 октября 2015 года. Было заведомо ясно, что на них одержат полную победу оппозиционные силы. «Это будут не выборы, а очередная избирательная пародия, истерия, публичные разборки и, конечно, «качели», которые будут снова проходить в интересах пророссийского «Оппоблока» и лично Ахметова. Это недопустимо», — написал об этом у себя на фейсбуке советник министра внутренних дел Зорян Шкиряк. Однако, «Оппозиционный блок» все равно триумфально победил на перенесенных выборах — хотя националисты запугивали оппозиционных кандидатов, а квартиру одного из бывших лидеров КПУ, расположенную в жилом многоквартирном доме, и вовсе расстреляли из гранатомета.
«В Мариуполе никогда не любили регионалов из нынешнего «Оппоблока», но сейчас все проголосовали за них, потому что не видели другой альтернативы радикальным националистам. Ленин когда-то писал, что только террор Колчака мог заставить сибирских крестьян поддержать большевиков. Вот так и в «Марике» только «Азов» смог подтолкнуть людей к поддержке «Оппозиционного блока», — шутливо рассказывал об этом один из местных журналистов.
Дело в том, что полумиллионный город на берегах Азовского моря всегда имел специфику, которая отличала его от других городов довоенной Донецкой области. В первую очередь, она была связана с деятельностью легендарного Владимира Бойко — самого знаменитого «красного директора» в постсоветской истории Украины. Во время тотального грабительского дерибана девяностых годов он сумел заручиться поддержкой влиятельных тогда Соцпартии и КПУ, чтобы заблокировать попытки «дикой приватизации» Мариупольского металлургического комбината имени Ильича, на который претендовали лидеры бизнес-группы «донецких». И превратил огромный завод в некое подобие «народного предприятия», которое поддерживало социальными льготами едва ли не половину жителей города, превратив его в «Приазовскую Белоруссию». Причем, за счет комбината существовал и местный футбольный клуб «Ильчевец», который переименовали потом в «Мариуполь».
Ситуация на соседнем металлургическом комбинате «Азовсталь» была другой — однако ее «донецким» владельцам в целом приходилось поддерживать планку социальных стандартов, которые поднял в городе Бойко. Благодаря этому портовый и металлургический Мариуполь выгодно выделялся на фоне многих депрессивных городов угольного пояса Донбасса, и всегда неформально конкурировал с областным центром. Этому отчасти способствовали и исторические традиции — ведь Мариуполь являлся неформальным центром достаточно влиятельной и сплоченной общины понтийских греков, которые были переселены сюда из Крыма еще во времена императрицы Екатерины. Некоторые из них представляли город в украинской политике — например, профсоюзный функционер Василий Хара, который избирался в Верховную Раду от Компартии, а потом от Партии Регионов.
Все изменилось в послемайдановские времена — когда жители Мариуполя выяснили, что они являются для украинских националистов такими же подозрительными «донецкими», как и все прочие жители этого региона. Что и настраивает соответствующим образом этих людей, формируя у них соответствующие настроения. «Снимаем возле базы «Азова», сетуем на пророссийские настроения», — грустно написал на днях из Мариуполя известный журналист Андрей Цаплиенко. Хотя, на самом деле, речь идет о том, что местные жители устали от беспредела националистических групп, и не скрывают своих настроений.
Конечно, власти пытаются представить город металлургов цитаделью украинского патриотизма — но пока им не удалось даже декоммунизировать название меткомбината, которое до сих пор носит отчество Ленина. А военно-гражданская администрация Донецкой области расположена сейчас не в Мариуполе, а в куда более скромном по масштабом и экономическому значению Краматорске. Видимо, потому, что определенные опасения насчет приморского города существуют не только у киевского «Динамо».
Оценили 18 человек
25 кармы