В этот день Мидель был явно не в духе. Пришла его очередь рассказывать историю, а он, чем-то озабоченный, развалился в кресле и никак не мог оторваться от стакана с непонятным буро-зеленым напитком.
- Ты что, не в настроении? - участливо спросил его Лоу. - Назойливые пациенты утомили? Скажи прямо. Кто, как не мы, поймёт твои заботы? Мы ведь для того и собираемся, чтобы немного отвлечься, - он попытался подбодрить своего друга нарочито бодрым тоном. - Но если ты совсем не расположен к беседе, может, попросим нашего приятеля рассказать что-нибудь интересное? Хотя он, как всегда, запаздывает.
В этот момент дверь распахнулась, и страдающий от собственной пунктуальности доктор Хай ворвался в комнату. Он запыхался, хотя никакой нужды в спешке не было. Извинившись, он заметил мрачное лицо Миделя и сразу понял, что тот сегодня "не в форме".
- Знаете что! - громко сказал Хай. - Вы же не будете возражать, если я сегодня выступлю с рассказом вне очереди?
Мидель меланхолично кивнул, а Лоу обрадованно подмигнул, оценив сообразительность друга.
- Ну что ж, - начал Хай удобно расположившись в кресле, - Ни от кого не секрет, что психиатрия - наука неточная. Но меня всегда задевал тот факт, что границы между нормой и отклонением настолько расплывчаты, что для большинства людей болезненные странности выглядят как свойства личности, не подлежащие коррекции..А больше всего отклонений у лидеров стран и других политиков.
Лоу покачал головой: - Я знаю, о чём ты. Многие обожаемые народом правители или даже диктаторы снискали свою популярность не вопреки своим отклонениям а благодаря им. С моей же стороны я вижу в них потенциальных клиентов. Почему подобные психические расстройства так притягивают толпу и заражают её своими психозома - вопрос открытый, и мы как-нибудь о нём поговорим. Но ты ведь хотел рассказать о своём пациенте и лечении виртуальным методом?
- Да-да, конечно. Для начала скажите: как вы относитесь к такому явлению, как обсессия? Считаете ли вы это психическим отклонением или просто забавной чертой характера?
Лоу покосился на угрюмую физиономию Миделя, пытаясь вовлечь его в разговор. Тот неохотно повернулся: - Да что тут говорить... Бывает, что полстраны обсессивно кого-то ненавидит, а другая половина так же обсессивно боготворит. Что теперь, всё население к нам приглашать?
- То, что ты описал, - массовые психозы, - возразил Хай. - О них отдельно. Я же спрашиваю об индивидуальных случаях.
Мидель демонстративно замолчал и подлил себе в бокал таинственной жидкости.
Лоу, который всё это время задумчиво вертел в пальцах оливку, вдруг оживился. Он поправил воротник и заговорил тем самым тоном, от которого его студенты обычно начинали судорожно искать бумагу и ручки.
- Индивидуальные обсессии... Это, коллеги, целый музей человеческих странностей. Экспозиция постоянно пополняется, вход бесплатный, выход - не всегда.
Мидель тихо фыркнул, но промолчал.
- Классика жанра, - продолжал Лоу. - Человек, который моет руки по пятьдесят раз в день. И не потому, что грязно, а потому что мысль "а вдруг микроб проникнет в кишечник, и я умру в муках" звучит в голове громче тяжелого рок-концерта. У меня был пациент, который носил с собой три вида антисептика: для рук, для дверных ручек и - внимание - для людей, которым он не доверял. Последний он, правда, распылял в воздухе между собой и собеседником, как будто чертил магический круг.
Он поднял палец:
- Или мужчина, который каждое утро тратит сорок минут на расстановку обуви строго по ранжиру: по цвету, размеру, степени износа и, кажется, по знаку зодиака. Если ботинки "смотрят" не в ту сторону - день испорчен. Причём у всех членов семьи, включая кошку, которая вообще-то ходит босиком. Однажды он опоздал на собственную свадьбу, потому что туфли свидетельницы нарушали композицию в прихожей.
Хай усмехнулся:
- Да, и у меня был один приятель. Он однажды позвонил мне в час ночи пожаловаться, что картина, которую он так тщательно вешал в гостиной, отклонилась от вертикали на два сантиметра, и он не может уснуть. Я предложил снять её совсем - он замолчал так, будто я предложил ликвидировать несущую стену.
- Это ещё ничего, - воодушевился Лоу. - У меня была пациентка, которая возвращалась домой проверять газ, свет и воду. По семь раз. Потом она начала фотографировать плиту перед уходом. Потом - делать селфи с выключенной плитой. А потом - возвращаться, чтобы проверить, соответствует ли реальность фотографии. В какой-то момент она призналась, что больше всего боится потерять телефон: тогда доказательства исчезнут.
Даже Мидель невольно дернул уголком рта в слабой улыбке.
- Есть и более изощрённые случаи, - продолжал Лоу. - Например, человек, перечитывающий каждое письмо двадцать раз перед отправкой. А потом ещё десять - после. Вдруг он написал "С уважением" вместо "Искренне ваш", и теперь отношения разрушены навсегда. Он не спал три ночи после того, как случайно поставил смайлик в деловой переписке. А другой мой пациент сохранял все черновики, потому что боялся, что удалённые слова могут "обидеться" и вернуться в виде ошибок.
- Это уже трагедия, - серьёзно заметил Хай.
- А межличностные обсессии - вообще отдельная песня, - добавил Лоу. - Когда человек фиксируется на ком-то другом. На его словах, жестах, взглядах. На том, что тот сказал... или не сказал... или сказал не тем тоном... или вздохнул не вовремя. Один мой пациент был уверен, что коллега его ненавидит, потому что тот произнёс "доброе утро" слишком задумчиво. Другой анализировал каждую точку в сообщениях своей подруги: одна точка - холодность, три точки - надежда, отсутствие точки - катастрофа.
Он бросил взгляд на Миделя, но тот снова уставился в свой стакан.
- А самые коварные - это запретные мысли. Когда в голову лезет что-то настолько чуждое тебе, что ты начинаешь бояться самого себя. Официант, который прячет ножи перед появлением ненавистного клиента. Есть и обсессии счёта. Люди, которые считают всё подряд: ступени, плитки, вдохи. Один мой пациент признался, что если он пересчитывал людей сидящих рядом с ним в одном ряду на концерте и сбывался то начинал считать снова.
И самое неприятное - человек уверен, что всё под контролем. Хотя контролирует ситуацию уже не он, а его липучие мысли. А мысли, как известно, самые навязчивые квартиранты мозга, зайдя внутрь, отказываются выселяться.
Хай кивнул: - Вот именно. И сегодня я хочу показать вам случай, который весьма поучителен. И даже немного забавен, если бы не был таким печальным. Речь пойдет о пациенте с весьма специфической навязчивой идеей. Он явился ко мне сам. Если бы я был криминальный следователь, то сказал бы - явился повинной. Да. просто ворвался в кабинет, сел и заявил: "Доктор, я больше так не могу".
Лоу приподнял бровь: - Сам пришёл? Значит, действительно прижало.
- Именно. Этот человек был руководителем среднего звена в огромной корпорации. Обычная жизнь: работа, семья, ипотека, собака. Но однажды в его жизни появился человек, который, - Хай сделал паузу, - стал для него символом всего мирового зла.
Мидель тревожно шевельнулся.
- Это был его начальник, - продолжил Хай. - Личность неоднозначная: смесь диктатора и тренера школьной команды по футболу. Он мог похвалить, а через минуту уничтожить морально. Сказать "молодец", а потом накатать жалобу в отдел кадров.
- Таких полно, - хмыкнул Лоу. - Но обычно люди просто жалуются на них на кухне.
- Верно. Но мой пациент застрял. Его начальник стал для него не просто боссом, а Черным Флагом хаоса. Он постепенно начал думать о нём круглосуточно. Образ "демона" заполнял всё пространство: пациент опознавал его черты в соседе, в продавце, видел его искаженное лицо даже в отражении чайника. Он слышал его голос в шуме кондиционера и мысленно писал ему бесконечные гневные письма. А потом начались сны. В них начальник представал то гигантским судьей, то говорящим холодильником, который хлопал дверцей и рычал: "Ты неэффективен! Уволен!".
Лоу прыснул, и даже у Миделя появилось подобие улыбки.
- И вот однажды мой клиент проснулся ночью в холодном поту и понял, что его враг занимает в его голове больше места, чем его собственная жизнь. Он умолял: "Изгоните этого демона!". Обычная терапия тут не бы помогала - обсессия была слишком живой.
"А как бы вы взялись лечить обсессию?" -вдруг спросил Хай и посмотрел на Миделя. Он просто хотел его отвлечь от каких-то проблем. Но вмешался неугомонный Лоу.
-Вы знаете? -сказал он. - А я вспоминаю! Мне довелось помочь одному человеку, который не мог начать завтрак, пока солонка и перечница не образуют идеальную линию фронта. Его жена однажды переставила перечницу на сантиметр - он решил, что это это признак неуважения и начал беседовать о разводе.
Лоу усмехнулся: - С ним мы тренировались жить в "кривом мире": специально оставляли вещи чуть смещёнными и ждали, пока желание выправить. Мне порой приходилось связывать его руки. После нескольких мучительных сеансов оказалось, что вселенная не рушится от перекошенной перечницы.
- Нет - нет - сказал Хай. - Моему пациенту я вряд ли смог бы приводить домой на веревке его начальника. Поэтому я решил использовать наш метод виртуального погружения, чтобы он встретился со соей обсессией лицом к лицу.
Хай взял пульт и нажал кнопку. Экран вспыхнул, на мгновение ослепив зрителей холодным светом.
Послышался дрожащий голос пациента, слишком громкий для пустого пространства:
- Где я?.. Что это за место?..
На экране проступил ночной, сюрреалистичный город: узкие переулки, залитые грязным оранжевым неоном, рваные тени, которые будто двигались сами по себе. Где-то далеко глухо проехала машина - звук тянулся неестественно долго. Над крышами висела огромная луна, тяжёлая, как прожектор, зависший в небе.
Объект лечения беспомощно оглядывался, словно ожидал увидеть что-то у себя за спиной. Он явно не понимал, где находится и как сюда попал.
И вдруг - шаги. Они приближались без спешки, но неумолимо, и с каждым ударом о пациент вздрагивал. Когда шаги приблизились то пришлось обернуться. В темноте сначала проступил силуэт, затем плечи, знакомая походка. Ошибиться было невозможно. К нему шёл Начальник. Выглядел он непривычно: не как монстр из ночных кошмаров, а как просто помятый человек с расстёгнутым воротником и равнодушным видом.
- Опять ты здесь крутишься? А зря, - проворчал он, даже не здороваясь. - Пошли. Нас уже ждут неприятности, и, судя по расписанию, ребята настроены решительно.
-Кто настроен? Что я, вернее мы - что мы тут делаем? - выдохнул пациент, отступая на шаг.
- Спасаю тебе жизнь, - буркнул тот. - Как обычно. Я тебя еще не разу не убил за твои опоздания. Кстати, вот и те, о которых ты спрашивал.
В этот момент из подворотни выскочили двое громил с битами. С угрожающим видом они перегородили дорогу и, расставив ноги, уставились в упор на своих потенциальных жертв.
- Мы ненавидим этого типа, - сказал один, указывая битой на Начальника. - Он уже всех достал! И тебя, неверно?
- Он заполнил ядом весь мой мозг! - неожиданно обрадовался пациент, наконец-то найдя единомышленников.
- Прекрасно, - одобрил громила. - Из уважения к твоим благородным чувствам лично тебя мы никак не обидим. Вот его мы для начала прикончим.
Потом громилы переглянулись. - Извини. После того как мы закроем вопрос с этим, - они оба ткнули пальцем на Начальника, и тебя придется убрать. Согласись, мы просто не можем оставить свидетелей.
- Бежим, идиот! - рявкнул Начальник, хватая пациента за рукав.
Они сорвались с места. Переулки сжимались, мусорные баки будто нарочно вырастали на пути, лестницы заканчивались тупиками. Город дышал в спину горячим, ржавым воздухом, как огромный зверь, которому не терпится сомкнуть челюсти.
Вскарабкавшись на крышу, они побежали по скользкой черепице. Внизу что-то грохотало. Послышался шум приближающихся преследователей. Надо было спасаться на соседней крыше.
Перед прыжком на соседнюю крышу пациент замер. Расстояние казалось невозможным- Я не... - начал он.
- Сможешь! - рявкнул Начальник. - Я с тобой! И, между прочим, у меня нет запасного подчиненного!
В этот момент громилы выскочили на крышу. Один из них, самый бодрый, размахивал битой так, будто собирался не убивать, а отбивать бейсбольный мяч.
- Ну всё, - выдохнул пациент. - Конец. - Не ной, - огрызнулся начальник. - Если уж умирать, то хотя бы с пользой. И желательно быстро - у меня завтра планёрка.
Первый громила рванул вперёд. Начальник ловко шагнул в сторону, подставил ногу - и тот, пролетая мимо, успел возмутиться: - Эй! Так нечестно!
- Добро пожаловать в корпоративную культуру, - отозвался начальник, и громила исчез за краем крыши.
Пациент ошеломлённо моргнул: - Ты... ты его сбросил!
- Я оптимизировал рабочий процесс. Не отвлекайся.
Второй громила замахнулся битой. Пациент, действуя скорее от ужаса, чем от смелости, схватил ближайшую антенну и ткнул ею нападавшему под ноги. Тот споткнулся и заорал: - Это нечестно. Я вообще-то пришёл сюда без страховки!
Начальник, не теряя времени, толкнул его плечом. - Теперь ты на больничном, - буркнул он, и второй громила отправился вслед за первым.
Вдруг откуда-то появился третий громила - огромный, как шкаф, и такой же квадратный. Он шёл медленно, уверенно, и с выражением лица "я сейчас вас всех уволю".
- Слушай, - прошептал пациент, - а если... ну... вдвоём?
- Вдвоём - так вдвоём, - кивнул начальник. - Только без самодеятельности. В прошлый раз ты чуть не уронил на меня кондиционер.
Они синхронно шагнули вперёд. Пациент схватил громилу за руку, начальник - за воротник, и, действуя неожиданно слаженно, развернули его и буквально выгрузили за край крыши.
Громила, падая, возмущённо крикнул: - Я вообще-то пришёл просто наладить дисциплину в отделе! - У тебя не получилось, - крикнул ему вслед начальник.
Несколько секунд они стояли, тяжело дыша.
- Мы... мы это сделали, - прошептал пациент. - Да, - кивнул начальник. - И никто из нас не умер. Хотя ты был близок - ты чуть не споткнулся о собственный страх. - Это была вентиляционная труба!
- Разницы не вижу.
Пациент вдруг рассмеялся -Почему ты мне помогаешь?!
- Потому что если тебя прибьют, мне придётся разгребать твои отчёты! А я ненавижу отчёты еще больше чем тебя! Так что ты мне чертовски нужен!
И они побежали дальше, перепрыгивая с крыши на крышу...
Экран погас. Психиатры сидели в тишине.
- Сильно, - выдохнул Лоу. - И что было потом?
- Потом пациент меня отблагодарил. Наверно это намек, но то, что ему помогло мое лечение - ответил Хай. - Всего лишь надо было просто "спилить рога" этому образу демона. Как мне рассказали впоследствии, наш герой подкараулил начальника у выхода, отвесил ему хорошую пощёчину, тут же извинился - и всё. Они пожали руки. Вот и все. Обсессия закончилась.
Хай и Лоу одновременно повернулись в сторону Миделя. Тот все еще сидел, обиженно сжав губы. - Ну что, Мидель? - мягко спросил Лоу. - Как тебе этот случай?
- Обычный эпизод, - буркнул тот.
- А мне кажется, тебе должен был понравиться момент, когда "демон" оказался просто человеком, который, скажем... ставит кружку не на ту подставку, - подколол Хай.
Мидель вспыхнул: - Это было один раз!
-Четыре, - поправил Лоу. - Я всегда считаю!
Хай странно посмотрел на Доу и обратился к Миделю. -Ты ведь так и не сказал, почему сегодня не в духе.
Мидель сжал кулаки: - Потому что мой сосед, вернее соседка, в восьмой раз за месяц налезает на мое парковочное место! Каждый день во сне я вижу, как она смееся мне в лицо! Я больше ни о чем не могу думать.
Хай, едва сдерживал смех: - Мидель, это же классическая межличностная обсессия.
- Это очень принципиальный вопрос! Нарушение границ! - взорвался тот.
- Это просто человек, - перебил Лоу. - Может, она просто плохо паркуется?
- А она симпатичная, эта девушка? - вдруг поинтересовался Хай. - Может быть она ищет повода заинтересовать тебя?
Мидель долго молчал. - Она сегодня помогла мне донести тяжелые сумки, - тихо произнес он. - Я... я даже не знал, что сказать.
- Вот видишь. Не демон. Просто соседка которая не умеет парковаться.
Лоу поднял бокал: - За то, чтобы наши демоны почаще оказывались просто людьми. Мидель вздохнул и, наконец, опустошил свой таинственный напиток. Никто так и не узнал, что в нем было, но Мидель явно повеселел.
Файн Илья Вольфович
Оценили 7 человек
14 кармы