На мосту. История одного счастья

5 4217


С самой прекрасной девушкой на свете Марк познакомился случайно, в небольшом парижском ателье, куда он пришел за костюмом. Седовласый портной посмотрел на него, усмехнулся, почесал мясистый нос, и важно произнес:

– Молодой человек, глядя на вас, я могу сказать, что вы очень спешили за своим заказом. На вашем лбу капли пота. Не терпится скинуть армейское тряпье?

– Марк, месье. Меня зовут Марк, – ответил молодой человек. – Вы правы, очень не терпится.

– Я вас понимаю. Мне тоже стыдно за мою страну. Девятнадцатый век повернулся к нам вот этим местом. – Портной похлопал себя по заду. – Сплошные поражения.

– Да. Нам было стыдно отступать, простите нас.

– Да разве я тебя виню? Подожди минутку. Портной подошел к лестнице, которая вела на второй этаж ателье, и прокричал: «Флави! Принеси костюм месье…»

– Лавуана, – подсказал Марк.

– Точно! Месье Лавуана! Флави! Ты меня слышишь?

Послушались шаги, Марк посмотрел на лестницу, и ему показалось что деревянные ступени исчезли, а вместо них появились самые настоящие облака, по которым спускалась в грешный мир не девушка, а ангел. За пару месяцев, которые он провел в Париже, Марк ещё ни разу не встречал таких девушек, а если и видел ангелов, то только падших. Флави! Какое прекрасное имя! Какое умное и доброе у неё лицо.

– Месье Лавиан, вот ваш костюм, примерочная там, – сказал ему девушка, показывая рукой на ширму.

– И не забудьте показаться нам! – воскликнул портной. – Обожаю смотреть на свою работу!

Руки не слушались Марка. На фронте он мечтал об этом дне. Все его сослуживцы грезили о таком дне, но мечты у всех были разными. Вечерами они делились своими мечтами. Кто-то мечтал о том, как вернется домой и обнимет детей, а кто-то о недельной попойке с падшими ангелами. Лучший друг Марка – Жан мечтал о том, как купит у цветочницы корзину с букетами, и принесет домой, жене. «Марк, это будет лучший трофей!», – говорил Жан. А Марк говорил ему о хорошем, дорогом костюме, но не мог объяснить – почему он мечтает именно о нём?

Марк заправил рубашку, застегнул пуговицы, и неожиданно понял, что судьба очень лихо обошлась с ним. Он ведь не мог мечтать о такой девушке, потому что не мог представить, что есть такие… Ах, если бы он знал...

«Нельзя мечтать о том, кого нельзя представить», – подумал Марк.

Неужели судьба приманила его костюмом, чтобы…

– Месье Лавуан! – прокричал портной. – Вам помочь? Даже пожилые месье надевают его в два раза быстрее, чем вы.

Марк вышел.

– Ах! – воскликнул портной. – Посмотри, Флави! Нам надо попросить этого молодого месье об одном одолжении.

– Я буду только рад, – ответил Марк и покраснел.

– Не спешите, я хочу предложить вам трудную и ответственную работу. Вам ведь нужна работа?

– Да, месье, я был бы благодарен.

Портной смутился. Бесхитростное и наивное поведение Марка испортило ему шутку. Он хотел попросить его стоять в витрине, вместо манекена.

– Я подумаю об этом, – пробурчал портной. – Но костюм я тебе пошил на зависть всему Парижу! Правда, Флави?

– Да, папа. Я пойду?

– Иди.

Флави поднялась по лестнице, словно вспорхнула по всем тем же облакам, которые привиделись Марку.

– Вам понравилась моя дочка? – спросил портной.

– Да, месье, очень. И я уже сейчас готов просит её руки у вас, но понимаю, что не имею на это право. Я ещё не устроился. Живу в семье товарища, он пригласил меня. Туда, где я жил раньше – я не хочу возвращаться, месье. Там больше нет Франции.

– Знаешь, сколько женихов к ней сватается? А пьяница Верлен посвятил ей целое стихотворение! Только, говорят, что он не очень интересуется женщинами, ха-ха-ха! Читал его стихи?

– Нет, месье, даже не слышал этого имени. Мне показалось, что в любом кафе на Монмартре читают стихи. Только там так трудно разобрать, где пьяница – а где поэт…

– Это точно! Сбор там один... Но послушайте меня! Мне давно надо выдать её замуж, несмотря на все её странности. Поэтому, если она согласится, то… О, месье, вы будете устроены по высшему классу! И я научу вас шить самые лучшие костюмы в Париже! Но получить её согласие… Труднее, чем победить германцев, а мы и с этим не справились.

«Странности? – подумал Марк. – Какие могут быть странности у такой неземной девушки?»

– Вы думаете, какие у неё могут быть странности? Прабабка её, любительница сказок, рассказал ей одну, только это тайна Флави, месье. Я не могу вам её рассказать. Я дал слово, месье. Но мне кажется, что вы ей понравились.

«То-то она так быстро ушла», – огорченно подумал Марк.

– Завтра утром она пойдет на рынок, месье, – полушепотом произнес портной. – Подойдите к ней, расскажите о ваших чувствах. Вдруг, вам повезет?

Марк вернулся в дом товарища. Он мучительно пытался замедлить шаг, ему не хотелось отдалятся от улицы, на которой жила Флави, но… У него словно выросли крылья за спиной! И они несли его… Мимо рынков, мимо магазинов, и мимо бродивших по бульварам цветочниц.

На следующий день он сидел в небольшом кафе, и курил уже третью по счету сигарету. Он смотрел на ателье, ожидая, когда из него наконец выйдет Флави.

Она появилась только после пятой сигареты! Марк поправил шляпу, и побежал за ней.

– Мадемуазель Дюпре, постойте! – воскликнул он. – Постойте. Можно я вас провожу?

Флави посмотрела на него. Молча протянула пустую корзину.

Марк взял её, как младенца, и голова его закружилась. Но… Он не знал, как начать разговор о самом главном. А ведь он всю ночь составлял эти слова… Они все куда-то улетучились.

– Осень пришла, – неожиданно для себя произнес он. И показал рукой на начавшие желтеть деревья.

Флави ничего не ответила. Они прошли через сквер и подошли к мосту. У Марка сильно забилось сердце. Он посмотрел на реку, на ещё редкие проплывающие листья, и понял, что настал тот самый миг. Только, ему надо ещё немного подготовиться…

На середине моста он остановился, поставил корзину, достал сигарету и закурил.

– Подождите, Флави. Я не должен переходить этот мост, пока не услышу. Нет, я должен его перейти, только... мы перейдем его вместе, и я надеюсь, что на том берегу меня будет ждать новая жизнь. Жизнь с вами, навсегда. Понимаете?

Флави внимательно посмотрела на него. Марк продолжал говорить. Он не заметил, как какой-то важный месье следит за их разговором. Это был художник, которого не очень-то чествовали на Монмартре. Его реалистичная манера была не в чести среди завсегдатаев известных кафе. А художник не мог оторвать взгляд от этой парочки. И молодой человек, и красивая девушка с умными глазами казались настолько чистыми, искренними и прекрасными… Что он решил запомнить их, чтобы потом нарисовать…

– Что вы мне ответите? – спросил Марк.

Вместо ответа Флави поцеловала его, и прошептала:

– Моя прабабушка говорила, что мне должны признаться в любви именно на этом мосту, на этом месте. Так было и у неё, и у моей матери. Вы первый, кто сделал это… Кто догадался или… Почувствовал это…

Марку показалось, что он шагает вместе с Флави по облакам…

Они пошли на рынок. По Сене плыли редкие сухие лодочки листьев. А художник поспешил домой, умоляя Бога, чтобы он помог ему запомнить этих молодых людей…

Кажется, ему это удалось, и теперь и мы может полюбоваться этой прекрасной картиной!

Да, я знаю, что встреча художника с Марком и Флави - моя выдумка, и он не мог встретиться с ними сразу после той войны. Но иногда так хочется немного вмешаться в историю... И да простите меня за это.

https://zen.yandex.ru/id/5b470...

Перевертыш или джокер?

Персональная Последняя Помпея состоялась стремительным домкратом. Не так, но иначе и неизбежно. Как и предупреждал Аристотель 2400 лет назад, грех стяжательства - это нерациональная дея...

В скандале с «вагнеровцами» настоящий виновник один — Лукашенко

После опубликования расследования Александра Коца, из которого становится очевидным, что вся история с 33-ю богатырями, арестованными в Минске, является провокацией Украины, сеть забурл...

Неожиданное продолжение темы: «Физику надо делать заново!»

Несколько дней назад я написал статью «40 лет назад инженер-конструктор Харченко открыл волновой процесс, прежде не известный науке!», которую я выложил на ряде сайтов. Честно скажу, статья получилась...

Обсудить
  • Погружение... :heartpulse:
  • У "Элины Николь", наверняка, имя было при рождении что-то вроде "Зоя Прищепкина". Но внезапно ей захотелось стать Элиной.