Домовой XXI

0 424

Ночью тварь приходила снова. Как и в предыдущие ночи она несколько раз обошла его владения, затем долго стояла возле покосившихся ворот, не пытаясь войти. Как и в прошлые разы, он отсиживался на голбце, проклиная собственную слабость.

- А, это ты, - поприветствовал влезшего в избу через разбитое окно кота домовой.

- Здравствуй, - отозвался кот, - мыши есть?

- Откуда им тут взяться то? Весна на дворе же, а тут еды нет.

- Про мышей я так, к слову. Утром мимо сельсовета пробегал, слышал, что дом твой кто-то купил.

- Добрая весть. Негоже дому без хозяев. Я один уже не справляюсь.

- Не обижайся, хозяин мохнатый, да ты давно уже не справляешься, - потянулся кот, - вон как избу запустил.

- Сруб крепкий, печку хоть сейчас топи, а стекла – дело наживное, да и крышу починить можно.

- Эт не мое кошачье дело. Если хозяева добрые будут, я с вами жить начну.

- Добро. Только уговор – в доме нужду не справлять, мышей давить исправно.

- Уговор.

- Здравствуй, хозяюшко, - поклонилась девушка, не переступая порога.

- Пошла вон, тварь! – домовой спрыгнул с печи, схватил старый закопченный ухват и встал, преграждая дорогу незваной гостье, - ишь, ты пакость какая!

- Не пустишь? – уточнила девушка.

- Не пущу!

- Какой негостеприимный. Может договоримся, хозяин? У меня хлеб есть, молоко и еще кой-чего.

- Вашему бесовскому племени в дом с домовым ходу нет! - домовой поудобнее перехватил ухват. На лице гостьи промелькнула лукавая улыбка, после чего она шагнула через порог, а домовой по какой-то причине не смог ударить незваную гостью.

- Говорила же, что помимо хлеба и молока еще кой-чего принесла. Выписка о праве собственности называется. Слыхивал про такое? Дом мой, так что изволь на меня печной утварью не замахиваться.

- Хозяйка что ли? – ухват выпал из ослабевших рук домового.

- Что ли хозяйка. Купила я этот дом с земельным участком и всеми надворными развалюхами.

- Убьешь, значится.

- Убивать не буду, - произнесла бесовка. Она прошлась по комнате, морщась от скрипа досок и уселась на лавке в красном углу, - давай хоть познакомимся, что ли? Меня Аленой звать.

- Бесовка ты и звать тебя бесовкой нечистой!

- Вот сейчас обидно было, - скорчила рожицу девушка, - да, я – бесовка и что? Тебя конкретно я чем обидела? Предложением молока и хлеба? Если ты по колбаске с водочкой, только скажи, я в магазин метнусь. В конце концов, я этот дом честно купила.

- Не дело это, когда ваше племя в избах человеческих обитает.

- Уж больше века прошло как царя-батюшку свергли, коммунизм тоже накрылся, до нас с тобой прогресс добрался.

- Чего?

- Прогресс, говорю, до нас с тобой добрался, подарочки привез.

- Да говори ты по нормальному, нечисть! – от возмущения домовой немного увеличился в размерах.

- По нормальному, этот дом бы перешел по наследству младшему сыну, были бы в доме хозяин с хозяйкой, дети. Ты бы дом оберегал, наших гонял, с банником дружбу водил, за скотиной смотрел. Так?

- Все так. Ох, будь у дома хозяева, ты б и к забору у меня не подошла.

- Вот видишь. А я бы людей с пути сбивала, подшучивала, пугала, пакостничала. Все как положено. Да, вот, не судьба нам жить по старинке. В отставке я, а ты много лет в пустом доме.

- Отсталая? От кого отстала?

- Не отсталая, а в отставке. На пенсии. Безработная. Бесовка Аленка теперь никому не нужна. Так мне и сказали, мол проваливай, живи как хочешь, и без тебя все хорошо.

- Чегой?

- Бесы теперь без надобности. Людишки сами друг друга изводят и, буду откровенно, неплохо справляются. Не занимаюсь я больше бесовскими делами.

- Зарекалась баба на двор не ходить… - пробормотал ошарашенный домовой.

- Не знаешь ты, хозяин, что мне светит теперь за бесовщину… - вздохнула Алена. Она вытащила из рюкзака пластиковый стаканчик, налила в него молока, положила сверху кусок хлеба – угощайся.

Домовой опешил, не понимая, как ему следует поступать. С одной стороны, он, как домовой, был обязан отгонять нечисть, не позволять ей ходить по участку и, тем более, ни в коем случае не пускать в дом. С другой стороны, он не мог выгнать хозяйку дома, проявившую должное уважение, и не мог отказаться от традиционного подношения. Заметив нерешительность домового, бесовка встала и вышла во двор. Этого оказалось достаточно, чтобы лохматый человечек схватил подношение и начал его стремительно поглощать.

- Исполать тебе, хозяйка, - едва заметно склонил голову домовой, как только Алена вернулась, - Кузьма я, домовой тутошний.

- Вот и познакомились, - улыбнулась девушка, - теперь можно и дело обкашлять.

- Чегой?

- Я прогулялась, владения осмотрела. Совсем плохо. Хлев развалился, баня в живописных руинах, у дома крыша вот-вот сложится. В такой халупе даже бомжи жить побрезгуют. Проще все пихнуть бульдозером и заново отстроить.

- Чушь! Дом еще крепок, разве что крышу подлатать, печь хоть сейчас топи.

- Ну, да, латать рукава от жилетки. Я понимаю, что ты к этому дому привык, но все, срок ему вышел, надо новый строить. Это мое решение.

- Может, подлатаем? – робко попросил Кузьма.

- Боишься, что не переживешь?

- Твоя правда. Как дом снесешь, так я и помру.

- Хотела бы избавиться, так прикончила бы в первый раз, когда дом смотрела, - усмехнулась бесовка, - печку сохраню. Раз от старого дома хоть что-то останется, то и ты останешься. Все оки будет. Я тут проектов накачала, с работягами договорилась. Давай вместе посмотрим, обсудим, чтобы и тебе по нраву было и мне.

- Ну, показывай, - кивнул Кузьма, прекрасно осознавая, что проще солнцу взойти на западе, чем отговорить бесовку, принявшую решение.

Алена вытащила из рюкзака ноутбук, водрузила его на лавку, после чего, уселась на пол. Кузьма встал рядом с ней. Запустив программу, девушка продемонстрировала домовому три понравившихся ей проекта. Первый вариант с нежилым первым этажом, на котором располагались баня и гараж пришлось отмести, поскольку домовой был категорически против того, чтобы его печь находилась в нежилом помещении. Второй вариант с парой спален, просторной гостиной, совмещенной с кухней, пришелся ему по душе, но Алене не понравилось, что гараж и баня будут отдельными постройками. Третий проект, оказавшийся самым дорогим, устроил обоих. По нему дом имел два крыла – жилое с двумя комнатами и нежилое с гаражом, баней и обширной кладовкой, между которыми располагались гостиная и кухня. Пощелкав мышкой, Алена поместила в гостиной печь, а глухую стену между гостиной и кухней заменила на барную стойку.

- Мерзнуть будешь, - покачал головой домовой, ткнув пальцем в экран, - печка через стену не греет.

- Котел повесим двухконтурный, батареи поставим, - пояснила бесовка, - будет и тепло и водичка горячая круглый год. Двадцать первый век на дворе, сейчас никто на родник за водой не бежит и в ведрах ее не греет. Скважину пробурим, газ подведем, электричество, само собой, беседку с мангалом поставим, газон. А печка так, для антуража.

- А огород? Хлев?

- Лично мне хозяйство без надобности. Машина есть, если что понадобится – съезжу и куплю.

- Не по-людски это, Алена. Не поймут деревенские.

- Нам с тобой огород и скотина без надобности, а до чужого мнения мне дела нет. Я не для того зарабатывала, чтобы задницей вверх на грядках ползать!

Аккумулятор ноутбука продержался еще час, в течение которого бесовка и домовой экспериментировали со внешней отделкой, размещали мебель и бытовую технику. Когда на экране высветилось предупреждение о критическом заряде батареи, девушка выключила ноутбук и убрала его назад в рюкзак. Выйдя во двор, она набрала номер прораба и попросила начать как можно быстрее. Переговоры о сроках затянулись, поэтому девушке пришлось посулить ему десятипроцентный бонус в конверте за оперативность. Закончив разговор, бесовка села в машину и укатила в город.

Алена вернулась ближе к вечеру. Запарковав свой внедорожник возле ворот девушка начала переносить покупки в дом, но, буквально через три-четыре ходки, поняла, что пробираться через заросли, держа в руках объемистые коробки не очень удобно. Она завела машину и, осторожно переехав через упавшую секцию забора, подъехала прямо ко входной двери.

Стемнело. Во дворе тихонько тарахтел генератор. Небольшая настольная лампа слабо освещала комнату. Бесовка сидела на лавке за раскладным столиком и, прикусив нижнюю губу, отстреливала ботов. Пройдя игру от начала до конца на максимальном уровне сложности, девушка с сожалением закрыла крышку ноутбука. Она расстелила спальный мешок в красном углу, забралась в него и закрыла глаза.

- Нечисть бесстыжая, - проворчал Кузьма, - хоть бы не в красном углу улеглась!

- Здесь с окна не дует, - отозвалась Алена, - и, вообще, дом мой, где хочу там и лежу.

Через три дня на семиместной Газели приехали строители. К их приезду деревенские мужики расчистили участок от поросли, снесли остатки забора, ворот, хлева и бани. Алена щедро заплатила за их услуги, и, кроме того, позволила забрать более-менее сохранившиеся пиломатериалы и кирпичи.

Кран-манипулятор выгрузил две бытовки, одна из которых предназначалась для строителей, а во второй планировала жить во время стройки сама Алена. Осмотрев фронт работ и разместившись в бытовке, бригада приступила к разбору дома. К концу дня дом лишился крыши, а со сруба были сняты доски обшивки. Вокруг печи вырос обтянутый полиэтиленовой пленкой каркас. Кузьма, страдая от того, что его дом разбирают, забился в угол бытовки.

На следующий день, ближе к полудню, приехала бригада бурильщиков и сразу приступила к бурению скважины. Строители тем временем разбирали сруб, оттаскивали бревна в сторону, где один из них распиливал их на чурбаки. После окончания разбора стен, из земли были извлечены массивные камни, служившие фундаментом старой избы. Расчистив место, рабочие колышками и веревками сделали разметку под новый фундамент.

Через пару недель, когда бетон набрал необходимую прочность и были заведены водопроводная и канализационная трубы, началась кладка стен. По мере того, как росли стены, отсиживавшийся за сложенными в углу коробками домовой начал приходить в себя. Вечерами, когда уставшие за день строители засыпали, Кузьма обходил стройку, после чего садился за ноутбук. Он снова и снова рассматривал проект, кивал своим мыслям.

В начале августа, когда стало понятно, что строительство не укладывается в намеченные сроки, Алена наняла дополнительных работников. Электрики заходили в комнату с голыми кирпичными стенами, тянули кабели, после чего переходили в следующую комнату, уступая место штукатурам. Газель строителей сновала туда-сюда между деревней и городом, подвозя необходимые материалы. Параллельно с отделкой шло обустройство двора и строительство беседки.

Первого сентября дом был подключен к газу, а строители, получив полный расчет, собрали свои вещи и уехали.

- Ну, как тебе дом? Одобряешь? – поинтересовалась бесовка, разливая чай по чашкам.

- Добрый дом. В таком жить – одно удовольствие, - отозвался домовой, - а дальше что?

- Поживем, а как срок придет, переедем.

- Не дело это домовому переезжать…

- Привыкай, Кузьма, время такое, что и домовой переезжает. Что поделать, время карет и гусар прошло. Остается только вспоминать.

- Неужто ты помнишь?

- Помню. Я же дворянка по происхождению. Удивлен?

- Получается, ты старше меня будешь… Мне годков шестнадцать было, когда революция случилась.

- Эх, молодо-зелено, - улыбнулась бесовка, - я сразу после Отечественной войны родилась. Прожила, правда, недолго. Рассказать тебе что ли, поделиться сокровенным?

- Расскажи, коль желание имеешь.

- Мамаша моя с проезжим офицером-дворянчиком на сеновале переночевала. Потом полк ушел, а у мамки пузо расти начало. Стыд, срам, позор на весь род. Через девять месяцев, тогда морозы стояли, меня новорожденную в лес отнесли, - вздохнула Алена.

- Но ты выжила.

- Начальство успело к рукам прибрать до того, как померла. Сам понимаешь, некрещенная безымянная душа – товар редкий. Дальше по стандартной схеме – вечное служение в обмен на силу. Через год в силу вошла. Хотела с родней разобраться, но не позволили. Не бесовское это дело за грехи карать. В общем, во времена империи особо интересного ничего не было, озорничала, пакостила, все по должностной инструкции. После Октябрьской революции к красным пристала, уж больно мне их общество воинствующих безбожников и красный террор по душе пришлись. Вторую мировую начала за немцев, закончила в РККА, дошла до Берлина. Ордена и медальки с обеих сторон имеются. После капитуляции думала дальше на запад идти, но решила вернуться. В разоренной войной стране нашим раздолье было. Потом джинсой и жвачкой фарцевала, в бабской конторе ходила, в Афган съездила, в общем приспосабливалась. Восемь раз замужем, один раз жената. Вот, как-то так. А ты что расскажешь?

- Старый дом хороший хозяин строил, трудолюбивый, смекалистый, рукастый. Семья хорошая была, от мала до велика работали, рук не покладая. Огород большой, скотины полон хлев. Потом худо стало, кулаками их прозвали. В начале скотину отобрали, а потом всю семью из дома выселили. Новые хозяева бедные были из-за того, что ленивые, но виноватыми себя не считали. Допоздна спали, лишний раз на родник сходить ленились. Один раз чуть дом не спалили, когда сажа в трубе занялась, я тогда знатно обгорел пока тушил. Мужики ушли на войну и не вернулись, дочери разлетелись кто куда. Как хозяйка померла, дом колхозу отошел. Неплохие люди пришли, дом поправили, кое-где бревна заменили, заново сруб доской обшили. Со временем хозяева постарели, дети в город подались, стариков поначалу на зиму только забирали, а потом приехали, дом заколотили и все. С тех пор я один остался. Поначалу с банником вдвоем жили, а как в бане печь осыпалась – сгинул он. Толи другую баню нашел, толи помер. Я старался как мог, дом держал, но, сама понимаешь, без хозяев домовой слаб. Года два назад кот стал захаживать, правда, как ты появилась, он больше не приходил.

- Черный, мордастый, с голубыми глазами?

- Он самый.

- Видела я его, почти каждый день на клене за забором сидит, наблюдает.

- Он к нам хотел прибиться, да, видать, побаивается.

- Пусть приходит, если нечисть в роли хозяйки устроит. От коробки-другой вискаса в неделю не обеднеем.

За окном медленно падали крупные снежинки. Деревенская молодежь и приехавшие на праздники горожане вышли на улицу. Со стороны сельсовета, где была наряжена елка, едва доносились звуки музыки, изредка заглушаемые хлопками петард. Кот лежал на натопленной печи, с неудовольствием наблюдая, как хозяйка играет с крупным лохматым щенком. Домовой Кузьма нежно поглаживал крышку новенького ноутбука. Наступил новый год.



Маленький наглый остров: истоки и смысл «Дранг нахт Остен»

Без «доброй» воли Запада гитлеровская Германия никогда не смогла бы выйти на оперативный простор России. На советские границы её должны были выпустить европейцы. По требованию англосаксов. Что и произ...

Будни Апокалипсиса. Хроника шестая. Ближайшее будущее экономики.

Доброго.Только энергоносители, ресурсы, кризис управления, финансы, война и пандемия множества вариантов искусственного вируса, который постепенно свирепеет. Кризис биосферы вообще и человечества в ча...