В Кремле ждут "дворцовый переворот"? Путин дал ФСБ особые полномочия

Недавнее выступление Владимира Путина на коллегии ФСБ вызвало настоящую истерику в стане либеральной общественности и аффилированных с Западом медиа. Что стоит за этой нервной реакцией?

Означают ли задачи, поставленные перед спецслужбами, смену внутриполитического курса и почему враги России вновь заговорили о "дворцовом перевороте", который ждут в Кремле? Об этом "Новороссия" говорит с политологом, обозревателем "Царьграда" Вадимом Сипровым.

– Сразу после выступления президента России на коллегии ФСБ в информационном поле противника словно прорвало плотину. Анонимные тг-каналы и иноагенты буквально хором заговорили о грядущих репрессиях. С чем связана такая паника?

– Да, паника показательная. Потому что президент определенной частью своего выступления дал понять, что к ФСБ сейчас предъявляются особые требования. И поле ее действия действительно расширяется. Конечно, никто официально не скажет, что спецслужбы теперь играют ключевую роль в обновлении страны, но набравшая ход борьба с коррупцией, усиление роли государства в экономике и ускорение ротации кадров – все это косвенные, но очень убедительные подтверждения этой версии.

Например, совершенно логично, что в условиях текущих угроз суверенитету России особую важность сейчас приобретает борьба с экстремизмом. Поэтому президент призвал спецслужбы "жестко реагировать на попытки подорвать, ослабить основы конституционного строя России".

– Именно эта фраза Владимира Путина для иноагентов стала особым триггером…

– Ничего удивительного. Президент лишний раз подтвердил, что Кремль не просто не намерен сворачивать с курса на суверенизацию, но и готов жестко пресекать любые попытки этому курсу помешать. Для так называемой пятой колонны это стало очередным сигналом, что окно возможностей для проведения вожделенного для них "транзита власти" стремительно захлопывается. Ресурсов становится все меньше, линейка методов сужается, а тут еще и президент публично ставит спецслужбам задачи, которые хоронят все их надежды.

– О каких именно методах и надеждах идет речь? Ведь многие эксперты отмечают, что испытанный метод Запада – "оранжевая революция" – в России уже практически невозможна?

– Совершенно верно. "Оранжевая" технология в наших условиях уже не работает – "уличной массовки", способной на что-то серьезное, в России просто нет, "революционеры" разбежались еще в 2022-м. Но надежда на другой сценарий, так называемый "дворцовый переворот" в Кремле, у них теплится до сих пор. Чтобы его реализовать, врагу нужно решить две ключевые задачи: настроить против верховной власти большинство граждан и... физически устранить саму эту власть.

– Вы хотите сказать, что покушение на первое лицо государства – реальный сценарий, который сейчас обсуждается?

– Вспомните массированную атаку украинских беспилотников на резиденцию главы государства в конце прошлого года. Это же была не просто демонстрация возможностей. Это была прямая попытка. И, судя по всему, подобные сценарии готовились и на этот год. Иначе зачем Лондон вооружает киевский режим крылатыми ракетами наземного базирования? Оружие это высокоточное, но производится в ограниченном количестве, для массового применения на фронте оно не годится. А вот для удара по ключевой цели на территории России – вполне.

– Вы говорите о британских ракетах и атаках на Кремль. Но в день заседания коллегии ФСБ появилась еще и громкая новость от СВР о планах Лондона и Парижа оснастить Украину ядерным оружием. Есть ли здесь связь?

– Связь самая прямая. Это говорит о том, что главный геополитический противник решил поднять ставки до абсолютного максимума. В этой связи совершенно логично выглядит то, что Владимир Путин в своем выступлении первым пунктом в списке угроз национальной безопасности обозначил именно переход противника к тактике индивидуального террора и покушений на представителей государственной и военной власти. Президент видит эту угрозу, и он дает понять: ФСБ должна быть готова к самому худшему.

– Президент также говорил о необходимости избежать политических эксцессов на предстоящих выборах в Госдуму. По вашему мнению, какие риски он здесь видит?

– Внутренние враги обязательно попытаются использовать выборы как площадку для мобилизации всех недовольных. Вину за любые экономические сложности или временные трудности они уже сейчас возлагают на главу государства. Они будут раскачивать лодку, создавать видимость массового недовольства, нагнетать истерию в соцсетях о том, что "усиление контроля обернется проблемами для простых людей", что "логика войны – минимизировать риски режима за счет свобод граждан". Это вранье, цель которого – обеспечить если не поддержку, то хотя бы видимость поддержки для тех, кто мечтает о перевороте. Но народ, слава Богу, не с ними.

– В своем выступлении президент не только поставил тактические задачи, но и, как нам кажется, скорректировал смыслы. Например, он назвал русофобию формой экстремизма, которую нужно жестко пресекать. Что это за сигнал?

– Думаю, что это – безусловный сигнал о смене политико-правовой парадигмы. Страна устала от клеветы и лжи в адрес своего народа, в адрес титульной нации. Государство наконец-то начинает защищать свои культурные и цивилизационные основы на законодательном уровне. И это прямая задача для ФСБ.

– А какова роль спецслужб в другом процессе – процессе трансформации элит? Мы видим громкие антикоррупционные дела, смену управленцев...

– Это еще одно важнейшее направление. Борьба с коррупцией сегодня стала, по сути, основным методом избавления России от наследия "лихих 90-х" – того самого, сформированного в те годы управленческого корпуса. Оставаясь в рамках правового поля, государство отсекает старые элитные группы от их главной "кормовой базы" – госбюджета. Ведь статусные казнокрады, ворующие на гособоронзаказе или нацпроектах, вредят стране едва ли не больше, чем шпионы. И кому, как не ФСБ, поручить контроль за этими потоками? Спецслужба получила особые полномочия.

Отдельного осмысления требует позиция Владимира Путина относительно технологической независимости, которую он неразрывно связывает с защитой экономического периметра и работой контрразведки. Речь идет о том, чтобы ключевые промышленные мощности, стратегические объекты инфраструктуры, передовые научные и технологические кластеры были надежно закрыты от любого деструктивного внешнего воздействия. И здесь, как мне кажется, мы скоро тоже заметим изменения.

– Можно предположить, что "вражеские голоса" только начали пропаганду. И в ближайшее время массированная медиаатака на тему "нового 37-го" только усилится. Риторика иноагентов и либералов не нова. Играя в пользу врага, для себя они чего хотят добиться?

– Очевидно: хотят вернуть себе те возможности и ту власть, которые имели в полуколониальные 1990-е. И от этой помехи, конечно, стоит избавиться. Возможно, для этого и потребуется применить силу – другого способа одолеть саботаж и коррупцию, увы, часто не существует.

https://dzen.ru/a/aas3ysiGDyIf0S9P