Саша вошёл в квартиру, в прихожей бросил дорожную сумку и распахнул дверь балкона. Вместе с шумом машин в комнату ворвался холодный вечерний воздух. Слой нетронутой серой пыли покрывал мебель. Осмотрев комнату, он снял рубашку и, прежде чем бросить в стиральную машину, протёр ею письменный стол и телефон с автоответчиком и определителем номера, который он поставил незадолго до отъезда в Африку.
Этот год оказался очень удачным. Третье месторождение алмазов, найденное в первый приезд, оказалось баснословно богатым. В определённых кругах их компания сразу приобрела авторитет, несмотря на жесточайшую конкуренцию со стороны бельгийцев, считающих Заир своей исконной вотчиной. К концу года был сформирован пакет заказов на геологоразведку. Катастрофически не хватало специалистов.
Александр устало сел в кресло, подняв клуб залежалой пыли. «Надо убрать квартиру», - подумал он и включил прослушивание сообщений. Среди нескончаемого потока деловой информации он вдруг услышал мальчишеский голос:
- Папа, здравствуй! Я звонил тебе несколько раз, но никто не брал трубку. А тут – автоответчик. Я подумал, вдруг ты вернулся.
У Саши защемило в груди. Первый раз он почувствовал, что у него есть сердце. Голос продолжал:
- Мы с мамой живём в штате Калифорния в Америке. У меня есть новый папа - дядя Фима и маленькая сестричка Элла. Дядя Фима меня не обижает. Мы живём хорошо. Только я очень скучаю по тебе, потому что люблю. Помнишь, как мы катались на санках, и я упал. Здесь снега не бывает. Я учусь хорошо. Потом поступлю в университет. Дядя Фима сказал, что нужно обязательно хорошо учиться, чтобы, когда ты вернёшься, не было перед тобой стыдно. Мы не верим, что ты пропал совсем. Твоя фотография висит у нас на стене. Дядя Фима говорит – нельзя забывать близких людей. Папа, если ты вернулся, позвони нам!!!
Последние слова мальчик почти прокричал. Саша метнулся к телефону. Вместо номера на дисплее светилась надпись: «номер не определён». Александр почувствовал, как перехватило дыхание и заболело где-то в солнечном сплетении. Слёзы закапали на подлокотник кресла и, стекая, оставили узкие дорожки на пыльной поверхности.
Лишь спустя час, он позвонил Алекс. Она обрадовано пообещала приехать утром. Саша достал купленные по дороге продукты, положил в холодильник и автоматически поставил на плиту чайник. «Что за жизнь! Сначала, аж задыхался в погоне за мечтой – удивительной девушкой. Что в ней было такого, что подсекла, как окуня, навсегда? Что-то было. Она влечёт по-прежнему. Потом пропали жена и сын. Теперь я всю жизнь должен за кем-то гоняться? А любящей женщине - настоящему проверенному другу, не могу ответить тем же», - размышлял он, глядя на шипящий подпрыгивающий чайник. Очнувшись от раздумий, выключил чайник и лёг на диван. Есть расхотелось.
«Что же делать? С Алекс тоже нельзя так. Ей замуж надо, а я, как гиря на ногах – ни муж, ни любовник».
Утром его разбудил звонок в дверь. Радостная Алекс стояла у двери и трезвонила, не отрывая палец от кнопки.
- Ты с ума сошла, рыжее чудо. Перебудишь всех соседей, - обнял её Саша.
- В нашей стране дремать нельзя, - категорично заявила Алекс.
Прослушав сообщение на автоответчике, она предложила ещё раз навестить родителей Аллочки.
- Если не сменили адрес и не перебрались к дочери в Америку, мы их найдём. Слава Богу, живы и помнят тебя, - закончила Алекс деловую часть встречи.
Отправив Сашу в душ, она занялась незамысловатой уборкой. Саша, выспавшийся и посвежевший, вошёл в кухню. От вчерашней тоски почти ничего не осталось. Бутерброды - разделанная килечка на чёрном хлебе с маслицем, пришлёпнутая листиком петрушки, - красивой горкой лежали на тарелке. Рядом стоял графинчик ледяной «Смирновской». На сковородке зазывно подмигивали жёлтые глазки яичницы под зелёными бровками лука. Только теперь он вспомнил, что почти сутки ничего не ел. За завтраком Алекс спросила:
- Ты в курсе, что снова произошло в Москве?
- Опять наши политики чего-то не поделили? Хоть не уезжай. Как только я за дверь, так здесь свара начинается, - хмыкнул Саша, опрокинув в рот крохотную стопку.
- Угу, - промычала Алекс, прихлёбывая горячий кофе. – Дума с президентом друг - друга чуть не перестреляли.
- Однако! Круто забирают. А я думаю, что это наша доблестная милиция на каждом углу стоит. Видать, долго ещё будут «пилить» страну. Знаешь, Алекс, уезжать тебе нужно. Не будет здесь толку. Вот дела здесь закончу и заберу тебя с собой. Будешь работать пресс-секретарём или референтом нашей фирмы. Нам нужен наш собственный профессионал для связей с «ихней» профессиональной общественностью. Замуж тебя выдам за хорошего человека.
В офисе «Алво-Гранит» стояла рабочая суета. Александр попросил секретаря Колю принести «чего-нибудь пожевать». Только что закончилась последняя встреча с претендентом на работу. Саша чувствовал себя опустошённым. Коля принёс поднос с едой и поставил на стол вместе с чайником свежей заварки.
- Что, тяжело?
- С ума можно сойти – образование кой-какое, опыта работы нет, а зарплату просят, как у министра. Этот хотя бы не учил жить.
Коля налил чай и сел напротив.
- Шеф, не бери в голову. Забей. – Колька умел «успокоить». Саша нашёл его случайно и очень обрадовался. Бывший студент, с которым они «оперировали» в тайге раненую рысь, окончив геологоразведочный, работу по специальности так и не нашёл. Помыкавшись на бирже труда, он махнул рукой, и пошёл работать официантом. Подучившись, устроился барменом в малопрестижную гостиницу «Минск» на улице Горького, позже получившей своё старое название - Тверская. Там, придя на очередную деловую встречу, и увидел его Саша. Он сразу предложил ему работу. Вскоре они втроём улетели в Африку.
После возвращения Коля остался работать в офисе в должности то ли секретаря-референта, то ли помощника, в общем, - отвечал за всё. Саша относился скептически к девочкам-секретаршам с ногами «от ушей», «не старше 25 лет, со знанием трёх иностранных языков и компьютера, и стажем работы не менее десяти лет». Он откровенно смеялся над подобными объявлениями, которыми пестрели все газеты.
- Шеф, тут звонил какой-то Аркадий Павлович. Сказал, что вы знакомы. Просил о встрече. Ты был занят. Он обещал перезвонить позже. Что сказать? – скороговоркой выпалил Коля.
- Аркадий Павлович? – переспросил Саша, - что-то не припомню. Может где и встречались. Давай завтра на три.
- О’кей, шеф.
- И брось свой «о’кей». Как мальчишка. Впрочем, ты и есть мальчишка.
- Слушаюсь, шеф, - откозырял на американский манер Коля и скрылся в приёмной.
«Господи, мне бы его заботы!» - подумал Саша, с улыбкой глядя ему вслед.
На следующий день, подписав очередную стопку бумаг, Александр собрался было уйти пораньше, когда вошёл Коля.
- Саш, тот мужик, Аркадий Павлович, звонил и сказал, что в три будет.
Саша узнал его сразу. Это был человек, лет пять назад предложивший ему работу в Африке
- Мы ведь знакомы, - начал тот.
- Не припоминаю. Возможно, нас представляли, - сухо ответил Саша, указывая рукой на кресло.
- Так вы всё-таки живы.
- Исключительно благодаря Господу, а не вашим молитвам.
- Я в вас тогда не ошибся.
- А что сейчас вас привело к нам? – спросил Саша, понимая, что долго «не узнавать» не имеет смысла.
- Память мы освежили. Теперь перейдём к делу, - произнёс Аркадий Павлович. – Я хочу предложить вам деньги.
Саша удивлённо откинулся на спинку кресла.
- Во как! Это за что же? Сначала хотели убить, а теперь предлагаете деньги?
- Убивать вас не было смысла. Как говорят, «когда колхозы разгоняют - лошадей не пристреливают». Мы могли бы работать и работать. Это доказывает ваш теперешний успех. Но свою голову не приставишь. Эти дебилы уже наказаны самой жизнью. Кто-то другой воспользовался результатами вашего и моего труда. Сколько усилий стоило мне получить этот контракт. И всё пошло прахом, включая мои деньги.
- Так что же вы теперь хотите? Не я подбирал команду. Это ваши люди переправляли алмазы. И то, что мы не сгнили заживо сначала в саванне, а потом в африканской тюрьме – только дело случая.
- Вы правы. Я вас ни в чём не обвиняю. Я хочу вступить с вами в долю и предлагаю очень большие деньги. Мы сможем не только вести геологоразведку, но и разрабатывать любые месторождения. А это уже не просто большие, а огромные деньги.
- Благодарю за доверие. Но дело в том, что я не доверяю вам. Ваши ближайшие подручные предали и обокрали вас. Как же вы будете вести дело с подобной командой? Уверен и сейчас ваши люди не лучше тех, что были. Относительно огромных денег, так я не коллекционер денежных знаков. Деньгам есть разумный предел, за которым ты становишься их рабом. Я не хочу быть ничьим рабом, поэтому наше сотрудничество не может состояться.
- Вы рисковый человек. Не боитесь?
- Я – один, как перст, поэтому не боюсь. Даже если убьёте, всё равно у вас ничего не получится. В нашем деле главное не деньги, а люди. Геологов нет. Специалисты вывелись. Все в «менеджеры» подались. Я с трудом наскрёб несколько человек из старой гвардии. В России после перестройки геологоразведка умерла, а без практики нет геолога. Я с рюкзаком почти всю страну вдоль и поперёк исходил. Помню, где какой камень нашёл, какой самородок выудил. А что у вас? «Быки» бритоголовые, которые и читают-то по слогам. Так что, уважаемый Аркадий Павлович, не всё деньги да пуля делают. – Саша сделал паузу и отхлебнул холодного чая. - А знаете, вложите ваши деньги во что-нибудь другое, в чём вы лучше разбираетесь, где нет такой зависимости от «человеческого фактора». Например, в шоу-бизнес. А что, неплохая идея для больших денег. Талант там не нужен. Главное, чтобы ноги были длинные, да попка крепкая, а остальное, где надо «подкачают».
- Спасибо за лекцию, - с усмешкой ответил посетитель. – Только мне, что геологи, что филологи – один чёрт. Мы университетов не кончали и в пажеских корпусах не обучались. Вся наша наука – школьный коридор, да тюремная камера.
Саша вопросительно посмотрел на собеседника.
- Да, да не удивляйтесь.
- А как же ваш английский?
- Вот там и выучил. Учитель хороший был, из фарцовщиков. Английскую школу окончил, дипломатом хотел стать.
- А вы интересный человек, Аркадий Павлович.
- Так значит, не договорились? - спросил он, поднимаясь из-за стола.
- Нет, не договорились. Да и уезжаю в экспедицию опять надолго.
- Ну-ну. Счастливого пути. Не секрет, куда?
- А вот это секрет. Стране мы не нужны, а за её пределами нас ждут. Кстати, за «колхозных лошадей» спасибо. По крайней мере, понятно распределение ролей в нашем несостоявшемся сотрудничестве
(Продолжение следует)
Главы из повести Евгении Фабр «Жизнь ка жизнь»
Оценили 0 человек
0 кармы