Рак на ранней стадии в большинстве своем не требует медикаментозного лечения – достаточно изменить свою жизнь

90 17645

Тема БИЗНЕСА и МЕДИЦИНЫ в нём продолжается... ранее публиковалось:

«Все лекарственные препараты изготавливаются для того, чтобы сократить население»...

Почти все рекламируемые медицинские препараты – бесполезны

Серьёзный разговор о современной медицине (касается практически каждого из нас...)

Диагностика болезней. Шарлатанство клиник.


За белыми халатами и надменным выражением лица часто скрывается вопиющая некомпетентность в своей профессии.

Володя – врач-микробиолог. Он не стремится к популярности, посему называть его будем так, как он известен в интернете – microveda.

Известен он тем, что выкладывает на ютубе видео различных болезней в том виде, как они выглядят в пятитысячекратном увеличении. И кто бы мог подумать, что это может повлечь неудовольствие со стороны прочих практикующих медиков.

К Владимиру, как и к любому другому врачу, часто приходят люди. Но приходят чаще всего уже после того, как другой врач уже поставил диагноз, часто не оставляющий человеку даже надежды.

За те три дня, что я провел у него в гостях, вольно или невольно мне пришлось увидеть, а вернее, услышать нескольких его пациентов. Нет, я не присутствовал на приеме, я находился в соседней комнате и даже не слышал, о чем говорят пациенты – но реакцию людей, неожиданную радость, появляющуюся в интонациях, услышать было просто.

Вот девушка, которой поставили диагноз бесплодие. Она пришла потерянной – но увидев под микроскопом на принесенном ею же стекле с мазком здоровую яйцеклетку, она, естественно, испытывает радость.

А вот взрослая пара. У главы семьи диагностирован рак, и люди уже готовят деньги на лекарства: две с половиной тысячи долларов – это только начало. Но Владимир не видит рака! 

На следующий день разгорается скандал: людям-де на руки дали не то стекло! И это при том, что люди буквально выпрашивали в клинике стекло с анализом в течение недели, чтобы проконсультироваться вне клиники!

Вова консультирует и людей из-за границы, но у него только одно требование – по интернету ему нужно прислать видео пораженных клеток. 

Оказывается, и в России, и в Украине, и в США, и в Израиле, и в Германии такое видео является «врачебной тайной»: врачи не желают, чтобы их диагноз кто-то мог проверить вне той клиники, где анализы были проведены.

Мы много говорили на эту тему с Микроведой, и он признался, что ни разу не видел, чтобы рак, «диагностированный» на ранней стадии, подтвердился. 

И он объяснил мне, в чем дело: современная мировая медицина по сути своей призвана не лечить человека, а получать с него деньги.


— Понимаешь, рак на ранней стадии в большинстве своем не требует медикаментозного лечения – достаточно изменить свою жизнь, – рассказывает Владимир. – Большинство других болезней, пока они не запущены, тоже лечатся хорошим сном и уходом от внешних раздражителей. Не зря в советское время в клиниках чуть ли не основным лекарством был димедрол – больной должен спать, тогда он сам себя лечит. Перестань нервничать, измени систему питания, поголодай, следи за пульсом – и организм сам справится с болезнью. Но любой современный врач связан тесными узами с фармацевтической промышленностью, которая требует прибылей. И прибыли эти баснословны!

Почему я не вижу рака на ранней стадии? Кровь из костного мозга, пункция, сразу показывает, что где-то в организме развивается раковый процесс. Такой анализ достаточно дешев. Скажем, новый микроскоп, камера и большой экран, на котором все процессы можно наблюдать, обойдется в 30 тысяч долларов. В течение дня при их помощи два врача могут проверить 30-50 анализов.

Но клиника хочет извлекать прибыль, и если человек сам приходит к врачу со своей фобией, многие врачи склонны на этом заработать. 

При этом врач не желает, чтобы его диагноз кто-то подвергал сомнению. 

Именно поэтому во всех клиниках мира тебе не запишут видео с микроскопическим анализом. А у меня, если я делаю свой анализ, каждый человек получает не только заключение с моей подписью, но и диск с микродиагностической записью того процесса, который я диагностировал. Любой врач на любом континенте после этого может сказать, что я не прав, если я действительно не прав. Кроме того, и стекло, и записи у меня сохраняются.

– Зачем? – спрашиваю я.

– Если кто-нибудь вызовет меня в суд, я всегда могу доказать, как в только что виденном тобой случае, что врачи неправильно диагностировали болезнь.

– И часто такое бывает необходимо?

– Нет, обычно клиника, понимая, что крыть им нечем – ведь в суд будут вызваны независимые эксперты – не хочет, чтобы существовало решение суда, которое прямо свидетельствует об их нечистоплотности.

Я прошу Володю сделать мне анализ крови и когда моя кровь оказывается на стекле, стекло под микроскопом – и на большом экране я вижу все сам! Лейкоцит, оказывается, никогда не останавливается – он постоянно ищет пораженные клетки и набрасывается на них. 

Когда такое видишь своими глазами, это действительно впечатляет. Володя, наблюдавший такую картину неоднократно, говорит мне, что он не перестает восхищаться их работой.

– Каждый раз, когда я вижу, как бесстрашно они набрасываются на врага, чтобы погибнуть, спасая весь организм, мне жаль, что подобного рода индивидуумов так мало в человеческом племени.

При не самом большом увеличении, когда через микроскоп видно с пятьсот клеток, мое внимание привлекают два или три эритроцита с какими-то пупырышками. Выглядят они неестественно.

Я спрашиваю, что это, и Владимир объясняет, что это поврежденные или умирающие клетки. Мне это не нравится, и на все объяснения специалиста, что такой процесс совершенно нормален, если только количество поврежденных клеток невелико, а лейкоциты активны, я реагирую вяло – мне хочется, чтобы все мои эритроциты были как на подбор.

В качестве успокаивающего средства Владимир обращается к своему компьютерному архиву – и вскоре показывает мне видео, сразу же ужасающее меня. На экране кровь человека, которая выглядит не так, как она выглядит в учебнике по анатомии. 

Вначале я не вижу вообще ни одного нормального эритроцита.

Более того, похожих на те, что насторожили меня, тоже мало – мои “проблемные” с пупырышками, а не пупурчатые целиком! 

Но те, что составляют абсолютное большинство в крови этого человека, даже меня как неспециалиста пугают – они скорее похожи на морских ежей. Я не скажу, что там за диагноз – все можно посмотреть на ютубе microveda – но Володя сказал, что этот человек, залечивший себя почти до смерти, купил себе такую кровь за большие деньги.

— Понимаешь, человек решил, что у него какая-то проблема. Денег у него – как у дурака махорки, поэтому врача он ищет по собственному разумению. Ему понравился тот, который имеет свой мерс-геленваген, ему он и доверил заботу о своем здоровье. Теперь лекарства он глотает без всякой меры, да еще и хвастается мне, что за неделю на каком-то австрийском курорте потратил 22 тысячи евро. Мне осталось сказать ему, что он действует совершенно правильно, если метит на курорт, который всем так нравится, что еще никто назад не вернулся.

Володя говорит, что постоянно сталкивается с людьми, которые залечивают себя медикаментами вместо того, чтобы изменить неправильный образ жизни. 

Современная фармакология, а вслед за ней и медицина, в большей мере стремятся не к продлению жизни и ее качества, а к тому, чтобы человек, став единожды платежеспособным пациентом, оставался таковым до того момента, как «помощь» медиков ему уже не понадобится.

Видеоролики, которые он выкладывает в интернете, пользуются спросом в некоторых зарубежных медицинских колледжах и телекомпаниях. 

Владимир всегда готов отстоять свои диагнозы в суде. Он утверждает, что бардака, который существует в современной медицине, можно избежать лишь в том случае, когда будет возможность объективного контроля за деятельностью врача.

– Если ты, придя на прием к врачу, получишь на руки не только рецепт, но и будешь иметь возможность видеозаписи приема у этого врача; если твои родственники, потеряв тебя, будут иметь возможность представить в суд видеозапись консилиума врачей, предлагающих тебе то или иное лечение – многие фармацевтические компании разорятся.


Я не специалист в медицине, но точно знаю, что если современные технические возможности объективного контроля использовать на благо человека, многим следователям, дознавателям и судьям пришлось бы туго.

Представьте себе: вас незаконно судят, придумывают, подправляют и дополняют обвинительное заключение, протокол суда, приговор, а вы выкладываете в интернет видео с суда – точь-в-точь как сейчас по телевидению и интернету ходят видеопримеры ложного положения «вне игры» с какого-нибудь футбольного матча.

Системы объективного контроля пришли в авиацию, а затем во все остальные виды транспорта, в спорт, в производство и охрану. 

Не так много осталось бастионов сопротивления. Но в медицину подобные системы придут нескоро, потому что после медицины бастионы будут сломлены. 

Как только хотя бы простейший объективный контроль придет в медицину, его придется вводить и в юриспруденцию, и, о ужас, в политику!


Фармакологическая промышленность по всему миру сейчас выступает спонсором политических партий даже более активно, чем военно-промышленный комплекс. 

Лекарства дорожают, а государства и территории не могут не вкладывать средства в здравоохранение и «здравоохранение», ведь их неправильно поймет электорат.

Одновременно электорат учат глотать таблетки и всевозможные пищевые добавки – в огромных количествах. 

В результате, далеко не всегда можно быть уверенным, что тебя на самом деле лечат, а не калечат – ну а о других сторонах взаимоотношений с государством говорить и вовсе не приходится.

В лечебном процессе заключение аналитика не всегда есть возможность перепроверить (подмена стекол, не выдача на руки пациенту, утеря стекол, некомпетентность, невнимательность, полное несоответствие написанного с реальным фактом), в реальности часто приходится сталкиваться с фальсификацией аналитических данных. 

А следовательно и неверным лечением.

Обыкновенный анализ мочи, анализ крови, расширенные анализы крови, мочи и др. жидкостей организма, появившиеся недавно визуальные методы наблюдения позволяют узнать очень многое о действительном состоянии вашего организма.


Вадим Шатров

Автор статьи: Владислав Никитенко 2010 г.


Источник


Вадим Шатров о себе

Участник проекта MedAlternativa.info, ведение проекта в социальных сетях, практики сухого голодания, духовные практики, веган с преимущественно свежей растительной пищей. 
Занимаюсь спортом, пропагандирую здоровый образ жизни, знакомлюсь с единомышленниками, интересуюсь темами самопознания, философии, духовного и физического развития. 
Помогаю людям стать счастливее:-) 
Администратор групп Вконтакте, ведение аккаунтов в Инстаграм.
Посмотреть все записи автора Вадим Шатров




Почему украинская мова стала вызывать агрессию молодёжи
  • Rediska
  • Вчера 11:05
  • В топе

Пока Путин с Байденом  вели переговоры на берегах женевского озера, на Украине политизированное сообщество в соцсетях пережевывало очередную зраду. Молодая девушка по имени  Диана Калега...

Выстрел в ногу как суть геополитики 21-го века

Ещё Бисмарк сказал: «На каждую вашу хитрость русские ответят непредсказуемой глупостью» Это правда и вот почему. Дело в том, что страны, как и люди, отличаются не столько...

Обсудить
  • Ну да, на ранней стадии не требует, а на последней, уже не имеет смысла.
  • есть мнение, что люди, которые поправляются после химиотерапии, выздоравливают не благодаря, а вопреки ей (химии).
  • Врач это помощник смерти.
  • Статья во многом правильная, но несколько однобокая. Если вести речь о фармбизнесе, то это вообще отдельная тема. Здесь не надо путать праведное с грешным. Если говорить о морфологической диагностике онкологии, то всё очень не однозначно. Бывают ошибки в обе стороны. Как гипердиагностика, так и недооценка опасности. Правильно будет, в данном случае перебдеть, чем недобдеть и об этом грамотные врачи знают. Рак не та болезнь, при диагностике которой простительно ошибиться в сторону недооценки опасности. А вот что однозначно верно, так это то, что здравоохранение и бизнес надо решительно отделить друг от друга. Но правительство на это не пойдёт, потому что тогда надо будет тратить большие бюджетные деньги. Хотя здравоохранение - стратегическая отрасль, количество и качество проживающего в стране населения напрямую от него зависит.