Однажды Георгий решил рассказать, как, будучи в Хранции, проявил национализм и расовую нетерпимость. Георгию просто страшно в этом признаваться, поскольку Black Lives Matters и всё такое прочее. И одним словом тут он оскорбляет сразу тысячи бедных афроафриканцев, но ничего уж не поделаешь. Стало быть, идёт себе Георгий по городу Парижу среди хранчюзов. Точнее, как-то самих хранчюзов и не наблюдается. А рядом всякие женщиночки в тюрбанах с цветное ведро, тёмные граждане в ярких бубу, и лица арабской национальности. Старая добрая Хранция, короче говоря.
А идёт Георгий вместе с подрастающим поколением, с целью показать сему поколению Эйфелеву башню, и сфотографироваться на её фоне. Поколение, канеш, смотрит во все стороны глазами размером с очки Георгия и всячески удивляется хранчюзскому житью-бытью. И вот они доходят до башни. Сфотографировались, аки положено туристам. А там куча афроафриканских граждан поблизости продают всякую китайскую хуету - типа сувениров в виде этого творения Эйфеля. И поколение, ввиду нежного возраста, интересуется одной такой штукой светящейся, за которую с православного человека афропарижане просят аж полновесных три евро.
И только Георгий запустил руку в карман, дабы осыпать золотом на сумму три евро афроафриканского басурманина, как оный подлец, узрев интерес со стороны ребёнка, повысил цену до 10 евро. Георгий с подрастающим поколением адресовали негоцианта в Африку, и пошли далее. Негоциант не отставал. Он бежал за Георгием и поколением, и буквально требовал купить сию башню. Георгий не вёл ухом. Тогда через некоторую дистанцию чёрный торговец на английском обматерил Георгия и подрастающее поколение. Поколение тему поняло: голливудские фильмы-то щас все смотрят.
Георгий драться не здоров, восточных единоборств не знает, и в битву никогда не лезет, ибо не Рэмбо. Но тут человек прям грациозно напросился. Георгий взял его за грудки, и встряхнул. Материть афроафриканца на английском было неудобно - подрастающее поколение поймёт, на русском - тем более. Георгий хоть загибает в крест и в веру, но дома он от отца и матери слова матом не слышал, и продолжает традицию. Поэтому Георгий назвал уличного бизнесмена на арабском "уёбком" (кос уммак) и "сыном свиньи" (ибн аль-хинзыр).
Эти красивые восточные слова произвели в несдержанном афроафриканце значительные перемены. "Не убивай меня, брат!" - заверешал он на всю улицу. "Я не знал, что ты араб, не убивай меня, пожалуйста!".
Так Георгий проникся мультикультурностью и прекрасностью Хранчюзского государства: где все материть можно всех...но кого-то всё-таки в принципе немного меньше других.
Ибо потом зарежут.
Оценили 170 человек
215 кармы