Все же знают про страшные «десять лет без права переписки». Если в органах при Сталине сказали такое, сливай воду, родственника точно расстреляли страшно секретным приговором. Про который даже родственникам не скажут. Самое удивительное в другом, похоже, в СССР в принципе не было меры о лишении права переписки. Да-да, открываем собрание законодательства, а там ничего такого нет!
Я даже подозреваю, кто первым придумал эту байку про «десять лет без права переписки», но об этом чуть позже. Версия либеральных историков и их друзей из запрещённого общества на букву «М» проста как мычание. Мол, советские суды законы и не открывали, потому писали в документы что придётся.
И фразу эту придумали, чтобы только советский народ не ужаснулся масштабам репрессий. Поэтому родственникам расстрелянных граждан, якобы, о расстрельном приговоре не сообщали. Вместо этого следовала та самая фраза про запрет переписки. Мол, убыл в дальние лагеря, связи с ним нет, до свидания.
В своей книжке в шестидесятые придумавший Большой Террор Роберт Конквест сначала писал, что была такая норма, но часто ее использовали как раз для скрытия расстрела. А вот к 1990 году гражданину объяснили, что как бы в советском законе такой нормы не было. И пришлось книжку править, теперь у него приговор «без права переписки» однозначно указывает на расстрел!
Ну, давайте от печки. Открываем уголовный кодекс РСФСР, действовавший на момент того самого Большого 1937-38 годов. Все возможные санкции (кроме медицинских) аккуратно переписаны в статье двадцатой «Меры социальной защиты судебно - исправительного характера». Перечень закрытый, ну да, для расстрела есть отдельная статья. Никаких других мер наказания советское законодательство не знало.
Никакого лишения права переписки в Кодексе просто нет! Не может советский суд лишить гражданина права переписки! Просто не может. Впрочем, среди всех этих объявлений врагами трудящихся, лишений свободы и прочего есть один подозрительный пункт.
Называется он «поражение политических и отдельных гражданских прав». Ага, вот и нашлась изюминка! Наверняка, лишение права писать письма именно здесь и спряталось.
Но нет, советские юристы дело знали туго. Потому в том же Кодексе есть статья 31-я. Которая подробно объясняет про это самое лишение прав:
«31. Поражение политических и отдельных гражданских прав заключается в лишении:
а) активного и пассивного избирательного права при выборах в советы и съезды советов,
б) права занимать ответственные государственные должности, исполнять общественные обязанности и носить почетное звание,
в) права занятия выборных должностей в промышленных или торговых организациях и обществах,
г) родительских прав».
Ну-ка, найдите тут такую санкцию как лишение права переписки! Её нет в Кодексе, просто нет. Не знаем мы и отдельных решений ЦИК, Верховного Совета или Совнаркома, где такая мера бы вводилась. Такого приговора просто не могло существовать! И в этом легко убедился бы любой советский гражданин, открыв совершенно не секретные сборники законодательства.
Ладно, может такое право было у администрации лагерей? Хотя, если и было бы, откуда о таких решениях лагерного начальства узнали бы в НКВД, который выдавал страшные справки?
Открываем в собрании законодательства за 1930 год Положение об исправительно-трудовых лагерях. Утверждено положение Советом народных комиссаров. Там есть любопытная статья 34-я:
«34. Переписка заключенных происходит с соблюдением следующих правил:
а) вся переписка просматривается администрацией;
б) переписка заключенных и поступающая к ним корреспонденция может быть конфискована, причем о конфискации объявляется заключенному.
35. Заключенные имеют право получать передачи, почтовые посылки денежные переводы».
Кстати, встречал и такие публикации, где к «без права переписки» добавляют ещё и «без права направления посылок». А по лагерному положению посылки, вообще, запретить нельзя.
Как нельзя запретить и писать заключённому письма! Да, почта в местах заключения просматривалась (как и сегодня). Да, по положению её могут конфисковать. Но это именно исключительная мера, а не запрет всей переписки.
Копаем дальше. Граждане из запрещённого общества, три десятка лет поразмыслив, пришли к выводу, что и правда какая-то чепуха. Меры такой в законе нет, а, якобы, органы НКВД о ней сообщали.
Кстати, за исключением пары совершенно мифических историй, никаких справок осуждённым про «десять лет без права переписки» в научном обороте так и нет. А ведь таких выписок должно было быть сотни тысяч по всей стране. Странно, правда?
Поэтому в архивах срочно находится Приказ НКВД №00515 от 11 мая 1939 года «О выдаче справок о местонахождении арестованных и осужденных». В котором чудесная фраза «Справки выдавать только устные». Это шедевр, такого в истории законов не было ни до, ни после. Зато объясняет куда делись сотни тысяч справок со страшной визой «без права переписки». Да и не было их, слова ветром унесло. Очень удобно.
Зато отдельные исследователи договорились до того, что фраза «десять лет без права переписки» установлена именно этим страшно секретным приказом. Я этот приказ перечитал аж три раза. Поэтому приведу его целиком. Сможете найти где там вводится такой приговор?
«По имеющимся в НКВД СССР данным, местные органы НКВД не дают исчерпывающих справок заявителям о местонахождении их родственников, арестованных и осужденных органами НКВД. В результате заявители обращаются к депутатам Верховного Совета, в прокуратуру и в различные Центральные и правительственные учреждения, нередко приезжают лично за справками в Москву.
Для упорядочивания справочной работы приказываю:
1. Всем начальникам органов НКВД в декадный срок организовать выдачу справок на запросы граждан о местонахождении их близких родственников, арестованных и осужденных органами НКВД. Справки выдавать только устные.
2. В НКВД и УНКВД выдачу справок возложить на 1-е Спецотделы, через приемные НКВД (УНКВД), установив часы приема заявлений и выдачи справок.
3. О следственных арестованных сообщать: когда арестован, в какой тюрьме содержится и где находится дело (в следственном органе, в прокуратуре, в суде); об осужденных сообщать: когда, кем, по какой статье осужден, на какой срок, куда направлен для отбытия наказания, указывая почтовый адрес тюрьмы или лагеря (для тюрем ГУГБ - указывать № почтового ящика).
4. Районным и городским отделам, ДТО, ОДТО и особым отделам при отсутствии у них сведений о результатах дел, запрашивать соответствующие инстанции и по получении ответа выдавать устные справки заявителям.
5. Организовать в общих тюрьмах, лагерях и ИТК выдачу справок о заключенных родственникам, обращающимся непосредственно в тюрьмы, лагеря и ИТК. Из последних выдавать устные справки только о том, содержится арестованный или нет, и если не содержится - куда и когда отправлен.
6. В отношении осужденных Военной Коллегией и тройками НКВД (УНКВД) к высшей мере наказания, сохранить существующий порядок выдачи справок, производя их выдачу только через 1-е Спецотделы.
7. Наркомам внутренних дел республик и начальникам УНКВД дать указание начальникам ОАГС’ов в случае обращения к последним жен арестованных о разводе, учинять акты развода беспрепятственно, не требуя от заявителя никаких справок.
8. Письменные заявления о местонахождении арестованных и осужденных, поступающие в органы НКВД и тюрьмы НКВД от родственников, проживающих в других районах, направлять с соответствующей справкой в органы НКВД по месту жительства заявителя для устного ответа. Лагеря и ИТК НКВД ответы на поступающие к ним заявления направляют непосредственно в адрес заявителя.
Народный комиссар внутренних дел Союза ССР Л. Берия»
Ну как? Шедевральный приказ? Товарища Сталина замучали обращениями родственники расстрелянных. Поэтому, чтобы московских начальников не донимали вопросами - срочно собрать всю родню расстрелянных и устно им сообщить... А собственно, сообщить что?
Ни про какие десять лет без права переписки я в документе не вижу. И обратите внимание на шестой пункт. Там как раз про осуждённых к расстрелу. И речь там идет о справках из спецотдела. А не об устном сообщении. Кстати, про «действующий порядок» не придумали пока даже либеральные историки. Мы просто не знаем, на какой такой порядок ссылается документ.
Ну и самое чудесное. Обнаружен сей документ в государственном архиве вовсе не России. Да-да, хорошо известные последнее время буковки СБУ. Архивы соседней республики. Эти-то понапишут про Большой Террор, как не поверить.
В общем, кругом враньё. Повторюсь, нет и не было в советском законодательстве такого приговора «без права переписки». Зато я, кажется, нашёл, откуда пошла эта байка.
Придумали её довольно рано, ещё до Конквеста, по крайней мере, в 1955 году такая мера упоминалась в книге Бориса Яковлева (директора научного института) «Концентрационные лагери СССР».
Что характерно, в 1955 году Яковлев не в курсе о существовании каких-то расстрельных троек. У него всех напропалую в 1937 году расстреливает Особое Совещание. Которое таких полномочий не имело сроду. Уже любопытно.
Зато гражданин Яковлев пишет:
«Обычно родственникам приговоренных к ВМН сообщалось, что последние осуждены без права переписки».
Издана эта чудесная книга, разумеется, целым Институтом по изучению истории и культуры СССР. Находилось это сугубо правдивое учреждение в Мюнхене. Финансировалось практически открыто ЦРУ.
Тот самый директор института, что подписался под книжкой, никакой не Борис Яковлев. Это один из псевдонимов Николая Александровича Троицкого. Перебежчика, предателя Родины, воевавшего в армии Власова.
Кстати, у генерала-предателя он ходил в капитанах и заведовал отделом антисоветской пропаганды. Еще и газеты фашистские издавал, для промывки мозгов пленным в лагерях. А после поражения фашистов бежал к новым хозяевам - американским.
Что самое смешное, в девяностые в наш Госархив из США передана целая коллекция материалов о Большом Терроре. Собраны материалы нашим старым знакомым. Да-да, он и сегодня в Госархиве называется «Фонд Троицкого». Абсолютно настоящие документы от капитана нацистской пропаганды, не извольте сомневаться.
Так что у меня вопрос - а есть ли хоть один подлинный документ про «десять лет без права переписки»? Как мы только что видели, советский закон о таких приговорах не знал. А вот ребята, выпустившиеся из ведомства Геббельса, в Мюнхене 1955 года откуда-то знали.
Не пропустите новые публикации
Оценили 17 человек
30 кармы