Путин в Пхеньяне. Все новости сразу в телеграме Конта

Три друга. Последняя глава

0 138

Но на краю кладбища они наткнулись на пустую сторожку, вросшую в землю. Вот так оно и получилось - теперь здесь был их дом. Пока не было похорон, они проводили время на могиле своего человека...

Букс, Клубок и Телик смотрели на домик, бывший когда-то их домом. Телик сидел на голове у Букса и жевал его ухо. Он топорщил пёрышки и, растопырив крылья, говорил:

- Птичка... Птенчик мой... Папа...

Букс ничего не замечал и не слышал. Он плакал.

Клубок тёрся о пса, задрав хвост, и пытался сказать что-нибудь успокаивающее:

- Ну, что ты так расстраиваешься? Мы же вместе. Ну, перестань пожалуйста...

- Хозяина очень жалко, - ответил Букс и шмыгнул носом.

Было раннее утро, и люди ещё не проснулись. Только птицы пели вовсю. Но есть хотелось так, будто уже было время обеда.

- Пойдёмте, - пришел в себя Букс. - Надо навестить его могилу. Пусть увидит, что мы вместе, и порадуется...

Клубок вздохнул тяжело и поплёлся следом. Телик возмущённо пискнул. Он никак не мог понять, почему они уходят.

Он стал кричать в ухо Букса и всячески ему объяснять, что их там ждут, что это их дом и неправильно уходить.

Букс опять тяжело вздохнул.

- Нет больше у нас дома, Теличка, - сказал он. - Но ты не волнуйся. Мы с Клубком о тебе позаботимся.

Телик ещё некоторое время возмущался, а потом всё понял. Он замолчал и, распушив перья, стал возмущённо что-то бормотать...

Могилу они нашли довольно быстро. Посидели там... Надо было решать, что делать дальше, куда идти и что есть.

Но не зря говорят - не было бы счастья, да несчастье помогло.

Они увидели похороны. Большая толпа людей стояла вокруг свежей могилы.

- Пойдёмте, - сказал Букс. - Может, кто-нибудь даст нам поесть.

Они подошли поближе и стали смотреть. И тут вдруг Телик, проснувшись, увидел потенциальных слушателей и разошелся не на шутку.

Он пел, разговаривал, а потом, расправив крылья, стал танцевать на голове у Букса.

Толпа развернулась, и люди даже на несколько минут позабыли, зачем пришли сюда. Добросердечные стали доставать бутерброды и семечки. Всё сложили в большой пакет и отдали Буксу.

Тот взял зубами подношения и пошел. А куда, он и сам не знал...

Но на краю кладбища они наткнулись на пустую сторожку, вросшую в землю. Когда-то давно здесь сидел сторож, а потом... Он умер, а нового никто не нанял.

Вот так оно и получилось. Теперь здесь был их дом. Пока не было похорон, они проводили время возле сторожки или на могиле своего человека.

А когда появлялись люди, Телик садился на голову Буксу и они шли работать. Может, это и не очень соответствовало месту и проходившим похоронам, но...

Но недовольных не было. Люди были рады этой минутке, отвлекавшей их от грустных мыслей.

Телик пел, разговаривал и танцевал. Букс яростно улыбался, а Клубок, подняв и распушив хвост, гордо ходил туда-сюда. Ему казалось, что такому красивому и гордому коту просто обязаны подавать.

В общем, они не попрошайничали, а работали, честно отрабатывая свою еду.

Иногда особо добрые люди пытались забрать домой то Телика, то Букса, то Клубка. Но никогда, никто не изъявил желания забрать всех троих. А никто из друзей не соглашался идти сам, без остальных...

Лето давно уже закончилось, и зачастили пока мелкие и не очень холодные дожди. Ночью и утром было прохладно, и Телик сильно мёрз...

Вечером он забирался поближе к большому и тёплому пузу Букса и засыпал. Рядом с ним, тоже прижавшись к собаке, укладывался Клубок. Букс обнимал их лапами и, тяжело вздохнув, засыпал.

Утром Телик просыпался всё позднее и позднее. Он долго не мог прийти в себя и тряс головой и крыльями.

Букс понимал, что теплолюбивой птице ни за что не пережить зиму, и пытался пристроить птицу, но та отчаянно отказывалась идти на руки к людям. Видимо, полученное потрясение начисто отбили у него доверие к этим существам.

- Телик, Телик, - вздыхал Букс. - Тебе надо в дом. К людям. Ну, как же ты не понимаешь? Как мне тебе объяснить? Ты замёрзнешь!

Но Телик взмахивал крыльями и отвечал:

- Ты ж мой птенчик...

После чего ласково теребил ухо Букса своим большим клювом. Букс улыбался и опять тяжело вздыхал. Он не знал, как решить этот вопрос.

Клубок тоже хорохорился, но ему было плохо. Он всё время шмыгал носом, из которого текло - он простудился.

Ночью Букс молился. Он просил все небесные силы и своего человека, бывшего на небе, в чем Букс не сомневался, он их всех просил не за себя… Он просил их за Телика и Клубка...

И его просьбы были услышаны! То ли небесные силы, то ли их умерший человек, не знаю… Но всё случилось на этих похоронах...

Уже было довольно прохладно, и Телик охрип. У него болело горло и он, распушив перья, спал на голове у Букса.

Они подошли к довольно большой толпе. Священник, стоявший посередине, рассказывал, наверное, что-то важное, потому что все его внимательно слушали. Женщины смахивали слёзы, а мужики, отвернувшись, тяжело вздыхали.

Телик, увидев людей, встрепенулся и попытался запеть, но из горла вырвался хрип. Тогда он стал говорить, но даже Букс почти ничего не услышал, и тогда...

Тогда Телик прокашлялся, помахал крыльями, поднял правую лапку и, сжав её в кулачок, стал махать ею справа налево. Он поднял вверх голову и…

Выдал басом в небо все нецензурные выражения, выученные им за время проживания в том доме!

И куда, я спрашиваю вас, дамы и господа, куда делся хрип? Так звонко, четко и ясно прозвучали эти ругательства в осеннем воздухе, что все, окружавшие священника, замерли. Замолчал и он сам...

Все повернулись и… клянусь вам, дамы и господа, вы бы были готовы заплатить, чтобы увидеть лица этих людей.

Не знаю, кого они там ожидали увидеть. Может быть, нищего, пьяницу или просто неадекватного человека, но… Они никак не могли согласиться с тем, что всё это исходило от тройки в составе собаки, кота и какаду.

Люди стояли, пораженные, с глазами, полными изумления и отвалившимися челюстями. А Телик не унимался! Нецензурщина летела по сторонам.

Священник стал креститься и бормотать что-то о дьявольском наваждении и что наступили последние дни, а всё почему? Потому как, надо было на храмы сдавать больше.

Но никто его не слушал. Потому что прямо из середины онемевшей толпы раздался крик:

- Букс! Букс!! Буксик!!! Это ты?

Женщина в тёмном пальто протолкалась через замерших людей. Она подбежала к троим друзьям и опустилась на колени, прямо в грязную землю. Она обнимала голову Букса и целовала его прямо в нос.

- Буксик, - говорила она. - Как же долго я вас искала... Все приюты объехала. Весь город обошла. На каждом столбе объявления развесила. Но ты как сквозь землю пропал! Я знаю, что ты сбежал. Но что было дальше? Как ты нашел их всех?! Как?!!!

Букс теперь узнал её. Это была их соседка справа. Они с мужем часто приходили к ним в гости, и мужчины сидели за рюмочкой виски, а она...

Она учила Телика всяким правильным словам, гладила Клубка и иногда выходила гулять с Буксом.

Клубок, спрятавшись за Букса и шмыгая беспрестанно носом, подозрительно посматривал на эту странную тетку, набросившуюся на них ни с того, ни с чего.

А Телик замолчал, опустил правую лапу и, посмотрев на неё, угрожающе раскрыл клюв.

- Не трожь, с…ка! - рявкнул он, вспомнив выражение точно к месту.

Женщина рассмеялась:

- Ну, где? Где и кто научил тебя таким выражениям, лапочка?

Телик закрыл клюв и быстренько перебежал по руке женщины на её плечо. Потом наклонился к её уху и сказал:

- Ты ж мой птенчик... Ты ж моя лапочка... Умница моя... Солнышко...

Он опять поднял правую лапку и, сжав её в кулачок, помахал ею справа налево.

Женщина рассмеялась.

- Ах ты, хитрец!

Она погладила какаду, и тот взял её за ухо клювом.

- Дом… - сказал он. - Дом...

- Ах, ты ж моя умница, - ответила женщина. - Ах, ты ж моя лапочка. Молодец! Ну, что ребята? - продолжила она. - Я, конечно, не знаю, как вы тут оказались, где вы живёте на кладбище и что собираетесь делать, но...

Сейчас мы все идём к моей машине и едем к нам домой. Знаете, как мой муж вам обрадуется? Мы сами живём, детки давно разъехались. У них свои семьи, и нам скучно.

Клубок уже забрался на колени к женщине и толкал её головой. Он распушил хвост и щекотал им ее щёки.

- Ну, вот! - сказал он Буксу. - Ну, вот! - повторил он. - А я говорил... Я говорил, что меня найдут и всех спасут. Что, не помнишь? А я ведь говорил...

Женщина поднялась. На руках у неё сидел кот. Он гордо оглядывался по сторонам, как будто был самым главным здесь. Рядом с женщиной шел Букс и улыбался.

Телик сидел на её плече и бормотал хорошие слова. Он вспоминал всё то ласковое, что ему говорил ушедший на небо человек. И тихонько, в самое ушко шептал ей, а женщина смеялась.

Машина с ними отъехала, и церемония похорон продолжилась...

Священник сообщил всем, что это были дьявольские происки. И что все должны быть на чеку.

Потому что, наступают последние дни. И предусмотрительный человек не будет накапливать земные ценности, а только ценности душевные, сдавая земные в церковную кассу...

При этом он посмотрел на свою машину. Её давно было пора менять.

И похороны пошли своим чередом...

В маленьком домике, совсем рядом с их бывшим домом, царило оживление. Телик, помахивая в воздухе правой лапкой, сообщал смеющемуся мужу весь набор нецензурных выражений.

Мужчина хлопал в ладоши и так смеялся, что у него лились слёзы. Телик был счастлив. Женщина неодобрительно ворчала, но не запрещала. Ведь надо было дать время на привыкание.

Букс обедал супом с курочкой. Клубок, налопавшись вкусных котлеток, завалился на женские колени и толкал её лапами, требуя поглаживаний.

В маленьком домике пахло вкусной едой и счастьем...

Что это я хотел рассказать вам, дамы и господа? Не помните? Ну, вот и я не помню...

А, впрочем, какая разница? Ведь они теперь нашли свой дом. Все счастливы.

Вечером Телик дремлет на плече своего нового друга, пока тот смотрит телевизор. Букс лежит и улыбается Он выполнил своё дело. Женщина готовит и даёт вкусные кусочки своему Клубку.

Иногда Букс поднимает голову и подмигивает там кому-то. И я уверен, что этот кто-то улыбается и подмигивает ему в ответ.

Всё закончилось хорошо, на этот раз.

На этот раз...

Автор ОЛЕГ БОНДАРЕНКО

Конец эпохи – 2

Или: бешеную собаку пристреливают История с нефтедолларом берёт начало в 1972 году, когда американский доллар был лишён золотого обеспечения. То есть, отвязка доллара от золота – э...

​Неправда что я называю всех сбежавших артистов предателями, это не так...

​Неправда что я называю всех сбежавших артистов предателями, это не так. Я не знаю предатели они, дураки, приспособленцы или банально - трусы. Я просто испытываю к ним неуважение и всё.Н...

В Париж на Олимпиаду приехали первые спортсмены и были неприятно поражены спартанскими условиями проживания

Сравнительно недавно я уже писал про олимпийскую деревню в Париже. Что специально в промзоне возвели жильё для малоимущих, которое после проведения Игр, по всей видимости, станет пристанищем для огром...