Конфликт Армении и Азербайджана

Письмо отцу

9 133

Здравствуй, папа!

Это я. Я слушаю орган в Кёнигсберге, плачу и пишу тебе письмо.

Я так и не смогла удалить номер твоего телефона. Однажды искала в айфоне чей-то номер и наткнулась на твой.

Хотела удалить и не смогла.

Мне казалось, если это сделать, я как будто потеряю тебя ещё раз. Я не могу ещё раз, пап. Мне хотелось набрать номер, но я испугалась. Не знаю чего больше, того, что кто-то может ответить (это конечно бред, но вдруг твой номер кому-то отдали), тишины или женского голоса, который произнесёт: «Абонент временно недоступен». «Временно», это как будто не насовсем, но я же знаю, что насовсем, и вот это вот «временно недоступен».

Короче, я не смогла, пап.

И номер не стёрла тоже.

Я иногда открываю его и просто смотрю.

Как будто бы, если что-то случится и начнёт рушиться небо, я его наберу, и ты удержишь небо над моей головой.

Вышла моя книга, пап. Я не показала тебе ни одного своего рассказа.

Потому что я полная дура, пап.

Мне казалось, ну чего я буду хвалиться? Ну, рассказ, ну ещё один, было бы о чем рассказывать.

А потом вышел сборник с моими рассказами, сняли фильм, и через год вышла вторая книга, уже не сборник, но тебя уже не было.

И ты так никогда и не узнал, что я пишу.

И уже не узнаешь.

Я дура, пап. Полная дура.

Тебе бы они понравились, а я лишила тебя радости радоваться о дочери.

«Молодец, дочь моя», — ты всегда так говорил и целовал меня в макушку. У моего сына седели виски, а ты целовал меня в макушку.

Ты мне говорил: «Запомни, выход есть всегда. Если ты его не находишь, значит ты просто его не находишь».

Я это помню, пап, и всегда нахожу выход.

У меня на сайте твои слова. Просто из смерти выхода нет.

Когда ты умер, тебя увезли, я ходила босиком, наступила на зелёную бусинку.

Больно.

Мама потом сказала, что это от твоей мормышки, и я положила бусину в кошелёк, чтобы всегда была связь с тобой, а она потерялась.

Это как лопнула ещё одна струнка. Зазвенела и лопнула, и я как будто перед тобой виновата, что она потерялась.

У мамы был инсульт. Мне теперь все время страшно, пап. Я однажды открою телефон, и там будет два ваших номера, а мне некуда будет звонить. И вы там будете вдвоём.

А я?

Светлана Комарова - преподаватель ИЭЕМ РАНХИГС

"Стратегия" Турции и "бездействие" России

Опять посмотрел (уже не знаю, зачем) выступления пикейных жилетов у Соловьёва. На этот раз по поводу Турции. И снова одно и то же: России нужна стратегия, стратегия невозможная без идеологии (поч...

Эксклюзив смешных картинок в новом формате // Виолетта Крымская

Я тут оформила смешные фото в новом формате. Отозвались положительно. Просили ИСЧО. Ну сделала. Надеюсь вам понравится и ваше настроение улучшится! ...

Очередная неделя протестов в РБ

Добрый день, КОНТ! Писать о происходящем в Белоруссии каждый день нет большого смысла, поэтому попытаюсь сохранить режим "1-2 раза в неделю", если не случится совсем что-то примечательное. Итак, ...

Обсудить
  • ... трудно... А у меня мамин номер только в памяти хранится. Много лет. Ну - не было тогда мобильных... И позвонить туда уже много лет нельзя. Нет теперь таких номеров.
  • ...
  • Я тоже телефон своего отца не удаляю из адресной книги, хотя отлично понимаю, что скорее всего его уже другому человеку могли передать, сейчас номера не пожизненные - год не оплачиваешь и оператор вправе другому отдать.
  • Не позвонить, ни попросить прощения, ни просто поговорить
  • :collision: :fire: