Девятое марта!

Одним весенним днем беззаботной моей юности ко мне заявился старый мой товарищ.
- Скажи мне, друг мой, - озабоченно говорит он. – Доводилось ли тебе когда-нибудь испытывать зубную боль в сердце?

- Вообще-то у меня неплохая наследственность и полный достаток кальция в организме, - отвечаю я. - Так что, проблемы с зубами, сердцами и прочими органами частей тела мне пока неизвестны.

Хотя, если подумать, кажется я понимаю, что ты имеешь ввиду: однажды на заправке какой-то тип съездил мне бейсбольной битой в челюсть. Судя по силе и точности удара, вряд ли этого человека взяли бы в лигу чемпионов, но, тем не менее...

- Не надо воспринимать все так буквально, - прерывает меня он. – Хорошо, попробуем зайти с другой стороны: слышал ли ты, что в Индии родился теленок с двумя сердцами? И эти органы извели его буквально в считанные дни, потому что каждое из них качало только для себя и про свое, отнимая соки жизни друг у друга, но, не успевая отдавать их чему-либо еще.

- Привычка выдерживать дистанцию между началом разговора и его сутью, безусловно, есть верный признак утонченной и благородной натуры, -говорю я. – Именно так мы обогащаемся культурным опытом и тренируем христианское искусство смирения с существованием других людей, но, хотелось бы узнать – о чем именно мы с тобой толкуем вот уже битых полчаса?

- На носу весенний праздник всех торговцев цветами и одиноких сирот мужеского пола, - говорит он. – А я не готов к нему, ни физически, ни морально. Тени двух единственно любимых женщины загромождают мне свет грядущего торжества. Но, я все придумал. Я иду к Юле, поздравляю ее, клянусь ей в вечном всем и тут под окнами раздается звук автомобильного сигнала.

- О, боги! Я узнаю этот звук из тысячи других! – восклицаю я. – Это звук клаксона машины Роальда! Наверное случилось что-то ужасное, раз он решился потревожить меня в столь значимый момент.

Мы выглядываем в окно. Там ты - драматически ходишь вокруг своей бмв и с мужественной истерикой в голосе кричишь: друг мой – все пропало! Случилось ужасное! Отправляемся немедленно! Дело не терпит отлагательств!
И я говорю ей, - так и так, любимая. Ты все видишь сама. Я обязан, я должен, но я вернусь.
Мы нежно и страстно прощаемся, ведь кто знает – увидимся ли мы когда-нибудь снова?

И ты подбрасываешь меня к Кате.

- Это очень хороший план, - говорю я. - В этом плане есть страсть, бмв, забота о женщине и предчувствие молниеносного краха. Например, машина моя вторую неделю обогащает своим присутствием одну штрафстоянку, а на общаковом москвиче клаксон отсутствует самым что ни на есть механическим образом.

Но, знаешь что? Для создания особо тревожной атмосферы, пожалуй, москвич подойдет как нельзя лучше. Лично я в ужасе от этой машины без всяких дополнительных слов и объяснений.

В назначенное время, на обговоренном месте, я прокричал предписанные мне слова.
Вышедший из здания товарищ был мрачен, что твое ноябрьское небо и с языка его срывались потоки пронзительно холодных слов.
- Так вот - говорит он. - Знаешь ли ты, что происходит?

Я суечусь. Я выдумываю идиотские планы и отговорки. Я всю голову сломал, как сделать так, чтоб она не почувствовала себя обделенной, а что делает она? А она говорит мне –передавай привет Кате!

Они все знают, но молчат. Какая низость, как это черство и бездушно с их стороны - наблюдать мои мучения не обмолвившись ни словом.
- Пожалуй, - говорю я, - эту тишину предательского молчания невозможно заполнить никакими словами. Здесь нужны какие-то более надежные и плотные материи и субстанции. Коньяк. Водка. Ставим машину. Идем?
- Нет, - отвечает он. – Сейчас мы поедем поздравлять дальше. И пусть теперь я знаю о них все, и знание это не оставляет места для иллюзий на их счет.

Но, все-таки – сегодня их день!..

©️  Роальд Обрюзг