Главврач мирового дурдома: почему Сергей Лавров – лучший министр иностранных дел

Владимир Тихомиров, 21 марта 2025, 14:21
К 75-летию главы МИД РФ – обозреватель «Абзаца» Владимир Тихомиров.

Точное место его рождения никогда не раскрывалось – то ли Тбилиси, то ли Москва, то ли где-то ещё. Известно же, что его мама работала в Министерстве внешней торговли СССР, которое было тесно связано с различными специальными службами, так что были возможны любые варианты. Впрочем, Сергей Викторович не очень любит распространяться о своей биографии и лишь однажды на встрече со студентами заметил: «У меня тбилисские корни, потому что мой отец оттуда, во мне течёт армянская кровь и никакая другая».

Зато хорошо известно, что Сергей Лавров вырос в Ногинском районе Московской области. «Я жил у дедушки с бабушкой в деревянном доме со всеми деревенскими удобствами, в 100 метрах от стадиона, который назывался «Спартак», где мы играли в футбол летом, а зимой в хоккей», – рассказывал он.

Учился в ногинской школе № 2, затем в московской школе № 607 в районе Марьина Роща. Любимыми предметами были физика и математика.

Дипломатическая карьера будущего министра началась с МГИМО, который Лавров окончил в 1972 году, – восточное отделение факультета международных отношений. Первое назначение: посольство СССР в Шри-Ланке. Кстати, там же работал отец нынешнего вице-премьера Валентин Мантуров.

С 1981 по 1988 год – первый секретарь, советник, старший советник Постоянного представительства СССР при ООН в Нью-Йорке.

Затем занимал ряд ответственных должностей в центральном аппарате МИД, был заместителем министра Андрея Козырева, а в 1994 году был назначен постпредом РФ при ООН.

На этом посту Лавров проработал 10 лет, в нью-йоркской штаб-квартире до сих пор вспоминают его харизму, отменное чувство юмора и принципиальное отношение к тонкостям протокола. К примеру, даже генсек ООН Кофи Аннан не смог запретить ему курить на рабочем месте. На все требования Лавров неизменно отвечал, что штаб-квартира ООН – это собственность всех стран, входящих в ООН, и никто из собственников не давал полномочий временному управляющему (а таковым и являлся Аннан) ограничивать курение в здании. И продолжал ходить на все заседания со своей пепельницей, потому что других в здании просто не осталось.

И вот в марте 2004 года Сергей Лавров («наш человек из Нью-Йорка», как его тогда окрестили в СМИ) был назначен на пост министра иностранных дел России.

Почему именно он?

Это было непростое время: президент только начал избавляться от назначенцев ельцинской «семьи», в чьих руках с начала нулевых было сосредоточено немало рычагов власти. Прежний министр Игорь Иванов, хоть и считался человеком спецслужб, обладал имиджем ультралиберала. В США его открыто считали своим.

Именно Иванов после победы «цветных революций» фактически заставил Слободана Милошевича и Эдуарда Шеварднадзе оставить свои посты и сдаться оппозиции. «Нет ничего страшнее, чем стук российского министра иностранных дел в дверь» – писали американские газетчики. Конечно, в те годы (особенно после терактов 11 сентября в США) и Кремль считал себя в одной лодке с Западом. Но после «революции роз» в Тбилиси даже самые упёртые либералы осознали, что никакой «лодки» нет, а Вашингтон с его манией величия никогда не будет считать нас полноправными партнёрами.

Стало очевидно, что России нужна новая внешняя политика. Не «прозападная», не «восточная», а просто своя.

Тогда и обратили внимание на Лаврова. В штаб-квартире ООН его знали все – Сергей Викторович всегда был вежлив, корректен и доброжелателен даже со своими американскими и британскими визави, которые ещё минуту назад с пеной у рта обливали РФ и российских дипломатов помоями. Карьерный дипломат, он никогда не смешивал личные отношения и профессиональный долг, но в то же время был самым жёстким переговорщиком, который упрямо гнул линию России, обладая колоссальным запасом терпения.

И в мире сразу почувствовали новый стиль внешней политики страны, когда на первой же пресс-конференции Сергей Викторович не стал вдаваться в пространные размышления о национальных интересах, а отчеканил: «Цели российской внешней политики определены и закреплены в Концепции внешней политики, одобренной президентом России Владимиром Путиным».

С тех пор простота формулировок, верность делу, а не пустопорожним рассуждениям, стали фирменным стилем российской дипломатии. И бесконечно терпеливая ироничная улыбка Сергея Викторовича, который напоминает уже не карьерного дипломата и даже не канцлера империи, повидавшего за два десятилетия службы немало расфуфыренных европейских дураков, а усталого главного врача мирового дурдома, вынужденного часами напролёт выслушивать бредовые вопли различных боррелей, фондерляйен и прочих макронов, одержимых комплексами Наполеона. Когда хочется просто воскликнуть: «Дебилы, ***!», но долг врача не велит.

И в то же время в мире нет ни одного другого политика, который был бы автором такого количества интернет-мемов. От своего знаменитого восклицания до удивления: «Девочки, вы больные!» Эту фразу, которую моментально растиражировали в соцсетях, российский министр произнёс в феврале 2020-го в здании ООН в Женеве, когда его буквально осадили журналистки, не давая пройти в зал заседаний, где его ждали не менее экзальтированные персонажи.

Именно терпения и профессионального мастерства хочется пожелать нашему дорогому Сергею Викторовичу. Нашу планету ещё лечить и лечить.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.